Лилия для Шута

— Это не то, о чём ты подумал, — сразу начал Шут.

— Новенькая служанка благодарит тебя за ночь, после которой долго не могла прийти в себя. Уж попробуй доказать мне, что я подумал не о том.

Джейми допил вино из бокала. Он чувствовал себя провинившимся подростком, но попытался объясниться.

— Не знал, что такие вещи могут происходить вне моего внимания, — выслушав рассказ, ответил Кристиан и подлил себе вина. — Но ты молодец. От такого не отмыться. Амалия стала бы настоящим чудовищем в глазах слуг, а затем и в глазах народа.

— Порой я боюсь, что такого она ещё учудит, а нам хоть за голову хватайся. — Джейми заметил, что бутылка уже закончилась, и начал открывать вторую.

— Она обещала мне попробовать иные методы политики.

— И как? — усмехнулся Шут. — Выходит?

Кристиан улыбнулся. Его лицо было уже красным, а значит, и у Джейми появился румянец от вина.

— Посмотрим, что ждёт нас в Каледоре. Рубий не отстанет от неё. Как бы не случилось чего худого

Джейми вспомнил о маске медведя, о хладных телах короля и королевы и то, как быстро убийца покидал дворец.

У Амалии было достаточно врагов, и Джейми не знал, можно ли её уберечь от всего, чтобы выполнить долг перед королём Элианом.

— А телохранитель не должен находиться подле королевы уже сейчас? — вдруг спросил он.

Кристиан ухмыльнулся и как-то двусмысленно посмотрел на него.

— Рядом с ней камеристка. Но если так рвёшься выполнить долг — можешь постоять всю ночь у её шатра вместе со стражниками.

Джейми поморщился. Перспектива провести бессонную ночь в лесу ему не особо понравилась.

— Ладно, — сдался он, — начну охранять её тело по прибытии во дворец.

Оба снова рассмеялись, и Кристиан хлопнул в ладоши:

— Эй, там, снаружи! Принесите ещё одну бутылку вина! И побольше засахаренных фруктов — нам предстоит долгая ночь выживания в лесу!

Джейми не помнил, когда последний раз так много смеялся и пил. Но когда в шатёр зашла Миранда и сказала, что Амалия вызывает его к себе – всё внутри похолодело. Он был уже изрядно подвыпивший, и они с Кристианом не ужинали, только пожевали фруктов. Как можно явиться в таком виде перед Её Величеством?

— Отказы не принимаются, — добавила Миранда, заметив его растерянность.

— Ох не к добру это — зашептал Кристиан, смотря на бутылку.

— Что такое? –— Джейми положил руку ему на плечо. — Ты что-то знаешь?

Кристиан замотал головой.

— Я просто боюсь, что разговор у вас может не сложиться, особенно когда ты в таком виде — растрёпанный и возбуждённый. Тебе бы проспаться или — Кристиан отвёл взгляд. —Действительно развлечься с какой-нибудь служанкой.

— У тебя, я смотрю, только одно на уме, старый ты развратник.

Джейми взял кувшин с водой и отпил из него добрую половину.

— Миранда, я могу умыться и переодеться перед визитом к Её Величеству?

— Она ждёт тебя с минуты на минуту. Но — Миранда сказала это полушёпотом: — Ты можешь поторопиться и привести себя в порядок.

Джейми поблагодарил и первым делом убежал к Уорику за своими вещами.

***

Шатёр Амалии выделялся из всех: он был яркобелого цвета, а на ткани были вырисованы лилии. Слава Богам, никакого аромата цветов. Джейми нравился запах леса. Он был свободным. Никакой духоты, даже в шатре Кристиана, лишь прохлада и свежесть, будто рядом шумел густой бор, а не придворная суета.

Однако, зайдя к королеве, Джейми едва не стошнило. Внутри пахло лилиями – да так дурно, что вмиг его трезвость, которую он пытался вызвать холодной водой и чистой одеждой, испарилась. Тяжёлый, приторный аромат заполнял всё пространство, оседал на языке противной сладостью, давил на виски. Казалось, будто сотню букетов собрали в одной комнате и оставили гнить под палящим солнцем. Он высунул голову, чтобы подышать воздухом, но не успел сделать и пары вдохов.

— Ты когда-нибудь смотрел на звёзды? Через деревья их едва видно, но если выйти к полю — незабываемое зрелище.

Королева стояла, облокотившись рукой на стол, и держала в руке бокал с вином. Но не это привлекло внимание Джейми. На Амалии был наряд, если это можно было назвать нарядом Да где она вообще это взяла?!

Её платье состояло из двух частей. Первая — короткий розовый бюст с драгоценными камнями и золотыми цепочками. Шёлковые рукава едва касались рук, не скрывая их. Вторая часть — полупрозрачная юбка, плотно облегающая талию. В отличие от многослойных королевских нарядов, она не стремилась что-либо скрывать. Благо, множество золотых украшений и цепей на поясе не позволяли разглядеть всё детально. Волосы королевы были распущены, а на голове сверкала тиара с драгоценными камнями и свисающими нитями по бокам головы.

— Этот костюм мне прислала герцогиня Тильская с ЮжноВосточных островов. Такое у них в моде. Как тебе?

Джейми молчал. Ему очень хотелось проглотить язык, чтобы тот не посмел сказать то, чего не стоит. Мало того, что внутри шатра стоял удушающий аромат цветов, так ещё и королева выглядела не как королева Альтарии, а как дорогая куртизанка, за ночь с которой нужно копить полжизни.

— Что от меня требуется? — спросил он, игнорируя её вопрос. Ему хотелось поскорее сбежать, пока мозг окончательно не отключился.

Амалия, похоже, разозлилась. Её брови сползли к переносице, а красные пухлые губы превратились в тонкую нить.

— Начнём с того, что ты даже не поприветствовал свою королеву как следует! Ещё и смеешь игнорировать!

Да как такое проигнорировать? Был бы на месте Амалии в таком виде кто угодно другой — Джейми бы среагировал молниеносно!

— Прошу прощения, — он опустился на одно колено и пожелал бы остаться в таком положении, пока Амалия не соизволит переодеться в менее открытый наряд. — Моя королева

Королева подошла к нему и, указательным пальцем касаясь подбородка, заставила посмотреть на себя.

— А теперь отвечай на вопрос.

— Вы — он взглянул в её янтарные глаза. В тени свечей они казались медными, отливали тёплым, почти расплавленным золотом. — Прекрасны.

— Что ещё?

А что ещё?! Джейми захотелось убежать в лес и больше никогда не возвращаться. Пусть его загрызут сумеречные волки — это будет куда проще, чем разбираться в капризах королевы. Он вдохнул поглубже, пытаясь унять дрожь в пальцах, и невольно поймал запах её духов: тяжёлый, цветочный, с горьковатой нотой, совсем не похожий на свежий лесной аромат.

— Больше никаких мыслей у тебя в голове нет? — Амалия рукой заставила его подняться, её пальцы на подбородке были нежными, но хватка твёрдой. — Ничего не хочешь сказать? Говори, что думаешь!

Джейми опустил взгляд, скользя им по узору ковров.

— У меня в голове пустота, — выдохнул он. — Ваш советник предложил мне вина, и я не мог отказать. А теперь Вы тут со своими причудами

Амалия забегала глазами, будто расстроилась. Она резко отвернулась, сверкнув своей тиарой в отблесках свечей.

— У Вас был какойто план? — Джейми усмехнулся, но без злости, скорее устало. — Право, не представляю, что Вы хотели, чтобы я сделал, но у меня одно желание — подышать свежим воздухом.

— А выпить не хочешь? — Амалия указала на массивный дубовый ящик с вином. — У меня тут на всю ночь хватит.

Джейми нервно, почти истерически рассмеялся.

— С удовольствием! — он всплеснул руками. — Но там, на улице! Подальше от Вас и этого наряда!

Амалия возмутилась, но в её глазах будто появилась идея. Голова шла кругом, Джейми боялся, что может упасть в обморок.

— Так не пойдёт, — королева прошла к ящику, схватила две бутылки с тёмным стеклом, сунула ещё две Джейми и вытолкала его на улицу.

Джейми перестал понимать, что творится. Королева выжила из ума? Определённо.

— Ваше — Стражники одновременно замерли, увидев королеву в необычном наряде. Их доспехи блеснули в свете факелов, а лица вытянулись от изумления.

— Мы прогуляться, — машинально ответила она, продолжая в спину толкать Джейми. — За нами не ходить, ясно?

Стражники попытались собраться, но оба раскраснелись, как раки. Один из них тихо промямлил чтото похожее на «есть».

Джейми отошёл от шатра, но расслышал диалог стражей:

— Она его приносить в жертву духам леса пошла?

— Вне всяких сомнений.

— Бедныйбедный Джейми.

Он был согласен с ними. Но как Джейми может ослушаться приказа королевы, даже если та сошла с ума?

— Может, прекратите меня толкать?! — Джейми развернулся к Амалии. — Просто скажите куда мы идём.

Амалия указала на выход из леса. Бескрайнее поле, подсвеченное одними звёздами и луной. Ветер шевелил низкие травы, шелестел, будто перешёптывался с кемто. Романтика. Но не в таком положении!

По дороге Джейми успел схватить в руки белую простыню, которую повесили для разглаживания на ветку дерева. Миранда и Кристиан прикончат его, если Амалия простудится. Ткань оказалась мягкой, прохладной на ощупь, вероятно, льняной, расшитой по краям крошечными цветами.

Шатаясь, они вышли к полю. Джейми устало бросил бутылки на землю, расстелил полотно. Амалия уселась так, будто то, что он позаботился об этом, нечто само собой разумеющееся. Трава вокруг слегка покачивалась, роса блестела в лунном свете, словно россыпь бриллиантов.

Джейми сел напротив неё и скрестил руки.

— Открывай бутылки, — скомандовала Амалия.

— У меня нет винта.

— Я сказала открывай бутылки. Меня не интересует процесс, меня интересует результат.

Что в жизни Джейми пошло не так? Ещё день назад он думал, что у него всё хорошо. Он взял бутылку вина в руки и, найдя рядом булыжник с острыми гранями, долбанул по горлышку. Оно разбилось с резким звуком, осколками брызнуло в сторону. Но пить из бутылки было невозможно. А бокалы они не взяли.

— Это всё равно невозможно пить.

Амалия выхватила у него бутылку.

— Повторяй за мной.

И с этими словами запрокинула голову, открыла рот и струёй начала выливать вино из бутылки.

Джейми мог поклясться чем угодно, что это была самая развратная сцена в его жизни. Он застыл, глядя, как лунный свет играет на струе тёмнокрасного вина, стекающего по подбородку Амалии. Капли падали на её наряд — тёмные пятна на светлой ткани, они текли прямо внутрь бюста и стекали на оголённый живот.

Все слова забылись. Джейми не мог отвести взгляд, поражённый этой дикой, почти первобытной сценой: королева, пьющая вино под открытым небом, как простая крестьянка на празднике урожая.

— Ну? — Амалия опустила бутылку, облизнула губы и уставилась на Джейми с вызовом. — Ты же не собираешься меня разочаровать?

Джейми сглотнул. В голове пронеслось: «Что, во имя всех святых, она творит?» Но приказ есть приказ. Он взял бутылку, поднял её над головой и попытался повторить. Вино ударило в нос, часть попала на подбородок, часть на рубашку. Он закашлялся, чуть не выронил бутылку и в итоге всё равно пролил больше, чем выпил.

Амалия расхохоталась. Не холодно и властно, как обычно, а искренне, от души, так, что плечи затряслись, а глаза заблестели.

— Ты выглядишь, как котёнок, впервые увидевший воду, — выдавила она между смешками. — Неуклюжий и мокрый!

— Я не привык пить вино из разбитой бутылки, — пробурчал Джейми, вытирая рукавом подбородок. — И при всём уважении, Ваше Величество, может, объясните зачем мы здесь? На поле, посреди ночи, с простынёй и вином? Что Вы хотите от меня? Если это месть за недавние события, то прошу прощения, что позволил себе лишнее.

Амалия перестала смеяться. Взгляд её вдруг стал серьёзным.

— Ты ещё недостаточно пьян.

— Что?! — Джейми выдохнул. Чего она добивается? В голове шумело, мысли путались.

— Пей, — снова скомандовала она. — Давай, Шут, покажи, на что способен.

Джейми подумалось, что вместо простыни нужно было захватить еды. Он так нормально и не поел. А Уорик очень хвалил пудинг! От этой мысли в животе заурчало.

— Я думал, Вы хотите обсудить чтото. А Вы будто бы пытаетесь нарваться на какието действия от меня.

Взгляд девушки дрогнул. Неужели он попал? Она хотела, чтобы у неё были причины отослать его?! Джейми схватил бутылку и выпил её до конца, облизываясь. Капли вина скатились по подбородку, оставив липкий след. Он снял жилет и выкинул его в сторону — тот упал в траву, почти сразу потерявшись в тени.

— Ваше Величество, я и не знал, что Вы так ужасны. Но меньшего от Вас я и не ожидал. — Он похлопал в ладоши. — Но Вы не учли одного момента.

Амалия водила пальцем по простыне, делая вид, что не понимает о чём он. Её ноготь скользил по вышитым мелким цветочным узорам, будто она пыталась сосчитать каждый лепесток.

— Чтобы чтото доказать, Вам потребуются свидетели, — Джейми улыбнулся и посмотрел в сторону леса. Место, в котором был разбит лагерь, едва можно было разглядеть: всё скрывали непроходимые ели впереди, их тёмные силуэты напоминали крепостные стены. — И если сейчас в тех дальних кустах не прячется Кристиан в паре с Мирандой, боюсь, Ваш план с треском провалился.

По удивлённым глазам девушки, хоть она и старалась это скрыть, Джейми понял, что за ними точно никто не следит. А страже королева только что отдала приказ не ходить за ними. Ужас! А ещё, судя по всему, она выпила едва меньше Джейми — нужно же было найти в себе смелость так разодеться перед ненавистным Шутом!

— Ничего не скажете?

Их обдувал тёплый ветер, пахнущий разнотравьем и влажной землёй. Джейми боялся, что даже под градусом в таком виде королева может замёрзнуть.

Амалия, словно подтверждая его слова, обхватила руками голые плечи. Кожа покрылась мурашками, а в свете луны её украшения отливали холодным блеском.

— Как же нелепо, — она усмехнулась сама себе. — И с чего я взяла, что ты можешь мне сказать чтото приятное? Я — не мои родители. Ты никогда не признаешь меня равной им.

Она сейчас была серьёзна или играла? Джейми был слишком пьян, чтобы разбираться. Он рассмотрел её достаточно откровенно и даже позволил себе прикусить губу. В лунном свете силуэт королевы казался почти нереальным: полупрозрачная ткань, мерцание камней на тиаре, тень от ресниц на щеках.

— Вы прекрасны, и я был бы полным дураком, если бы пытался это отрицать.

Амалия посмотрела на него. В её глазах, янтарных и глубоких, отражались звёзды — будто крошечные светлячки застряли в медной глубине.

— То ужасна, то прекрасна, — она мельком глянула на вторую бутылку вина. — Открой.

Джейми послушно выполнил её приказ и первым отпил. Вино оказалось терпким, с лёгкой горчинкой, оно обожгло горло и добавило огня в и без того разгорячённую кровь. Плевать. Его уже накрыло пеленой, и раз королева приказывает — он послушается. Утром она ничего предъявить ему не сможет.

— Ты можешь сказать, что действительно чувствуешь? — Амалия снова «облилась вином». Её полупрозрачная одежда стала просвечивать слишком откровенно, а капли, скатившиеся по ключицам, блестели. Какой кошмар! — Или сделать.

— Хотите, чтобы я нарушил Ваш же запрет? — он усмехнулся. — Сколько бы вина я ни выпил, сидите Вы при мне хоть голой — я к Вам не прикоснусь.

— Нас никто не видит.

— Это дело чести.

— Я отменяю приказ о неприкосновенности, — Амалия с вызовом двинулась к его лицу.

От неё пахло лилиями и вином, этот аромат смешивался с запахом ночной травы. Джейми начало мутить — не от вина и даже не от запаха, а от близости, от напряжения между ними, от этой странной игры, правила которой он не понимал.

— Можешь делать, что хочешь, — не унималась Амалия.

Ветер шевелил края простыни, пролетал между его кудрей, а гдето вдалеке ухала сова — её крик звучал насмешливо, будто и птица знала то, чего не знал Джейми.

— А что, если я ничего не хочу? — продолжил он. — Я сказал, что Вы прекрасны, но не говорил, что именно я сам нахожу Вас прекрасной.

— А если думать, что я не королева? — Амалия подалась вперёд, лунный свет очертил линию её подбородка, сделал тени под глазами глубже. — Не взглянул бы на меня?

Джейми расплылся в пьяной улыбке.

— Но Вы же королева, Амалия. И ничего это не исправит: ни поле, ни вино, ни этот нелепый наряд, — он обвёл взглядом её полупрозрачную одежду. — Даже если мы сидим тут, как двое беглых крестьян, звёзды всё равно знают, кто Вы. И я знаю.

Королева вновь разозлилась.

— Да пошёл ты, Шут, — она поднялась и осмотрела своё испачканное вином платье. Тёмные пятна расползлись по ткани, словно маленькие чернильные острова в море. — Вот же, только костюм испортила

— А вы оделись так для меня? — Джейми улыбнулся, располагаясь боком на простыни. Он подпёр голову рукой и посмотрел на неё снизу вверх.

— Это не имеет значения, — Амалия говорила так, будто он не выполнил какието желания, которые она хотела, но не говорила. Её голос дрогнул на последнем слове, и она тут же отвернулась, будто испугавшись этой слабости.

Джейми вздохнул. Он не волшебник, чтобы читать мысли. Парень вдруг взглянул на небо, и улыбка с его лица пропала. Он охнул.

— Как же красиво

Над полем раскинулся необъятный купол ночного неба — глубокий, тёмносиний, почти чёрный у зенита и чуть более светлый у горизонта, где ещё теплились остатки вечерней зари. Бессчётные звёзды рассыпались по нему, как алмазная пыль на бархате: одни яркие и резкие, другие едва заметные, дрожащие точки, будто готовые вотвот погаснуть.

В стороне от центра, над линией леса, сверкала серебристая дуга Млечного Пути — тонкая, призрачная, словно ктото провёл кистью, смоченной в звёздной пыли. Луна, почти полная, висела низко над полем, заливая всё вокруг холодным, голубоватым светом. Её лучи ложились на простыню, на траву, на лицо Амалии, и та на мгновение показалась Джейми не королевой, а просто девушкой: уставшей, растерянной, уязвимой.

Амалия, всё ещё стоявшая с раздражённым видом, невольно подняла глаза. Её дыхание замедлилось. Гнев в глазах потускнел, сменившись чемто другим — тихой печалью.

— Да — прошептала она. — Действительно красиво. Мама очень любила смотреть на звёзды в поле.

Джейми сел прямо, откинул голову назад и глубоко вдохнул.

— Когда я был мальчишкой, я боялся ночи. Казалось, что тьма — это чтото живое, что может меня проглотить. А потом королева Мэрилл показала мне звёзды в саду и сказала: «Смотри, они — как свечи, зажжённые кемто добрым. Пока они горят, ты не один».

Королева молчала долго. В воздухе повисла тишина.

— А ты чувствуешь себя одиноким? — тихо спросила она наконец.

Джейми задумался, глядя на мерцающие звёзды. Гдето в траве стрекотали сверчки, а ветер ласково перебирал пряди его волос.

— Иногда, — ответил он.

— Но вокруг тебя постоянно люди.

— Вокруг Вас тоже.

— Но тебя любят.

— И Вас.

— Меня не так, — Амалия вернулась на простынь, ноги её не слушались, дрожали, будто после долгого бега. Она неловко опустилась на ткань, чуть не потеряв равновесие. — Меня они любят изза того, что я королева. А тебя за — королева растерялась, запнулась, подбирая слова. — За то, что ты это ты.

Шут улыбнулся грустно и чуть устало.

— Может, Вы и правы, — он вдруг приблизился к девушке, провёл рукой по её волосам: осторожно, почти невесомо. Пряди оказались мягкими, шелковистыми. — Но их любовь не делает меня менее одиноким. Моя семья умерла.

— Моя тоже, — Амалия добавила это так горько, будто вот-вот расплачется. Её голос дрогнул, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Но я уже не знаю, любили ли они меня понастоящему.

Джейми хотелось пошутить, но шутка застряла в горле. Чтото упрямо кричало: «Не сейчас». Неужели совесть? Он глубоко вдохнул, чувствуя, как ночной воздух наполняет лёгкие, как учащается сердцебиение.

— Любили, — сказал он твёрдо. — Я видел, — он задумчиво разглядывал её лицо, будто смотрел первый раз: тонкие черты, упрямый изгиб губ, тень усталости в глазах, две родинки на щеке. — Когда Вы хворали — они горевали, отменяя все празднества и встречи. Когда Вы плакали — у них болели сердца.

Джейми, хоть и смотрел на Амалию почти вплотную, он не заметил, как её глаза наполнились слезами. Одна из них посмела прокатиться по щеке королевы, оставив влажный след, блеснувший в лунном свете.

— Чёрт, — заругалась она, вытираясь. — Чёртчёртчёрт.

— Моя королева, я сказал чтото не то?

Амалия закусила губу, пыталась успокоиться. Её грудь вздымалась неровно, а пальцы теребили край юбки.

— Я — Она задрожала. — Я так по ним скучаю. Всё это время — Амалия вновь вытерла дорожку слёз. — Я ни разу не пускала слёз с того дня. Что нашло сейчас — не понимаю.

Джейми замер. Она всё это время сдерживала эту боль в себе? Пока Шут успел выплакаться без стеснения едва ли не половине двора, включая Кристиана, Амалия не позволяла себе плакать? В груди чтото сжалось, стало тяжело дышать.

— Что в этом такого? Нельзя столько эмоций держать в себе, — Джейми не знал, как поддержать королеву. Он неловко положил руку ей на плечо. — По королю с королевой я готов был плакать, как ребёнок, едва ли не каждый день.

— Я королева, Флиман, — Амалия собралась, выпрямилась, пытаясь вернуть себе прежний вид. Но в её голосе уже не было бывшей твёрдости. — Эти чувства они мешают. Я буду слабой в глазах народа, в глазах слуг. Теперь и ты будешь считать меня такой.

— Я бы не — Джейми вдруг вспомнил, что винил эту девушку в смерти короля с королевой. Вспомнил, что всю жизнь считал её человеком без сердца. В горле встал ком. Он, не спрашивая разрешения, положил руку на грудь Амалии. — Послушайте.

— Ты что творишь! — Королева начала трястись, отпрянула, но он не убрал руку.

— Успокойтесь! И не бейте! Посидите спокойно минуту!

Амалии, наверное, впервые в жизни приказывали. Она замерла, но не по его просьбе, а от наглости Джейми. Её глаза расширились, губы приоткрылись.

— Самито слышите? — Он убрал руку, но не отодвигался. — Ваше сердце. Оно у Вас оказывается бьётся.

Амалия вдруг громко расхохоталась, запрокинув голову.

— Плохое оправдание, чтобы облапать свою королеву!

— Я Вас едва коснулся.

— Всех так трогаешь? — Она резко положила руку ему на грудь. — Ого, Шут, да у тебя есть сердце! А я не знала!

Королева продолжила хохотать. Правда, на королеву она была совсем не похожа —ещё чутьчуть, и скоро начнёт кататься по простыне, держась за живот.

— Вы это называете облапать?

Амалия оживилась, её глаза загорелись, а украшения на одежде звякнули.

— Хочешь показать, как правильно?

— Не хочу, — Джейми соврал. В таком виде, в их состоянии лучшим завершением вечера была сладострастная ночь. Но только не с ней. Однажды он уже пошутил про помощь принцессе утолить её запретные желания и чуть не вылетел кубарем со двора. Больше такой ошибки он не повторит.

Королева нахмурилась. Неужели всё ещё хотела, чтобы он сделал нечто ужасное, чтобы у неё был повод его выгнать?

— Моя королева, — он невесомо коснулся её щеки, плеч, колен. — Слушайте меня внимательно и запомните на будущее. Не нужно пытаться вывести меня на что-то. Не получается, как видите. Если действительно чтото хотите от меня — прикажите. Произнесите приказ прямо мне в лицо. Можете прошептать о своих самых потаённых желаниях — и я их исполню. Но без Вашего позволения я не посмею Вас и пальцем тронуть.

Амалия застыла. Он не видел, покраснела ли она, но надеялся, что да.

— У меня нет никаких желаний, связанных с тобой, Шут.

Джейми улыбнулся. Наконецто Амалия Луиза фон Альтария вернулась.

— Холодно, — она поёжилась. Если бы рубашка Джейми не была вся мокрая от вина, он бы обязательно укрыл королеву, он же не изверг! — Отнеси меня в шатёр.

— Отнести?! — Джейми сам едва стоял на ногах, и то это было пару часов назад. Сейчас он боялся, что может не встать совсем. — Я споткнусь о первый попавшийся камень и мы свалимся.

— А у меня ноги голые, если ты не заметил!