Однажды в сказке...

Дерьмовый сюжет

Мы вернулись с принцем из леса. Его Высочество уже ждал недовольный батюшка, бал приближался и пора было обсуждать как следует расселять гостей. Мы столкнулись с королем глазами, его злой и раздраженный нашей совместной с принцем прогулкой, взгляд просто кричал: «Я же тебе денег дал, а ты!» А я? «Он сам (принц) пришёл, не виноватая я, Ваше Величество». – И потупилась, покорно, ну или сделала вид, что так.

Но смятение не покидало, потому что за эти месяцы принц перестал быть для меня… картонным, напыщенным болваном, как думала я в самом начале и даже не героем из сказки. Он стал человеком. Иногда глупым, иногда упрямым и раздражающим. Но чаще слишком красивым, добрым и ревнивым до абсурда. Это делало его живым, не прописанным далёким сказочником персонажем, а просто Его крышесносным Высочеством Эриком, тем, кто чертовски притягателен, и именно поэтому опасен, я ведь по-прежнему в сказке, в той, где всё уже давно решено…

«И здесь Русалочка не получает принца, Бель. – Напомнила я себе. – Она исчезает, а он женится на настоящей героине!»

Я глубоко вдохнула, поправила прядь волос, упавшую на лоб, и… побежала. От себя, от мыслей, от смущающего Его Высочества.

Я ушла в башню. Здесь, высоко, вдали от дворцового шума, почти в облаках было спокойно.

– Ты сегодня грустная, Бель!

– Всё в порядке, – я отошла к окну, старательно избегая зрительного контакта с волшебником.

– Врёшь, – не согласился он.

Умный, не скроешься. И неожиданно для себя выпалила внутри:

– Ты когда-нибудь влюблялся, Эдвин? - и не выдержала его шокированного выражения.

Отвернулась, прижавшись к стеклу. Снег летел с неба крупными хлопьями. Я засмотрелась на него, ожидая ответа и чуть вздрогнула, так незаметно и бесшумно звездочет подошёл ко мне. Сел на край подоконника и произнёс. Тихо, неуверенно, словно никогда не задумывался над этим.

– Я… не знаю, Бель. – Он заглянул мне в глаза, сине-серо-зелёное волшебство очень внимательно изучало моё растерянное лицо, затягивало, манило, приглашало в свою глубину, обрамлённую длиннющими ресницами.

Сердце застучало в груди испуганным молоточком. Нетренированное всеми этими «любовями» сердце. Я же только спешила жить и болела, я же никогда не думала о ней, о любви.

«Ух… ты туда же, Эдвин!» Я покраснела, смущённо отводя взгляд и решила перевести опасную тему:

– Ты думал… куда мы пойдём? После бала? – мысленно спросила его я.

Он молчал, притихший и странно задумчивый, напряженно разглядывая белое волшебство снаружи.

– Ты всё ещё хочешь уйти?

Я кивнула.

– Думал, Бель, – тихо признался он. – Есть места… за горами. Там нет пророчеств. Нет принцев. Нет короля. Только море, ветер и свобода. - Эдвин остановился, нервно закусил нижнюю губу, вздохнул, словно набирался решимости. – А ты? Ты готова отказаться от всего? – он опять упёрся в меня изучающим взглядом. – От нарядов? Дворца? От Эрика?

«Уж от нарядов точно», – мрачно улыбнулась я, вспоминая ежедневную корсетную экзекуцию.

«Не сомневайся, волшебник!» А потом отошла к шкафу, нервно перебирая склянками, руки предательски дрожали. Я привыкла. Привыкла быть частью этого замка, Эдвин. Не хотела, но привязалась.

«Глупая, мягкотелая Бель! Не смей!»

Хорошо, – решилась я. – Пусть сказка, написанная другим, завершится. А я… найду собственную концовку. И не такую, как в этой грустной книге.

– Мы начнём всё с начала, Эдвин...

Платье, что принесла мне горничная за неделю до бала, оказалось неожиданно… моим. Бирюзовое, как морская гладь в полдень, с лёгким, едва уловимым мерцанием, будто в ткань вплели чешую русалок. Оно обволакивало фигуру мягко, расширяясь от талии, с виду вполне строгое и безопасное, на самом деле оно подчёркивало всё: линию шеи, изгиб плеч, хрупкие точёные руки.

Безусловно, я была красавицей. Той, которой невозможно не глядеть вслед.

В зеркале отражалась фея, мягкая, нежная, почти неземная. Я поймала на себе взгляд принца. Он пришёл оценить сиё творение. Конечно же, я о платье, об этом шедевре, что сотворила умелая дворцовая модистка. Он смотрел на меня странно – не как на гостью, таинственную немую девушку, а как на нечто, что вызывает в нём сожаление. С теплотой, даже с болью.

Что с тобой, Эрик?

И совсем абсурдная мысль: «Ваше Высочество, ты тоже знаешь сюжет?»

– Ты самая прекрасная девушка на свете, Белла, – нежно прошептал он, а я отвела глаза.

Его пальцы на мгновение коснулись моего запястья, будто проверяя, настоящая ли я. Теплая, живая. Не мираж. И в этом прикосновении было столько заботы, что на миг захотелось остаться. Но я знала: всё это – временно. Скоро придёт она. Та, ради кого и затевался бал. Та, чьи волосы будут светиться в лунном свете, чьи глаза заставят принца забыть обо всём.

Или она здесь? Где-то в толпе служанок, прячется и ждёт своего триумфа? А может она всё же та, что швыряла в него орешки из еловых ветвей?

«Ты стала параноиком, Бель! Где твоя выдержка?»

Этот дерьмовый сюжет просто сводил с ума. Он не давал ни полюбить по-настоящему, ни уйти без горечи и боли. Только стоять между двумя мужчинами: одним, который смотрит на меня, так, будто я самое большое его сожаление, и другим, чьи глаза, кажется, знают мою душу лучше, чем я сама.

А я ведь даже не умею любить.

______________

Помните я искала альтернативу вижуала принца Эрика?

И вот сегодня свершилось

как Вам мой новый ваприант? старый кину для напоминания тоже

1. Новый вижуал Эрика

2. старый вижуал Эрика

пишите в комментах - какой вас цепляет больше, мне важно ваше мнение:)) еще один взгляд всегда помогает воспринимать действительность шире:))

Бал

Гости начали съезжаться с утра. Я наблюдала из окна, как к полудню подъездная аллея превратилась просто в реку карет: золочёных, кричащих. Чем богаче карета- тем выше сан её обладателя, ну или амбиций. Замок наполнился шумом, смехом, стуком каблучков и хлопаньем открывающихся дверей.

Кот шмыгнул в комнату с карниза. Мокрый от снега и холодный, уткнулся носом в ладонь, словно говорил:

- Переживаешь, Бель?

- Всё в порядке, Эдвин, — я заглянула в умные, совсем не по-кошачьи сине-зелено-серые глаза.

Никак не могла привыкнуть, что кот и волшебник - это одно и то же. С тех пор как узнала о его второй сущности - больше не пускала ночевать в свою комнату. Пусть и в обличье кота, но спать в кровати с молодым мужиком, нет, я ещё не совсем спятила! (а вот тут автор чуть не спошлила в ремарке, так и хочется сказать моей Бель, что иногда это очень даже приятно:))Но сегодня, когда он поскрёбся в стекло – пустила. С Эдвином спокойнее. Я забралась с ногами на подоконник, прислонилась к откосу спиной и бесцельно смотрела вдаль, за покрытые белым поля и лес, на темнеющее вдали море. Кот-волшебник улёгся у ног, осторожно обвивая хвостом мою лодыжку.

- Скоро всё закончиться, правда? – мелькнуло внутри.

- Мурр…

Вечером за мной пришёл слуга. Тихий, безмолвный, он постучал, осторожно в дверь. Я оглянулась на комнату, бросила в зеркало рассеянный взгляд и открыла её.

- Прошу Вас, леди Изабелла, следуйте за мной.

Мы медленно шли по ярко освещённым коридорам. Я знала дорогу, но так положено. Слуги провожали в зал приглашённых гостей. Я тоже была гостьей. Случайной, ненужной, той, кто исчезнет после сегодняшней ночи. Прямо перед парадным входом в бальную залу стояли большие столы с подносами, на которых лежали маски всех цветов и мастей. Я выбрала серебристую, под цвет переливам платья. Рождественский бал-маскарад. На миг задержала дыхание.

«Белла, вперёд!»

Лакеи в парадных ливреях разносили бокалы шампанского, дамы поправляли драгоценности в волосах, а кавалеры - галстуки и готовое треснуть от обилия женской красоты самообладание. В огромном бальном зале, утопающем в свечах и гирляндах из еловых веток, уже играл оркестр. Музыка лилась плавная, чуть торжественная, идеальная для…первого взгляда, первого танца… и первой лжи.

Никто не представил меня, никто не обернулся, я зашла в зал тихо и незаметно, словно я – никто, просто тень. Огляделась. В глубине, в стороне от колонн и оркестра на возвышении, на троне сидел король: величественный, строгий, единственный, кроме принца без маски. Я видела, как Его Высочество дёрнулся навстречу, увидев меня, как его венценосный отец резко остановил необдуманный порыв сына. Король посмотрел на меня оценивающе, его лицо напряглось, а нога стала отбивать тихий недовольный ритм кончиком нарядной туфли. Он что-то сказал принцу, тихо, но, видимо, резко. Эрик побледнел, кивнул.

«Интересно, о чём они?»

Гости прибывали в зал.

– Граф Тирена с дочерью.

– Герцог де Мур с сыном Генрихом и дочерьми.

– Принцесса Кандинская и её брат Нейтон IV, наследный принц Фландрии.

Оглашал камердинер.

Его Величество Эдмунд Великий благодушно кивал на поклоны вновь прибывших. Принц стоял рядом, в строгом синем камзоле, с белыми волосами, безупречно рассыпанными по плечам, красивый, идеальный с безучастным взглядом зелёных глаз. Он кивал дамам, принимал комплименты, но смотрел на вплывающих в зал девиц равнодушно, как на декорации.

А потом…

Нет, тишина в зале не наступила. Музыка продолжала играть, шампанское шипело в бокалах… дамы сдержанно кокетничали, прикрываясь веерами, кавалеры сверкали начищенными до блеска эполетами. А в дверях стояла она. Девушка с каштановыми волосами и глазами, настолько искрящимися, что казалось, будто в их глубине отражаются звёзды. Девушка в белом воздушном платье, та самая, что кидалась шишками в принца в лесу. Она выглядела как невесомая прекрасная бабочка, или фея, случайно забредшая в человеческий мир.

– Маркиза де Лестер, - представил камердинер.

Она шагнула вперёд, качнулась, платье зацепилось за резьбу на входной двери. Волосы чуть растрепались, идеально, так, словно это искусный парикмахер внёс последний необходимый штрих. Зал ахнул, ожидая падения. Гости повернули головы, все как один.

«Да уж, эпично! Вот что значит, на сцену вышла главная героиня!»- я закусила губу, наблюдая за «невезучей».

Девушка устояла, а потом – цок. Туфелька, маленькая, аккуратная, такая знакомая мне хрустальная туфелька покатилась по мраморному полу…

«В нужном направлении покатилась!»

Гости ахнули.

«Не разбить, не боись!» - горько усмехнулась я. «Очень, знаете ли, крепкая, волшебная туфелька!»

А принц отмер из своей отрешённости и рассмеялся. Я видела, как он дрогнул, как загорелись интересом его, похожие на весенний лес глаза и как он шагнул к ней навстречу.

А дальше всё по плану:

Его Высочество поднял туфельку, опустился на одно колено и надел её обратно на нежную стопу. Зал ахнул ещё раз! Ещё бы – такой романтичный жест!

и не смогла выбрать лучший вариат( на одном принц краше, на другом - Золушка... Ну я так думаю, а вам какой ближе? и да, туфелька реально чуть большевата, ну вот такой я "художник", вернее с ИИ до конца договориться не сумела)

– Позвольте пригласить вас на танец?

Она кивнула.

– С радостью, Ваше Высочество!

Я тихо стояла у колонны, наблюдая за судьбоносной встречей. И тут же в голове зазвучала сухая, почти злорадная мысль:

«Особенный принц? Да он такой же, как все! Меняет красавиц как кожаные перчатки. Вчера - я, сегодня « хрустальная фея»…» Хорошо, что я не поддалась. Не влюбилась в того, кто не может быть верным по определению! Я не завидовала. Не злилась. Просто понимала, что с самого начала была права. «Поздравляю, Эрик, ты нашёл свою героиню» - подумала я уже мягче, с лёгкой, горьковатой усмешкой. И в этот самый момент, когда все глаза были прикованы к красивой, сияющей паре, кружащейся в центре зала, ко мне подошёл Эдвин.

Высокий, статный, в тёмно-сером камзоле.

– Ты думала, я останусь в башне, пока ты решаешь свою судьбу? – прошептал он.

А я обрадовалась, вложила свои пальчики в его галантно протянутую ладонь.

- Бель, ты невероятно прекрасная, просто невероятная. - Он закружил меня в танце, глядя искренними, восхищёнными глазами.

Король заметил нас. На миг удивился, и его брови взлетели вверх, но он тут же махнул рукой, словно говорил мне: «Танцуй, всё равно после бала исчезнешь».

– Всё готово, – сказал Эдвин, наклоняясь ближе, чтобы никто не расслышал. - Я сделал документы. По бумагам мы брат и сестра. Анна и Маркус Вард. Можем уехать сразу после полуночи.

Я кивнула. Сердце не болело, нет. Оно освобождалось. Проклятье отступило от меня. Кажется, Его Высочество сделал свой выбор, а со мной...

НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ!

Я взглянула на принца. Он смеялся над чем-то, что сказала ему Золушка.

«Хорошо, – подумала я. – Пусть будет так».

И случайно встретилась с маркизой взглядами. Её глаза сузились, словно она увидела, что-то, что безумно раздражало. «Почему она...» – не успела додумать я, Его Высочество тоже обернулся, точно почувствовал, что я смотрела на них. Он всё ещё смеялся, но всего мгновение и его взгляд дрогнул. Я видела, как красивая рука замерла на талии Золушки.

«Он не рад, – подумала я. – Он что, злится? Или боится, что я уйду?» Ха. Как будто я всё ещё его...кто Бель? Игрушка-зверушка? Тоже мне «рыбометатель!»

Я столкнулась с принцем глазами: «Что-то не так, Ваше Высочество?» красноречиво говорил мой. Зелёные глаза сузились, принц снова засмеялся над чем-то, что сказала ему Золушка, но теперь это было слишком неестественно.

«Переигрываешь, Эрик, не надо. Я и так ухожу».

А Эдвин, чувствуя, как дрожит моя рука в его ладони, сжал её крепче.

________________

Если история вам нравится, не забывайте нажимать на сердечко!

Вам несложно, мне очень-очень приятно, а у книги больше шансов найти новых читателей, ведь я еще только учусь писать фэнтези и буду рада, правда, если поддержите меня:)))

Спойлер к следующей главе (Выбор принца)

Гул только нарастал.

Господи, сказка переросла в мелодраму? Злой король, замороженный принц. Кажется, главные персонажи тоже в ступоре от случившегося. Вальс ворвался в мысли, плавный, нежный. Мой кавалер закружил меня, мягко, но настойчиво положив руку на талию. «Что мне сейчас делать? Что?»

И в этой неразберихе король встал. Резко. Властно. Он по-любому должен был что-то сделать. Вернуть готовый треснуть контроль.

– Прошу внимания! – его голос, низкий и стальной, перекрыл музыку. – Сегодня особый день, – продолжил он, сдерживая дрожь в голосе. – Не только Рождество. Но и вечер, когда мой сын, Эрик, наконец, выберет невесту.

Тишина. Музыка резко оборвалась. Гости затаили дыхание, девушки начали обмахиваться веерами. Все понимали: «Это она. Девушка в белом платье. «Хрустальная фея», как уже окрестила её молва. Та, с кем у Его Высочества был первый танец».

Принц прокашлялся. Побледнел. Нервно поправил галстук, словно ему стало тесно носить свой дорогой наряд и вдруг улыбнулся. Холодно. Расчётливо. Он взвесил всё: долг, сердце, отца, трон… и принял «единственно правильное решение»

Выбор принца

Музыка закончилась. Партнеры по танцу галантно поклонились друг другу. Принц, как истинный джентльмен, подвёл Золушку к удобным диванчикам у колонн, а сам, под красноречивым взглядом венценосного батюшки, пригласил следующую партнёршу. Я выдохнула. Улыбнулась всё ещё поддерживающему меня волшебнику и шагнула в сторону балкона. Хотелось проветриться. Уйти подальше от света, от блеска мишуры и огромных зеркал, но Эдвин остановил, он удержал мою руку в своей и настойчиво притянул обратно.

– Потанцуй со мной, Бель! – нежно прошептал он.

–Ты с ума сошёл, Эдвин! - мысленно проорала ему.

Я была в шоке. Мы танцевали бы второй танец подряд. На языке дворцового этикета это означало одно: «Волшебник заинтересован в ней».

«Ты бы ещё транспарант написал красными буквами и повесил над троном! Очень эпично!»

– Что ты делаешь, Эдвин? – Я рассерженно уставилась на него. – Зачем?

Гости начали оборачиваться на нас и шушукаться.

– Кто она?

– Откуда?

– Почему именно она?

– Разве звездочёт не клялся никогда не жениться?

– Слышала, он даже не смотрел на женщин!

– Кто эта прелестная девушка?

Гул только нарастал.

Господи, сказка переросла в мелодраму? Злой король, замороженный принц. Кажется, главные персонажи тоже в ступоре от случившегося. Вальс ворвался в мысли, плавный, нежный. Мой кавалер закружил меня, мягко, но настойчиво положив руку на талию.

«Что мне сейчас делать? Что?»

Я опустила взгляд потому, что боялась спросить Эдвина, почему он так поступил.И не знала, чего именно я боюсь: честного ответа, к которому была не готова? Где правда? Я нравлюсь Эдвину или он просто использует меня, чтобы позлить напоследок Его Высочество?

Сюрреализм какой-то! Я вообще-то в сказку попала, а не в триллер и не в «мыльную оперу»!

Я посмотрела на принца, он перехватил мой взгляд и улыбнулся. Кисло и напряжённо. Взял девушку за руки и тоже закружил в вихре красивой мелодии. Но я видела, он смотрит не на партнёршу, а на нас, холодно и абсолютно непроницаемо.

«Интересно, о чём он думает?» – пронеслось в голове.

Музыка набирала обороты. Пары кружились по бальной зале. Яркие платья, запах парфюма и ели и воска свечей. Всё это смешалось внутри меня. Нервы завязались в тугой комок. Пальцы дрогнули в сильных руках волшебника. Я почувствовала другой взгляд, тяжелый, словно топор и едкий. Взгляд короля. По спине поползли мурашки. Он смотрел не на Эдвина, а на меня и в нём читалось: «Ты внесла хаос в нашу жизнь. Просто исчезни». Я видела, как его пальцы сжали подлокотник трона, видела его побелевшие от напряжения костяшки и застывшее как камень лицо. Мрачное, безразличное, но в блеклых глазах плескалась лавиной ярость и …обескураженность. Он не ожидал, что его надёжный, хладнокровный звездочёт, его послушный и предсказуемый племянник, тот, кто годами был лишь марионеткой, что беспрекословно выполняет королевскую волю, выкинет сей недостойный фортель!

Ну а Золушка? Я почему-то вспомнила про неё и обернулась. Наша главная героиня сидела, откинувшись на спинку дивана, с бокалом шампанского в руке, и пила, глядя на всё с лёгкой усмешкой. Словно наслаждалась представлением. Да не только она. Все королевские гости тоже были в восторге. Светское общество тот ещё клубок змей, что в реальном мире, что в сказке. Люди везде одинаковы. Хлеба и зрелищ! Мы с волшебником будоражили их и разгоняли скуку. Ну еще бы, простой Рождественский Бал грозил перерасти в сенсацию!

– Видели? Второй танец!

– Говорят, она немая… но он с ней разговаривает!

– Может, она волшебница?

– Или ведьма?

И в этой неразберихе король встал. Резко. Властно. Он по-любому должен был что-то сделать. Вернуть готовый треснуть контроль.

– Прошу внимания! – его голос, низкий и стальной, перекрыл музыку. – Сегодня особый день, – сдерживая дрожь в голосе продолжил он. – Не только Рождество. Но и вечер, когда мой сын, Эрик, выберет, наконец, невесту.

Тишина. Музыка резко оборвалась. Гости затаили дыхание, девушки начали обмахиваться веерами. Все понимали: «Это она. Девушка в белом платье. «Хрустальная фея», как уже окрестила её молва. Та, с кем у Его Высочества был первый танец».

Принц прокашлялся. Побледнел. Нервно поправил галстук, словно ему стало тесно носить свой дорогой наряд и вдруг улыбнулся. Холодно. Расчётливо. Он взвесил всё: долг, сердце, отца, трон… и принял «единственно правильное решение». Он шагнул не к Золушке, а ко мне.

Да как так-то! Эрик! Что с вами обоими (Бель имеет ввиду Эдвина) чёрт возьми?

– Я выбираю мисс Изабеллу. – Произнёс он чётко и громко.

Я смотрела на него, а внутри медленно расползался ледяной холод, он подбирался к сердцу, потому что в его чудесных зеленых глазах не было ни грамма любви. Не было даже той, чисто мужской заинтересованности, того огня, что вспыхнул, когда он впервые увидел Золушку в дверях. Там было сожаление, тёплое, почти братское…Что это? Несколько секунд и это выражение его глаз исчезло. Снова безмятежная весенняя зелень, снова беззаботность и лёгкий флирт.

С ума сошёл, Ваше Высочество? Ты же сам смотрел на неё так, будто забыл, как дышать! А теперь вдруг я? Зачем ты это делаешь, Эрик?

Я сжалась. Всё было неправильно!

– Нет! Не хочу! – я думала, что просто кричу внутри, но ясно услышала собственный голос. Хриплый, глухой… как стеклом по асфальту.

– НЕТ!

Все снова вздрогнули, а я стояла, трясясь, с широко раскрытыми глазами, и понимала: «Они услышали. Все».

Да плевать! Чертова сказка съезжала с рельсов!

– Я ОТКАЗЫВАЮСЬ!

Договор с ведьмой

Потом мир замедлился… и застыл в прямом смысле. Музыка оборвалась на полутоне. Дирижёр не успев опустить смычок, так и стоял неестественно вытянутым, почти на цыпочках. Свечи не дрожали, их пламя казалось плоским и еле зримым. Даже капля еловой росы, сорвавшаяся с ветки, повисла в воздухе. Всё было неподвижно: слуги, гости, все главные действующие лица. Принц с галантно протянутой мне рукой. Король с лицом, перекошенным от злости, и Эдвин, ошеломлённый и всё ещё удерживающий меня за локоть. Всё было похоже на бутафорию* к фильму.

Прямо как в спящей красавице. Главная героиня уснула, и мир застыл вместе с ней, но я то русалочка, и это совсем не та сказка!

Я осторожно освободилась от «хватки» волшебника. Сделала шаг в сторону и в замешательстве оглядела зал. Ужас закрадывался внутрь, как туман, медленно, постепенно, но неотвратимо. Я боялась, что стала виновницей сбоя, и не знала, как реагировать. Сердце стучало в тишине. Громко, тревожно...«тук-тук».

«Ну всё, Бель, поздравляю: ты не просто гостья – ты баг в системе».

Я помотала головой. В этом застывшем мире не было ничего, кроме моего дыхания, стука перепуганного сердца и удушающей липкой пустоты и осознания, что сейчас, ещё через мгновение что-то точно случится…

«Пожалуйста, пусть это будет просто мой обморок. Или сон. Или дурацкий розыгрыш принца. Или волшебника. Что, если Эдвин остановил этот мир, чтобы сбежать со мной?».

Я посмотрела на звездочёта в надежде, но увы…Застыл в лучших традициях неизвестного зодчества.

Шумно выдохнула от обиды и вздрогнула. Шагов не было, только воздух как будто стал вязким и тяжёлым. Я повернула голову… там, рядом с троном точно из воздуха материализовалась ведьма. Высокая. Сгорбленная. С пугающими чёрными безднами вместо глаз. Она смотрела на меня пронзительно, будто видела не тело, а саму мою перепуганную душу. Старуха бесшумно поплыла ко мне, не идя, а паря над паркетом.

«Опять эта карга!»

Кажется, я снова онемела. Не от страха, от ужаса узнавания. Опять она, та самая, кто заставила выпить из склянки на берегу. Та, кто пустила мою не начавшуюся русалочью жизнь под откос и кто лишила меня моря, хвоста и свободы. Я обхватила себя руками, словно хотела скрыться, развидеть, тоже превратиться в «живую статую».

«Может, если я замру, она подумает, что я часть декораций? Забудь Бель, даже не пытайся».

Ведьма указала на меня костлявой рукой.

– Ах, ты, пришлая, – прошипела она,– так и знала, что ты всё испортишь.