Мой жаркий марокканский роман

ГЛАВА 11. Амир Хан.

– Верблюды? Караван? – разинув рот, Полина не могла прийти в себя. Впервые за несколько дней я вывел девушку на свободу. И предпочтя пустыню городу, я ничуть не сожалел о своем решении.

– Да, Богиня, – взметнул рукой в пространство, очертив безграничность царства песков. Вдали виднелась назревающая буря, но у нас есть пару часов, чтобы добраться до кочевников, остановившихся у оазиса. Это путешествие я приготовил только для нее, для Стасиной.

Девушка смущенно опустила глаза в пол, а потом, повернув голову чуть вправо, на верблюда.

– Может, у тебя есть другой вид транспорта? – искривив свои пухлые губки, Полина брезгливо и с опаской поглядела еще раз на умиротворенное животное. Я рассмеялся, игнорируя ее ошеломление и непонимание. Служанки нарядили ее во все белое, и теперь девушка походила на настоящую принцессу востока. Ушитые золотой нитью ткани, отливали бликами ловя солнечные лучи. Уже вечерело, и я предвкушал нашу первую звездную ночь под открытым небом.

– Не бойся, – лукаво послал ей свою ухмылку, подмигивая. Рядом все время находился Тахир. Он раздражал меня, но отец настоял на том, чтобы в пустыню мой помощник последовал за мной. Так, предупредил бывший правитель, спокойнее для него. Наверное, Полина заметила резкую смену моего настроения, уловив мой тучный и хмурый взгляд, обращенный на Тахира. Потому по-быстрому забралась на лежавшего верблюда, приподнимая подол платья. А вот стройные ноги не следовало бы оголять, пока с нами были другие мужчины. Некоторые из них настолько хранят образ незыблемой веры, что были готовы тут же наказать любую согрешившую женщину. – Прикройся, – грубо послал замечание, на что Полина никак не отреагировала. Верблюд к этому моменту уже поднялся на ноги. Зафыркал, жуя свою жвачку. Стасина покачнулась на нем, испугавшись.

– Ой-ёй, – сразу легка, обнимая животное за горб, схватилась за короткую гриву, и зажмурила глаза. Картина была забавной. Я сам подошел к ним, прогоняя своего слугу. Мужчина покланялся и отошел от нас на небольшое расстояние.

– Расслабься, Полина, ты так только пугаешь его, – погладил по мощной шее животное, намеренно приближаясь к оголенной ноге девушки. Я ласково прикоснулся к ее бархатистой коже, и Стасина мигом села прямо, словно струна, готовая принять новое звучание нот. Задышала часто, и стала ерзать на седле, усугубляя свое состояние. Знал, что она до сих пор желала разрядки, и была раздражена, ведь я не дал ей кончить от моих ласк. Я подарил ей свою похоть, и тем не менее, сумел удержать свой порыв в своих руках.

– Просто это у меня в первый раз, – быстро проговорила она, едва шевеля губами.

Раскраснелась из-за непривычной жары, да и отголоски нашей игры все еще искрились в ее голубых глазах цвета синего моря. А ее фраза так сильно прозвучала двусмысленно, заставляя меня отвести свой вопросительный взгляд. Я до сих пор не узнал ничего о ее личной жизни. И, пока был за границей, а мои слуги следили за ней, я вдруг осознал, что мне ее не хватает. Это манящее влечение к девушке перерастало в маниакальное состояние. Она всюду мерещилась мне, и даже во снах, вот только они не были такими невинными, а, напротив, раскованными и возбуждающими. По утру я вставал с каменным возбужденным членом, и приходилось смывать свой пыл в холодном душе. Несколько дней показались мне адом. А теперь, когда Полина рядом, это ад был подобен тартару. Все наизнанку: лабиринт ее чувств и эмоций для меня остается по сей день загадкой.

– Все когда-то случается впервые, – я до сих пор удерживал свою ладонь на ее ноге, и поглаживал пальцем обнаженное колено. Она дернулась от щекотки, скорее прикрывая платьем ногу до самого носка.

– Для таких поездок нужны спортивные брюки, – с чертовщинкой в глазах, озаряет меня своей улыбкой.

– Ты не у себя на родине, Богиня, – грубо посылаю ей предупреждение, и вновь посмотрел на нее. С лица Полины тут же исчезла веселость и предвкушение путешествия.

– Зачем ты удерживаешь меня против моей воли, незнакомец? – уже в который раз она задает мне один и тот же вопрос. И не дождавшись ответа, Полина устремила свои взгляд полных слез прямо. Она не хочет показывать мне свою надломленность, что я сумел завладеть ее свободой и теперь девушка боится потерять себя без остатка. – Почему ты пошел против пригласительного короля Амира Хана, незнакомец, – резко бросает мне в лицо жесткую правду, и как же выкрутиться, я не представлял себе возможности. Я хотел сказать Полине о своем имени именно в пустыне, там она точно пережила бы иначе новость. Король похитил свою гостью.

– Потому что я могу себе это позволить, – нагрубив ей, я развернулся и оставил вновь с неопределенностью. Стасина прокричала, срывая свое горло:

– Я все равно сбегу от тебя!

– Я не буду препятствовать, – хохотнул, ответив ей вслед. Она не ожидала от меня получить такой реакции, тут же замолчала и притихла. – Но сначала, я хочу показать красоту наших бескрайных границ, усеянных песками. Ты ведь писательница, Полина, разве не за этим сюда явилась? – пристально посмотрев на нее еще раз, девушка с подозрением окинула меня своим прищуренным взглядом.

– Кто ты?

– А ты? – заигрываю с ней, увиливая от разговоров обо мне.

– Раз выкрал меня, наверняка знаешь, – отмахнулась от меня, словно я наскучил ей. Такая разносторонняя и непостоянная, серьезная и в то же время ветренная. Полина была безграничной, так бы я сравнивал ее с пустыней.

– Это тоже верно, – кивнул, затем мой верблюд тоже поднялся. Приготовленный караван ожидал моего приказа. И стоило мне махнуть рукой сигнальным жестом, мы двинулись в наше путешествие к оазису «Правды».

Единственное озеро пресной воды оазиса, существовавшее уже многие века, было окружено бедуинами. Чаще всего они делали перевалку, а потом вновь отправлялись в свое нелегкое путешествие. Потому что это было в их крови. Это поистине чудо для жаркого места на земле, и, главное, оно никогда не пересохнет, потому что из-под земли бьют самые холодные ключи подводных рек. Большие воды под слоем песка напоминали вены, и таким образом песок всегда остужался от пронзающих дневных лучей. Яркое солнце скрывалось за горизонтом, и вдали виднелись миражи – отблески накалившегося песка походили на отражение зеркал.

Полина вынула свою записную книжку и ту ручку, которая для нее имела большое значение, затем стала делать заметки на белых листах. Погрузившись в свои мысли, девушка ни разу не обернулась ко мне, словно избегала нашего притяжения. Чуть подогнав верблюда, я сравнялся с ней. И теперь ее внимание было обращено на меня.

– Значит, ты говоришь, что не видела короля на мероприятии, – в невзначай начал, напоминая ей разговор, который я услышал тем вечером. Стасина захлопнула свой дневник, убрав его в сумочку, висевшую на боку седла. Белый платок, покрытый у нее на голове, слегка съехал назад, показывая шикарные русые волосы. От жары девушка чуть вспотела, и теперь непослушные локоны вились. Она смахивала их со лба, а устав от борьбы, вовсе стянула шелковую ткань.

– Господи, как ваши женщины вообще это терпят, – развозмущалась, и злясь, она совсем сняла с себя его. Некоторые слуги укоризненно поглядели на девушку, но снова устремили свои взгляды в пол.

– Они привыкли.

– А я привыкать не собираюсь, – в словах столько подозрительности и яростного волнения. – И вообще, да, я не видела в тот вечер короля, а очень хотела, – призналась Полина, оглядываясь на позади идущий с нами караван. – Ты, наверное, богат, раз смог позволить себе столько слуг, такой дом и верблюдов, – мне было забавно услышать ее мнение обо мне.

– Так, что случилось? – вернул ее к мысли о вечере. Стасина хмыкнула.

– Да много чего приключилось, но тебе рассказывать не собираюсь, – высокомерно приподняла подбородок, продолжая сражаться с локонами, которые прилипали к ее лицу. Ветер усиливался, приближая бурю. Я подогнал верблюда ее ближе к девушке, и сам помог натянуть ей ее платок. Она торопливо приняла мою помощь, желая отдалиться. – Спасибо, – прошептала, а красные щеки горели огнем.

– Представь на минуту, что я и есть тот король, что бы ты сказала на этот счет? – волнуясь, я все-таки задал вопрос девушке. Пусть немного завуалированно, но по ее сощуренному взгляду, то ли от солнца, то ли от подозрения, к чему это я тут заговорил об Амире Хане – короле Марокко. Девушка спустя пару секунд молчания, рассмеялась. Она заливала бесконечное пространство своим мягким смехом, и снова поражало глубину моего сердца. Слуги шептались за нашими спинами. А Тахир вовсе притормозил своего верблюда и отделился от нас, семеня в самом конце каравана.

– Ты? Ты – король? – не унималась Полина, сгибаясь пополам, и снова ухватилась за седло и гриву животного, когда верблюд, испугавшись резкого звонкого звука торопливо зашагал вперед. – Стой-стой, кому говорю, – отдавала приказы, на которые ее «транспорт» не реагировал. Я несколько раз пошевелил губами, издав подобие слова «п-п-п», и верблюд Полины остановился.

– Я никогда больше не сяду на него, – осторожно прошептала девушка, словно боялась нарваться на неприятности. – И, пожалуйста, больше не смеши меня так, – попросила Полина, со всей серьезностью в глазах. Она не могла поверить, что я мог быть именно тем, кем являюсь. Нахмурившись, я только кивнул в ответ. Молчание не всегда знак согласия. – А вообще, – Стасина прошлась по мне оценивающим взглядом, на секунду я перестал дышать горячим воздухом: – я начинаю подозревать, что ты как-то связан с королевской семьей, иначе я не могу объяснить твоего богатства.

– А как же там наркодилер, киллер или нефтяной магнат, – загибая пальцы, я перечислял всевозможные варианты. Девушка снова обернулась, поглядев на караван.

– Не-а, не похож, слишком уж твои слуги к тебе трепетно относятся.

– О как, – удивился я, и сам посмотрел на караван. Те кто смотрел вперед, сразу покланялись, кивая головами.

– Вот поэтому, – Полина так скрыто указывает на них, и подмигивает мне, – это навевает меня на мысль, что ты приближенный к королю.

– Ладно, пусть будет по-твоему, – согласился с ней, хотя мое сердце уже колотилось о грудную клетку, потому что девушка была права, да так близка к разгадке. Но какой будет ее реакция, когда она все-таки поймет кто я?

Наконец, мы добрались до оазиса «Правды». Завидев озеро, Стасина несколько раз протерла кулачками глаза, не веря, что такая красота могла существовать вокруг песков. Ее искренние чувства стоили дорого, и таких эмоций я еще не встречал ни у одной девушки. Даже воспитанная традициями Алика была смертной тоской, а мне предстояла сватовство. Эти мысли омрачили меня, и я попросил служанок сопроводить к воде мою пленницу.

ГЛАВА 12. Полина Стасина.

Это невероятно! Я стояла, замерев от восхищения красотой песков и небольшого озера, вокруг которого росли кусты колючек и пару пальм, такое наяву явно не могло существовать. Я точно во сне, и чтобы проверить свою теорию, ущипнула себя за локоть.

– Ой, – зашипела от боли, удостоверившись, что все это происходит со мной в реальном времени. Ветер усиливался, растрепывая мои длинные локоны в разные стороны, даже платок не спасал, которым я кое-как прикрывала свою голову.

Незнакомец велел своим служанкам проводить меня к берегу озера, а сам со своим советником, или кто он ему, я так и не разобралась, отправились подальше от каравана. Его подданные уже готовили шатры, периодически поглядывая вдаль. Надвигалась буря, а облако поднявшейся пыли уже закрывало горизонт границы пустыни и небосвода. Зрелище, конечно, устрашающее. На другом берегу располагались кочевники, и на удивление, несколько мужчин приняли незнакомца с почтением и преклонением. А потом они скрылись из виду, продолжая что-то бурно обсуждать по дороге.

– Полина, – на ломанном русском ко мне обратилась молодая девушка. – Я – Тахмина, – коряво произнесла свое имя, но мило и широко улыбнулась. Обернувшись к ней, я тоже поприветствовала ее коротким кивком, ранее эту девушку не замечала среди придворных незнакомца.

– Очень приятно познакомиться.

– Господин просит вас быть в его шатре, – все также старалась подобрать правильные слова и донести до меня просьбу ее хозяина.

– В его? – удивилась я, вновь повернулась посмотреть на тот берег, но никого не увидела, кроме взволнованных верблюдов, которые предчувствовали бурю. Тахмина осторожно прикоснулась к моему локтю, привлекая мое внимание.

– Прошу, пройдемте. Нужно готовиться, – настаивала на своем, потащив меня в сторону небольшого шатра. Десять мужчин ловко справились с заданием, никогда бы не подумала, что подобные домики возможно собрать за пару десятков минут. Натренированные бесконечными поездками, слуги незнакомца действовали слажено.

– Ты давно говоришь на русском языке, Тахмина? – поинтересовалась я, войдя внутрь шатра.

В нем уже благоухал бахур и розовый аромат наполнил небольшое пространство. Посередине разложили мягкие ковры и подушки, а на подносе лежали разные фрукты и графин с водой. По стеклу стекали капельки, потому что в раскалившуюся от жары емкость налили ледяной воды. Девушка опять улыбнулась мне, ослепив своей белоснежной улыбкой. Ее кожа была смуглой от частого пребывания на солнце.

– Учусь, – закивала, радостная, что я с ней продолжаю беседовать.

– У тебя неплохо получается, – похвалила прислугу незнакомца. А потом меня как током прошибло, ведь я могла выпытать у девушки имя мужчины. – Тахмина, скажи мне, пожалуйста, как зовут вашего господина? – присев на мягкую подушку, я пристально посмотрела в черные глаза девушки. Но она проигнорировала меня, продолжая вытаскивать из дорожной тряпичной сумки для меня одежду. Ну ладно… подумала про себя, налив в стакан пресной воды. промочив свое горло, я решила действовать другим путем: сначала заговорить ее, а потом в невзначай огорошить вопросом. – Ты, наверное, готовишься куда-то поступать, раз решила учить такой сложный язык?

– Да, госпожа, – кивнула она, ухмыльнувшись мне в ответ. Не уж-то раскусила меня? Я рассмеялась, а потом поднялась и подошла к Тахмине.

– Я не госпожа, нет-нет, – замотала головой, удивленная ее обращением ко мне. Девушка нахмурилась, когда я аккуратно забрала из ее рук халат и нижнее белье, которое можно было назвать, одним словом, «лоскуточки». – Я справлюсь…, – пробурчала себе под нос, разглядывая одежку. Что-то мне подсказывало, что незнакомец решил совсем меня собой зачаровать и воспользоваться ситуацией. Но, нет уж…

– Отдыхайте, – покланялась Тахмина, удаляясь к выходу.

Я не стала пугать девушку своими расспросами, тем более что она не желала идти на контакт. Но я была безумно рада, что хоть кто-то помимо моего похитителя и его помощника, тут владеют малой частью моим родным языком. И скорее всего, служанка знала – я его пленница, и потому ей было велено молчать. А чтобы скоротать вечер, мне словно кость подбросили для размышлений. Зачем я ему? Зачем он украл меня и с какой целью удерживал?

Шатер пустовал, а оставленное письмо на подносе было своего рода инструкцией, как воспользоваться ванными процедурами в таких условиях. Разобравшись в едва понятном почерке на бумаге, я нашла приспособления и воду, которую приготовили специально для меня. Быстро ополоснувшись, покрыла себя полотенцем, а потом остановилась… незнакомец вошел и пристально следил за моими движениями. Его темный взгляд сканировал меня, словно я предстала перед ним абсолютно обнаженной. Засмущавшись, быстро накинула халат, отбрасывая в сторону нижнее белье. Незнакомец хмуро отвел глаза в сторону, сжав кулаки. Я видела, что он был чем-то недоволен или расстроен. Но и быть ему утешением никак не собиралась.

– Я не ждала гостей, – тихо проговорила, стягивая воротник халата у самого горла. Мужчина ловким, резким движением смахнул с себя верхнюю одежку, оголяя грудь. Я шумно сглотнула, вновь очарованная его рельефным телом. Боже, он намеренно издевается надо мной? Это какой-то розыгрыш по моему самообладанию, как долго я продержусь на его провокации?

– Этот шатер – что-то наподобие нашей ванной комнаты. Он один на нас с тобой двоих, – протараторил, не обращая на меня никакого внимания. Продолжая развязывать шнур на поясе, мужчина снял штаны. Он возбудился, и проступающий сквозь ткань боксеров его плоть, притягивает к себе мой взгляд. Я тут же обернулась спиной к нему, а щеки начали гореть, нет… полыхать огнем. Я задрожала. Мне было страшно находиться с ним в одном замкнутом пространстве, тем более, находясь голой… и мокрой… и жутко возбудившейся от одной только мысли, что мужчина мог так легко мной овладеть. – Я не против, если ты поможешь мне принять водные процедуры, – язвит, специально подначивая меня к действиям. Он змей искуситель, который готов на все, только лишь остаться в игре победителем.

– Ну я же справилась без тебя, – пожала плечом, а затем ощутила на своей талии его твердые, широкие ладони. Он обхватил меня руками, сминая кожу под плюшевой тканью. Обдал горячим дыханием затылок, оставляя влажный поцелуй до самой мочки уха. Я застонала… – Ах…

– Ты пахнешь свежестью… – соблазняя меня, незнакомец накрывает ладонью мой низ живота… – Я чувствую, как ты вся завелась, стоило мне войти, моя Богиня. Не смей даже отрицать.

– А ты не смей изворачиваться и уходить от моих ответов, – психанула, быстро возвращая себя с небес. Я оттолкнулась от его крепкой груди, и мужчина не сопротивлялся. Он не стал брать меня силой, хотя сколько раз у него была такая возможность. – Я хочу знать, как долго ты продержишь меня у себя, – запнулась, почувствовав себя совсем опустошённой. Мне показалось на миг, что уже никогда не увижу своих родный, и золотая клетка хорошего отношения ко мне перерастет во что-то ужасное.

– Если я скажу кто я, Полина, – разозлившись, незнакомец пригвоздил своим яростным взглядом меня. Я перестала дышать, готовая к его тайне. – То ты потеряешь веру во все, что тебя окружает.

– Наплевать! – возмутилась, повысив тон голоса. Ветер по ту сторону шатра начал завывать, как дитя, и шатер, принимая на себя удары, затрепыхался. Стало страшно. Я огляделась, хотя спокойное состояние незнакомца все же меня обнадеживало. Он сделал шаг вперед ко мне навстречу, наступал, словно находился в бою, и теперь остались считанные секунды финального залпа.

– Ты предположила, что я приближенный короля, – как-то странно заговорил он, на что я лишь просто закивала. Я боялась его на интуитивном уровне, он обладал магнетизмом, на который я была бессильна сопротивляться. Незнакомец прикоснулся к моей щеке, и лаская ее, я ведь льнула к нему, наклонив слегка голову. Мужчина провел своим большим пальцем по моей нижней губе, следя за своими же действиями, он наклонился и на выдохе произнес: – я и есть тот самый король, Богиня. Амир Хан.

Это был удар под дых. Шокированная, я отпрянула от него, упираясь в плотную ткань шатра. Путей спасения совершенно не было. Незнакомец, то есть король Марокко… боже, я никак не могла в голове уложить этот факт. А потом все само собой разложилось по полочкам: вот почему он так легко воспринял все мои угрозы, что я пожалую королю, ведь я под его защитой – у меня есть его пригласительный. А теперь все бесполезно…

– Полина, – Амир протянул свою ладонь, а я пошатнулась. Ноги сами собой подкосились, и рухнув на пол, на мягкий ковер, я расплакалась. Тихо. И лишь плечи мои содрогались от рыданий. Амир присел рядом на корточки, гладил по моей спине, а потом убрав мои ладони с моего же лица, он ласково вытер слезы со щек. – Я не причиню тебе вреда… – замолчал на мгновение, глядя прямо мне в глаза, – я хочу, чтобы ты меня полюбила, – сразив наповал своими фразами, кажется, я вообще не отдавала отчет себе в том, что сделала: оттолкнув сильного мужчину, соскочила на ноги и рванула из шатра. Порыв ветра тут же снес меня, и я упала на песок, задыхаясь от песчинок в воздухе. Снаружи творился хаос. Как быстро небо погрязло в темень, и о каких только звездах здесь шла речь, я не понимала.

Амир прокричал мое имя, но, увидев, что я практически у порога, шумно выдохнул.

– Ты совсем с ума сошла, идиотка? – грубо подхватил меня на руки, занес обратно. Я вся закашлялась от песка. Волосы и тело были покрыты пылью. И Амир, разозленный от моей выходки, начал выражаться на своем языке.

– Я хочу домой!!! – замахнулась на короля, но он ловко скрутил меня, и мы оба рухнули на пол. Я чувствовала его полувозбужденный член между своих ног, и Амир тоже рвано задышал. – Пусти, – прорычала сквозь зубы, мотая руками, но мужчина удерживал их над моей головой. Обстановка накалялась с невероятной скоростью, как и то, что мы пристально сверлили друг друга глазами. Не моргнув даже на секунду… И время вокруг нас остановилось, а все остальное просто не имело значение. Член Амира упирался мне в промежность, увеличиваясь от возбуждения. Мужчина опять создавал трения, и преградой были лишь его боксеры.

– Никогда… – с опасной уверенностью проговорил, обрушиваясь на мои губы в страстном поцелуе… Амир завладел мной, моими мыслями… но продолжал сдерживать обещание, что не возьмёт силой.

ГЛАВА 13. Амир Хан.

Переговоры с кочевниками шли долго и нудно, но Тахир уверил меня, что этот разговор важен. Прекрасно зная, что вечер в пустыне я готовил для Полины, мой помощник назначил встречу с бедуинами и оповестил меня, когда мы уже отправились к оазису «Правды». Я был зол, и старался не высказываться, не хотел пугать девушка своими гневными речами. После того, как меня заверили, что бедуинам помогают в городе, когда те являются за продовольствием, мне стало немного спокойнее. Старейшина благословил меня, и желал дальнейшего процветания.

– Амир Хан, – покланялся он, – мы знаем, что скоро состоится сватовство вас и дочери Батыра. Алика достойная девушка. О ней знают не понаслышке.

Я напрягся, что даже здесь мне успевают промывать мозги Аликой. Либо это план отца, а Тахир исполняет его указания, либо все свихнулись.

– Спасибо за пожелания, – коротко кивнул, я оставил их шатер, а Тахир рванул за мной следом, извиняясь перед старейшиной по пути.

– Господин…, – позвал меня, когда я уже направлялся прямиком к Полине. Моя Богиня должна была уже привести себя в порядок после долгой поездки, и ждать меня в большом шатре. – Амир! – прокричал мое имя помощник, и я резко остановился, оборачиваясь к нему лицом. Ветром хлестал по щекам, ударяя поднявшимися в воздухе частичками песчинок и пыли. Тахир покорно склонил голову, когда нагнал меня. Я меня всего трясло. Сжав свои руки в кулаки, едва сдерживался, чтобы не показать истинное место моего помощника. Слишком многое он о себе возомнил.