Мой жаркий марокканский роман

ГЛАВА 4. Амир Хан.

Я смотрел на спящую девушку, распластанную по всей моей кровати. Она так маняще сопела, и я желал дотронуться до нее. Вкусить бархатистость кожи, облизать каждый участок ее бархатистого тела. Но мне пришлось оставить ее одну, и покинуть личные покои. Многим моим придворным не понравился внезапный гость, и лишь немного сумели сказать об этом прямо.

– Господин, —Тахир разъяренный, стоит и что-то быстро набивает в своем планшете. – Будет скандал.

– Знаю, – отвечаю просто, а сам задумчиво уставился в одну точку. Перед глазами все еще витает облик спящей Полины. Девушку усыпили снотворным и немного перебрали с дозой. Вот уже вторые сутки она беспробудно лежит в моей постели. Прежде, кроме меня, никто не был в моей комнате – в моих личных покоях. А теперь весь дом на ушах, оттого что Амир Хан привел женщину. Не жену… не любовницу. Пленницу.

Я заявил на нее права так, как это делали раньше наши предки. Я захотел – я взял. Богиня украла мое спокойствие, и мне было невозможно сосредоточиться на серьезных делах. Всего сутки, а потом все с рук валилось. И даже сейчас, когда она так близко.

– Господин, – Тахир не унимается, отложив свой портативный девайс. Мой помощник во всем этом не принимал участия, но знал, что я решил для себя: во чтобы то не стало, я добьюсь сердца этой девушки. Или сделаю все возможное, чтобы она стала без ума от меня. Тахир продолжал говорить, но его слова пролетали мимо моих ушей. Тогда он просто щелкнул пальцами практически у моего носа, напарываясь на озверевший взгляд. – Прошу извинить меня, господин, но при всем уважении к вам и вашему отцу, я должен уведомить посольство, что девушка жива и находится при дворе. Иначе разразится скандал.

– Уймись. О, Аллах, я всего лишь хочу познакомиться с ней ближе, – разъяренно уставился на Тахира, и тот фыркнул мне в ответ так пренебрежительно. Последнее время мой помощник начал нервировать меня. Конечно, порой я сам неправ, но это не дает ему права так открыто выражать о своей неприязни.

– С какой целью, господин? Если вам нужна женщина для утех – совет подберёт подходящую. Ее простерилизуют от не нужных вам бастардов и заключат договор, – тараторит заученную фразу, от которой мне становится тошно. В этом вся моя идиотская не личная жизнь. Все решает совет, с кем мне трахаться, и с кем плодить наследников.

– Ты сейчас о женщинах говоришь, как о вещах, Тахир, – грубо ставлю на место своего помощника. Сам поворачиваюсь на стуле к окну и смотрю на сады своего двора. Плоды персиков начинают поспевать, соблазняя попробовать их сладость на вкус, и это сравнение так легко сопоставляется с Полиной. С моей Богиней. Что в этой девушке такого, что я не смог просто так забыть о ней? Я давно не мальчишка с бушующими гормонами, а мужчина, который с вожделением захотел женщину. И снова дикие правила обычай моего народа. Она не наших кровей.

– Вы – король, господин, – отчеканил помощник, задрав свой подбородок. – Я служил вашему отцу на протяжении долгого времени, теперь же нахожусь в вашем подчинении. И мне бы не хотелось видеть крах вашего правления из-за какой-то русской девушки, – в этом весь Тахир. Чопорный и обязательный. Не имея своей семьи, он вынужден служить народу так, как прописано в священной книге. Я же, учась за границей, впитал в себя не только нашу веру, но и познал традиции других стран. И потому отношусь проще ко многим национальностям.

– Мне не нужны проблемы, – заявляю. – Ты можешь обратиться с официальным письмом в российское консульство с просьбой продлить пребывание Стасиной в качестве моей гости… на неопределенный срок, – оборачиваюсь лицом к Тахиру, который уставился на меня, почти шокированный такой постановкой моей просьбы.

– Но… – начинает он, а затем мы оба замерли, услышав сквозь тихий фон музыки придворных музыкантов, крики девушки. Она звала на помощь. Резко подскочив, я рванул к ней, желая успокоить и возможно объясниться.

– Не говори ни слова, ты меня понял? – с угрозой задаю вопрос, потому что Тахир знает о моих методах наказания. Я не потерплю в свой адрес упреком и осуждения.

– А как же сватовство с дочерью одно из верховных советников? – не унимается он, нагоняя меня. Мы оба быстрым шагом преодолеваем расстояние, проходя мимо музыкантов. Один щелчок моих пальцев, и те мигом разбежались, прекращая играть на инструментах.

Я резко затормозил, практически у дверей в свою комнату, из которой доносятся рыдания Полины. Я запер дверь на замок, чтобы девушка не сбежала, ведь может нарваться на грубость любого, к кому попадется на глаза.

– Я не желаю об этом слышать ни сейчас, ни вообще, – наставляю на него указательный палец, задрожав от злости, что вдруг проснулась во мне. Голос охрип, и в ушах все еще слышны слова отца, как тот потребовал от меня наследников в ближайший год. Он и несколько его советчиков занялись активными поисками подходящей особы. Совершенно наплевав на мои желания и протесты.

– Но вам придется, господин. Особенно, учитывая, что сватовство состоится через неделю. Далее последует подготовка к королевской свадьбе.

– Замолчи!!! – приказываю, срываясь в терпении. – Я сам решу эту проблему, а сейчас просто замолчи.

Тахир уяснил, что дважды я не повторяю.

ГЛАВА 5. Полина Стасина.

Поцелуй. Черт возьми, я его целую с жадностью, которой прежде никогда не обладала. Вожделение правит моим телом, и я ощущаю легкий озноб, проносящийся искрой по всему моему телу. Этот мужчина не спешит первым прервать наше мгновение, ведь мы оба утопаем в нем, словно попались в ловушку. Он так крепко удерживает меня за талию и не дает вырваться на свободу. Поцелуй углубляется, становится слишком интимным, будто мы оба принадлежим друг другу. О, боже, нет-нет. Я не хочу быть его игрушкой! Как только эта мысль отрезвила меня, возвращая в реальность, я тут же оттолкнула его от себя.

– Не смей ко мне приближаться, – трясущейся рукой угрожаю ему, наставив указательный палец. Мужчина ладонью стирает с губ своих следы нашей искры. Нашего порыва, ведь в нем мы были настоящими. Мой голос хриплый, отчаянный и, конечно, напуганный.

– Не отрицай, тебе понравилось, – хищно ухмыляется, оглядывая меня с ног до головы. – Ты в моей спальне, – ставит меня перед фактом. – Голая под платьем, – машет рукой, а в глазах горит непонятная для меня эмоция, словно для него я представляю пытку. И машинально я обняла себя, как будто могла укрыться от его проницательного взгляда. Задрожала. Я просто хотела домой. Проснуться от кошмарного сна и со спокойной душой выдохнуть. Мужчина не стал предпринимать попыток подойти ко мне вновь, но в воздухе между нами по-прежнему витали электрические импульсы и накаляли обстановку.

– Я не могу судить здраво, – быстро ляпнула, на что он рассмеялся.

– Возможно, – незнакомец подошел к накрытому столу, вокруг которого устланы мягкие подушки. – Присаживайся, и поешь немного. Слуги принесут все, что только пожелаешь.

– Я хочу домой, – настаиваю, но не ступаю ни на шаг. Искоса поглядывая на балкон, во мне все больше зрело решение сигануть через него, лишь пугала неизвестность. Мужчина заметил на моем лицо задумчивую хмурость, и тут же пригрозил мне, оскалившись.

– Даже не бери в расчет, что ты сможешь сбежать таким образом, – его скрытая угроза действует на нервы, и потому я так резко развернулась на пятках, желая испытать судьбу на прочность. – Полина! – закричал мужчина, срываясь с места. Как он быстро подскочил на ноги, позавидует любой человек, который не обладает молниеносной реакцией.

– Отстань от меня! Помогите!!! А-а-а!!! – кричу, что есть силы, когда выбежала на балкон. Белоснежный пол вкупе с ярким солнцем ослепил меня, и, когда я прикрыла ладонью глаза, спасая от пекла, животом напоролась на бетонную стену, и чуть было не полетела вниз головой. – А! – испугавшись не на шутку, я зависла, будто парила в воздухе. Незнакомец в последнюю секунду успел поймать меня за платье и потянуть на себя. – О, боже! Помоги мне!

– Идиотка! Ты что творишь?! – орет на меня, притягивая меня и обнимая. Я вся дрожу, потому что увидела высоту, на которой мы находились сейчас в данный момент. Как минимум четвертый этаж, и зеленые кусты под балконом. И я с точностью уверена, что длинная полоса зеленого ограждения состоит преимущественно из колючек. – Ты могла разбиться, богиня, – берет в ладони мое лицо, и обрушивается с мягкими поцелуями, сцеловывая слезы страха и смешанного отчаяния с гневом.

– Отпусти меня, черт возьми, – злость во мне вскипает, как и то, что этот мужчина волнует меня на интуитивном уровне. Я не хочу, чтобы он меня отпускал, но здравый смысл кричит об обратном. Незнакомец покорно ослабляет хватку, и все же за руку держит, не доверяет мне. Да я сама себе сейчас не доверяю. Привыкнув к яркому свету, я поняла, что мы далеко от цивилизации. Вокруг бескрайние просторы пустыни, а на границе, где пески касаются неба –, мерцает мираж. Почему же здесь так ветрено? Мне казалось, мы находились у берега моря.

– Если я отпущу тебя прямо сейчас, ты погибнешь там, – тихо отвечает мне, прикасаясь ладонью к моему лицу. Гладит по щеке, и опуская руку ниже, ведет ею по моей шеи, целенаправленно к груди. Платье, в которое меня нарядили, стало тесным, мне было жарко в нем, а ветер никак не помогал моему состоянию.

– Кто ты такой? – я вдруг поняла, что не знаю его имени. Хотя бы напоследок знать своего мучителя – это ведь не грех? Незнакомец с подозрением уставился на меня своими черными глазами. Внимательно смотрит, не мигая. И мне становится совсем некомфортно, от чего вдруг такая затянувшаяся пауза. – Ты знаешь, как зовут меня, а мне, по-твоему, не нужно знать твоего? – возмутилась, выдергивая руку. Он силен, и потому моя затея проваливается с треском. Незнакомец замолчал, будто язык проглотил. Резко дернул меня за кисть, заводя вовнутрь комнаты.

– Ты будешь жить в моей спальне.

Только собираюсь рот раскрыть, но он пригвождает меня своим опасным взглядом и напряженным телом. Каждая мышца отчетливо прорисовалась сквозь ткань, сигнализируя мне, что я в любом случае проиграю.

– Для тебя я тот, кто украл твою душу, – высокомерно заявляет, вселяя в меня страх. По спине пробежался холодок, и я снова почувствовала дрожь. Мурашки по коже взбунтовались. Я старалась не заплакать и смотреть прямо ему в глаза, чтобы он не подумал, будто смог усмирить меня. Еще раз приблизившись ко мне так мгновенно, я затаила дыхание. Незнакомец приподнял мое лицо за подбородок, чтобы не лишаться зрительного притяжения. Дышит сам рвано и хрипло. Сдерживает порыв, который просится наружу. Метая глазами в разные стороны, незнакомец хотел что-то сказать, но не мог. Прочертив большим пальцем по нижнему контуру моей губы, он оттянул ее, а сам облизнулся. Его взгляд затуманился. Казалось, время снова между нами остановилось. Сердцебиение рвало грудную клетку от подскочившего адреналина. В висках пульсирует, а ноги подкашиваются из-за того, что я совсем перестала дышать, лишая себя кислорода.

– Отдыхай, – вдруг раздается его громоподобный приказ. – Я хочу, чтобы ты была полна сил перед вечерним ужином. И на этих словах оставляет меня одну. Господи, во что я вляпалась. Где мои друзья и почему до сих пор не подняли тревогу.

ГЛАВА 6. Амир Хан.

– Амир Хам, это просто безумие, – Тахир отчаянно взметнул руками. – Консульство требует доказательств, что с девушкой все в порядке. Вы явно с ума сошли, господин. Начнутся разборки дипломатического характера. Зачем вы усложняете все?

Музыка лилась по всему помещению, и я слушал ее, вместо громоподобных речей своего помощника. Я отчасти понимаю Тахира – чужестранка в доме короля не есть хорошо для ведения дел в государстве. Слуги покорно приняли весть о том, что русская девушка поживет с нами. В частности, в моей спальне. Сам займу соседнее крыло. Я хочу, чтобы аромат кожи Полины пропитал всю мою постель, а после, я буду балдеть, вдыхая ее запах шампуня, оставшийся на подушках. Знаю, веду себя подобно фетишисту, но эта красавица покорила мое сердце единственным вечером, а теперь я добьюсь, чтобы она была моей и без ума от меня. Мой помощник злится, стоит и краснеет от гнева, который льется через край. А на фоне танцующих девушек вокруг небольшого фонтана, вовсе нагнетает на Тахира ярость.

– Уймись, – прорычал, отмахнувшись от него. С минуты на минуту подойдет Полина. Я отправил к ней служанок, чтобы помогли ей одеться. Платье выбирал сам, хочу видеть ее всегда шикарной и живой. Образ ее стоящей у берега до сих пор преследует меня, уже тогда я желал ее так, как ни одну женщину прежде. – С консульством разберись. Нужны доказательства? Так отправь ее фото, в чем проблема, Тахир? – перевел взгляд на помощника, ожидая в ответ его реплику. Бесконечные упреки, которые он маскировал под своим недовольством мной. Он молчит, скрепя зубами покланялся и оставил меня наедине со своими мыслями.

Слуги принесли ужин, и пока я раскуривал кальян, создавая дымный купол вокруг, словил себя на мысли, что девушка наверняка не захочет есть. Испугается, вдруг решу отравить ее. А может быть, и вовсе не выйдет из спальни. Но тогда я сам к ней явлюсь, и пусть пеняет на себя. Я не остановлюсь. Хохотнув, я отложил от себя кальянную трубку, как вдруг замечаю ее силуэт. Полина все-таки спустилась ко мне. В том самом платье, ушитом золотыми нитями, которые создают рисунок орнамента – символа Марокко. Знает ли она об этом? Я встал.

– Добрый вечер, Богиня, – чуть кланяюсь, но не прерываю зрительного контакта. Полина подозрительна до невозможности. Молчит и даже не отвечает мне поклоном. – Прошу, присаживайся. – Указываю на пол, на котором расстелены подушки. Девушка переводит взгляд на них, а потом на танцовщиц и музыкантов. Щурится. Я буквально вижу, как крутятся колесики в ее голове, потом девушка смотрит на выходы. Просчитывает. Тут я уже не сдержался, и сделал шаг вперед к ней, рассмеявшись. Она дергается, когда касаюсь ее локтя. – Здесь всюду охрана, – заговорщицки щурю глаза и тихо шепчу. – От меня ты не сможешь убежать, Полина.

– Это мы еще посмотрим, незнакомец, – с угрозой отвечает мне, отдергивая свою руку. Платье очерчивает ее прекрасную талию, и не разрывая нашего взгляда, девушка прошла мимо меня. Плюхается на подушки, подбирая подол своего платья.

Музыка немного дрогнула в нотах, а когда я посмотрел на исполнителей мужчин, те сразу отвели свои глаза в другую сторону. Всем интересно, кто она – девушка, вдруг затмившая разум их королю.

– Так значит, я теперь «незнакомец», – улыбнувшись, я присаживаюсь напротив Полины, беря кальянную трубку в руку. – Вот, возьми и расслабься. – Протягиваю ей приготовленную трубку и наконечник. Полина выпучила глаза, и я в них утоп. Синее море в самый мощный шторм. Цвет сразил меня.

– Вообще-то, курение вредит здоровью, – язвит мне, но трубку все-таки принимает. – Но, раз ты из меня сделал пленницу, буду довольствоваться всеми прелестями жизни, – хлопает ресницами, убирая за плечо свой вьющийся русый локон. Я не могу так просто сидеть рядом с ней, когда в моих мыслях она уже подо мной, и я делаю с ней все, что душе угодно. Полина заметила в моем взгляде назревающую опасность, и потому поспешила немного отсесть подальше. Но, увы и ах, это расстояние ее никак не спасет, если я не смогу все же сдержать свой порыв. Ухмыляюсь, как ястреб, который завидел издали свою жертву. Полина обхватывает своими розовыми губками наконечник трубки и пытается втянуть в себя пьянящий аромат дыма. Попытки ее смешны, и как бы девушка не старалась, она начинала кашлять от нехватки кислорода.

– Подожди, – останавливаю ее, и тут же подсаживаюсь к ней ближе, практически вплотную. Стасина напряглась. Тактично слегка уклоняется от меня, но я обвиваю ее талию рукой и забираю из руки трубку. Вокруг нас снова искрят молнии, создавая яркое освещение в виде купола для нас двоих. Ее нежная кожа под тканью настолько разгоряченная, что я бы желал видеть девушку обнаженной перед собой.

Щелкнув пальцами, прислуга, танцовщицы и музыканты оставили нас наедине. Полина подскочила.

– Нет-нет, не уходите, пожалуйста, – испуганно провожает моих подданых, а те в свою очередь взволнованны ее резким обращением к ним. Прислуга не понимает ее речь, и потому скорее покидают помещение – залу с фонтаном по центру комнаты. Теперь фоном нашего ужина будет шум льющейся воды. розовые кусты благоухают, развивая свой аромат. Девушка с непониманием проводила толпу людей, а потом резко обернулась ко мне. Вся мертвецки бледная. – Я хочу домой, – заявляет. – Прямо сейчас!

– Нет, – одно мое слово, но как оно подействовало на нее. Полина на глазах покрывается румянцем, злится и сжимает руки в кулаки.

– Ты нахал! Ты… ты… ты… вор! – дрожащий голос срывается, и она не знает как больнее ужалить меня или вывести из себя. А я совершенно спокоен. Хлопаю по подушке подле себя, приглашаю ее присесть.

– Поешь, добрее станешь, и тогда мы с тобой поговорим. Иначе, я запру тебя в своей спальне… – замолкаю, и в девушке проявляется интерес, что тогда я предприму. А вот и ее непроизвольное облизывание нижней губки, и задымлённость взгляда. Ее фантазия разыгралась на самом интересном моменте, а мне буквально хотелось знать, что она видела в своих образах. – И тогда, Полина, ты сама позовешь меня, когда изголодаешься, – я вкладываю в последнее слово двусмысленность. Я сам голоден ею, но пока не смею даже приблизиться к ней. Она должна захотеть меня так, как я ее.

– Ты слишком самоуверен в себе, незнакомец, раз до сих пор не представился. – Полина с легкостью присаживается рядом со мной, но держит каждое мое движение на чеку. Я хотел ее обнять и притянуть к себе, но она не позволила даже коснуться ее, пристально пригвоздив меня своим свирепым синим взглядом. Я смотрел на нее, будто привороженный. – Так, как тебя зовут, я не расслышала? – наклоняется вперед и берет с миски виноград. с аппетитом уминает одну за другой, специально изводя меня своими стонами от удовольствия. Затем девушка вовсе закрывает глаза, и получает кайф от сладкого сока виноградинки. Облизывается, а потом и оба своих пальчика, которыми удерживала ягодку. Распахивает веки, устремляя свой затуманенный взгляд на меня, потому что я молча наблюдал за ней. Полина стушевалась. Смутилась, и поняла, что мужчина перед ней сейчас в полувозбужденном состоянии. Ее покрытые тканью плечики дрогнули. И в тишине, которая образовалась на мгновение, я посмел прикоснуться к ней, поглаживая ее обнаженную кожу шеи. Ощущаю пульсацию на сонной артерии, как быстро изменилась скорость и теперь, словно крылья колибри, сердце качает удвоено ее кровь.

– Я хочу быть твоим «незнакомцем», пока что, – у губ ее шепчу, притягивая к себе ближе. Девушка околдована обстановкой, но все же, мои слова ее отрезвили. И я в сотый раз пожалел, что сам развеял наше притяжение.

– Нет, так не пойдет! – воскликнула она. Демонстративно скидывая мою ладонь с ее шеи. – И вообще, незнакомец, у меня есть пригласительный короля. Неужели ты не боишься его гнева? – с недоумением задает вопрос, и я стараюсь не рассмеяться, а, напротив, нахмурил брови и сделал вид, что задумался.

– Возможно, что боюсь, – признаюсь ей, коварно ухмыляясь, – но больше всего, я боюсь, как бы король не поддержал мою затею.

Тут дыхание Полины рвано дрогнуло, и девушка ошеломленно посмотрела на меня, словно что-то поняла. Пристально смотрю на нее, и молю Аллаха, чтобы девушка не догадалась по моим словам, что я и есть тот самый король.

ГЛАВА 7. Амир Хан.

Полина еще секунду гипнотизировала меня своим проницательным взглядом, затем отсела чуть подальше и принялась уплетать ужин, который приготовили специально для нее.

– Не торопись, Богиня, я не спешу. Сегодня я весь в твоем распоряжении, – сам покуриваю кальян, наблюдая за ней. Платье на Стасиной сидит как влитое, и я настолько возжелал сорвать его с нее, что мысль казалось, начала проявляться наяву. Вот с ее плечика спадает рукав, затем она сама гладит его, манит пальчиком, и я ведусь на ее игру. Но призрачная дымка фантазии мигом рассеялась, когда Полина зло посмотрела на меня.

– Что значит «в моем распоряжении», незнакомец? У меня еще и часы будут исключительные для тебя?! – возмущение Полины лилось через край. Она вскочила на ноги, подбирая подол юбки под себя. – Я не собираюсь тут отсиживаться, заточенная в твоем доме. В твоей личной комнате, черт возьми! И не смей даже думать, будто ты сможешь овладеть мной, – краснеет на последних словах, и смотрит куда угодно, только не в мои глаза. Я тоже поднялся, готовый к тому, что эта неугомонная может рвануть из залы.

– Все правильно, Полина, – киваю головой, расстёгивая первые две пуговицы на своей рубашке. Девушка все-таки смотрит на меня и прослеживает путь моих рук, быстро мигает несколько раз, хлопая пушистыми черными ресницами. – Именно, Богиня, ты будешь спать в моей постели, укрываться моим пледом, и желательно абсолютно обнажённой, – я злю ее, принимая правила ее гнева ко мне. Шокированная, Стасина раскрыла рот, судя по всему, желала высказать в лицо самые лесные слова в мой адрес, но не нашлась с чего начать.

– Я подам на тебя в суд! Вот! – топает ножкой, затем убирает за плечико свои непослушные волосы. Ее действия такие нежные, легкие – они притягивают взгляд. Не только мой, но и других мужчин. Но я был удивлен, что у Полины не было любовников до сих пор. По крайней мере в отчете от службы безопасности об этом не сказано ни слова. Почему? Я хотел ей задать столько вопросов, но боялся, что так быстро раскрою себя перед ней.

– Как тебе угодно, Полина, – со всей серьезностью отвечаю на ее выпад. Мое спокойствие нервирует и лишает логики девушку. Она снова смотрит на меня, изучая черты лица, тела. – Хочешь погулять по персиковому саду? – предлагаю выйти на свежий воздух. Рискованно, но так я постепенно заручусь ее доверием. Полина расцвела; лицо озарила яркая улыбка, а в глаз появился живой блеск.

– Конечно! – восторженно ответила.

– Только опусти подол платья, – указываю на ее оголенные ноги, скомканный край открывает моему взору колени. – Пожалуйста, – добавляю. Полина тут же выпускает из рук ткань, и та покрыла ее тонкие ножки водопадом. Идеально.

– Платок я покрывать не стану, – сразу обрывает меня, когда я поднял с подушки шелковый, ушитый драгоценными камнями, платок, специально приготовленный для нее. – Нет, незнакомец, не стану. – Пригвождает своим ледяным взглядом, вновь руша между нами связь.

– Ты в Марокко, если вдруг забыла, здесь свои правила, – стараюсь мягко вразумить. Моя цель не напялить на нее лишние тряпки, а скрыть от любопытных глаз слуг и придворных женщину, которая манит меня собой – своей душой. Полина покорила меня тем вечером, я не мог просто так отпустить ее, не разгадав тайны, что хранит ее сердце. Это как удар молнии – увидел и понял, возможно, она та самая, кто сумеет спасти от необдуманных и неразумных связей с другими женщинами. Что, если Стасина послана мне Аллахом, чтобы предотвратить нежеланное сватовство? Я бы очень хотел надеяться на это. Иначе исход будет один: Полину отправить домой, а самому жениться на женщине, с которой будут лишь деловые отношения и сексуальная связь, ради наследников. Нет, о, Аллах, не хочу повторения судьбы своих родителей.

– Нет, – отрицательно мотает головой, – ни за что!

– Тогда мы не пойдем в сады, на которых поспевают персики, – хитро ухмыляюсь Полине, зная, что душа девушки даст сбой, и она покорится мне.

– Назови мне свое имя, возможно тогда что-то изменится, – лукавит Стасина, а в ответ получает мой смех. Я ступаю в ее направлении, подбираюсь все ближе, словно леопард, теряясь в густых кустах. Полина растерялась мое напора, а когда я вновь притянул ее к себе, ощутил телом ее дрожь.

– Позже, Богиня, – резко скручиваю руку ей за спину, и оборачиваю девушку спиной к себе. Я вдыхаю ее аромат шампуня, который остался после принятия ванн. Служанки натерли ее жасминовым маслом, но он никак не перебивал ее собственный запах возбуждения. Полина разгорячилась. Не привыкла к столь палящей жаре, и потому на светлой коже проступила краснота. – Идем, – шепчу у уха, затем опускаю голову и целую ее шею. Девушка стоит, словно вкопанная. Ошеломленная, как резко изменилась ситуация, и теперь Полина не знает, как бороться с искушением. Но это думал я, а когда Стасина со всей силы пяткой топнула мне на носок ноги, все мысли испарились мигом.