Я тебя не забуду

Глава 5

– Всем девушкам,

ждущим принца на белом коне,

сообщаю!

Конь сдох, иду пешком,

поэтому задерживаюсь.

– Что за девки пошли, всё бы бока отлёживать, – доносилось до Алины, сквозь сон.

Девушке было тепло, уютно и сладкая дрёма, прервавшись, вновь начала окутывать её, но моментом слетела от звонкого окрика:

– Алёна! Ты хворая что ль?

– А… что? – девушка резко села и проморгавшись, пыталась понять – где она. – Не, я не такая, – машинально открестилась от непонятного.

– Ежели нет, то и бока нечего отлёживать! Ярило уже давно землюшку осветило, а она валяется.

Зевнув, Алина вспомнила, как накануне Руслав привёл её в дом своей матери. Уставшая, она не особо разглядывала старушку. Сил хватило только на то, чтобы кое-как помыться ледяной колодезной водой, которую Руслав принёс в ведре в баню. А потом была тёплая, мягкая постель и долгожданный сон.

– Простите, – покаялась Алина, подтягивая к подбородку стеганое покрывало и с любопытством осматривая недовольную старушку.

Голубой платочек, длинный в пол сарафан и лицо как на картинках в сказках.

– Подымайся. Сын уже давно ушёл и велел тебя в таверну отвести.

Едва пожилая женщина вышла из комнаты, из-под кровати выскочил крыс.

– Ну ты действительно – разоспалась, – осуждающе качнул головой Капитон.

– Да потому что устала, – огрызнулась Алина.

– Ладно, не куксись. Вставай пока, а тебе расскажу – что надумал за вчерашний день.

– Так ты отвернись! – возмутилась Алина.

– Чего это? – удивился Капитон.

– Ты сам говорил – мужиком был.

– И что? – опешил Капитон. – А ничего что у меня вот? – он схватил хвост и возмущённо потряс им. – И вот! – растопырил маленькие лапки. – Да и тем более – вчера, пока ты в бане изволила омываться – я тебя всю разглядел.

– Чего? – у Алины челюсть отвисла от такого заявления.

– А ты вчера про меня напрочь забыла, и я за тобой по пятам бегал, да от старухи прятался, чтобы крик не подняла. А ты ничего – фигуркой ладненькая.

– Ну ты… – Алина задыхаясь от возмущения, попыталась подобрать оскорбление, плюнула на это дело и встала с кровати.

– Значит, слушай, я так поразмыслил и понял – тебе надо в этой таверне продержаться, да упроситься здесь на постой. Работа хорошая – никто не обидит, поесть завсегда можно, голодной не останешься.

– А как же мне того мужика выловить, который мне артефакт вручил? Как он узнает – где я? – Алина надела сарафан – единственную одёжку, которая у неё была и, подхватив платки, уставилась на крыса.

– Ты отпросись у повара, да сбегай в ту харчевню. Мужика, что за стойкой стоял попроси – чтобы он тебе сообщил, как тот тип явится. Пообещать харчевнику можно за помощь оплату – три медяшки.

– Это что такое?

– Деньги, Аля. Деньги. Есть медяшки, серебрушки и золотники.

Матушка Руслава оказалась на редкость добродушной женщиной. Выслушав слезливую историю Алины, тяжко вздохнула, посетовала на недалёкий ум девиц и не только накормила завтраком, но и сменную одежду принесла.

– На вот – одёжа тебе. Иди, померяй. Негоже в грязном ходить.

– А чьё это? – не сдержала Алина вопрос, принимая из рук женщины вещи. На что старушка улыбнулась:

– Так дочери моей, старшенькой. Давно уж замужняя, да деток родила. А эту вот одёжу молодухой носила.

В таверне день потянулся для девушки, как и предыдущий. Она опять чистила и резала овощи, но в этот раз ей вдобавок поручили мойку посуды, перебирание круп и сухофруктов.

Когда уже за окнами стемнело, а посетители таверны разошлись, работники кухни засобирались домой. Устало переговариваясь, завершали дела, как Купава случайно наступила на хвост, выбежавшему из-под табурета крысу.

– А-а-а-а, – заверещал крыс. – Уйди с хвоста, корова!

Купава отскочила, Алина метнулась к крысу и, схватив его на руки, хотела уже помчаться в сторону двери, как остановилась после громогласного окрика Руслава:

– Чегой пищит, как оглашенный?

– Да Купавка на хвост грызуну наступила, – отозвался Красик.

– Да потому что крысам не место на кухне! – Купава возмущенно упёрла руки в бока.

Алина и Капитон ошарашено замерли, глядя на работников кухни удивлёнными глазами.

– Это что получается, – подал голос крыс: – вы меня не понимаете?

– Убери грызуна, – грозно распорядился Руслав и отвернулся.

– Пищит бедненький, – вздохнул парень, заискивающе поглядывая на Алину. – Больно ему.

Купава, выдав вязь ругательств, недовольно нахмурила брови:

– Чего стоишь рот раззявив? Посуду я домывать за тебя буду?

Алина опустив Капитона на пол бросилась к лохани. Руки девушки тряслись, по спине ещё полз холодок испуга, а в голове царил полный сумбур, на поверхности которого билась мысль: «А может мне действительно – всего лишь кажется, что крыс мне отвечает?»

– Закончила? – раздался рядом низкий, грудной голос, от которого Алина вздрогнула всем телом.

Вытерев руки полотенцем, кивнула и только сейчас заметила, что Купава и Красик ушли, а Руслав разглядывает её задумчивым взглядом.

– Значит так, Алёна. Гляжу – матушке моей ты приглянулась, раз она даже на одёжу расщедрилась. Работник ты конечно так себе, но по справедливости отмечу – стараешься. Поэтому предложу тебе остаться. Жалованье положу три серебрушки и к этому питание. За кров платить аль нет – с матушкой договаривайся. Ежели согласна, пойдём, – повар не дожидаясь ответа направился в сторону двери.

Алина схватив крутившегося под ногами крыса, торопливо нагнала Руслава.

– Спасибо, – произнесла с благодарностью в спину мужчине, а тот не оборачиваясь, кивнул.

Уже ночью, лёжа в постели, Алина выслушала версию Капитона – почему его не понимают остальные:

– А я ведь ещё пару раз пробовал с пареньком заговорить – и всё подтвердилось. Не понимает меня. Мне кажется – вот как дело обстоит, – сидя на краешке кровати, рассуждал крыс: – в момент твоего перехода в наш мир, высвободилась эманация, которая и притянула мою душу в тело грызуна. Ты понимаешь меня, потому что нас связал артефакт, а русалка понимала, потому что была недалеко от точки творения волшбы. Другого объяснения у меня нет, – Капитон развёл лапки в стороны.

– Зато у меня есть, – буркнула Алина: – всё это плод моего больного воображения.

– А тут не сходится, – усмехнулся крыс: – Ты бы не испытывала боль али усталость. Я бы не выполнял твоих просьб и не последовал за тобою. И не притащил бы платки и не…

– Да поняла я, поняла, – Алина зевнула.

– Ладно, спи уж, – с улыбкой в голосе отозвался крыс.

Неделя пролетела, две, а из харчевни «У Кроля» не было никаких известий. Алина через день бегала туда, боясь, что харчевник забыл о её просьбе. Но тип, что вручил ей кулон – не появлялся.

Крыс жил в своё удовольствие. Желая понравится Алине, помощник повара – Красик, постоянно подкармливал Капитона и даже Купава перестала с брезгливостью коситься в сторону грызуна. Руслав всё так же относился к Алине с молчаливой поддержкой и временами доверял ей помогать Красику в готовке.

Ну а Алина… она становилась всё грустнее и нервознее. Перед сном обсуждая с Капитоном день, с раздраженьем говорила:

– Может мне самой поискать этих ваших волшебников?

– Называют их – волхвы али чародеи, – поправлял её Капитон.

– Ведь этот гад, что вручил мне кулон, может и не появиться. Вполне возможно, что его поймали, прибили в конце концов.

На что Капитон вздыхал:

– Ты конечно можешь попробовать дойти до столицы и обратиться за помощью. Но должен тебя предупредить – иномирцев у нас не жалуют, в темницы их сажают. Я допускаю, что, приложив усилия, можно найти чародея отступника. Но опять же, деньги нужны в дороге и как оплату за волшбу. А может случиться, что чародей окажется жуликом.

Вот и получилось, что девушка, скрепя сердце и, переживая за своих родных, работала в таверне, пока однажды, у её дверей не остановился Яромир.

Мужчина с азартом втянул носом воздух. Он чувствовал, как под кожей ворочается эфемерный зверь. Он был им – ищейкой, хищником, выследившим добычу и готовым вцепиться ей в глотку.

Слабая улыбка блуждала на его губах, пока смотрел на вывеску таверны: «Черновская кура».

Не обращая внимания на опасливо-удивлённые взгляды прохожих, (ещё бы – разгар лета, а он в плаще), сжал в кулаке послание цесаревича. Наследник престола при главном чародее отзывался о воровке с ненавистью, велел поймать мерзавку, притащить к нему. Но не успел Яромир покинуть стольный град, его нашёл посыльный цесаревича и вручил наказ. Странный на взгляд сыскаря, очень странный:

«Девицу доставить в целости и сохранности. Важно – никто не должен проведать истинности твоего задания! Никто! В канцелярии известно, что ты отправился на поиски Любодара Багряного – лиходея и душегуба мерзкого. Ты, кстати, на пути обратном поймай его. А девицу по прибытии у себя размести. Тайно. На доклад к нам явись по делу Любодара, а дале мы решим – что с девицей делать».

Яромир на протяжении пути не раз задумывался: «К чему эти хороводы с тайной? Отчего девицу велел беречь?».

Главный чародей провёл поисковой ритуал, чтобы определить местонахождение артефакта и указал на место – где поймать воровку. Но приблизительно. В итоге – Яромиру пришлось пересечь три государства, пару дней прочёсывать городище, чтобы наконец с предвкушением остановиться у нужного трактира.

– Ну что, шельма, поиграем? – прошептал и толкнул входную дверь.

Окинул трапезную тяжёлым взглядом, под которым посетители таверны немного сжались, а некоторые решили прикинуться ветошью. На удивление мужчины помещение было светлым и столы довольно чистые.

С пугающей усмешкой посмотрел на едоков, которые старательно отводили глаза в сторону, и направился прямиком к коридорам, уводящим в подсобные помещения.

– Сударь, вы куда? Туда нель… – трактирщик за стойкой осёкся на полуслове под тяжёлым взглядом сыскаря.

– Перечить мне вздумал? – изогнул бровь Яромир, на что мужик замотал головой, проблеяв как испуганный баран:

– Н-н-не-е… я так, к слову.

Не глядя больше в сторону трактирщика, сыскарь устремился дальше, толкнул тяжёлую дверь и сразу поморщившись, постарался абстрагироваться от мешанины запахов и эмоций, ударивших в нос.

– Что за… – раздался рык повара, который также как у трактирщика оборвался на полуслове. – Сударь, вы дверью не ошиблись? – мужик довольно внушительных размеров двинулся в сторону сыскаря, вытирая кувалды ладоней о фартук.

«Смелый», – довольно кивнул про себя Яромир и жестом, который подкрепил силой волшбы, велел повару уйти с дороги. Тот сразу и не понял – отчего его в сторону смело. Причём аккуратно, не впечатывая в кухонную мебель.

– Сыскарь… зверь, – послышалось опасливо-тихое от остальных. Но Яромир на кухонных работников уже не обращал внимания. Исказив губы в довольной усмешке, он шёл прямиком к девчонке, которая глазела на него притворно испуганным взглядом.

– Вот ты и попалась, воровка, – раскатисто изрёк Яромир, заглядывая в зелёные глаза девчонки.

Принюхавшись, попытался вычленить запах настоящих эмоций воровки, но внезапно отвлёкся на аромат самой девицы. С наслаждением повёл носом, вдыхая свежесть леса, нежность земляники, пряность трав на сенокосе. Разозлившись на себя, Яромир яростно сверкнув глазами, довольно небрежно схватил воровку за ворот сарафана. Чуть приподнял, не обращая внимания на её испуганный писк и, приблизив лицо ближе к шее девицы, опять втянул запах. И вновь чудесный букет ударил в нос, и даже сладость ягод осела приятной искоркой на языке. Но ни единой ниточки её эмоций не смог унюхать.

– Да ты, оказывается дрянь иномирная, – прорычал, отпуская девку и отряхивая брезгливо руку.

– Да что ж вы наветы кидаете? – грозно обвинил Яромира стоявший за спиной повар.

– Не лгу я, – усмехнулся сыскарь. Сделал пас рукой и в воздух взметнулись голубые искры, подтверждающие его слова. Кухонные работники тотчас трусливо зашептались и посмотрели в сторону девицы с испуганным отвращением.

– Я не воровка! – возмущенно заявила та.

Яромир прищурился, глядя на девицу. Щечки заалели, волосы огненными язычками выбившись из косы, обрамили лицо, а глаза так и сверкали негодованием. Видно было, что боится так, что поджилки трясутся, но виду старается не показывать.

Посмотрела Яромиру за спину:

– Руслав, я клянусь тебе – не воровка я, – проговорила жалобно.

– Сыскари не лгут, Алёна, – покачав головой, повар сделал пару шагов назад.

– Верно подметил, – кивнул Яромир и велел воровке: – За мной следуй.

Хотел уж направиться на выход, но девица заупрямилась:

– Никуда я с вами не пойду! Сначала предъявите обвинения и доказательства моей вины! – потребовала с напускной бравадой, на что Яромир, заломив бровь, грозно глянул на бесстыдницу. Думал от его зловещего взгляда девица испугается, но она лишь подбородок вздёрнула, да руки в бока упёрла. Стремительно приблизившись, ухватил её запястья, и, прошептав: «Оковами связываю», – резко отступил.

– Да что вы себе позволяете? – возмущённо вскрикнула воровка. Бросила взгляд в сторону повара: – Руслав, я, пожалуй, выйду. Вернусь, когда этот придурок уйдёт и всё тебе объясню.

– Алёна, стой, – вскрикнул повар, а Яромир лениво сделал пас рукой и по его велению призрачные наручи дернули девчонку в его сторону. А чтобы та не бесила его, на мгновение коснулся кончиками пальцев её губ, с приказом: «Велю тебе молчать!»

Глава 6

– А ты правда пришёл ко мне из сказки?

– Да.

– А из какой?

– Из доброй.

– Выгнали?

Алина глянула на Руслава ошалевшим взглядом и собралась дёрнуться назад, но запястья обожгло так, что на глаза навернулись слёзы. Не понимая – что происходит, услышала приказное:

– За мной иди!

Собралась возмущенно запротестовать, ослушаться, но руки ощутимо жгло, словно внутри возилась огненная змейка. Поэтому девушка подёргавшись, зашагала следом за странным мужиком. Хотела высказать ему всё, что думает о нём, но рот не открывался. Губы просто не размыкались, а из горла рвалось мычание. И вот тут Алина реально испугалась. До икоты, до трясущихся ног и поджилок.

Девушка, не замечая ничего вокруг, послушно вышла за Яромиром из таверны, а в голове вспыхивали картинки из фильма «Матрица», где рот у главного героя склеился. Ужас всё больше поглощал сознание. Алина хрипела, мычала и мысленно молилась, чтобы этот кошмар наконец закончился. Но увы – ноги шагали по пыльной дороге, вслед за сыскарём, рот не открывался, а запястья выжигало, стоило ей сделать шаг в сторону.

Алина глазами поискала крыса, который так не вовремя сбежал куда-то, но увы – Капитона поблизости не наблюдалось. Ей хотелось заорать, расплакаться в конце концов, но внезапно вспомнилось, как она не так давно с сестрой смотрела фильм. По сюжету главную героиню похитили, связали и запихнули в рот кляп. И вот тогда Алина хмыкнув, выдала:

– Какая же хрень!

– С чего это? – удивилась Людмила.

– Ну смотри, – начала Алина рассуждать: – похитителям она нужна живая? Да. А на кой ляд ей кляпом рот заткнули? Она же ревёт в три ручья, а там не только слёзы, но и сопли. Ты, когда ревёшь, нос что? Правильно – закладывает. По идее – эта дура должна просто задохнуться, ведь дышать она не может!

Икнув от воспоминания, Алина тотчас перехотела плакать. Шмыгнула носом, испуганно проверяя – дышит ли?

«Ну, сука! Ну, тварь, мы ещё поборемся! – накручивала себя девушка, чтобы безысходность положения не накрыло с головой. – На каждого таракана найдётся свой башмак!»

Обрадовано улыбнулась, когда в голову пришла великолепная мысль и не став откладывать – Алина запела. Вернее, замычала, но внутренне вытягивая слова:

«Врагу не сдаё-о-о-тся наш гордый Варяг! Пощады никто не жела-а-ет!..»

Прохожие к её удивлению – едва завидев мужика в плаще, расходились в стороны, при этом глядели на её сопровождающего с нескрываемым страхом, а стоило тому пройти, презрительно сплёвывали. Отметив для себя этот факт, замычала, с мольбой смотря на проходившего мимо здорового детину. Тот её положением не проникся – шарахнулся в сторону, чем ещё больше озадачил девушку.

«Да что же к едрене фени происходит-то? – мысленно вопила Алина, послушно вышагивая за сыскарём, который ни разу не обернулся. – И где шляется Капитон? Пропал скотина, когда нужна помощь!»

С одной дороги они свернули на другую, прошли переулками мимо домов и наконец вышли на маленькую площадь. Подошли к мрачному бревенчатому двухэтажному зданию и поднялись по лесенке крыльца.

– Уважаемый государь, – склонялись встреченные в непонятном здании люди. Заискивающе спрашивали у сопровождающего – чем могут быть полезны, и торопливо отступали после его тихого: «Не лезь, – либо: – Уйди с дороги».

Навстречу по коридору спешил мужчина, внушительные объёмы которого тряслись от телодвижений. И даже он, приблизившись, склонился в поклоне:

– Рад приветствовать государя в нашем скромном заведении.

– Ты кто? – равнодушно отозвался сыскарь.

– Дьяк тайных дел городища.

– Казематы есть свободные? – Яромир лениво показал мужичку какой-то жетон. Тот крякнул, заморгал и начал трястись от страха ещё сильнее.

– А как же? – наигранно удивился дьяк, старательно не обращая внимания на мычание Алины. – Изволишь плутовку разместить?

– Изволю, – кивнул сыскарь и прикоснулся к запястью мужичка: – Часть управления над призрачными оковами тебе передал. Девицу размести и выстави охрану. Имей в виду – сбежит, я по своей метке её везде найду, но тебе головы на плечах не носить.

Побледнев, дьяк усиленно закивал головой и приговаривая: «Будьте покойны – всё сделаю в лучшем виде», – начал отступать спиной назад. Всё бы ничего, но Алину потянуло вслед за этой трясущейся подобострастной тушей. Промычав ругательства и проклятия, наградила презрительным взглядом сыскаря и вынужденно пошла за дьяком.

А дальше Алину ждало мучительное ожидание в маленькой комнатке, с тяжёлой дубовой дверью и зарешёченным окошком под самым потолком. Открыть рот она так и не смогла, в горле постоянно першило от жажды и от подступающих слёз, а в голове мысли: «Пришёл мне кабздец!» – появлялись всё чаще и всё труднее от них было отвлекаться.

– Алька, – послышалось сверху и девушка, вскочив, с тревожным ожиданием посмотрела в окно.

Минуту ничего не происходило, но вот появилась мордочка крыса, который осмотрел её клетушку:

– Умудрилась же ты вляпаться!

Замычав ругательства и тряхнув пару раз кулаком в сторону Капитона, Алина всхлипнув опустила голову.

– Ты это… ты только не кручинься.

В этот момент за дверью послышались тяжёлые шаги, и крыс затараторил:

– Ты знай – я рядом. Ежели в темнице или где ещё запрут – я тебя вытащу. Найду способ. Так что ты держись!

Дверь открылась, являя на пороге того же дьяка, который привёл Алину в клетушку:

– Давай, шельма, подымайся! – велел мужик, важно вздёргивая голову. – В допросную тебя сведу, – пояснил, топая по коридору к лестнице.

Хорохорясь и воинственно вздёрнув подбородок, Алина вошла в распахнутую дьяком дверь и вот тут-то её запал начал испаряться как лужица под ярким солнцем. Всё убранство маленькой комнатушки состояло из стола, да двух лавок по обеим сторонам, на одной из которых сидел тот непонятный для девушки сыскарь.

Мужчина чуть повернул голову, осмотрел застывшую в дверях Алину и указал на лавку с противоположной стороны:

– Сядь.

Дверь за спиной закрылась услужливой рукой толстяка, но Алина не спешила выполнять приказ. Упрямо смотрела на сыскаря, поджав губы.

– Волочить надобно? – выгнул бровь Яромир, внутренне улыбнувшись возникшему сравнению: «Храбрится как мелкий воробьишка пред котярой».

Вспомнив, как больно обжигает изнутри запястья, Алина не опуская подбородка, горделиво прошла к лавке и с видом: «Так уж и быть – сделаю одолжение», уселась напротив.

– Что ж, Алёна, – начал сыскарь, с прищуром посматривая на девушку: – ведь ты так себя назвала?

Щелчок его пальцев и Алина почувствовала, как к онемевшим губам прилила кровь. Открыв рот и проговорив: «Раз, раз, раз», она сделала глубокий вдох и яростно посмотрела на мужчину:

– Ну и какого… – оборвав себя, сглотнула сухим горлом: – пить хочу, – и опустила голову, показывая, что говорить дальше не намерена.