Не пара

Глава 10. Фишечки

Алиса

Обстановка слегка накаленная, понимаю, что этот разговор не предназначался для моих ушей, но не прокомментировать не могу. Скорее для того, чтобы разрядить создавшуюся атмосферу.

– Я так понимаю, эта девушка выбрала не подходящую тебе тактику? – стреляю в него взглядом, вылавливая, как за пару секунд серьезное лицо смягчается.

– Можно и так сказать.

– А можно узнать, чем же Вашему Царскому Величеству не угодили?

Оторвав взгляд от дороги, Саша перемещает его на меня. Он – снова версия, уже знакомая мне. На губах играет полуулыбка, в глазах бесята, которые пускаются в путешествие по моим ногам.

Сегодня жарко, поэтому я надела шорты, что конечно, не остается незамеченным. Сначала он смотрит на моё разбитое колено, а потом скользит вверх по бедрам. Бесята, будто разделившись, набрасываются на кожу, пощипывают ее и кусают.

Злаки, которые я жевала, становятся комком в горле, а я нервно стискиваю ноги и борюсь с желанием прикрыться. Он будто чувствует этот мой порыв, потому что в этот момент уголок наглых губ ползет вверх, а карие глаза встречаются с моими.

Похоже зря я решила разрядить обстановку. Наверное, лучше было бы если бы он и дальше ехал сосредоточенный на своих мыслях, а не на мне.

Знаю, это его фишечки казановы, поэтому правильнее будет вообще не реагировать. Хотя не реагировать, буду честной, не получается.

– Царское Величество хотели женить на себе, – отвечает, наконец, вернув взгляд на дорогу.

– Какой кошмар, – наигранно выдаю, пряча облегчение от того, что снова могу свободно дышать. Неосознанно растираю ноги, будто их и правда покусали крошечные дьяволята, – А барыня по каким критериям не подошла?

– А барыня пошла самым простым путём, придумала несуществующую беременность. Как считаешь, критерий подходящий, чтобы послать её в дальнее пешее?

– Оу… – морщусь, осознавая картину целиком. Оля, оказывается, вчера как в воду глядела, – Нет. Такая барыня пусть найдет себе боярина попроще.

– Вот а я о чём. Не царской она крови.

Саша улыбается, обнажив ровные белые зубы. В уголках глаз собираются крошечные лучистые морщинки.

Красивый, чертяка. Правда, красивый. Знает это и поэтому чувствует себя всегда так, словно ему море по колено.

Хотя, наверное, будь я мужчиной, с такой внешностью и харизмой, тоже пользовалась бы возможностями, подаренными матушкой природой.

А харизма у него ого—го. Такое ощущение, будто у этого мужчины выверено любое движение, взгляд, манера разговора. Продумано и заблаговременно нацелено на то, чтобы покорить очередную представительницу слабого пола.

– А тебе, значит, только царевн подавай? – возвращаюсь к нашей теме.

– При чем самых лучших.

– Слушай, как с таким раздутым эго твое самолюбие не пострадало, когда я перепутала тебя с Мишей? – удивляюсь я.

– Уязвленно поскулило в уголке пару минут, а потом отряхнулось и отправилось на реабилитацию, – усмехается он.

Ну да, помню я ту длинноногую реабилитацию.

Вонзаюсь зубами в батончик и пожевав, вопросительно взмахиваю им.

– Хорошо она тебя реабилитировала? Пластырь бактерицидный наклеила?

– Наклеила, – стреляет в меня наглыми глазами. – Подлечила, подлатала.

– И отправилась восвояси?

Саша не отвечает. Отделывается молчаливой улыбкой, а я понимаю, что да – таки отправилась. На второй сеанс, вероятно, он её не оставил.

– Смотрю на тебя и пытаюсь понять… – произношу ошеломленно, – Вот эта твоя усмешка, взгляд ленивый как будто заинтересованный, но не слишком. Неужели не было ни одной девушки, кто осталась бы равнодушной к этим твоим фишечкам?

Переместив локоть на дверь, Саша задумчиво трет подбородок.

– Не было.

– Не верю. Должна же быть хоть одна, ценящая и уважающая себя настолько, чтобы не повестись.

Свернув с дороги, паркуется около заправки. Глушит двигатель и отстегнув ремень безопасности, поворачивается ко мне полу—боком.

– А почему ты считаешь, что не уважающая себя женщина не согласится на пару ночей без обязательств?

Логично…

– Ммм. Ты прав, согласится. Но есть же и такие, которые бы хотели больше, чем пару ночей, но соглашаются и на малое. Чем ты их цепляешь, а?

Отстегнув и свой ремень, тоже пересаживаюсь на кресле так, чтобы быть к нему лицом, и отправляю остаток батончика в рот.

Он очень сладкий и теперь мне хочется пить.

Встречаю пристальный взгляд, направленный на мои губы и едва не давлюсь, потому что он снова серьезный и цепкий.

Этот мужчина словно ходячая американская горка. В одну секунду улыбающийся и легкомысленный. А в другую – все в животе поджимается от того, сколько в его взгляде неизведанности. Именно таким он смотрел на меня в клубе в первые секунды, пока не понял кто я.

– Хочешь наглядную демонстрацию?

Сглатываю тягучий кусок злаков со вкусом меда и киваю.

– Хочу, – отвечаю, чтобы доказать, что не все девушки падки лишь на обаяние и хулиганскую улыбку.

Иногда нужно проявить усилие, чтобы завоевать внимание.

Но, наверное, я зря сказала это, потому что то, что я читаю в его глазах начинает пугать. Зрачки расширяются, как у хищников во время охоты, желваки заостряются. Склонив голову, Саша скользит взглядом по мне вниз, к самым бедрам. Останавливает его там, а я подбираюсь. В животе, там, где прихватило спазмом, расползается жар, а пульс начинает набирать обороты.

– Не самая лучшая идея, – произносит спустя несколько мучительных секунд, вернув сощуренный взгляд мне в лицо.

– Что именно?

Мгновение и я вздрагиваю.

Ноги ошпаривает кипятком, когда Саша внезапно кладёт ладонь мне на голое бедро и толкает второе в сторону. Охнуть не успеваю, как цепляет пальцами крошку батончика, лежащую между моих ног, и закидывает её себе в рот.

– Начинать игру, в которой заведомо проиграешь, Алисёна, – как ни в чем не бывало легко кивает на дверь, открывая свою, – Пойдем. Купим тебе нормальной еды.

Сердце мое дёргается в рваном ритме.

Вот вам и фишечки…

Глава 11. Любимый

Алиса

Когда я выбираюсь на улицу, пульс все еще не может прийти в норму, а во рту сухо, как в пустыне.

Не люблю проигрывать, а я, кажется, только что это сделала. Сама не успела даже понять, как.

Поправив шорты, прилипшие к ногам, следую за Сашей. На нем сегодня светлые брюки и свободная рубашка небесного оттенка. Заложив руку в карман, он неспешно входит через разъезжающиеся двери магазина.

Там прохладно от кондиционеров, и это мне на руку. Холодный воздух немного остужает мою воспаленную кожу.

Подойдя к прилавкам, изучаю то, что есть в наличии, когда до моих ушей доносится игривый мужской голос.

– Ну, вам же не жалко? Я прямо поражён вашей красотой, Марина.

Перевожу взгляд на молодого парня, предпринимающего попытки выудить у кассира номер телефона. Довольно симпатичный, высокий, подкаченный и уверенный в себе. Мои одногруппницы по таким слюнки пускают. Но кассир Марина – кремень.

Остаётся непреклонной перед его заискиваниями. Он бедолага и так и сяк старается привлечь к себе внимание, даже притягивает её к себе за бейджик, заигрывающе заглядывая в лицо. А она отрицательно, даже немного строго мотает головой и нарочито вежливо желает хорошего дня.

У меня в голове щелчок раздаётся. Будто все предохранители разом отключаются.

Это то, что мне нужно. Марина!

– Спорим, ты не возьмешь номер телефона у кассирши? – подхожу к Саше, занявшем очередь.

У него в руке бутылка минералки, из которой он как раз делает пару глотков.

Вскинув с вызовом бровь, складываю руки на груди. Сама не понимаю для чего это делаю. Обычно я ангел и не лезу на рожон, но сейчас внутри меня будто включается темная половина, желающая отомстить за собственную слабость.

Себе, или ему – точно сказать пока не могу.

Хмыкнув, Саша находит глазами молодую симпатичную девушку, рассчитывающую следующих покупателей.

– Могла бы найти кого—то посложнее, – снисходительно глядит на меня сверху—вниз.

– Справься с ней, и поговорим.

Очередь в пару человек заканчивается быстро. Я отхожу в сторону, делая вид, что рассматриваю витрину, и тем самым давая ему пространство для манёвра.

Ожидание вбрасывает в кровь адреналин. Давай, Марина, не подведи!

– Добрый день, – дежурно улыбается девушка.

– Добрый, – обольстительная улыбка, которую я уже не раз видела, наползает на мужские губы, включая обаяние "очаровательного подонка" на максимум.

– Что будете брать?

– Воду, – Саша демонстрирует девушке надпитую бутылку, – двойной классический хот—дог, капучино, и… что бы вы посоветовали, как для себя?

– Как для себя? – удивленно распахиваются большие карие глаза.

– Да. Если бы была возможность что—то купить для себя, что бы это было? – Саша склоняет на бок голову, медленно проходясь своим фирменным взглядом с ленцой по её щекам и губам.

Наживка захвачена, и Марина, к моему огромному разочарованию, реагирует моментально. Сжав смущенно губы, опускает глаза и заправляет прядь волос за ухо. Пряди на самом деле нет, потому что у неё на голове шапочка и волосы крепко заколоты заколками, поэтому за ухо отправляется воздух, но движение говорит само за себя.

Вопиющая несправедливость! Ну как так? С прошлым парнем прямо кремень была, а тут… растеклась, как глина от огня.

– Наверное, клубничный макарон. Их только завезли, они свежие и очень вкусные. Попробуйте.

– Давайте три. Один упакуйте отдельно.

– Хорошо. Что—нибудь еще?

– Нет, спасибо.

Непонимающе слежу за тем, как Саша собирается рассчитываться.

А как же номер телефона? Уговор был именно на него.

Перевожу взгляд на девушку, которая отчего—то довольно долго вбивает заказ в компьютер, будто каталог продуктов у нее перепутался и требуется времени больше, чем обычно, чтобы их все отыскать.

– Может, вам рассказать о наших акциях? – суетливо спрашивает, зависнув пальцем с коротким маникюром над клавиатурой.

– Расскажите, – опирается двумя ладонями на прилавок Саша.

– Сейчас вы можете приобрести некоторые продукты два по цене одного. К примеру, шоколад, или бисквитное печенье. Также, за дополнительный стакан кофе вам на счет придет двадцать процентов бонусов от цены, – тараторит, не отводя от него блестящих глаз.

Щеки на миловидном лице порозовели, а Саша ухмыляется уголками губ и даже не пытается просить номер. Зато слушает с таким интересом, будто она читает ему «Отелло” наизусть. Голой.

А потом вдруг выдает, обрубив все её старания:

– Спасибо, но это мне не интересно, – а когда девушка расстроенно выкладывает перед ним заказ, один из макарон возвращает ей обратно. – Это Вам, Марин.

– Ой… – пойманная рыбка краснеет еще сильнее, – спасибо большое. Может.. ммм.. вам … ммм… – запинается, пытаясь найти как его остановить, но Саша действует на опережение.

– Может, – подтверждает так, словно прочитал её мысли, – если номер свой на салфетке напишете, я вам позвоню и мы обсудим все возможные ”может”.

Очередь уже начинает недовольно ворчать, но девушку это ни капли не смущает. Её глаза загораются, будто ей только что объявили о выигрыше в лотерею, и она, прикусив губу, быстро достаёт салфетку из держателя.

Ну что же ты, Марина!!! Негодование во мне хлещет как кипяток из кастрюли.

Вот так и возлагай надежды на других.

Не знаю, что мной руководит в этот момент. То ли я заразилась бешенством дьяволят, пока они кусали мои ноги, то ли это мои личные хулиганят, но я по неведомым мне причинам, делаю несколько шагов по направлению к Саше и решительно оплетаю его крепкий торс руками.

– Ты долго еще, любимый? – Вскидываю голову, встречая слегка обалдевший взгляд карих глаз и трусь подбородком о его грудь, – Я кушать хочу.

Я кажется упоминала, что у меня прекрасная «актерочка».

Боковым зрением замечаю, как девушка застывает, остановившись на плюсике и не решаясь писать дальше.

Поворачиваю в её сторону голову.

Бледная и ошеломленная.

Пусть она меня простит…

С одной стороны – я её спасаю, потому что после одной ночи, Саша ей точно не перезвонит, а с другой – и я не буду себя обманывать, мне просто хочется, чтобы этот номер не достался адресату. И я победила. Пусть и не совсем честно.

– Твой хот—дог… любимая, – немного плавлюсь под тяжестью сощуренных глаз, когда возвращаю взгляд на Сашу.

Кремируя меня сощуренными глазами, он вручает мне ароматный хот—дог, на запах которого тут же реагирует мой желудок. Но что—то со мной сегодня явно не так. Мне оказывается мало. И я, проведя носом над покрытой соусом сосиской, резко выпучиваю глаза.

– Он с горчицей? – лихорадочно поворачиваю голову с него на ошалевшую Марину.

– Д—да… – заикается она.

– Ты же знаешь, что меня от неё тошнит. Как и от квашенных огурцов с тунцом уже две недели как. Ну Саааш… – прикрыв рот ладошкой, впихиваю ему хот—дог обратно, и срываюсь с места под расстрелом ошарашенных взглядов уже не только Марины, но и всей очереди.

Выбежав на улицу, отбегаю к фуд—зоне и падаю на один из пластмассовых стульев. От смеха и собственной смелости потряхивает. Ощущение победы изнутри мощным зарядом исходит, добираясь кончиков пальцев.

Прости, Саш. Правда, прости.

Я не понимаю, что в меня вселилось. Бабушка бы сказала, что вожжа под хвост попала.

На самом деле, я даже с Мишей себе такого никогда не позволяла. Когда он был со своими девушками, максимум могла в голове покрыть их нелестными эпитетами, но чтобы вот так, в открытую…

Прикладываю к горящим щекам ладони. Сердце выдаёт чечётку, заставляя кровь пузыриться, и только сильнее ударяется о ребра, когда Саша выходит сквозь стеклянные двери и найдя меня глазами, направляется сюда.

В одной руке у него бургер, в который он вонзается зубами, откусывая большой сочный кусочек, в другой кофе, а на локте висит пакет.

Злым не выглядит, кажется. Уже хорошо… Но я на всякий случай готовлю оборонительную речь.

Прикусив губу, наблюдаю как он подходит к столу, опускает на него покупки и молча садится на соседний стул.

Струной натягиваюсь и жду… в затылке гулко бахает от неизвестности. Звон в ушах оглушает, а Саша, будто ничего не случилось, с аппетитом откусывает ещё кусочек.

Желудок, учуяв такую вкусняшку, настойчиво выделяет желудочный сок и требует и себе такую же.

Прокашлявшись, облизываюсь.

– Что? – Саша вопросительно заламывает бровь, заметив мой голодный взгляд.

– А мой хот—дог? – тихонько напоминаю.

– Пришлось оставить внутри. Не хочу, чтобы тебя стошнило в машине.

– Ну Саш…

Едва проговариваю это, как он вдруг одной рукой обхватывает ножку моего стула и резко тянет его к себе. С противным звуком скольжу по асфальту, оказываясь к нему в самой непосредственной близости.

– Деррржи, бедовая, – с неким рычанием протягивает мне надкусанный бургер.

– А еще одного нет? – нерешительно морщусь.

– Ну, не хочешь, как хочешь, – открывает рот, чтобы откусить еще кусок, но я быстро тяну руки и забираю сочную вкуснятинку.

– Хочу. Очень хочу.

От неповторимого вкуса, взорвавшегося на языке, издаю удовлетворенный полу—стон. Это божественно, ммм!

И однозначно лучше хот—дога.

Хмыкнув, Саша чиркает зажигалкой и подкуривает сигарету. Его левая рука оказывается сзади на спинке моего стула, а сам он с усмешкой наблюдает за моей трапезой.

Ничего не высказывает, что удивительно. Думала, как минимум, разразится праведным гневом.

– Ты прости, – жуя, все же осмеливаюсь встретиться с ним взглядом, – так и не достался тебе номер Марины. Но, как говорится, надо уметь проигрывать достойно. Ты молодец. Лицо держать умеешь.

– Мхм, – продолжая искоса смотреть на меня, подносит сигарету к губам, и глубоко затягивается.

Выпускает дым наверх, а я тянусь за салфеткой.

Уже собираюсь вытереть губы, как замечаю написанные на ней ручкой цифры, сильно напоминающие номер телефона.

Челюсть в шоке падает вниз.

– Как? – Ошарашенно смотрю на него. – Нет, как? Сам написал небось?

Саша смеётся, а я чувствую, как моей спины легко касаются его пальцы.

– Сказал ей, что ты сумасшедшая, преследующая меня на машине уже полчаса, а я совершенно не знаю, что с тобой такой делать. Мне даже предложили полицию вызвать, чтобы помочь, но я клятвенно пообещал справиться сам.

Открываю и закрываю рот, не найдясь с ответом. Боковым зрением замечаю, как люди, выходящие из магазина, странно косятся в нашу сторону. Смущение волной затапливает.

К щекам стремительно приливает краска.

– Ну ты и… – вылетает из меня на выдохе.

– Любимый? – Саша заламывает бровь, а потом вдруг обхватив сзади мою шею пятерней, уверенно тянет к себе. В моих нервных клетках замыкание происходит, приподнимая волоски на коже, и вызывая мощный толчок внизу живота, когда он утыкается горячими губами мне в ухо. – Приятного аппетита.

Резко бросает в жар, и я будто снова переживаю мини—землетрясение. Разрушительное и опасное. Ухо и шею жжет, плечо огнем горит от соприкосновения с мужской грудной клеткой.

– С—спасибо.

Глава 12. Соседи

Саша

– Адрес свой скажи.

Алиса диктует название улицы и номер дома, и к моему удивлению я осознаю, что живу совсем рядом.

По возвращению компания арендовала мне квартиру. Однокомнатную студию на двадцать втором этаже.

В моей собственной я поселил родителей перед отъездом. Их старую продал, потому что находилась она не в лучшем районе города. Мы вообще с ними не шиковали никогда, пока мне работа хорошая не подвернулась. Раскрутился, Даву с рестораном помог и в долю вошел, чтобы и ему проще и мне плюс какой—никакой на счёт.

Когда заграницей должность предложили, мать с отцом перевез к себе в двушку. Она возле парка с небольшим озером, им нравится там. Гуляют каждый день, фотки черепах мне присылают, жизни радуются.

Меня же пока и арендованная устраивает. Это вон у Давида с Демьяном семьи, им нужно пространство для детворы. А мне что надо? Кровать, чтобы спать завалиться после работы, и душ. Этого вполне достаточно. А дальше посмотрим, может со временем еще одну куплю. Было бы для кого…

– Вот.

Стервоза аккуратно складывает бумажный пакет и кладет его на торпеду.

Бравада слетела и теперь Алиса помалкивает, только изредка стреляя в меня своими большими синими глазищами. Длинные ресницы подрагивают всякий раз стоит мне на нее взглянуть, щеки румянцем покрываются.

Сидит, скромно сжав ноги и сложив руки на коленях. Святая невинность, прямо.

Внешность у чертовки обманчивая. Миниатюрная девочка—припевочка с кукольным личиком, а характер как у кошки. Коготки демонстрирует только так.

Усмехаюсь, тарабаня пальцами ритм под музыку, льющуюся из буферов.

До сих пор поверить не могу, что это та самая Алиска – сестра Осиповой. Помню её угловатым подростком, рассказывающим всем, как пацаны в классе дерутся за возможность носить ей портфель.

Я тогда посмеивался, помню. Смешная она была, наивная. Но с таким стержнем, мама не горюй.

Стержень и сейчас никуда не делся. Чего только стоит то, что она на заправке учудила.

Сучка маленькая.

Ремня бы ей всыпать за такое. Или не ремня.

Взрослая уже. И отвечать надо по—взрослому.

От того, как моя фантазия интерпретирует это “по—взрослому”, в паху становится тесно и приходится занять более удобную позу в кресле.

До сих пор помню яркие ощущения того, как Алиса отвечала мне тогда в клубе. Я как мордашку ее увидел няшную, и платье, второй кожей облепляющее точеную фигурку, так и тормоза отключились. Тем более сама так самозабвенно «подарок» предлагала. Думал мало ли, может познакомился где—то и забыл, а девочка помнит.

Вкус ее на языке до сих пор иногда фантомной сладостью растекается. Невинный и клубничный. Смесь пиздец просто.

Меня повело, как пацана тогда. Даже руки затряслись. Прям там отодрал бы, если бы жёстко не обломали. И невинность с клубникой пришлось заменять опытностью и “диором”. Так себе замена. Осточертевшая уже до тошноты.

– Какой подъезд? – сворачиваю в нужный переулок, когда мы подъезжаем к месту назначения.

– Второй.

– Мы с тобой соседи. Знала?

– Ммм. Нет.

– Я вон в том ЖК живу, – кивком головы указываю на многоэтажки за забором.

Алиса поворачивает голову и присвистывает.

– И правда, соседи.

– Можешь забегать за солью, если понадобится, – кошусь в её сторону.

– Этого добра у меня полно. Да и по соседям ходить я не большая любительница.

Мотает головой, пока я останавливаюсь около ее подъезда и глушу двигатель.

– Спасибо, что подвёз, – глаз на меня не поднимает.

После того момента за столом вообще старается не смотреть выше моего кадыка.

Дурочка.

Меня это её поведение веселит и…бодрит. Уже не помню, когда при общении с девушкой внутри билась энергия. При чем такая разнообразная. От похотливой до давно забытой. Юношеской. Хулиганской.

– Макароны забирай.

– А? Какие макароны?

Поднимает наконец на меня свои глазенки. А я киваю ей на пакет.

– Оу. Но тут один твой, – взяв пакет, лезет внутрь рукой, а я обхватываю ее запястье, останавливая от щедрого жеста.

– Забирай оба.

Алиса на пальцы мои смотрит, я же ловлю себя на мысли, что меня какой раз за эти сутки тянет к ней прикоснуться. Кожа у неё мягкая и нежная. Пальцы самовольно смыкаются сильнее в желании потянуть на себя, чтобы ладошками опять в грудь мне уперлась, как тогда в клубе и стоном горло пробила. Мляяя.. скручивает моментально.

Приходится силой пальцы разомкнуть, потому что вроде как не имею права.

Алиска – сестренка Оли, и это не то, чтобы табу, скорее осознание, что мои порнушные фантазии в её адрес совсем не то, что нужно девочке. Ей Миша её обожаемый больше подойдет.

Долго и стабильно – это про него. Моё же второе имя – непостоянство. Алиска подобный расклад не оценит. Ей романтику и воздушные шары в её возрасте подавай, а еще клятвы в вечной и верной.

Нет, точно не ко мне её маршрут.

– Уверен? – качает пакетом перед моим лицом, – Тебе так их рекламировали. Клубничный, слаааадкий, – передразнивает девчонку кассиршу.

Мммм. Ассоциации снова утекают не туда. Клубники бы я поел, но другой.

– Вот и расскажешь потом понравились тебе или нет, – подмигиваю ей.

– Ладно, – сдается, улыбаясь, – я один тогда Петьке отвезу. Как раз к нему собираюсь сегодня.

Петька – это их с Олей брат. Я всего пару раз его видел и то уже не помню, когда в последний.

– Отличное решение.

– Ещё раз спасибо, – щёлкнув дверным рычажком, выбирается из салона, – пока.

Аппетитная попка, обтянутая спортивными шортами, дефилирует к подъезду. Мой взгляд теряется в районе стройных ног и ползет вниз к тонким щиколоткам, а потом, не без удовольствия, обратно вверх к изящной шее.

Мысленно рычу и стискиваю руль. Да что ж такое?

Алиса оборачивается около двери, махнув своим хвостом и встретившись со мной взглядом. Задумчивым и каким—то несвойственно ей серьёзным. Это длится всего секунду, за которую мы гипнотизируем друг друга. Она отводит свой первой и прячется в подъезде.

Сложив руки на руле, опускаюсь на них головой и тихо сам с себя ржу.

От эмоций, бурлящих в крови мне азартно и хорошо. Ощущение легкости вытесняет весь головняк, навалившийся в последнее время.

Должность новая в крупной компании отнимает много сил и энергии. Аня со своим непрекращающимся нытьем тоже нервы мне делает.

Одно развлечение – секс. Хотя и он уже не приносит того удовольствия, что раньше. Старею что ли.

И еще шашлыки вот с друзьями, как вчера. С ними как ни с кем всегда мозги проветриваются. Если бы не Аня, я бы и сегодня у них остался. Бутылку коньяка бы придавили с мужиками, партию в бильярд разбили бы.

Эх, такие планы сломала.

Сзади раздается сигнал клаксона, напоминая, что я перегородил подъезд.

Выставив руку из окна, извиняюсь и трогаю авто с места.

Экран телефона загорается, извещая о входящем от бывшей.

Остатки легкости остаются около подъезда Алисы, а я выдохнув, качу в свой привычный «головняк».

Глава 13. Раздрай

Алиса

– Алиса, а подскажите пожалуйста по поводу выступления, костюмы нужно до пятницы купить?

Екатерина, мама близняшек Эмилии и Лизы, останавливает меня после репетиции. И тут же к ней подключаются еще несколько родителей, окружив меня со всех сторон.