- -
- 100%
- +
Подойдя к Рейн, ощетинившейся на меня парными мечами, я убрал с её лба волосы. На высокой скуле алел отпечаток чьего-то внушительного кулака, в уголках глаз застыла кровь, в носу тоже запеклась кровавая корка. Я внимательно смотрел ей в глаза, ища там ответ. Но ответа не было.
– Кто это сделал, Рейн? – требовательно спросил я, не обращая внимания на упирающиеся мне в живот клинки. Острые лезвия легко пройдут сквозь мою легкую броню, и я вряд ли успею что-то сделать. Но, хафф побери, мне на это наплевать. Кто знает, какие еще раны скрывает её тяжелая броня? Сломанные кости, внутренние кровотечения? Оглушить бы её одним хорошим ударом, да отнести к целителю, но тогда, скорее всего, я никогда не получу её доверия. Зато выполню приказ Алекса и сохраню свою собственную жизнь.
Девчонка осторожно, боясь поцарапать, опустила оружие и покачала головой.
– Никто, – ответила она, и я понял, что разбитую губу ей тоже не залечили.
Мисту напряженно наблюдал за нами.
– Вижу, вы уже успели познакомиться, – фальшиво-веселым голосом произнес он. Я замер под его внимательным взглядом. Мастер понял, что девчонка под моей защитой, и что беспрепятственно воспользоваться доверчивой сиротой он не сможет. Я понял, что учитель больше никогда не будет мне таким другом, как прежде. Я теперь для него досадная помеха в достижении своей цели. Что ж, так тому и быть. Но теперь он, по крайней мере, не обидит Рейн.
– Я, как глава ученического совета, знаком со всеми учениками Академии Лексиан, – выдавив из себя подобие дружелюбной улыбки, ответил я.
– И с учеником Лелушем тоже? – зачем-то спросил Мисту, прожигая меня подозрительным взглядом.
– И с ним тоже, – просто ответил я, довольный, что смог скрыть свои эмоции.
– Я как раз хотел попробовать дать Рейн щит, – как ни в чем не бывало продолжил мой наставник. – У неё неплохо отработана защита. Она в состоянии закрыться практически от любого удара, если ожидает его. Я вот удивляюсь, чего она не стала боевым магом? Почему заклинатель?
Я не знаю ответа на этот вопрос, и не понимаю, почему учитель решил задать его мне. Покачав головой, я перешел в боевую стойку.
«Я выбрала это направление, потому что не хочу никого убивать», – ответила она мне. Уверен, мастер Мисту этого никогда не узнает. Я вздохнул. Убивают все. И заклинатели не исключение.
«Ты все равно должна уметь это делать, – как можно более убедительно сказал я. – Иначе тебе в этом мире не выжить. Будь ты обычной, Рейн, я бы этого не требовал. Ты же знаешь тактику воинов поддержки и лечащих магов? Они ищут себе сильного воина в напарники, и делают его еще сильнее, поддерживают, лечат, накладывают заклинания, а те, в свою очередь, обеспечивают им надежную защиту, берегут и не дают в обиду. Но тебе, с твоей, мягко говоря, необычной внешностью, напарника найти будет сложно. Или, говоря откровенно, ты вряд ли его найдешь».
«Но ты…» – я знаю, что она хотела сказать. И знаю, почему вдруг замолчала. Да, я мог бы принять её такой, какая она есть. Я уже это сделал. Для всего Сумеречного Континента красные глаза – это проклятие Никсы, Тьмой Укрывающей. Или её высшее благословение. Но Никса пала, потеряв свою силу. И считается, что такие дети уже не рождаются. Я знаю, что Рейн придется умереть. Алекс без раздумий принесет её в жертву. Может, ради этого он её и хранит? Чтобы девчонка каким-то образом послужила ключом к печатям, что держат Богиню?
Я стойко выдержал её взгляд. Да и чего там выдерживать? В её глазах я стал трусом, не способным в открытую признать правду. Наверное, я и есть трус, потому что первым моим порывом было убить её и навеки похоронить свою постыдную тайну. Может, именно поэтому я пропустил момент, когда она внезапно кинулась в атаку?
Глава 8. Рейн
Рейн Эльвин-Грим
Посмотрев на свои дрожащие пальцы, я повернулась к орку. Шаман кивнул, подтверждая мои опасения. Все это правда. Но как так получилось? Как-то неправильно сработала исцеляющая магия?
Но, в любом случае, в сложившейся ситуации больше плюсов, чем минусов.Теперь я точно останусь жить. Вряд ли Кхарр пожертвует своим карателем. Не просто же так он позволил ему со мной поиграться.
– Я уверен, что это ты что-то со мной сделала, – взгляд шанара не предвещал ничего хорошего. – И как только я разберусь, в чем причина, ты ответишь.
Я невесело усмехнулась. Зная природу однокрылых – незавершенная казнь для них как заноза в пернатом заду. Она будет мучить его, изводить, заставляя с каждым мгновением ненавидеть меня все сильнее, и ничего он с этим поделать не сможет, только подчиниться. Но при этом мне от этого озлобленного товарища никуда теперь не деться, мы прочно связаны, и разлучит нас только смерть.
– Я могу поклясться собственной жизнью, что не делала абсолютно ничего, – заявила я, уже догадываясь, что это бесполезно.
– Твоя жизнь сейчас ничего не стоит, – покачал головой шанар. – Считай, что живешь взаймы.
Я попыталась не показать, насколько меня задели его слова. Особенно тем, насколько они были правдивы. Если бы не случайность, меня бы уже не было.
Наверное, что-то все-таки отразилось на моем лице, потому что шанар неуважительно фыркнул и расхохотался. В серебристых глазах плясали искры. Забавляется, значит, хотя до этого едва удержал боевую трансформацию.
– Поверь, мелкая, это ненадолго, – уже не так весело протянул он.
Я стиснула зубы и сосчитала до десяти, пытаясь вернуть самоконтроль. И где мое хваленое эльфийское хладнокровие? Герцог Алькьярн теперь точно не выживет. Ладно бы просто убили, а тут такая подстава.
– И чем это мне грозит? – глубоко вздохнув, спросила я.
Никто не ответил. Шанар уставился на руины замка, стены которого золотились в первых рассветных лучах. Значит, на мое исцеление у шамана ушла вся ночь, и я бы поняла это раньше, если бы обратила внимание, что трава вокруг нас покрыта росой.
Глаза карателя будто остекленели, скорее всего, кто-то обратился к нему ментально. Не трудно догадаться, кто именно. На миг в глубине его глаз мелькнуло раздражение, затем шанар расслабился и улыбнулся. Теперь он смотрел куда-то мне за спину, и я поняла, кого там увижу еще до того, как услышала голос.
– Признаться, я не удивлен, – я всем корпусом развернулась к Кхарру Арр-Шаграту и со смелостью, которой на самом деле не испытывала, взглянула в удивительные желтые глаза. Руки непроизвольно потянулись к ножнам за спиной, но я сдержала порыв. Еще не время. – Теперь у тебя только один выход, Рейн.
Я нацепила маску равнодушия и все так же неотрывно смотрела в завораживающие хищные глаза. Что ж, я выслушаю предложение этого дитя огня. Выбора-то у меня все равно нет.
Не дождавшись ответа, орк склонил голову набок, тонкие губы расплылись в язвительной усмешке.
– Ты станешь частью моего клана, – казалось, он делает мне величайшее одолжение. Да, Шантара один из сильнейший кланов Астарты, и, безусловно, Кхарр оказал мне честь, которой я не достойна. Поэтому я упрямо замотала головой, отказываясь.
– Я не предам свой клан, – зашипела я, стараясь не отвести взгляда.
– Зато твой клан тебя предал, – ответил он тихим, вкрадчивым голосом. – Ты для них мертва, и назад вернуться уже не сможешь.
Тьма, почему же так больно?
– Значит, буду одиночкой, – упрямо выпятив подбородок, ответила я. Голос меня не слушался, горло будто сдавило стальными тисками.
Кхарр устало покачал головой.
– Одиночки редко выживают, – спокойно сказал он. – Особенно темные.
Знаю. Особенно сейчас, когда близится освобождение Никсы. Её адептов все больше, но увеличивается и количество потенциальных врагов. Орден Света, например, за голову темного эльфа предлагает приличный куш, и охотников хватает. А меня жаждут заполучить как храмовники, так и приверженцы организации «Энрия». Клан дает защиту и поддержку. Без клана мои шансы скрыться от охотников практически равны нулю. Но ничего, уйду жить в лес. Соседство с монстрами меня не пугает.
– Нет, – выдохнула я, прекрасно зная, что будет дальше.
– Нет?
– Нет, – упрямо повторила я.
– Это не обсуждается! – рявкнул орк. Могу собой гордиться, я даже не вздрогнула. – С этого момента ты официально принята в клан Шантара. Забудь все, что связывало тебя с Лексианом и этим ушастым рыцарем Кайдена. Ты для них мертва.
Обернувшись, я поймала напряженный взгляд карателя. Ясно, что он совсем не рад такому повороту событий, как и я. Но Кхарр прав, без клана мне не выжить, а значит, не выжить и его драгоценному шанару.
Тяжело вздохнув, я смирилась со своей участью. Шантара так Шантара, чего уж там. Кхарр прав, Алекс продал меня с потрохами. Вряд ли он в курсе, что я жива. Я уже предвкушала, как вернусь в крепость, как вытянутся лица моих дорогих сослуживцев, но вовремя вспомнила предостережение орка. Я должна навсегда забыть про Лексиан. И если будет война, я окажусь по другую сторону баррикад.
Кхарр внимательно наблюдал за моей внутренней борьбой. Похоже, он заранее знал, что я девушка здравомыслящая и приму верное решение. Удовлетворенно кивнув, он развернул коня.
– Клан Шантара гордится своими воинами, – торжественно провозгласил орк. – У тебя есть два лунных цикла для завершения Инициации. По окончанию этого срока ты либо станешь полноценным магом, либо погибнешь в бою. Не разочаруй меня, Рейн.
В принципе, чего-то подобного я и ожидала, поэтому даже не удивилась. Требование орка разумно и практично, хоть и не совсем гуманно.
Я ждала, что Кхарр спросит, чем я была так ценна для своего клана, и почему Алекс отдал именно меня. Но он не спросил, и я, кажется, поняла, почему. Он далеко не идиот, хоть и молод. Обман Алекса был раскрыт с самого начала, и от этого мне было особенно стыдно за своего рыцаря.
– Благодарю за оказанное доверие, – непослушными губами произнесла я, так и не заставив себя опуститься на колени. – Я буду верно служить клану Шантара…
Ногти больно впились в ладони, и я немного помолчала, прежде чем завершить клятву.
– До последней капли крови, – без тени иронии произнесла я ритуальную фразу, и Кхарр, кивнув на прощание, умчался прочь. Я задумчиво наблюдала за клубами пыли, пока орк не стал лишь точкой на горизонте.
Интересно, а пернатый в клане на тех же условиях?
Подняв глаза, я наткнулась на его злой взгляд. Похоже, он ждал какого-то иного исхода от этой встречи.
Пока я препиралась с главой Шантары, окончательно рассвело. Я огляделась. При свете все выглядело немного иначе, чем в сумерках. Замок расположился на самом берегу моря, но если само строение стояло на скале, об которую волны лишь разбивались, не достигая стен, то со стороны Шаенона был пологий спуск, покрытый густой травой и редкими кустарниками, а у самой кромки воды была тонкая песчаная полоса. День обещал быть ясным. Безоблачное небо только-только начало окрашиваться всеми оттенками золота, над водой рваными клочьями еще висел туман, и я глубоко вдохнула в себя свежим морской воздух.
– Спасибо, что спас мне жизнь, – посмотрев в глаза орка, искренне поблагодарила я.
– Не за что, – отмахнулся он и внезапно смутился. – Я тебя в целом исцелил, хоть и сомневался, как ты отреагируешь на чужую стихию. Только глаза…
– Что глаза? – не поняла я.
– Не думаю, что целитель тут поможет, – вмешался каратель. – Они у нее и до проклятия такие были. Алькьярн нам изначально бракованную подсунул.
Я скрипнула зубами, но ответить мне было нечего. Значит, шанар считает нашу связь проклятием. Что ж, я склонна разделить это мнение. Орк, всмотревшись в мои глаза, понимающе кивнул. Не думаю, что он раньше с чем-то подобным сталкивался, и если в Лексиане все к моей «особенности» уже привыкли, то в Шантаре придется начинать все по новой.
– Я стану твоим наставником, пока ты не пройдешь Инициацию, – закрыв тему глаз, поставил меня в известность Шаксас.
Орк? Тренировать эльфийку? Это, пожалуй, будет единственный подобный случай в истории Сумеречного Континента. Я недоверчиво покосилась на своего новоиспеченного учителя. Он старательно отводил взгляд, будто чувствовал себя виноватым. Что-то, связанное с наставником, вызвало во мне смутное беспокойство, но я никак не могла определить, что. Вроде, кто-то занимался со мной в Академии, но это было будто в прошлой жизни.
– Как проходили твои тренировки? Насколько ты готова к Инициации? – поинтересовался орк.
– Из меня не пытались сделать боевого мага, поэтому ничего экстремального, – ответила я. – У меня есть дар заклинателя, и он уже полностью раскрылся. В Лексиане мне давали несложные задания по устранению созданий Никсы, нападающих на мирные поселения. Обычные обязанности городского мага. На полигоне мы отрабатывали командную работу. Моего резерва хватит, чтобы усилить до десятка боевых магов. А боевые навыки у меня базовые.
– Оно и видно, что базовые, – шанар хмыкнул. – Я бы сказал, вообще никакие. Столько магии бухнула в свою защиту, а толку-то.
Я обиженно поджала губы, но вообще-то он прав. Воин из меня действительно плохой, и, думаю, орки это поняли с первого взгляда, но почему-то все равно приняли в качестве откупа. Единственный ответ, который напрашивается – не так Кхарр был зол на герцога Алькьярна, чтобы привередничать и требовать действительно кого-то ценного.
– И как ты с монстрами справлялась? – голос карателя прозвучал насмешливо. – Убивала их, пока они спят?
– Да, именно так, – не стала спорить я, и с шанара в один миг слетело все его веселье.
– Шаксас будет заниматься твоей магической практикой, – заявил он. – А я беру на себя боевую.
Я уныло вздохнула, заранее зная, что пернатый не упустит своего шанса поиздеваться.
– Ты сам еще Инициацию не прошел, – буркнула я. – А уже собираешься кого-то учить.
– Вот вместе и пройдем, – что-то темное промелькнуло в серебристых глазах карателя. – А сейчас приводи себя в порядок, смотреть на тебя страшно.
Да уж, представляю. И как бы ни хотелось послать карателя в хаосову топь, но он прав, я по самую макушку в собственной крови.
Невесело улыбнувшись, я отстегнула ножны и сбросила их себе под ноги. Через миг следом полетели сапоги. Остальное валялось в траве еще с вечера, рядом с сумкой.
Оставшись в одной тунике, я босиком направилась к берегу.
Пернатый молча последовал за мной. Не знаю, что им двигало, и знать не хочу. Хочет охранять? Пожалуйста. Интересно, что он станет делать, начни я тонуть? Представив шанара мокрым, с обвисшими перьями, я мстительно усмехнулась и уверенно зашла в воду по колено. Под ногами зашуршала мелкая галька, и по телу прошла слабая дрожь удовольствия. Вода за ночь заметно остыла, но смерть от простуды мне не грозит. Темные вообще на редкость живучие.
Зайдя в воду по пояс, я начала смывать с себя засохшую кровь. Наличие изорванной в клочья туники усложняло задачу, но никакие обстоятельства не вынудят меня остаться обнаженной в компании врагов.
Вода вокруг меня окрасилась розовым. На коже при этом не осталось и царапины, спасибо шаману. Я невольно обернулась. Оба воина сидели на берегу и о чем-то тихо переговаривались. До меня им, похоже, дела не было.
Итак, у меня два месяца на завершение Инициации. Времени более, чем достаточно. Мне бы хватило и недели при сильном наставнике. И если в Шаксасе я не сомневаюсь, то это пернатое недоразумение меня вряд ли чему-то научит. Удивительно, как мой страх при первой встрече превратился в неприязнь. Я же буквально оцепенела от ужаса, когда поняла, что меня отдали карателю, а теперь вот едва не нахамила ему в лицо, зная, что мы связаны, и он будет беречь мою жизнь. Жизнь меня, похоже, ничему не учит. Еще неизвестно, что это за проклятие, и как скоро шанару удастся от него избавиться.
Я зашла в воду еще глубже и покосилась на карателя. Шанар смотрел на меня безмятежными серебристыми глазами. Кажется, меня раскусили. Раздосадованная собственной детской выходкой, я, как смогла, вымыла волосы и пошла на берег, сушиться.
Мокрая туника плотно облепила тело, обозначив каждый изгиб, но смущаться было глупо. Мальчики оба взрослые, девушек видели не раз. Я молча проследовала к своем сумке, не особо заботясь даже о том, что сквозь разрез виден мой живот целиком. Где-то там у меня завалялась обычная полотняная рубаха. Не самый лучший вариант, но на первое время сгодится. Стянув через голову остатки кожаной туники, я с удовольствием облачилась в просторную сухую рубашку.
– Пора собираться, – мрачно бросил мне Райвен. – Скоро здесь появится Лексиан.
– Что? – я вскочила на ноги, вспомнив предупреждение Кхарра относительно моих встреч с Лексианом. – Зачем?
– Хотят забрать твое тело, – шанар хмыкнул и поднял мою сумку. Я буквально запрыгнула в сапоги и уже на ходу стянула влажные волосы в тугой хвост на затылке. – Твой ушастый герцог не должен узнать, что ты жива.
Каратель протянул мне ножны с скимитарами, и я забрала их, стараясь не дотронуться до холодных пальцев шанара. Позади раздался треск и грохот. Обернувшись, я увидела столб дыма, поднимающийся из глубокой воронки в том месте, где раньше лежала моя туника. Шаман заметал следы. Теперь Алекс решит, что от меня не оставили даже мокрого места. Спрашивать, для чего это делается, я не стала. Я мертва для Лексиана, и пусть так и будет. Вздохнув, я догнала Райвена, который за это время успел значительно отдалиться от замка.
– Куда мы идем? – подавив раздражение, спросила я карателя, потому что мы явно удалялись от Замка. Но он не обернулся и вообще никак не показал, что услышал меня. Тогда я, не особо задумываясь о последствиях, в два прыжка догнала его и, ухватившись за одно из белоснежных перьев, дернула. Шанар вздрогнул и мгновенно развернулся. Серебристые глаза потемнели от ярости, но смотрел он не на меня, а на маленькое белое перышко в моих пальцах. Я замерла, боясь пошевелиться, а в следующее мгновение уже оказалась на земле, и холодные пальцы сомкнулись на моем горле.
– Убью, – выдохнул он мне в лицо, и я предпочла не шевелиться и вообще никак не сопротивляться, потому что каратель в этот момент был очень страшен. Серебристые глаза стали почти черными и бездонными, и меня неумолимо затягивало в эту пропасть. Я разжала пальцы, и белое перо взмыло в воздух, подхваченное порывом ветра. А шанар продолжал что-то шипеть и ругаться, но я его не слушала, глядя, как бьется жилка на его виске, и как на белоснежном крыле медленно расплывается пятно крови.
– И если я не могу убить тебя, я сделаю все, чтобы превратить твою жизнь в кошмарный сон, – многообещающе закончил Райвен. Если он думает, что напугал меня, то ошибается. Я едва сдержала ехидную улыбку и серьезно кивнула. Не увидев в моих глазах страха или раскаяния, каратель разозлился еще больше. Я видела, каких усилий ему стоило разжать пальцы и отпустить меня.
Легко вскочив на ноги, я подхватила выроненную сумку и гордо прошла мимо разъяренного шанара. Я чувствовала себя по самую макушку виноватой, и хорошо бы извиниться, но еще раз взглянув на бледного от ярости Райвена, решила сделать это как-нибудь в другой раз. К тому же, это всего лишь перо. Кто же знал, что шанарам это причиняет боль. Зато он, можно сказать, преподал мне мой первый урок.
И лишь поймав на себе укоризненный взгляд шамана, я поняла, что совершила серьезную ошибку. Если до этого у меня еще был какой-то шанс сохранить нейтральные отношения с карателем, то теперь я пробудила в нем настоящую вражду.
Глава 9. Клауд
Клауд Эллур-Атар. Один год назад
Отправившись к целителю, я захватил девчонку с собой. Наворотила дел, пускай расплачивается. По моему боку тонким ручейком стекала кровь, и я с содроганием вспомнил, как едва сдержал свой меч. О чем ты думала, глупая? Хотела показать, что можешь застать палача врасплох? Я ясно дал ей понять одну простую истину: не рань того, кого не можешь убить. Уверен, учитель не раз повторил ей то же самое. Получив скользящий удар по животу, я действовал рефлекторно. Одной Богине ведомо, чего мне стоило перенаправить свой удар.
Кажется, Мисту попытался как-то прикрыть её щитом, но я-то видел, что он не успеет. А эта глупая девчонка, похоже, даже не испугалась. Не успела. Я всегда бью молниеносно, из того положения, в котором нахожусь. Раса шанар стремительна, и по скорости с детьми ветра никому не сравниться. Острие моего меча пронеслось в каком-то дюйме от её горла, и по инерции меня развернуло. Тяжелый клинок рассек деревянную ограду арены, заставив всех присутствующих обернуться в нашу сторону. Вот и не привлекли внимания.
Когда я заявил, что тренировка окончена, и мы идем к целителю, Рейн сама вызвалась меня проводить. Она попыталась подставить мне свое хрупкое плечо, на что я лишь рассмеялся. Боль, конечно, адская, и наблюдая, как девчонка вытирает с клинка мою кровь, я заметил, как затрепетали её ноздри. Вот она, жажда крови, бессмысленная и беспощадная. Мы теряем голову от одного запаха и готовы разорвать глотку недавнему другу в порыве неконтролируемой ярости. Самое странное, что кровь, по сути, никто не пьёт. На вкус она отвратительна. А вот от одной капли на языке голова идет кругом.
Стараясь не морщиться от боли, я шел к башне целителей, украдкой бросая взгляды на свою подопечную. Похоже, говорить, кто её обидел, она не собирается. Ну и ладно, я не обязан мстить за неё каждому. Мне хватает этого белобрысого недоноска с его новообразовавшейся свитой. Ну, со свитой я как-нибудь разберусь. Но что делать с ним?
Устало вздохнув, я вновь покосился на Рейн. Она угрюмо молчала, терзаясь угрызениями совести. Не стоит, конечно, ей этого делать. Я сам виноват, так глупо подставился. Но утешать её я тоже не нанимался.
«Клауд, – она внезапно оказалась немного дальше. Мы шли рядом, но как будто бы не вместе. Для стороннего наблюдателя мы были всего лишь двумя учениками, направляющимися к целителю. – А ничего, что нас увидят вместе?».
Ага, она никак не может забыть и простить меня. Что ж, я это заслужил, признаю.
«Мне все равно, – холодно отозвался я. – Пусть видят, это еще ничего не значит».
«А что это могло бы значить?» – вполне обоснованно поинтересовалась она.
Я задумался. Это могло значить все, что угодно. Но, взглянув в требовательные, ярко алые глаза, я решил ответить правду.
«Ты многое не знаешь обо мне, Рейн, – терпеливо ответил я, решив начать издалека. – И, с большой вероятностью, не узнаешь никогда, потому что я не намерен пускать тебя в свою душу. В Академии у меня сложилась определенная репутация, и я, чтобы сохранить власть, должен действовать так, как от меня ожидают. В данной ситуации от меня ждут, что ты станешь мишенью для моих постоянных насмешек. Ты не такая, как все, Рейн, тебя не должно здесь быть. По идее, я в первую же ночь должен был найти повод вызвать тебя на дуэль и убить. Но я этого не сделал».
Я украдкой взглянул на девушку, чтобы узнать, какой эффект произвели на неё мои слова, и очень удивился, наткнувшись на каменную маску. Да, она действительно быстро учится. Но меня ей все равно не обмануть. Только вместо боли я столкнулся с искренним недоумением. Опережая её вопрос, я решил закончить свою речь.
«Не спрашивай меня, почему. У меня есть причины, но тебе их никогда не узнать. Да и не понять, я думаю. Но, Рейн, то, что я оставил тебя в живых, еще ничего не значит. И не жди от меня большего. Думаю, ученики Академии пришли к такому же выводу, они ожидают зрелища, они делают ставки на время и место, когда я тебя уничтожу, и как именно я это сделаю. Они уверены, что я просто растягиваю себе удовольствие. Так что ничего, если нас увидят вместе».
Рейн молчала, обдумывая мои слова. Уверен, она сделает правильный вывод и не будет больше ни о чем спрашивать.
Уже почти подойдя к башне, я поймал на себе пристальный, изучающий взгляд. Обернувшись, я встретился взглядом с огненно-золотистыми глазами светлого выскочки. Ядовито улыбнувшись ему, я положил руку на плечо Рейн, показывая, что девчонка теперь моя. Ни о чем не подозревающая темная послушно прижалась ко мне, уверенная, что оказывает мне необходимую поддержку.
– Клауд? – едва слышно, но вслух, прошептала она.
– Все нормально, – отозвался я, выравнивая дыхание. Да, было бы глупо идти со своей девушкой в гробовом молчании. Я знаю, что Лелуш уже отвернулся. Я видел в его глазах досаду и глухое раздражение. Этот светлый явно неравнодушен к малышке Рейн.
– Я знаю, – она внезапно отстранилась, и будь я действительно так слаб, как хотел показаться, я бы упал. – Ты переигрываешь.
Я вздрогнул и постарался взять под контроль свои эмоции. Проницательная девчонка. Может, она тоже видела светлого?
– Послушай, – она развернулась лицом ко мне и преградила дорогу. – Если надо, я тебе подыграю. Если для тебя это важно, можешь сделать вид, что я твой злейший враг. Ты можешь демонстративно унижать меня, и я буду реагировать, как тебе надо. Поверь, так даже будет лучше. Ты не испортишь свою репутацию тирана, а меня перестанут цеплять, решив, что ты сам мною займешься.