Чужое сердце. В объятиях захватчика

Глава 3

Гидеон взирал на меня сверху отвесной скалой, во взгляде полыхала гроза. Лицо словно высечено из камня, невозможно понять ни одной эмоции, что испытывает мужчина. Вкупе со звериными зрачками это выглядело жутко.

Чужеродный огонь прекратил терзать меня, делать новый вдох с каждым разом становилось легче, и я смогла ясно осознать, в каком положении сейчас нахожусь.

Махровая ткань сползла с плеч, оголяя ключицы и верх груди, одна нога была обнажена по самое бедро. Под полотенцем я полностью нагая… а надо мной нависал дракон. Чужой мужчина касался меня!

– П..пусти, – вместо твёрдого привычного голоса получилось невнятное сипение. Едва не задохнулась от неправильности ситуации.

Попыталась отодвинутся, генерал удержал за плечи. Свёл к переносице кустистые брови, но ладонь со лба убрал. Гипнотизировал меня непонятным взглядом, казалось, хочет мне что-то сказать, но продолжал молчать.

Он соприкасался со мной правым бедром, как раз с той ногой, с которой съехало полотенце. Второй рукой он опирался о перину рядом с моим боком, отрезая путь к бегству – не откатиться.

Захватчику определенно нравилось, что он видел! В холодных синих глазах наливалось пламя желания, которое он и не скрывал. Я предстала перед ним растрёпанная, обессиленная, с мокрыми после купания, разметавшимися по подушкам волосами, с горящими от стыда румяными щеками.

Дэссону ничего не стоит сорвать с моего дрожащего тела тонкую тряпку и взять трофей по праву сильнейшего. Сглотнула, в горле пересохло, словно я в пустыне побывала. Я боялась даже шевельнуться, чтобы не спровоцировать мужчину к действиям.

– Что же медлишь? – прохрипела зло, прищуривая глаза. В голосе моём наконец прорезалась сталь.

Под стать дракону. Непонятный трепет и страх перед суровым Вирканским палачом мне удалось обуздать, а лучшая защита, как говорится – это нападение! Не дамся ему просто так.

– Не ты ли во всеуслышание заявил, что сегодня намерен получить моё тело? – пока говорила, незаметно сместила правую руку к краю кровати. Нырнула под перину, охватила рукоять припрятанного ранее кинжала. – Только учти, генерал, пусть сейчас я слаба, но по доброй воле в постель с убийцей отца не лягу!

Во взгляд и фразу я вложила всю свою скопившуюся к нему и его роду ненависть, пренебрежение, боль и обиду, что терзали муками мою душу и сердце.

На эмоциях резко выхватила сталь и замахнулась для удара, метя в беззащитную шею мужчины.

…Не вышло. Гидеон успел подставить руку, лезвие кинжала пропороло предплечье вместо шеи. Генерал удивлённо вскинул брови, не ожидал от меня такой прыти. Шикнул, вырвал из раны кинжал и отбросил к двери, руки мои собрал в одну свою и придавил к постели.

– Сколько ещё их у тебя в запасе? – Он имел ввиду клинки. Я смолчала, поджав губы от неудачи. Отомстить не получилось, как же жаль. Дракон взглянул хмуро, будто мысли смог прочитать, и припечатал: – Я лично не убивал твоего отца.

Внутри что-то оборвалось. Ещё и лжет! Я вспыхнула, как свеча, волна гнева поднялась из глубин сознания, готовая хлынуть потоком обвинений, но мне не позволили.

– Твой отец отказался перейти под мою власть. Он сражался достойно, я дал ему выбор, и он этот выбор сделал, погиб храбро, как истинный воин.

– Его убили по твоему приказу! – не успокаивалась я. Рванулась из хватки, куда там – дракон держал гранитной плитой.

– Это война, девочка. У каждой из сторон свои мотивы и цели. Не ты одна потеряла близких, – парировал и встряхнул меня. – Но тебе в ней погибнуть я не дам. И никуда не отпущу. Моя ты.

Это его моя звучало странно. Крылся в слове какой-то тайный смысл.

– Ошибаешься, дракон. Я своя собственная и твоей игрушкой для утех не буду! – шипела кошкой, не собиралась сдаваться на милость победителя. Подбородок вздёрнула, обозначая позицию, злила и выводила из себя гада намерено.

– Впрочем, тебе, наверное, не привыкать: брать женщину грубой силой.

Приятно оказалось услышать скрип драконьих зубов. Мои слова ему явно не понравились. Вон, как на скулах заиграли желваки – залюбоваться можно.

Ликовала я не долго. Гидеон быстро перенял контроль над ситуацией, давление его пятерни с плеч исчезло, он намотал несколько прядей моих волос себе на пальцы, потянул сильно, так, что пришлось запрокинуть голову. Оскалился в жуткой усмешке… довольно. Словно я сказала именно то, что он хотел услышать.

От этой его «улыбки» я нервно сглотнула и подалась назад, вжимаясь затылком и всем остальным телом в кровать, поскольку генерал начал склоняться ко мне.

Зачем, твари Бездны его раздери?!

– Запомни, девочка, я никогда не брал женщину силой. Они сами шли ко мне в объятия. И тебя я завоюю. Ты придёшь ко мне. Сама придёшь.

Лицо Гидеона замерло над моим в ничтожном расстоянии – ладонь ребром не просунуть. Горячее мятное дыхание мужчины обжигало щёки и шею, как и его голодный взгляд.

– А я подожду. Я могу быть очень терпелив, когда победа этого стоит.

– Слишком самоуверенно, – прошипела я. Упёрлась руками в каменную грудь, стараясь ещё как-то отодвинуться. Жаль, сквозь землю мне не провалиться. А лучше оказаться на другом конце земли!

– Ни за что и никогда слышишь, дракон про́клятый, я не приду к тебе!

– Ещё как придёшь, – рыкнул. – И я припомню тебе эти слова, когда будешь кричать от удовольствия в моих объятиях.

– Ни за… ммм!

Эта… сволочь чешуйчатая поцеловал меня, не дав договорить.

Смял мои губы, пытаясь проникнуть внутрь своим поганым языком! Хорошо, что успела сжать зубы и не пустила.

Я забрыкалась и завертела головой в стороны, а дракон навалился на меня сверху скалой, придавливая к кровати, и зафиксировал пальцами подбородок. За мягкое место ущипнул, от неожиданности я вскрикнула, тем самым разжала челюсть. Этим Гидеон и воспользовался.

Ворвался вглубь моего рта беспощадным ураганом. Нагло изучал нёбо и переплетал свой жадный язык с моим. Я оторопела всего на мгновение, поэтому не сразу сообразила укусить его.

Исправила эту оплошность и тут же почувствовала металлический привкус крови врага, от которого снова перед взором пошла круговерть, будто я прямо на скаку упала с лошади. Генерал зашипел, но не оторвался от моего рта, а продолжал ненасытно целовать. Укусил в ответ за нижнюю губу.

Я охнула и шире распахнула глаза, столкнулась с сапфирами палача. Сейчас они не были холодными, как стылый снег в горах. Вертикальный драконий зрачок пульсировал, как живой.

В груди моей в ответ заворочался тот странный чужеродный огонь, но в этот раз боли не причинял, наоборот, из глубин поднимались до селе неизведанные мной щемящие ощущения… странное томление сжималось тугой пружиной в животе.

Хватит!

Я наскребла в себе сил и толкнула Гидеона настойчивее, замычала протестующе. Коленями забила по могучей спине. И это сработало. Вирканский Палач меня отпустил.

Сел ровно в постели, усмехнулся, наблюдая, как с пунцовыми щеками я торопливо поправляю на себе махровое полотно, натянула его до самого подбородка.

Пыхтела от усталости и клокочущей в венах ярости, испепеляя захватчика ненавистью, на какую только способна. А Гидеон взирал на меня с удовлетворённым превосходством. Губы и подбородок мужчины были измазаны в нашей общей крови.

– Выдыхай, девочка-воин. Уже глубокая ночь, пора спать.

Он встал и направился к сундукам. Помимо вещей моего отца в комнату занесли еще несколько ящиков, принадлежащих новому хозяину. Гидеон открыл крышку одного, порылся в содержимом сундука и выудил на свет что-то лёгкое и светлое.

Это что-то полетело в меня. Белая рубаха. Мужская.

– Надень и ложись спать.

Я взвилась и села на постели. Ещё чего! Вещи захватчика одевать я не буду.

– Нет, – откинула от себя. Получилось так, что рубашка свалилась на пол. – Отпусти меня в мои прежние покои.

– Нет, – вторил моему тону. Вид его при этом был обманчиво спокойным.

Медленно с грацией хищника Гидеон прошёлся по спальне, наклонился, не спуская с меня тяжёлого взгляда, поднял рубаху и положил рядом с моими босыми ступнями поверх одеяла. Глаза свои страшные сузил, давя исподлобья горой.

– Если не наденешь сама, то это сделаю я с превеликим удовольствием.

Лучшего аргумента мне не требовалось. Закусив изнутри щёку, скомкала рукой белую ткань и выразительно уставилась на мужчину. Не дошло до него. Или как раз наоборот, но выполнять то, что я от него ждала, он не собирался.

– Может, отвернётесь, генерал? – выплюнула, скрипнув зубами, снова перешла на официальный тон. Говорить с ним на «ты» значило быть к нему ближе. И снова получила отказ.

– Зачем? Хочу оценить насколько прекрасна моя добыча.

Едва зверем не зарычала. Достойных слов для отпора на этот раз у меня не осталось. Стоять на своём? Так он лично меня переоденет… так он сказал.

Представила на секунду, как дракон это будет делать. Как станет касаться меня своими руками и где… Вскочила на ноги, дыша как загнанная лань. Жаль нельзя убить противника одним взглядом.

Ничего, переживу как-нибудь минутное унижение. Пусть гордость моя будет уязвлена, зато тело не пострадает.

Отвернулась от захватчика и сбросила полотенце на ковёр. Мокрые волосы укрыли спину до самых ягодиц, заслонили от жадного взгляда мужчины.

Пальцы отказывались слушаться и подчиняться, путались в ткани. Я торопилась и никак не могла отыскать ворот и прорези для рук, чтобы одним махом накинуть на себя чужую рубашку.

Шумный тяжёлый вздох, краткая ругань и последовавший за всем этим хлопок двери меня удивили и заставили оглянуться через плечо.

Дракон ушёл. Нет, он сбежал. Сложилось ощущение, что это именно так. Похоже сегодня я выиграла сражение, а наша война ещё впереди.

Наконец я нацепила на себя вещь, продела голову в ворот и сунула руки в рукава, расправила ткань на теле. Рубашка генерала доходила мне почти до колен. Она была огромная, как и сам владелец. Тем лучше. Вздохнула и обессиленно опустилась на кровать.

Обоняние уловило запах моего палача. Терпкий. Густой. Запах кедра и ветра. Моего… господина.

Не думала, что меня ждёт участь беспрерывной рабыни. Отец, наверное, разочарованно наблюдает за мной с небес.

– Прости. Я не такой славный воин, как ты. Но обещаю, что обязательно вырвусь из плена и приведу помощь, – шепнула тишине. Зажмурилась и прилегла на подушки. – Я освобожу свой народ. Клянусь.

Незаметно усталость сморила, и я задремала. Сквозь сон слышала копошение в комнате – слуги убирали лохань с остывшей водой. Потом в спальню вернулся генерал драконов. Это я ощутила всеми фибрами души, подобралась, притворилась спящей. Однако глаз открыть я уже не смогла. Веки налились свинцом.

Запах кедра и мяты усилился. Мужчина склонился надо мной… и укрыл меня одеялом, стало тепло. Костяшками пальцев зачем-то провёл по лбу и виску и спустился в этой странной ласке к щеке. Локоны волос с лица моего убрал в сторону.

Затем отстранился и обошёл ложе с другой стороны, встав у своей половины.

Зашуршал одеждой, тихо звякнул поясной ремень. А потом медленно, с удивительной грацией для его роста, опустился на одеяло рядом со мной. Кровать прогнулась, меня отклонило к середине. Я мгновенно сжалась и незаметно постаралась переместиться на самый край. Манёвр мой заметили, горячая ладонь по хозяйски легла на живот поверх рубахи и притянула вплотную к сильному телу воина.

Задержала дыхание и напряглась вся. Сон, как ветром сдуло, каждой клеточкой я чувствовала исходящее от Гидеона тепло. Но больших действий он не предпринимал. Я слышала его вдохи и выдохи, постепенно они становились более глубокими и продолжительными.

Его личный, мужской аромат, заполонил всё вокруг, проникал бес спроса в лёгкие. Заставлял дышать ИМ, а горячая ладонь на животе обжигала прикосновением сквозь тонкую ткань… как кожа спину и то, что пониже. Теперь вряд ли смогу спокойно заснуть.

Неосознанно дотронулась кончиками пальцев до своих губ, вспомнив, как неистово целовал меня захватчик.

Итан, мой жених, целовался совсем не так. Слишком мягко и нежно, не так напористо и чувственно. Он был благороден и воспитан.

Гидеон само воплощение страсти и порока. Пришлось с неудовольствием признать, что поцелуй дракона понравился мне больше. Так гадко и мерзко сделалось на душе, словно я предала Итана…

Но разве я виновата? Наоборот всеми силами, как могу борюсь и сопротивляюсь пленителю.

С такими невесёлыми мыслями я вскоре всё-таки провалилась в мучительные, беспокойные сновидения. Тяжёлый день для поверженной крепости Боурус наконец закончился.

…В тревожном сне я скиталась по чужим, но одновременно знакомым заснеженным горам. Словно когда-то давно я уже была здесь…

Сейчас убегала. Пряталась. Рёв рассерженного дракона, который рыскал по мою душу, гулким эхом разлетался по округе между скал. В зове мне слышалось отчаяние и неподдельная тревога, что невозможно в отношении Дэссона. Но ближе по расстоянию ко мне тоскливо звучал волчий вой. Фенкир искал меня вместе с хозяином.

И нашёл. Только не первым.

Первой была страшная тварь с красными безумными глазами, которая выскочила на меня из глубокой пещеры и преградила путь. Жуткая. Мерзкая. Ростом метра два в холке, морда страшная, обезображенная. Клыки острые и большие, когти в стороны торчали и в любую секунду готовы вонзиться в жертву. Хвост шипастый по снегу молотил.

Порождение Бездны.

Я застыла перед жутким существом, парализованная страхом. Не в силах сделать новый вдох или пошевелиться. Странные, не типичные для сна ощущения. Слишком реальные. Я чувствовала, как моё испуганное сердце ускоряло ритм, а в венах стыла кровь от устрашающего вида четвероногой твари. Как холодный воздух колол посиневшие губы. Как замёрзли мои пальцы ног в сбитых сапогах.

Однако монстр телосложением отдалённо похожий на собаку или волка не спешил нападать. Ощерившись, он наблюдал за мной. Рассматривал добычу, как диковинку. Разумом обделён зверь не был. Сквозь помесь потрескивающих звуков, рычания и щёлканья с непривычки языком с трудом расслышала отдельные слова:

«Вернись… ты наша… невинная… светлая… вкус-сная душа!»

Это был голос Бездны. Тьма нижнего мира говорила устами монстра.

Другое рычание, злое и призывающее замереть на месте вонзилось клыками в спину, помогая мне выйти из состояния оцепенения. Я оглянулась через плечо, не теряя из вида страшное существо передо мной. Северный лютоволк нашёл меня, остановился на расстоянии прыжка. Синие глаза зверя, белее чем сам снег, умоляли сделать шаг к нему.

Я стояла словно на распутье. Отчего-то не зная, куда и к кому лучше пойти. Фенкир вернёт меня дракону. А монстр… что он сделает со мной?

«Иди к нам... ты должна… тебе предначертано», – тварь вдруг протянула ко мне переднюю руку-лапу в желании коснуться… или разодрать когтями мне горло.

Я подорвалась в постели с немым криком на губах. Так и села на спутанном одеяле, схватившись рукой за грудь, сжимая в скрюченных пальцах мокрую насквозь от пота рубашку. Сердце колотилось под рёбрами испуганной птахой, норовило выскочить вон. Волосы спутались колтуном и неприятно липли вместе с тканью к телу.

– Сон. Это просто со, – успокоила себя словами.

Повернула голову на другую половину кровати – пустая. Дотронулась до простыни, она была холодной. Гидеон встал давно, скорее всего на рассвете. И хорошо, что с утра не свиделись!

Не представляю, как бы смотрела мужчине в глаза после всего…

Дыхание постепенно выровнялось. Пульс замедлился. Мысли прекратили хаотично метаться из угла в угол, и я попыталась разумно проанализировать свой сон. Горы со знакомой развилкой и отвесным утёсом, до которого я чуть не дошла. Тварь возникшая на пути помешала. Но я уверена, что утёс этот там есть… Откуда?!

– Бред, – тряхнула головой, прогоняя странное наваждение. Все образы навеяны вторжением захватчиков на наши земли. Логически иначе просто быть не могло.

В дверь тихо постучали, а затем она отворилась, и в проёме показалась седая голова кормилицы. Жива! Потрёпанная, уставшая с тёмными кругами под глазами и осунувшимся лицом, но живая.

– Вы проснулись наконец, госпожа, – в голосе нянюшки прорывалась тревога за меня, несмотря на натянутую улыбку. – Я заглядывала несколько раз, но вы так крепко спали, что будить я не посмела. И ироды эти, охранники, пускать не хотели поначалу.

Тяжёлой поступью, прихрамывая на левую ногу, нянюшка зашаркала ко мне с подносом, на котором покоился завтрак под крышками. Или уже обед, судя по яркому свету из окон.

– Глория, как я рада тебя видеть! – я спешно закуталась в одеяло и кинулась женщине на встречу. Забрала у ней увесистый поднос, отставив на стол, и крепко-крепко обняла свою кормилицу. Она прижала меня к груди в ответ.

– Как вы себя чувствуете, Руана? – вздохнула тяжело, видно собираясь с мыслями. Взяла моё лицо в морщинистые ладони, с беспокойством заглядывая в глаза. – Новый господин… он сделал вам больно?

Принялась осматривать визуально моё тело на предмет… синяков и следов грубости дракона? На смятую постель взгляд опасливый бросила. Первую кровь искала, поняла я.

– Нет, всё хорошо, – остановила Глорию, отрицательно качнув головой и перехватив её руки. – Генерал не тронул меня вчера.

Почти. Но этого знать женщине не обязательно. Итак испереживалась вся. На ногах еле держится.

– Слава Создателю! Я уж думала…

Догадывалась я, в каком состоянии она боялась меня застать. Истерзанную захватчиком и сломленную.

– Дядю Лео не нашли? – спросила с затаённой надеждой.

– Нет, – покачала она головой. На лицо женщины упала тень глубокой скорби.

– Идём, присядем, – потянула кормилицу к постели, стараясь отвлечь от неприятной темы нас обоих. – Вместе разделим трапезу.

– Что вы, госпожа? Как можно? – упёрлась она было, но я быстро пресекла отнекивания.

– Какая из меня теперь госпожа? – обронила сокрушено. – Я такая же бесправная в замке, как и все остальные. Лучше скажи чем сейчас занят «новый» хозяин?

– Порядки с самого раннего утра наводит, – буркнула Глория, всё-таки присаживаясь рядом со мной на кровати. – Многим не по нраву перемены и новые уставы с правилами.

Я и не сомневалась.

– Рассказывай.

– По приказу Дэссона тела убитых стаскивают за ворота на поляну, вечером состоится погребение…

Глория много чего говорила, для себя выделила главное – я должна упросить дракона позволить мне проститься вечером с павшими воинами.

Я обязана там присутствовать, ведь они отдали свои жизни за меня!

…После ухода кормилицы я привела себя в порядок. В графине обнаружила воду, обтёрла тело за дверью уборной. Хоть что-то. Здесь, прямо в полу выдолблена небольшая каменная купальня, но из-за засора она пока не пригодна к использованию. За ненадобностью я так и не велела прочистить её.

Замковых слуг ко мне не пускали, а жаль. Были у мысли поменяться одеждой с какой-нибудь девицей схожего со мной телосложения и попробовать сбежать из под носа стражи. Но эту затею я отмела. Во-первых, быстро поймают, а во-вторых, необдуманно действовать нельзя. К новому побегу надо готовиться основательно, бдительность дракона усыпить мнимой покорностью.

Отворился с наружной стороны засов на входной двери. Двое незнакомых челядинок, пожелав доброго позднего утра и наградив меня пренебрежительными взглядами, занесли в спальню мои вещи.

Это ещё зачем? В дальнейшем молчании женщины развесили часть платьев и сорочек в шкаф, часть в сундуке лежать осталась. Изогнув изумлённо брови, я следила за их работой, а они косились в мою сторону с любопытством.

Наверняка по замку расползлись слухи, что вчера я делила ложе с драконом…

Щёки запекло. Эти ладно. Мне стало противно от осознания, что теперь обо мне думают нёрианцы. Был ли у меня выбор? Не было. А самоубийство противоречит вере – это предательство бога. Создатель даровал нам жизни не для того, чтобы мы по своему усмотрению их прерывали, за это последует неминуемая кара.

Я стиснула зубы, удерживая себя, чтобы не выгнать драконьих служанок за порог. Могла бы воспротивиться воле Гидеона, но тогда он не разрешит присутствовать на погребении. Пришлось стерпеть. Завтра обязательно добьюсь, чтобы вернуться в свою комнату.

Когда служанки ушли, я вытащила из шкафа простое повседневное платье тёмно-синего цвета. Впрочем, в гардеробе вычурных и бальных не нашлось – все были мои и покойной матушки, перешитые и подогнанные по моей фигуре.

И хорошо. С чужого плеча я бы не надела. Расправила тёплую, приятную к рукам ткань на постели, осмотрела придирчиво, думала, дракон заставит наряжаться для него раз я пленница. Надевать платье не хотелось, а услаждать взор генерала тем более. Отвыкла их носить, но пришлось поступиться с принципами.

Я покажу этому упёртому чешуйчатому, кто в замке настоящая хозяйка! Ему придётся считаться с моим мнением.

Через надзирателей за дверью передала весточку, что желаю видеть генерала, и уселась ждать мужчину в кресло. Минуты складывались в долгие и томительные часы ожидания, а Дэссон всё не приходил. Занятой какой.

Я успела и книгу почитать и отужинать, а когда за окном уже начал занимался закат, поняла, что и не собирался дракон приходить ко мне.

С высоты башни я видела, как воины стаскивали на широкую поляну тяжёлые срубленные брёвна для костров. Тела укладывали на постаменты по нёрианским обычаям. И по чужим тоже чуть в отдалении на другие костры.

Медлить больше нельзя. Решила, что сброшу связанные простыни через окно и спущусь по ним во двор, а там выберусь на поляну за крепостную стену. Потом Гидеон пусть хоть наказывает или делает со мной, что хочет.

А я должна быть там среди них и проводить своих людей в последний путь!

Не медля более приступила к выполнению задуманного: сдёрнула с кровати покрывало, связала концы с простыней и взялась за одеяло, на очереди были тяжёлые портьеры, когда захватчик генерал наконец пожаловал.

За этим делом он меня и застал.

– Так, так… и чем это ты занята?

Гидеон Дэссон стоял возле входа в спальню с расставленными ногами по ширине плеч, руки на могучей груди сложил. Всё также в простой одежде воина тёмных цветов без знаков отличия, седые волосы убраны в пучок на затылке. И не скажешь, что перед тобой генерал армии драконов. Разве что твёрдый властный взгляд и манера держаться отличали его от обычного мужчины.

Поза его выражала спокойствие и расслабленность, но я знала, что это обманчивое впечатление. За обликом таился опасный зверь и смертоносный убийца.

– На поляну собираюсь идти, – не возмутило ответила, выпрямляя спину и отбрасывая на пол связанную узлами ткань. Гордо вздёрнула подбородок, не собираясь оправдываться, раз уж застукал.

Проследив куда уходит конец перевязи, а его я уже скинула в окно, генерал громко хмыкнул.

– В таком виде, в платье и ботинках? – сделал шаг в мою сторону, а я заставила себя устоять на месте.

Сцепив вместе зубы, наблюдала за его приближением. Не покидало яркое ощущение, что я маленькая мышь, а он хищник, загоняющий добычу в угол. Или каких там тварюшек драконы едят?

Гидеон надвигался неотвратимой горой, я задышала чаще, щёки запылали румянцем, так как память услужливо подбросила картинки вчерашнего вечера. Генерал остановился в полушаге.

– Разве удобно в этом, – проскользил демоническим взглядом по моему телу, задержавшись в районе декольте, – будет по стене карабкаться? Ноги переломать не боишься?

И чего там интересного разглядел? Не такой уж и откровенный вырез, я бы даже сказала вполне скромный, а кожа в том месте заныла от внимания мужчины. Меня в жар бросило.

Что это со мной? Что он там бормочит?..

– Что? – переспросила. Тряхнула головой в попытке вернуть ясность мыслям. Но не помогло, перед взором сильнее раскачалась круговерть. Я глубокий вздох сделала, а вместо свежего воздуха из окна обоняние уловило запах кедра с мятой. И терпкого пота после трудового дня, но почему-то это не отталкивало.

Так пах этот невозможный мужчина.

Он зачем-то поднял руку, прядь волос за ухо заправил. Синие глаза его потемнели. От прикосновения загрубевших от меча пальцев шея покрылась мурашками, те ухнули волной вниз, разбегаясь по плечам и спине.

– Говорю, ноги не боишься переломать? – горячее дыхание Гидеона обожгло щеки, наши взгляды пересеклись. Раздражения из-за моего поступка я от него не чувствовала. В глазах дракона отражался бархат ночи со всполохами звёзд.