Бывший. Осколки прошлого

Глава 9

«Работать будешь непосредственно со мной».

Смысл слов доходит очень быстро, отчего негодование вспыхивает с новой силой. Сейчас не больно, сейчас я чувствую злость, оттого, что он такой самоуверенный, потому что пользуется своим положением, понял, что мне не отвертеться от сотрудничества с ним и использует это в своих целях. Только в каких? Зачем, черт возьми, все это?

Пылаю внутри, но держу себя в руках. Нельзя показать, что он меня реально задевает, что влияет на мои чувства, может давить на больные точки. Глаза щипят от ярости, но я стискиваю зубы и мысленно заставляю себя дышать ровнее.

Он смотрит спокойно. Вижу, тоже держит себя в руках. Только взгляд, то и дело опускается на мои губы, усилием воли возвращается к глазам и снова падает вниз. Почему-то именно в этот момент невероятно хочется облизать их, пройтись языком по пересохшим губам, но я контролирую себя, буквально заставляю это делать.

Отступаю на шаг, не могу так долго переносить такой близкий контакт. От его тела несет сногсшибательным ароматом и властной энергией, но это я могу пережить, подумаешь, стоит передо мной брутальный представитель мужского пола, а вот ментальное давление выдержать сложнее. Мы оба знаем, какой негатив чувствуем друг к другу, нас связывает прошлое, сначала волшебное, потом трудное, грязное, серое, и от понимания всего этого, держать взгляд становится невыносимо.

Отступаю еще на один шаг и сильнее выпрямляю спину.

– Хочешь перейти на личное? Хорошо, позволю и я себе это, – решаю расставить все точки в нашем будущем контакте. – Ты, Стрельцов Игнат, человек, который ненавидит меня, мужчина, который поиграл со мной и бросил: эгоистично, алчно, подло. Я не собираюсь вспоминать причины, прав ты или нет, лишь хочу спросить, зачем тебе это все надо сейчас? Ты терпеть меня не можешь, как собираешься работать? Насколько я в курсе, жизнь твоего брата на сегодня не изменилась, а значит, повода для примирения с твоей стороны нет. Но даже если и был бы, я не хочу с тобой иметь никаких дел. Поэтому вопрос все тот же: зачем ты сам себе усложняешь жизнь? Зачем снова заставляешь меня общаться с тобой? Опять какая-то месть, а я не в курсе? Или скучно стало?

Выдыхаю, не все сказала, но этого хватит, иначе понесет и не смогу остановиться.

– Если и месть, то только себе, – задумчиво произносит Игнат, вскидывает на меня глаза, фокусирует, и я понимаю, что он только что вернулся в реальность. – Маша, ничего из того, что ты перечислила, нет. Лишь работа, проект, временное сотрудничество.

– Назначь человека и проблем не будет. Нам не обязательно работать вместе. Это у меня выбора нет, уволят, а ты сам себе хозяин, предоставь сотрудника.

– Нет, – лицо каменное, непрошибаемое, не пойму, что думает, чувствует, маска.

– Почему? – хмурюсь, надеясь, что причина не настолько веская, чтобы ее не разрешить.

– Видеть тебя хочу. Не могу по-другому.

Нет оскала в улыбке, нет ненависти в глазах, тепла тоже нет. Выражение лица по-прежнему застывшее, смотрит прямо в глаза, не моргает, даже грудь не колышется, лишь какой-то всплеск печали пробегает по зрачкам и тухнет, словно показалось.

А у меня дух выбивает, земля под ногами шатается. Зачем он это говорит? Для чего?

– Хочешь убедиться, что основательно растоптал? Что за столько лет не смогла подняться с колен и по-прежнему валяюсь на дне, где ты и оставил?

Сглатываю, сердце в истерике бьется о ребра, не понимаю, что чувствую: злость, смешанная с мучительными воспоминаниями.

– Хочу убедиться, что ты в порядке. Что у меня ничего не получилось, – шепчет, почти хрипит, но даже это делает твердо, не прогнуть.

– У тебя не получилось, Стрельцов. Ты облажался, – выплевываю прямо в лицо. – Я счастлива, замужем, у меня прекрасная семья. Я о тебе знать не знала, и помнить забыла. Все, миссия выполнена, может идти туда, откуда пришел.

Вижу, как напрягается его челюсть, а на висках вздуваются вены. Что не нравится теперь?

– Отработаем вместе, как положено по договору, закроем проект и тогда может быть…

Внезапно дверь в кабинет открывается и входит Лев Борисович. Очень даже вовремя, однако. Расслабляюсь. Держать оборону больше нет необходимости. Эту встречу я выстояла.

– Я надеюсь, вы здесь все порешали, потому что мне срочно нужно уехать в министерство, – заявляет директор, проходит к своему столу и собирает бумаги в папку-портфель.

– Да, спасибо, Лев Борисович, за грамотного специалиста. Всегда приятно работать с человеком, который тебя понимает с полуслова, – дежурно улыбается Игнат, пожимая руку моему начальнику. – Мария Ивановна изучит договор, если нужно внесет правки и в ближайшие дни заедет к нам на переговоры. Для начала определим вашу техническую базу и посмотрим на новизну внутренней локальной сети. В общем, приступим к работе.

– Вот и хорошо, – кивает мне Лев Борисович и рукой показывает на дверь. – Я рад, Мария Ивановна, что вы сработались.

Ничего не говорю, с силой прикусываю язык, хватаю файл с документами и вылетаю из кабинета.

Не оборачиваюсь, не прощаюсь, быстрее семеню ногами, чтобы скрыться за поворотом от, прожигающего спину, острого взгляда. Ненавижу, всей душой ненавижу.

Вылетаю в учительскую. Сюда Игнат точно не посмеет сунуться, а мне нужно перевести дыхание.

– Доброе утро, – сдержанно здороваюсь.

Сейчас перемена, преподаватели все на местах. Узнаю несколько новеньких, познакомились на летучке, неделю назад. Молодые, примерно моего возраста. Собираемся пересечься в пятницу, в честь начала нового учебного года. Надо домашним сказать. Совсем забыла, что тем вечером меня не будет.

Бросаю злополучный файл, клацаю кнопкой чайника и отворачиваюсь к окну. Ничего не хочу, но нужно занять руки, иначе взорвусь.

– Мань, эй, ты чего такая злющая? – подходит Марина и заглядывает в лицо, а я на эмоциях давлюсь слезами, не позволяя им нарушить границы глаз.

– Ничего, Марин, директор довел, – пытаюсь отмазаться от разговора, но подругу этим не обмануть.

– На тебе лица нет! Здесь явно дело не только во Льве Борисовиче. С Тёмой что-то? Андрей вывел?

Резко поворачиваюсь.

– Если бы, Марин! – и тише добавляю. – Игнат вернулся.

Подруга несколько секунд хлопает ресницами, а потом ошарашенно открывает рот.

– А Тёма?

– Нет для него Тёмы. Главное, чтобы они не пересеклись, – нервно тру ладошкой лоб. – Марин, они, блин, одно лицо! Он сразу все поймет.

Неожиданно дверь в учительскую с грохотом распахивается и на пороге останавливается Андрей, удерживая за руку моего сына.

– Мамочка, а мы к тебе поздороваться зашли.

Глава 10

Чуть ли не давлюсь слюной от внезапного появления мужа и сына. Е-мае, что они здесь делают и почему Тёма не в садике?

Быстро натягиваю радостное выражение лица и обнимаю сына, одновременно с этим фиксирую, что дверь в учительскую плотно закрывается.

– Привет, мой хороший, а почему ты не в садике? Что-то случилось? – осматриваю сына, волнуясь за его здоровье.

– Нет, все хорошо.

К нам подходит Андрей, а Тёму привлекает подставка для пишущих принадлежностей, в которой стоят разноцветные текстовыделители, и он отходит к учительскому столу.

– Привет, Маш, – муж просто здоровается, зная, что на работе я не разрешаю себя целовать даже в щеку. – Я тут подумал… Как-то я давно с Артемом не проводил время, поэтому забрал его из сада и предложил сходить в детский парк на карусели. Он этому оказался очень рад.

На мгновение теряю дар речи. С каких пор у Андрея появилось стремление проводить время с ребенком? Обычно, когда прошу я, у него находятся с десяток отговорок и отмазок, чтобы не гулять с Тёмой.

Нет, он очень хорошо к нему относится, никогда не обижает, голос не повышает, изредка, когда дома что-то чинит, а Артем проявляет интерес, не отталкивает и терпеливо показывает и объясняет. Но чтобы проявить инициативу? Для меня это реальное удивление.

– Еще бы, – хмурюсь и поглядываю за сыном. – Где садик, а где аттракционы. Только почему ты не на работе и почему о своем желании не предупредил меня?

– На работе внутренние проблемы, всем дали отгул. Я и решил зря время не терять. Вот, мы и зашли предупредить тебя. Я думал, ты обрадуешься, сама же говорила, что я мало времени провожу с пацаном. Что не так?

Выдыхаю. Действительно так говорю и по идее должна радоваться. Когда Тёма был поменьше, Андрею было неинтересно с ним гулять, сиди себе на лавочке и следи за безопасностью ребенка, а сейчас, видимо, уже можно найти общий язык. Думаю, это встреча с Игнатом сильно меня взбудоражила, и я быстро не смогла перестроиться на нужное настроение.

– Да все так. Просто неожиданно это. Подумала, может, Артем приболел. Правда, тогда бы воспитатель сначала позвонила мне. Ладно, идите и повеселитесь. Встретимся вечером дома.

Поворачиваюсь к сыну.

– Тём, клади все на место, вы с Андреем уходите.

– Сейчас, – упрямится сын, – здесь такие яркие цвета! А можно мне фломастеры забрать?

– Нет, Зай, это чужие, я тебе такие же потом куплю.

– Да ладно, пусть возьмет парочку, школа не обеднеет, – улыбается моя коллега Маргарита Вячеславовна, учитель по химии. – Я этими цветами все равно не пользуюсь. Артем, только желтый мне оставь, а остальные бери.

– Ура, спасибо! – радостно подпрыгивает Артем.

– Это, Маш, – Андрей подходит ближе и наклоняется почти к волосам, – Ты только можешь денег немного дать, а то у меня аванс еще не скоро.

Ну да, как же без этого. Сегодня только второе число, зарплата была недавно, а уже денег просит.

Когда я сошлась с Андреем, то опыта ведения общего бюджета у меня не было. По наставлению свекрови Андрей предложил отдавать мне половину своей зарплаты, а остальное он будет тратить на свои личные предпочтения.

Я считаю, что у мужчины обязательно должны быть свои деньги, ведь всегда приятно, что за тебя заплатят в кафе или магазине. Но действительность оказалась другой.

Зарабатывал Андрей меньше меня, да и работа у него не всегда была стабильная и постоянная. Половину дохода он, конечно, мне отдавал, но вот половина ли это была, я не знаю. Как-то сумма казалась небольшой и на многое не хватало. Поэтому, если мы где-то гуляли или вместе ходили по магазинам, платила всегда я. Видимо, это привычная модель поведения для мужа, которую он перенял от своих родителей.

– Идемте ко мне в кабинет, сумка там.

Выхожу первая и бегло оглядываю коридоры. Ни Игната, ни Льва Борисовича не видно. Хоть бы они все уже ушли. Встречаться сегодня с Игнатом больше нет сил, а выяснять отношения – тем более.

Стараясь выгладить естественно и не напряженно, доходим до библиотеки. Достаю из сумки кошелек, прикидываю сколько нужно на аттракционы, а потом и на мороженое, отсчитываю полторы тысячи и отдаю Андрею. Он смущенно улыбается, но, тем не менее, как ни в чем не бывало, прячет деньги в карман.

– Ну что Артем, погнали выгуливаться? – Андрей протягивает руку моему сыну, я подхожу, целую в щеки обоих и провожаю на улицу.

– Будьте осторожны, пожалуйста.

– Андрей, а ты мне разрешишь на автодроме тараниться? – с восторгом спрашивает Тема, уже полностью погруженный в предвкушение веселья.

– Э, нет, друг. Не дай бог, разобьем, потом еще плати за них.

– Ну, Андрей, там же резиновая защита!

Провожаю взглядом любимых мужчин, которые на меня уже не обращают внимания.

Любимых… Сына я люблю до безумия. Он не только мой ребенок от когда-то действительно любимого человека, но и еще своим рождением этот мальчишка невероятно сильно помог мне удержаться на плаву.

Андрей неплохой мужчина. Не идеальный, не самый лучший, со своими привычками, назойливой мамой, которая любит совать нос в нашу семью и науськивать сына. Но он рядом, он не бросит, может, и не ринется решать мои проблемы, но уверена, в случае необходимости всегда закроет своей грудью и защитит.

Артем тоже его любит. По-своему. Артему было почти четыре, когда в нашей семье появился Андрей. Сын спокойно принял его, но с первых дней начал называть по имени. Я не наставила ни на чем другом. Это, прежде всего, выбор ребенка, значит, именно так ему комфортно. Лишь раз Андрей спросил меня, почему Артем не называет его папой.

– Мне ты муж, я выбрала тебя, а для Артема ты дядя, который однажды появился и стал жить с нами. Если хочешь, чтобы сын называл тебя папой, значит, стань для него отцом. И все изменится.

Но муж особо для этого так ничего и не сделал. Тёму вполне устраивал друг Андрей, а меня, что всем комфортно в своих ролях.

Возвращаюсь к себе и по дороге встречаю нашу уборщицу. Милая женщина, которая помогла устроить Андрея работать на склад. Ее сын там начальник и искал ответственного сотрудника.

– Здравствуйте, Татьяна Анатольевна, – собираюсь идти мимо, но меня тормозят.

– Здравствуй, Машенька. Ну как вы?

– Все хорошо, Татьяна Анатольевна. Вот сын с мужем в парк пошли, заходили в гости.

– Это хорошо, – женщина разминает спину. – Молодец Андрей, что не засел дома за пивом и телевизором. Раз время свободное появилось, нужно семье его посвятить.

– Согласна. Сказал, что отгул сегодня всем дали, какие-то проблемы на фирме. Надеюсь, у вашего Димы все быстро наладится.

– Проблемы? – удивляется Татьяна Анатольевна. – Ничего не говорил, все в порядке вроде на складе. А я, наоборот, за твоего мужа переживала, Диму журила, что уволил Андрея. Говорю, у них семья молодая, ребеночек маленький, но мой заладил, что своя зарплата ближе к телу, чем трудности чужой семьи.

– Постойте, – бледнею я, – что вы имеете в виду? Как уволил?

– Ну да. За то, что пиво распивал в рабочее время, а потом недостачи случались. Уже как два дня. В зарплату рассчитал его. Ты не знала? Ой, кажется, я лишнее ляпнула, да?

Глава 11

Меня трясет от возмущения, но вида не подаю, а вежливо улыбаюсь женщине, успокаиваю, что все хорошо и быстро ухожу к себе.

Запираю дверь библиотеки и радуюсь, что сейчас идут уроки и сюда не придут ученики. С кем-то разговаривать и выглядеть радушной нет ни желания, ни сил.

Обида душит, сменяясь то злостью, то раздражением. Ну как так? Мало того что Андрей промолчал, что уже равноценно обману, так еще и его пристрастие к пиву, снова лишила его работы.

Безумно стыдно перед Татьяной Анатольевной. Я же поручилась за мужа, представила его ответственным, порядочным человеком. А он?

Не буду больше искать ему работу, пусть сам решает свои проблемы, раз не ценит того, что я для него делаю. Мужик должен заботиться о семье, оберегать ее, делать комфортной жизнь, а не усложнять все.

Сажусь за стол и тру виски. Как же все достало. Я из кожи вон лезу, работаю сверх нормы, беру внеурочки, чтобы больше зарабатывать, а он делает вид, что ходит на работу?

Ради благополучия семьи, скрипя зубами, соглашаюсь на сотрудничество с демоном из моего прошлого, все для семьи, чтобы максимально сохранить за собой место, не потерять работу, а муж… А муж привык, что все проблемы решаю я. Зачем ему напрягаться, если Маша все сделает, придумает, а он будет валяться, как кот в масле.

Очень удобно.

Андрей же не был таким в начале отношений, был участливым, к Теме проявлял интерес, активно с ним общался. Я радовалась, что у сына отец появится, которого ему так не хватает, а у меня поддержка и опора.

Но нет, и виновата в этом я сама. Позволила мужу сесть на шею, считая, что это мой сын, и Андрей не обязан жертвовать своими интересами, переживала, что навязываю ребенка. Да и замуж вышла, наверно, чтобы заполнить внутреннюю пустоту, замаскировать одиночество, думая, что стерпится – слюбится.

Я же никогда не любила Андрея! Вот только себе отчет я в этом отдаю только сейчас. Видела, как трудно маме одной без мужчины, слушала ее наставления и сделала неправильный выбор.

Одним человеком нельзя заменить другого, и чувства насильно не ощутить. А теперь… Теперь трудно решиться менять привычный уклад жизни, но менять однозначно что-то нужно.

Вечером поговорю с Андреем. Пусть, наконец, проявит свои мужские качества, иначе мое терпение лопнет. Оно уже сейчас на грани.

На взводе заканчиваю рабочий день, сохраняю загруженные файлы электронных версий книг, отправляю в отдел информационных технологий заявку на выявленные ошибки и выхожу с работы.

Домой не несут ноги, и я стала все чаще это замечать. Но меня ждет сын и мама, я нужна им, поэтому спешу на остановку.

В пятницу у нас с девочками, учителями из школы запланирована встреча в кафе, которую я очень жду. Нужно развеется, выбросить все из головы и посвятить вечер себе. Некоторых преподавателей я знаю давно, не первый год работаем вместе и даже дружим, некоторые будут новенькие, познакомились на летучке. Осталось сказать об этом домашним.

Захожу в квартиру, передаю маме пакет с продуктами и раздеваюсь в прихожей.

– Ты как себя чувствуешь сегодня?

– Хорошо, Машунь. Отдыхала так, что уже бока болят лежать. Давай переодевайся, мой руки, я мясной пирог приготовила.

– Мам, ну зачем, в холодильнике есть ужин, а я бы потом сама приготовила.

– Дочь, ну я же не могу целыми днями смотреть телевизор. Скучно мне. Андрей вон Тёму сегодня забрал, так что забот у меня и не было.

Заглядываю в комнату к сыну, он что-то увлеченно мастерит из Лего. Подхожу, обнимаю, целую в макушку.

– Привет, дорогой! Чего маму не встречаешь?

– Ой, не услышал. Я тут такое придумал! Помнишь, я делал космическую станцию? – киваю. – Так вот, я мастерю к ней вездеход, у него будут не только колеса, но и гусеницы, а еще воздушные подушки! Кнопку нажимаешь, а она типа может невысоко, но над землей лететь. Ну, знаешь, на луне есть же эти… Кратеры всякие. Вот пригодится.

Сын так оживленно рассказывает о своем увлечении, что внутри растекается тепло. Пусть хоть кто-то в нашей семье испытывает восторг от происходящего вокруг.

– Тём, а откуда ты все это знаешь? Полдня в телефоне, что ли, просидел, опять видео о космосе смотрел?

– Не, в той книге все увидел, там, оказывается, столько интересного!

На столе лежит энциклопедия космоса, космических станций и аппаратов. Мы летом гуляли с сыном в парке и зашли в книжный магазин, мне нужно было изучить процент наличия в продаже книг классиков. Артем увидел эту красочную энциклопедию, а я не смогла отказать ему. Я всегда за развитие ребенка, да и сама, если честно, залипла на изображениях планет, особенно в разрезе.

– Ясно, когда ты только все успел? Вы же с Андреем на аттракционах были. Понравилось, кстати?

– Ну… – замялся сын. – Давай в следующий раз я с тобой пойду в парк?

– Почему? Я думала вам, как двум мужчинам, было интересно вдвоем, – напрягаюсь я, стараясь мягко выведать у сына причины недовольства.

– Андрей разрешил только на машинках покататься, но со мной не пошел, сказал, что я мужчина и сам справлюсь, а я до педалей еще не достаю, поэтому сидел неудобно, ну и всякое такое. Тараниться тоже нельзя было, хотя там остальные врезались друг в друга.

– Да, обидненько, – хмурюсь, но не подаю вида. – На остальных каруселях тебе хоть было весело?

– На каких? Мы больше никуда не пошли. Паровозик еще был, но это мам, совсем для детей, а я взрослый. Поэтому Андрей сидел на лавочке, а я немного поиграл с пацанами на детской площадке. Там турники были, и мы соревновались, кто дольше провесит на двух руках, а потом и на одной. Представляешь, на двух руках я выиграл, а на одной занял второе место.

– О, как здорово! Да ты силач у меня. Умница. Ладно, пойду бабушке помогу на стол накрыть, через десять минут будем кушать.

Сын кивает и снова погружается в свое конструирование, а я, пылающая от возмущения, иду на кухню.

Устраивать разборки с Андреем перед сыном и мамой не хочу, поэтому после ужина поговорю с ним в нашей спальне.

Когда ужин подходит к концу, звонит телефон – Марина. Извиняюсь, отхожу в сторону и отвечаю.

– Да!

«Машка, прости, если отвлекаю, но не могу удержаться и не позвонить подруге!» – на возвышенных тонах врывается в мой пока еще спокойный вечер подруга.

– Что случилось? – улыбаюсь и подмечаю, как бросает на меня косой взгляд Андрей.

«Представляешь, Григорий пригласил меня сегодня в ресторан, сказал, что-то о том, что моя жизнь изменится. И знаешь, что он сделал?»

– Понятия не имею. И что?

«Он сделала мне предложение! Я в шоке. Мы вообще об этом не думали. Он, конечно, давно предлагал съехаться, но я все не решалась»

– Ну вот, настоящий мужчина! – говорю громко, чтобы и мой муж это слышал. – Нет проблем, есть задачи. Не захотела по-хорошему, добровольно, значит, будет по-другому, – смеюсь. – Молодец, обстоятельно подошел к тебе. Так и что ты ответила?

«Что-что, конечно «Да»! Он отличный мужик, правильный, ответственный, с сыном хочет наладить отношения, с ним не страшно, он каменная стена. Надеюсь, что и Андрюша примет его»

– Марин, а про чувства забыла? – снова кошусь на мужа, наблюдая за его реакцией.

«В смысле?» – притихает подруга.

– Ну, ты отлично Григория охарактеризовала, а про любовь ничего не сказала. Любовь то есть?

«Конечно! Гриша очень любит меня и балует»

– А ты любишь? Знаешь, замужем без любви наверно не очень здорово быть.

Минутная тишина, но зная Марину, ей действительно нужно все взвесить. У нее несладкое прошлое, сына растит сама, а тут еще бывший к нам в школу устроился физруком, вообще не понимаю, зачем и как теперь работать.

«Я пока не готова про это говорить. Короче, Маш, в пятницу на «Крыше» будем отмечать не только новый учебный год, но и мою помолвку. Напоминаю, столик заказан на 17.00, но имей в виду – этот вечер, а может и ночь мои. Отказы не принимаются»

– Ты что? Я обязательно приду! Такое событие пропустить никак не могу. Тем более сама дико хочу развеяться, да и девичником мы давно не собирались.

Кладу трубку и тут же слышу холодный и недовольный тон своего мужа.

– Куда это ты собралась?

Глава 12

– Тёмочка, ты покушал? – спрашивает моя мама у внука. – Умничка мой, пойдем в комнату, покажешь мне свои поделки из конструктора.

– О, бабуль, у меня их очень много, а некоторые даже двигаются. На ро-бо-то-технике делали, – старается по слогам произнести сложное для него слово Тёма и подскакивает с места. – Спасибо за ужин.

Киваю, но не свожу пристального взгляда с Андрея, который весь побагровел и тоже сверлит меня глазами.

Жду, когда дверь в детскую плотно закроется, мысленно благодарю маму за проницательность. Не хочу, чтобы Артем слышал нашу ругань.

– Андрей, ты тон выбирал бы, – начинаю я, но муж меня перебивает.

– Маша, я спросил, куда это ты собралась? – повторяет Андрей, но градус голоса все же снижает.

– В пятницу после работы я с девочками иду в бар. Отмечаем новый учебный год и, как сейчас выяснилось, помолвку Марины. Есть возражения? – не двигаюсь с места, а руки складываю на груди в защитном жесте.

– И давно вы все решили? Почему об этом не знаю я? – басит Андрей.

– После летучки, в конце августа. Я забыла вам всем сказать, сегодня как раз собиралась. Но твои претензии непонятны. Ты сам, когда собирался мне сказать, что…

– То есть получается, я тут с Артемом время провожу, матери помогаю, стараюсь как-то участвовать в жизни семьи, как ты и хотела, а ты тупо сваливаешь бухать? – еще сильнее багровеет Андрей, только не пойму, это от злости или от выпитой уже бутылки пива?

– Во-первых, – опускаю я руки и делаю шаг вперед, невольно становясь в позу наступления, – бухаешь ты, а я всего лишь хочу развеяться. И да, я выпью, но лишь для того, чтобы все выкинуть из головы и расслабиться.

– А ты, что устала сильно? – вскидывает брови муж, а я непроизвольно вторю ему.

– А ты считаешь, что сильно облегчаешь мне жизнь? Я когда последний раз вообще проводила время вне семьи и работы? Весной? На Восьмое марта? Потому что на окончание школы ты потребовал от нас всех, кроме бабушки, ехать к твоей маме. На даче срочным образом нужно было помочь на огороде.

– Вы потом с этого огорода едите овощи и картошку, – бурчит муж.

– А чем я занималась все лето? Скажешь? Тем же: огородом, работой, семьей, снова огородом. Знаешь, мне проще купить мешок картошки и лука, чем делать то, что я вообще не затевала. Но я понимаю, родителям надо помогать.