Лилия для Шута

Глава 8 «Королева»

Амалия до ночи разбирала бумаги, составляла список блюд, которые хотела бы взять в дорогу, и отвечала с Кристианом на письма. В день поездки ей пришлось встать на три часа раньше, чтобы успеть позаниматься с Чэнь Минем. Кристиан обещал договориться с мастерами по боевым искусствам в Каледоре, чтобы королева могла тренироваться в гостях. Занятия прекращать было нельзя, а то мышцы будут болеть.

Только они с Мирандой забрались в карету и тронулись – Амалия тут же уснула, положив голову на край окошка. Изредка она просыпалась, чтобы попить воды или перекусить фруктов, но снова засыпала под размеренный стук копыт и колёс.

Но, когда они были уже на полпути к границе и долгожданному лагерю – Шут решил напомнить о своём существовании и нарушил покой своим сладким, по мнению всех, кроме Амалии, голосом.

Амалия, облокотившись на подлокотник, держалась за голову и слушала, как с улицы доносится лютня и звонкий мужской голос:

Вставай, брат, не спи, не дремли, В тени шагают враги, враги. Слушай, брат, — там шаги вдали, Мы на страже — мы сильны.

Он исполнял уже третью однотипную песню — эта была про стражей дозора, и, похоже, Шут не собирался останавливаться до самого привала.

— Ваше Величество, я могу шепнуть страже, чтобы он перестал. — Миранда беспокоилась за самочувствие своей королевы, но Амалия прекрасно видела, как камеристка тихонько постукивает по колену в такт музыке и повторяет куплеты знакомых песен.

— Всем нравится, — Амалия вздохнула, — если я прикажу ему заткнуться — все ещё больше меня возненавидят.

Миранда закрыла рот руками.

— Помилуйте, моя королева, с чего Вы решили, что у кого-то есть столь ужасные чувства к Вам?!

Амалия пожала плечами и провела ладонями по подолу своего коричневого платья. Ей нравились дорожные наряды — у тех была только одна нижняя юбка, и надевались они без корсета. Королева Мэрилл ещё десять лет назад постановила, что корсеты носить девушкам всех чинов и титулов не является обязательным, но сама продолжала сдавливать свою грудь, а Амалия, как её дочь, должна была соответствовать.

— Солнце скоро сядет, — заключила Амалия, смотря в окно на розовые облака. — Миранда, мне нужен твой совет.

Камеристка оживилась: её рыжие кудри и пышная грудь подпрыгнули вместе с ней.

— Слушаю Вас! Помогу чем смогу.

Амалия улыбнулась. В Миранде, несмотря на её возраст и множество обязанностей, был какой-то нескончаемый поток энергии.

— Ты же хорошо знаешь нашего Шута и помнишь времена, когда он только попал во дворец. —Миранда кивнула, не понимая, к чему клонит королева. — Так вот. Мне нужно найти к нему подход. Я приняла решение наладить наши отношения и — Амалия сглотнула слюну. — Хочу, чтобы он служил мне так же, как ранее моим родителям.

Миранда охнула. На её лице пробежало много эмоций: от удивления до сомнения.

— Но он и так верен Вам и Альтарии, чего Вы ещё желаете?

— Я хочу, чтобы во мне он видел не только свой долг, но и друга, семью, как когда-то в короле и королеве. Мне нужно, чтобы Шут желал этого сам. — Амалия сильнее наклонилась к Миранде, сидящей напротив. — Хочу, чтобы желал меня.

Веснушчатое лицо Миранды начало краснеть. Камеристка в ужасе смотрела на свою королеву.

— Зачем Вам это? Джейми не посмеет даже коснуться Вас без Вашего разрешения! А Вы говорите о таких вещах

Уже посмел. Но не суть.

— Ему и не нужно меня касаться. Я хочу, чтобы он желал меня, вот и всё. Его мысли должны быть заняты только его королевой.

— Это жестоко, — Миранда сжала руку, почесала тыльную сторону ладони. — Зачем так мучить сердце мужчины, если оно никогда не получит взаимности? Вы же знаете все эти истории про влюблённых слуг, которые потом оказывались на эшафоте!

— О том и речь, Миранда. Правителя должны любить и хотеть. — Амалия улыбнулась, провела пальцами по своей щеке. — Хочу получить сердце Шута. Так я точно буду уверена в его преданности. Поможешь мне? Расскажи, что ему нравится, как найти подход к его сердцу?

Миранда вздохнула. Просьба королевы только на первый взгляд казалась просьбой на– но это был самый настоящий приказ, не выполнить которого она не могла.

— Джейми любит — Миранда запнулась, подбирая слова, — свободу больше всего на свете. Он терпеть не может, когда его загоняют в рамки, словно циркового медведя. Помните, как он отказался выступать на приёме у герцога Эвертонского? Сказал, что шуты не пляшут по приказу, а смеются по вдохновению.

Амалия нахмурилась, но кивнула:

— Помню. Тогда он ещё устроил целое представление с кошками во дворце — все хохотали до слёз.

— Именно, — подхватила Миранда. — Ещё он обожает сладкое. Как-то раз я застала его за тем, что он тайком утаскивал медовые пряники с кухни. Повар грозился подать на него в суд, а Джейми в ответ сочинил песенку про грозного хранителя сладостей — весь дворец потом её напевал.

Королева слегка улыбнулась:

— Значит, сладкое Продолжай.

— Он без ума от старых баллад, — продолжила Миранда, немного осмелев. — Особенно тех, что рассказывают о странствиях и героях. Однажды я видела, как он сидел у камина с книгой о путешествиях по Восточным землям — читал так увлечённо, что не заметил, как свеча догорела.

— Путешествия, — задумчиво повторила Амалия. — Он ведь никогда не покидал дворцовых стен надолго

— Ещё он ценит искренность, — осторожно добавила Миранда. — Помните, как он перестал разговаривать с лордом Фаррелом после того, как тот наигранно посмеялся над его шуткой? Сказал, что в смехе должна быть душа, а не только вежливость. И с тех пор Фаррел для него — пустое место.

Амалия откинулась на спинку кресла, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику:

— То есть ему нужны свобода, сладости, истории о дальних краях и искренность Интересно. А что ещё?

— Он любит животных, — улыбнулась Миранда, вспоминая. — Как-то спас котёнка, который застрял на дереве у кухни, и потом целую неделю кормил его сливками. А ещё он всегда замечает мелочи: если кто-то грустит — найдёт способ подбодрить, если праздник — придумает такое развлечение, что все забудут о заботах.

Королева медленно кивнула.

— Значит, чтобы завоевать его сердце, мне нужно дать ему ощущение свободы, делиться с ним маленькими радостями, рассказывать истории И быть с ним искренней.

Миранда сглотнула:

— Ваше Величество Вы уверены, что это правильно? Джейми не игрушка. Он добрый, отзывчивый и у него тоже есть чувства. Если вы будете играть с ними

Амалия подняла руку, останавливая её:

— Я не собираюсь играть, Миранда.

Камеристка вздохнула, понимая, что переубедить королеву не получится:

— Хорошо, Ваше Величество. Но прошу: будьте осторожны. Джейми сразу раскусит Ваш план, если внезапно поменяете к нему отношение.

Королева улыбнулась.

— Обещаю, Миранда. Спасибо тебе.

Амалия хотела, чтобы Шут почувствовал свою вседозволенность, чтобы осмелел так же, как на том празднике, когда сел на трон. И если для этого королеве нужно потерпеть его компанию – что ж, она может позволить себе это – если в конце концов у неё будет веская причина вышвырнуть Флимана из королевства.

Сумерки наступили быстро. Амалия погрузилась в думы и не заметила, как карета остановилась. Очнулась она, только когда рыжая голова Миранды появилась в окне.

— Ваше Величество, лагерь разбит, повара уже разогревают ужин, шатёр поставлен, можете пройти туда или прогуляться.

Амалия вылезла из кареты и потянулась. Темнело очень быстро, и лагерь едва можно было разглядеть. Благо, все уже занимались созданием освещения.

Они находились на границе Каледоров. Леса здесь были похожи на Альтарийские. Густая и непроходимая чаща, в которой уже не раз останавливался кортеж, простиралась вокруг. Несколько лет назад часть деревьев у дороги вырубили, чтобы можно было расположиться как следует и натянуть шатры. Амалия знала каждый пенёк и даже ходила с солдатами в глубь леса, но так и не встретила никаких страшных зверей, только белок и зайцев.

— Я прогуляюсь, а ты вели открыть ящики с вином. Но пока не раздавать, я сама распоряжусь.

Миранда поклонилась, но продолжила трепетать:

— Уже темно, Ваше Величество, Вы уверены, что одной гулять безопасно?

Амалия сделала несколько упражнений, чтобы размять спину: дотянулась до ступней, потом потянулась назад.

— Брось, Миранда, в этом лесу кроме нас и пары зайцев никого нет. Тем более смотри: все уже поставили факелы, я нигде не пройду незамеченной.

— Всё равно будьте осторожнее и смотрите под ноги!

— Да-да!

Она пошла, чуть припрыгивая. Амалия так устала от дороги, что снова садиться кудалибо в ближайшее время ей совсем не хотелось. Она подошла к старому дубу, прислонилась к нему спиной и закрыла глаза, вдыхая прохладный лесной воздух.

Лес обдал её запахами — многослойными, живыми. Сначала ударил в нос терпкий дух сосновой смолы, густой, будто осязаемый. Потом пробился тонкий аромат влажной земли — глубокий, чуть сладковатый, с ноткой прелых прошлогодних листьев. Сквозь него проступал свежий запах хвои, а гдето вдали угадывалась горьковатая нота можжевельника.

Она слышала шум лагеря — отчётливый, сплетённый из множества звуков. Гдето громко и властно раздавались команды: офицер назначал караул, его голос звучал чётко и размеренно, перекрывая общий гомон. Рядом ктото ставил котёл на костёр котёл — металл звякнул о камни, потом раздалось шипение, когда влажное дно коснулось горячих углей.

Чуть дальше слышалось мерное постукивание молотка: воздвигали шатры. Деревянные каркасы скрипели, натягивались полотнища ткани — тяжёлые, с вышитыми гербами.

Возле опушки двое солдат ставили ловушки на зверей. Они переговаривались вполголоса, иногда перебрасывались шутками, и их смех доносился до Амалии отрывистыми всплесками, смешиваясь с другими звуками.

Костры уже разгорались — не все, но несколько ярких точек уже мерцали в сумерках. Пламя трепетало, бросало рыжие отблески на лица людей, на стволы деревьев, на металлические части доспехов. Дым поднимался тонкими струйками. Гдето начали жарить мясо — запах чеснока и трав пробивался сквозь лесные ароматы.

Рядом с ней, у корней дуба, пробивались молодые побеги папоротника: нежные, завитые спиралью.

— Ваше Величество! — поприветствовал её командующий их отрядом Коллин. — Караул расписан, некоторые солдаты отправились спать, чтобы встать ночью на дозор.

— Отлично, —Амалия похвально кивнула. — Шута не видел?

— Никак нет, моя королева. Но, кажется, он заходил в шатёр с Кристианом.

Амалия улыбнулась. План, который она придумала ещё вчера, начали приводить в исполнение.

Утром, пока они были во дворце, Амалия вызвала главного советника к себе.

— Кристиан, у меня к тебе странная просьба. — Начала она без приветствий.

— Слушаю, Ваше Величество.

— Когда вечером мы прибудем к границе — выпей с Шутом.

— Прошу прощения? — Брови Кристиана поползли наверх.

Амалия сцепила руки в замок.

— Возьми хорошего вина и предложи ему выпить. Расслабьтесь и отдохните. Я вас обоих уже достала за всё это время.

— Но — Кристиан пытался возразить, но Амалия остановила его.

— Нам предстоит провести несколько дней у Каледоров — и что может произойти там — одним Богам известно. Когда, если не сейчас? Не переживай, даже если вы оба будете едва стоять на ногах на следующий день — я ни слова не скажу. Тем более, что в столицу мы прибудем только к ночи — до этого вы успеете протрезветь.

Кристиан сдался. Он был любителем пригубить, но слишком часто себе в этом отказывал, боясь потерять должность. А Амалия развязала ему руки — как таким шансом не воспользоваться?

— И у этой просьбы нет никаких скрытых мотивов? — Уточнил он. Вот же старый пень! Всё пронюхает!

— У меня один мотив: чтобы Вы расслабились в кои-то веки. И я знаю, что Шут — твой друг. Так вперёд, пока королева добрая, пользуйтесь.

Кристиан поблагодарил её и счастливый убежал собираться.

Теперь Амалия была уверена, что те в шатре уже веселятся, и не могла дождаться встречи с Шутом. Ей нужно было переодеться и дать Миранде ещё пару указаний.

Если Боги не будут вмешиваться, Амалия решит всё этой ночью. Или, по крайней мере, это станет началом конца.

Глава 9 «Шут»

Джейми чувствовал себя замечательно: он вдоволь навеселился в дороге, а теперь развлекался с Кристианом в его большом белом шатре.

— Мои вещи все у Уорика, как и шатёр, — Джейми хихикнул, закидывая в рот сразу несколько виноградин. — И не думаю, фто страшники будут штавить его бес меня.

— Не переживай, — Кристиан взмахнул рукой. — Смотри, сколько здесь места! Я велю служанке принести сюда ещё один матрас.

Пока Кристиан выходил отдать указания, Джейми решил пройтись по лагерю, попивая свой бокал вина.

Признаться, Джейми был весьма поражен тем, как знать расположилась в лесу. Внутри шатёр был похож на самые обычные покои богачей: здесь были столы и стулья, кровать из нескольких матрасов в углу, канделябры и даже небольшой шкаф для одежды.

— Кто бы мог подумать, что в лесу можно устроить себе дворец?

Кристиан рассмеялся, откинувшись на мягкий валик, набитый гусиным пухом:

— А что поделать? Путь долгий, погода переменчивая. Да и статус обязывает — нельзя же, чтобы советник Альтарии спал на голой земле, как какойнибудь бродячий менестрель! Ты ещё не видел покои нашей королевы — те совсем не отличить от дворцовых.

— Зато менестрелю не нужно беспокоиться о том, чтобы не наступить на вышитую скатерть или не опрокинуть серебряный подсвечник, — подмигнул Джейми, осторожно переступая через роскошный ковёр, расстеленный прямо на лесной подстилке из хвои и листьев.

Он подошёл к небольшому столику, на котором стояли бутылки вина и блюдо с засахаренными фруктами. Джейми аккуратно взял одну дольку айвы, покрутил в пальцах.

— И всё это везут на лошадях? Неудивительно, что наш караван растянулся на полмили!

— О, это ещё скромненько, — Кристиан махнул рукой в сторону выхода. — За нами шла повозка с посудой, отдельная с постельным бельём и полотенцами, ещё одна с кухонными принадлежностями. А Сигур, между прочим, настаивает, что без своей медной сковороды он не гарантирует королевского ужина!

Джейми прыснул со смеху.

— Представьте лицо какогонибудь лесного духа, который решит заглянуть сюда ночью! Увидит канделябры, ковры, золотые бокалы и подумает, что это не стоянка в глухом лесу, а филиал королевского дворца!

Кристиан подхватил:

— Ты прав, Джейми! Наверняка он попытается заказать ужин или потребует, чтобы его приняли во дворец!

В этот момент откинулся полог, и в шатёр заглянула служанка с новым матрасом в руках:

— Ваше сиятельство, куда положить?

Джейми перекосило от такого обращения к Кристиану. Он давненько не слышал, чтобы к старику так обращались. Да, он был герцогом Ланкастером, но все во дворце звали его просто по имени. В служанке он узнал Кларису — ту самую, пытавшуюся недавно сигануть с башни. Как её занесло в королевский кортеж? Кто-то из главных служанок взял себе в помощь?

— Вот сюда, у стенки, — указал Кристиан. — И принеси шерстяное одеяло. Джейми будет ночевать здесь, нечего ему ютиться у костра с охраной.

Клариса только сейчас заметила Шута в углу и вспыхнула.

— Джейми! И ты здесь? — она растерялась.

— Здравствуй, Клариса, — Шут улыбнулся. — Как поживаешь?

— Х-хорошо! С той ночи — служанка начала теребить подол своего платья. — С той ночи я никак не могла прийти в себя, как следует. Нужно было давно тебя поблагодарить. Спасибо большое. Если бы не ты Ты дал мне почувствовать себя нужной.

Джейми покраснел и перевёл взгляд на Кристиана. Историю с уволенной служанкой удалось замять так, что об этом знали только глашатай Пирс, Миранда, приводившая её в порядок, и сам Джейми.

— Не благодари, — Джейми отвёл взгляд. — Рад, что ты в порядке.

«Спасибо за ночь» — так можно было воспринять сказанное служанкой, и Кристиан, дождавшись, когда девушка уйдёт, вопросительно взглянул на Джейми.