Железо и Медь

***

За окном тянулись бесконечные Элевзинские болота, усыпанные гигантскими папоротниками, гинкго11 и беннеттитами12, утопающими в тумане. Деревья на земле даэвов почти не встречались, всё из-за текущих слишком близко к поверхности подземных лавовых потоков. Эти потоки нагревали землю, отчего повсеместно висел влажный туман. В некоторых низинах земля была столь горяча, что невозможно пройти и в сапогах. От этого складывались забавные ландшафты: влажные холмы, густо покрытые растительностью, и высушенные тёмные низины, испещрённые трещинами.

«Уже семь лет прошло», – подумал Ородрет, глядя на Маркуса, который спал на соседнем сиденье, обняв свой хвост и свернувшись клубочком.

Впечатления слишком утомили мальчика, хоть тот и старался не подавать виду. Он до последнего сопротивлялся своему любопытству, пытаясь сохранять важный и серьёзный настрой, как подобает члену великого дома. Оро улыбнулся, думая о том, что Маркус многое у него почерпнул.

Семь лет назад, во время своей очередной поездки к ханнуитам, тогда ещё только намереваясь наладить с ними отношения, лорд Арино, прибыв на место, обнаружил вместо одного из станов огромное пепелище и горы обгоревших трупов. Быстрый осмотр дал понять, что силанты не просто погибли в пожаре, а были вероломно вырезаны.

Все, кроме одного.

Серый дрожащий комочек Ородрет увидел в центре пепелища, ребёнка будто положили туда и старательно засыпали сверху пеплом, словно пытались спрятать, но от острого взгляда даэва это ускользнуть не могло. На спине Маркуса алела жуткая рана, тогда Лорду показалось, что это просто ранение или ожог, но в процессе заживления обозначился рисунок – что-то похожее на отпечаток руки, только с семью пальцами. Рисунок явно намеренно вырезали чем-то острым.

Абсолютно бессмысленный в своей жестокости поступок. Впрочем, самомý Ородрету всё это напоминало какой-то жуткий обряд или ритуал. Словно принесли в жертву целый стан ханнуитов, оставив ребёнка с печатью. Зачем? За все эти годы Оро так и не нашёл ответов: легенды не упоминали ничего похожего. Вероятно, новые свитки были переписаны несколько раз, а старые документы просто исчезли в пожарах прошлых междоусобных распрей даэвов.

Лорд Арино вздохнул и снова уставился в окно, его терзало какое-то смутное ощущение надвигающейся опасности, словно далёкие тучи у горизонта со вспышками зарниц.

***

– Думаю, Х’алдир знала, что мы приедем именно сегодня, – сообщил Энель, указывая на недавно сложенные костры. – Нельзя заставлять ждать… Тени будут недовольны.

Лорд Арино кивнул.

– Нужно напоить авгуров, они проделали долгий путь.

– Сейчас им притащат воды, – улыбнулся Энель, – вы очень заботитесь о своих животных, – заметил он, – редкое качество для даэва.

Ородрет отметил, что Энель совсем не выглядит уставшим, хотя он бежал три оборота малой луны всего с одним привалом. Ладно авгуры – их скорость и исключительная выносливость известна всем. Привыкшие к жаре и опасностям, эти животные могли бежать по нескольку дней без воды, еды и сна. Но от ханнуитов лорд такого не ожидал – они и раньше его удивляли, но теперь Оро проникся к ним особым восхищением.

– Благодарю… – внимательно осматриваясь, ответил лорд, ему уже доводилось бывать в этом стане. Теперь он располагался относительно недалеко от столицы даэвов – города Аур, всего в трёх оборотах малой луны, если учитывать бег авгура.

С тех пор как были достигнуты соглашения между расами, и ханнуитам разрешалось кочевать по территориям Кутаиса, они перенесли все свои крупные станы вглубь страны даэвов. С условием, что ханнуиты теперь будут защищать границы Кутаиса от набегов гоммулов. С чем они пока успешно справлялись.

Этот стан – один из самых крупных, что доводилось посещать Оро: множество мелких приземистых шатров, накрытых шкурами и кожей местных животных, располагались кру́гом, а в центре стоял шатёр вождя, украшенный головой сетвала – опасного зверя, похожего на змею, покрытую гладкой шерстью.

За периметром стана, в некотором отдалении, стоял шатёр великого Х’алдира, украшенный яркими красными и синими узорами. Ханнуиты верили, что шаман может разговаривать с дýхами, которые приходят к нему, и потому считали разумным держать шатёр духовного лидера подальше от прочих строений.

Дальше находился огороженный табун серых алетионов – гордость стана. На этих животных во многом завязаны культура, верования и выживание поселений ханнуитов.

– Сейчас сообщу о вас Таг’я! – сказал Энель, а лорд отметил, что хвост ханнуита возбуждённо подёргивается.

– Не нужно, сын, – прозвучал за спиной Оро знакомый хриплый баритон. Даэв резко развернулся и тут же угодил в крепкие объятия вождя ханнуитов.

– Рад тебя видеть, Линар! – просипел лорд, чувствуя, что ещё немного – и рёбра лопнут.

– Сколько лун, дорогой друг! – под тёмной бородой ханнуита угадывалась довольная улыбка, – я уж думал, не свидимся с тобой!

– Обижаешь. На праздник Зимних Теней я бы приехал, – притворно оскорбился Оро, но тут же стал серьёзным. – Что-то случилось? К чему такая спешка?

Линар отрицательно помотал головой и, понизив голос, произнёс:

– Х’алдир давно такой активной не была. Обычно она спит, пока её духовное тело бродит в мире теней. А тут проснулась и требовала тебя и Маркуса, как безумная. Я решил не гневить тени. – Он виновато развёл руками.

Ородрет нахмурился, пожёвывая губу.

***

– Я ждала тебя! – медленно протянула Х’алдир, стоило лорду Арино зайти в шатёр. – Ты пришёл вовремя, лорд с железным сердцем.

Оро кинул удивлённый взгляд на старую женщину, закутанную в тёплый мех, словно она сейчас в холодных землях алкори.

– Мы знакомы? – недоумённо произнёс Оро.

– Не так близко, как хотелось бы… – усмехнулась Х’алдир и тихо прошептала, протягивая руки к лорду: – Слушай меня, Ородрет… Я чую, слышу, как бьётся сердце земли. – Она сложила пальцы в какой-то знак и поманила даэва к себе. – Подойди ближе… – Оро послушно сделал шаг к шаманке. – Ещё ближе, ну!

Лорда резко кто-то подхватил под руки и силой усадил напротив женщины, но в шатре никого больше не было. По спине даэва пробежал холодок страха. Дым медленно плыл под потолком, заворачиваясь в причудливые кольца. Оро втянул носом воздух – сладковатый травяной запах сжал ему горло, заставляя закашляться, а на глазах выступили слёзы. Оро показалось, что он раньше где-то слышал этот сладкий аромат трав.

– Во сне, – неожиданно ответила Х’алдир, – ты слышал этот запах во сне, лорд.

– Э-э-э… – только и протянул удивлённо Оро, но женщина сделала жест рукой, призывая к тишине. Она достала из недр шкур трубку и затянулась, выпуская клубы дыма.

– Чужие голоса поведали мне о тучах, – медленно произнесла Х’алдир. – На протяжении многих и многих лет пульс земли оставался спокоен… Земля спала. Некоторое время назад пульс участился, как это бывает у того, кто вот-вот проснётся. – Женщина мрачно вздохнула и продолжила: – Вероятно, это уже бывало раньше, но так давно, что не осталось никаких упоминаний. Поэтому мы можем только предполагать… – Х’алдир подняла на лорда глаза, и тот понял, что шаманка абсолютно слепа. – Я видела тебя… – произнесла шаманка, – не смотри, что глаза мои слепы, мне открыты все пути в мире дýхов и теней.

Лорд, сосредоточенно нахмурившись, рассматривал лицо шаманки, пытаясь запомнить его, но её черты постоянно ускользали, словно он смотрел на неё сквозь воду. Х’алдир усмехнулась.

– Не пытайся, лорд, даже твоя горячая кровь не справится с тенями… Я видела тебя. И ты был между даэвами и алкори, между ханнуитами, квин’еелами и… гоммулами.

«Кто бы мог подумать, что мои дипломатические деяния даже до дýхов дошли», – хмыкнул Оро, но промолчал.

– Это значит, что ты там, где должен быть, мой хороший, – продолжила шаманка. – Ты – это важное звено для начала пути волка. – Даэв почувствовал, что начинает злиться из-за этого напускного пафоса, хотелось поскорее закончить. – Твой путь идёт тонкой нитью впереди… – не замечая раздражения лорда, вещала женщина, – но в конце ты должен выбрать… Да, выбрать. Это твоя судьба – нить и выбор!

Ородрет собрался что-то сказать, но Х’алдир провела рукой в запрещающем жесте.

– Скоро он проснётся и пожрёт землю, Халафарин. Тебе нужно к тем, кто помнит. Только их холод согреет тебя. – Шаманка замолчала, покачиваясь из стороны в сторону, и вдруг резко подалась к лорду. – Дай руку!

Кто-то снова схватил Оро за руку и протянул её женщине, пальцы шаманки обожгли ладонь холодом.

– О, лорд, вижу, кто-то уже есть в твоём железном сердце? – она усмехнулась, водя ледяным пальцем по коже даэва.

– Маркус? – предположил Лорд, но женщина в ответ хрипло рассмеялась.

– Нет, даэв, это не ребёнок, это женщина.

Ородрет удивлённо приподнял бровь.

– Женщина? – Лорд хотел было что-то уточнить, но Х’алдир не дала ему сказать.

– Позови прóклятого волчонка.

– Прóклятого? Волчонка? Волков же не существует… – удивился Оро. – Это мифические животные.

– Не в этот раз. – Шаманка улыбнулась, а после вдруг закатила глаза и уронила трубку, это длилось буквально несколько секунд. – Добрый… Слишком добрый волк, – озабоченно пробормотала она. – Ты даёшь волчонку много любви. Слишком много для его судьбы.

– И какая у него судьба? Это как-то связано с тем знаком у него на спине и потерянным станом ханнуитов? – поинтересовался лорд Арино, не особенно надеясь на ответ, но любая информация – это шажок к разгадке.

– У него судьба героя и убийцы, – буднично ответила Х’алдир и жестом указала на выход. – Позови его сюда, Халафарин.

***

Лорд задумчиво жевал травинку, глядя, как ханнуиты устанавливают праздничный шатёр: мужчины закрепляли канаты, женщины расстилали ковры и шкуры, даже дети были при деле – их отправили собирать угли и сухие листья для главного большого костра.

«Может, так и правда лучше, – подумал Оро, провожая взглядом мальчишку-ханнуита, который как раз был ровесником Маркуса. Он бежал вприпрыжку, распушив хвост. – В конце концов, это его народ, его кровь. И есть дети-сверстники, которые будут с ним играть, а не смотреть косо, как на чужака». – Даэв с досадой сплюнул травинку на землю. Он так долго хотел, чтобы ханнуиты приняли к себе Маркуса, а когда это случилось, Ородрет не почувствовал радости или покоя, только какую-то горечь. Он потёр пальцами глаза, стараясь не поддаваться эмоциям.

Ханнуиты собирались запечатлеть этот важный день в своей истории. День, когда старый Х’алдир объявил своего преемника и нового члена стаи.

«Он будет в учениках у Х’алдир, – подумал лорд Арино, – одного этого достаточно, чтобы стан его уважал…»

Шаманка заверила лорда, что Маркуса будут охранять сами дýхи предков, но это не особенно его впечатлило. Если быть честным с самим собой, лорд не верил в дýхов, предков или в других мёртвых. Зато он был точно уверен в жестокости живых.

– Дядя Оро? – вырвал его из тяжёлых раздумий голос Маркуса, мальчик подошёл совершенно бесшумно. Лорд Арино торопливо провёл ладонью по лицу, стараясь смахнуть усталость, и улыбнулся.

– Ну как? – спросил он, глядя на задумчивое лицо мальчика. Тот пожал плечами.

– Я не знаю… – неуверенно начал Маркус, – это всё так… странно. – Он поднял глаза на лорда. – Х’алдир сказал… сказала, что я избранный, что мне нужно остаться здесь и кое-что выучить. Я не знаю…

– Значит, стóит остаться, – произнёс Ородрет, – мы с тобой не раз это обсуждали. Здесь намного безопаснее, чем в Ауре.

– Обсуждали, – согласился Маркус, прижимая уши, – но разве не ты сам говорил, что враги и предатели везде? – Он нервно вздохнул. – Чем эти ханнуиты лучше даэвов в Ауре?

– Ты же тоже ханнуит! – возразил лорд Арино.

– А ты даэв, как и все в Ауре! – парировал Маркус и рассмеялся. Оро тоже не смог сдержать улыбки.

– Хорошо, я тебя понял. Думаю, я смогу приезжать и навещать тебя. И, в конце концов, мы не расстаёмся навсегда.

– А я смогу приезжать к тебе? А как же Дайна?

– Причём тут Дайна? – удивился лорд.

– Если я не смогу приезжать в Аур, то не смогу с ней видеться, – продолжал ханнуит, – мы с ней друзья, как я могу её бросить? Как я могу бросить тебя?

Лорд Арино хмыкнул и погладил Маркуса по кончикам ушей.

– Ладно, Дайна будет приезжать со мной. А если повезёт, то шаманка будет отпускать тебя в Аур. – Он присел, чтобы их лица оказались на одном уровне, и добавил: – Думаю, чем быстрее ты освоишь обращение в силанта, тем быстрее это случится.

Маркус кивнул и закусил губу, морща лоб, чтобы не заплакать.

– Оро, а если они убьют тебя раньше? – прошептал он, заглядывая в глаза даэву.

– Я же почти бессмертный, мой волк, – улыбнулся лорд, – и умею пользоваться тарко. – Он подмигнул мальчику и легонько коснулся его лба своим. В ответ Маркус порывисто обнял его за шею.

***

Порошки, коренья, развешенные по стенам, тонкая струйка дыма, поднимающаяся вверх, – шатёр обычных ханнуитов не особо и отличается от шатра шаманки, разве что тут никто не кутается в шкуры и мех.

– Этот сбор готовит для нас Х’алдир, – пояснил Таг’я, протягивая трубку даэву, – местные травы. Успокаивают душу. – Вождь стана сидел, скрестив ноги, на полу напротив Оро, его и лорда разделял только небольшой костерок.

– Интересное применение, – ответил Оро, принимая трубку. – В Ауре травы используют только в курильницах, больше для красоты…

– Я слышал о таком, – кивнул Таг’я, – это правда, что все даэвы без страха берут еду и воду из рук врагов? Меня это немало удивило в нашу первую с тобой встречу.

Ородрет втянул в лёгкие дым и передал трубку одному из ханнуитов, сидящих рядом.

– Так и есть, – он выдохнул дым в потолок, – ещё не встречался яд, способный навредить моей расе. Быстрая регенерация залечивает урон от яда быстрее, чем он успевает убить.

Вождь одобрительно хмыкнул. Из-под нависших бровей его тёмные глаза сверкали, отражая блики огня, а разорванное правое ухо слегка подрагивало. Немного помолчав, он спросил:

– Что сказала тебе наша Х’алдир про мальчика? – Эта тема явно интересовала всех, даэв невольно почувствовал витающее в воздухе напряжение, сам же вождь выглядел как сжатая пружина.

– Х’алдир сказала, что Маркус волк. – По шатру пробежал возбуждённый шёпот, а вождь заметно расслабился.

– Тише! – произнёс он, и клубы дыма снова поплыли в полной тишине. – Тише… Х’алдир говорила о пророчестве. Она снова оказалась права.

– Пророчество? – нахмурился лорд Арино.

– Да, о том, что в нашем народе родится волк, зов которого разбудит бога. – Таг’я дёрнул хвостом. – Она говорила об этом пророчестве ещё много лет назад, когда сама была молода. Я раньше не воспринимал его всерьёз.

– Он призовёт бога… Но зачем звать бога? – задал резонный вопрос даэв, вглядываясь в лица ханнуитов.

Вождь пожал плечами.

– Х’алдир сказала: «Потому что время пришло». Соглашусь, расплывчатое объяснение.

– Что-то мне это не нравится… – проворчал лорд Арино.

– Не стоит переживать, – мягко произнёс Энель, сидящий по левую руку от лорда, – детёныш в хороших руках. Х’алдир научит его говорить с тенями предков и слышать сердце земли, – в голосе парня скользили нотки восхищения. – Каждый ханнуит был бы счастлив, если бы его детёныш стал учеником Х’алдира. Это такая гордость! – заверил Энель и ободряюще улыбнулся. – Со временем и вы, Халафарин, это поймёте.

Присутствующие согласно закивали, а сам Оро подумал, что сын Таг’я более мягок, чем отец, но и более проницателен.

– Даже если пророчество – это всего лишь очередной сон Х’алдира, волчонок многому научится, это не будет лишним, – добавил Таг’я, снова затягиваясь трубкой и бросая понимающий взгляд на Оро. – У меня тоже есть детёныш, я понимаю твою тревогу, Халафарин, – продолжил он, – клянусь своими клыками, что мальчик будет здесь в безопасности!

Лорд Арино молча принял трубку и задумчиво повертел её в руках.

– Что-нибудь разузнали о родном стане Маркуса?

Таг’я кивнул Энелю, давая ему слово.

– В этой истории больше тёмных пятен, чем мы рассчитывали, – тут же отозвался парень, – этот стан вёл изолированную жизнь, что нетипично для нашего народа. И несмотря на то что его кочевые пути располагались совсем недалеко от наших, они никогда не пересекались. Как и не пересекались с путями других дружественных нам станов. – Энель ненадолго замолчал, при этом уши его нервно подёргивались, а затем продолжил: – Честно говоря… можно было бы думать, что этого стана никогда и не существовало. Если бы не Маркус и вы, Халафарин, о нём бы никто и не узнал.

– Как такое возможно? – поднял глаза на вождя Ородрет. – Неужели до того момента ваши разведчики никогда его не видели?

– Не видели, Оро. – Вождь покачал головой.

– А кочевые пути?

– Они появились позже, сразу же после того, как ты сообщил о своей находке. Знаю, знаю, – замахал руками Таг’я, наткнувшись на возмущённый взгляд даэва, – это звучит как сказка! Как… ложь. – Вождь потёр лоб. – Но сам подумай, какой мне смысл от тебя что-то скрывать? Я слишком многим тебе обязан, и эта история, – он развёл руками, – это слишком похоже на… магию.

– Магию? – подняв бровь, повторил Ородрет, в упор глядя на вождя. – Это, выходит, магия вырезала и сожгла около сотни ханнуитов? – с нажимом произнёс он.

– На что ты намекаешь? – прорычал вождь, подаваясь вперёд, его чёрный хвост недовольно стукнул об пол.

– На то, что эта «магия» вполне может быть клинками гоммулов или недружественно настроенных ханнуитов, о которых мы ничего не знаем, – ответил лорд, передавая трубку вождю. Тот лишь фыркнул, принимая её.

– Значит, это очень хорошо обученные гоммулы, – заметил Линар и, хмыкнув, добавил: – И которые, вероятно, научились ничем не пахнуть.

***

«Можно вечно смотреть, как бежит с ледника река». – Босые ноги ступали по обжигающему снегу, оставляя почему-то звериные следы. Вокруг тянул в небо ветви реликтовый лес. Маркус оглянулся, ощутив на спине чужой взгляд, но только хвост какого-то зверя скрылся в тумане. Промозглые сумерки опускались на землю, погружая лес во тьму. Мальчик втянул носом морозный воздух, пропитанный запахом гниющих листьев и холодной воды, кто-то вдалеке назвал его имя: «Маркус!» Сердце ханнуита предательски пропустило удар, а к лицу прилила кровь, страх заставил ноги бежать. Бежать в сторону голоса. Холодный воздух драл горло, а пальцы на руках коченели. Когда лес резко закончился обрывом, Маркусу пришлось упасть на землю, чтобы не сорваться с края. Он аккуратно заглянул за него: далеко внизу белой лентой сверкала река, впадающая в океан, над которым стоял морозный туман.

«Лёхдэ, – появилось в голове название реки, – Лёхдэ – это исток».

Над горизонтом всходила утренняя заря, окрашивая туман в цвет золота. Маркус поднялся на ноги, потянулся – и вдруг увидел, как напротив, над океаном, медленно встаёт гигантская женская фигура. Небо окрасилось в красный. Фигура медленно развернулась к мальчику, и на него уставились два глаза с четырьмя радужками и четырьмя зрачками.

Маркус испуганно попятился, но кто-то мягкий и живой оказался под ногой, заставив его обернуться, чтобы не упасть. За спиной мальчика стояли дикие звери и с интересом изучали его следы. Звериные следы, словно их оставил огромный силант или кто-то подобный, но никак не мальчик.

«Маркус!» – прозвучало в голове, и ханнуит снова уставился на горизонт, но огромной фигуры там уже не было. Вместо неё перед ним стояла женщина в белых одеждах, завёрнутых на манер одеяний алкори. На её руках и плечах то тут, то там виднелись пёрышки, а в каждом глазу всё так же было по два зрачка. Это существо выглядело странно, но не вызывало страха, скорее… от неё словно исходили волны тепла. Казалось, что если подойти ближе и прикоснуться к белой, почти прозрачной коже, то…

«Нерождённый маг, – прозвучало в голове, но мальчик точно знал, что это слова этой женщины. – Тысячу раз взошли на небосвод луны и опустились в бездну, но пришло время. Ты узнаешь, все узна́ют: мир изменился. Пора туда, где ты ещё не был. Туда, где всё по-другому. Туда, где тебе самое место».

Маркус ощутил неприятное покалывание в груди и нахмурился, снова делая шаг назад. В нём боролись два чувства: неведомое что-то, влекущее его к этому тёплому существу как к родной матери, которую он никогда не знал, и неверие, заставляющее отступать в тёмный и холодный лес позади. Мальчик покачал головой и попытался ответить, но вместо слов из груди вырвался страшный вой – и сон оборвался.

***

Меньшее солнце уже выкатилось из-за горизонта, заливая стан красным светом своих лучей. За заборчиком завозились алетионы, фыркая и тряся шкурами, пытаясь смахнуть остатки ночной росы. В зарослях диких кустарников, покрывающих бо́льшую часть леса, призывно кричала какая-то птица. Маркус хмыкнул, перевернув самодельный вертел, на котором жарилась тушка крысоподобного существа. Ночная охота удалась, несмотря на то, что последние двое суток дались юному ханнуиту нелегко: целая ночь празднования в честь нового члена стаи, затем целый день «преследования жертв» – так ханнуиты называли свою традиционную праздничную охоту. После – короткий сон и прощание с лордом Арино. Последнее далось Маркусу очень тяжело: каждый раз, когда дяде приходилось уезжать, мальчик чувствовал себя так, словно Оро уходит навсегда. Страх сжимал сердце, настроение портилось, и вся жизнь превращалась в бесконечное ожидание того момента, когда лорд вернётся.

Ханнуит тяжело вздохнул и упёрся взглядом в солнечный диск малого солнца – говорят, если долго на него смотреть, то можно увидеть глаз ложного бога Ааронга, который выискивает слабые места истинных богов в надежде полностью их уничтожить.

– Утро – это хорошее время для охоты. Пепельные крысы – ночные твари и под утро особенно невнимательны. – Судя по голосу, это была шаманка. Маркус еле сдержался, чтобы не прижать уши к голове, тем самым выдав своё недовольство.

– Угу, – промычал он, надеясь, что Х’алдир поймёт, что он не хочет сейчас разговаривать. Но вместо этого она ловко села рядом с ним, едва коснувшись его ноги своим коленом. Странное дело: в первый день шаманка выглядела такой дряхлой и старой, а сейчас, встреть её Маркус в другом месте, решил бы, что это обычная ханнуитская женщина средних лет. Только седая и слепая.

– Почему ты ходил на охоту? Мог бы просто попросить еды у стана, волчонок.

Маркус повернулся к шаманке, собираясь ответить что-то грубое, но вовремя вспомнил слова лорда о том, что представитель великого дома не может себе позволить таких низостей, и стушевался.

– Слишком рано, я не хотел беспокоить других, – он прочистил горло и уже смелее добавил: – И дядя Оро всегда говорит, что, независимо от своего положения, нужно уметь делать всё самостоятельно: добыть еды, построить дом или сделать уборку.

– Даэвский лорд умён, – согласилась Х’алдир, проводя рукой над огнём костра, отчего тот задрожал и резко потух, вероятно, мясо достаточно прожарилось, – умён, но не мудр, – добавила она, заставляя мальчика нахмуриться. – Угостишь старую женщину? – Мальчик снова вздохнул, снимая тушку с вертела и деля её на части. – Ты можешь быть спокоен, волчонок, – внезапно произнесла Х’алдир, впиваясь в мясо острыми зубами, – твой лорд в безопасности, с ним ничего не случится. – Голос её звучал так беззаботно, словно она говорила о собирании ягод в лесу.

– Откуда вы можете это знать? – недоверчиво пробормотал Маркус, пробуя мясо.

– Тени сказали мне. Тени многое знают, иногда они могут рассказать о том, что ещё не случилось. – Шаманка вытерла рот рукавом и улыбнулась, в зубах у неё застряли кусочки мяса. Маркус только покачал головой.

– Дядя Оро говорит, что магия и тени – это… – мальчик постарался подобрать какие-то не слишком жёсткие слова, но шаманка опередила его, словно читая его мысли.

– Лорд не хочет верить в магию. И в теней. И в богов. Но если он в них не верит, это не значит, что их нет.

Маркус нахмурился и дёрнул ухом: судя по звукам, в стане начали просыпаться.

– А в какого бога вы верите? – Мальчику показалось, что слепые глаза Х’алдир вспыхнули, ей явно понравился этот вопрос.

– Ханнуиты верят в того бога, который сильнее!

– Это как?

– Если ты в землях Кутаиса, то поклоняйся богу Элфу и предкам даэвов, здесь их земля, их сила, – ответила шаманка, встряхивая седой гривой, – если ты в землях Сутары13 или на Гладких островах, то возноси молитвы Карузе и пой для дýхов ветров. Если тебя занесло к гоммулам, то воздай жертвы богу Ааронгу, захватившему те земли и умы.

– А Междуземье? А Сонное море?

– В Междуземье приноси дары бродячим богам, в Сонном море проси о помощи Валока и его помощников. – Шаманка пожала плечами.

– Звучит так, будто вы ни в кого не верите, – прищурился ханнуит.

– Ты начинаешь понимать, волчонок. Нет смысла таскать за собой одного бога, когда можно любого попросить о помощи, главное – знать, где силён каждый из них, а об этом расскажут тени.