Аллоген. Книга четвертая. Просак

Последнее о чем он, засыпая, еще успел подумать, это о том, что сегодня, наконец-то, прибудет делегация хармозельцев, с которыми необходимо будет заключить союз против архонтов.

Во сне Юра прерывисто дышал и скрипел зубами. Его ладони с определенной цикличностью сжимались и разжимались, а по всему телу волнами пробегали легкие судороги…

Первое солнце уже почти полностью вышло из-за горизонта, ласково осветив притихшую растительность, которая вмиг ожила многотысячными голосами какой-то мелкой живности, обитавшей среди нее, а Юра, не смотря на то, что солнечные лучи уже коснулись его глаз, продолжал скрипеть зубами и ритмично сжимать кулаки…

V

Когда два солнца стояли уже в зените, в апартаменты к Юре пришла Настет и сообщила, что в коридоре стоят представители знатных династий, участвовавшие в подготовке встречи с хармозельцами, которые хотят ему сообщить об ответе гостей, чей корабль уже вошел в галактику Иару.

– Пускай войдут, – разрешил Икин.

В образовавшийся проем вошли три,, облаченные в пурпурные туники, саламекса.

Два из них были настолько стары, что было непонятно, как они еще передвигают ноги, а вот третий был наоборот, примерно такого же возраста, как и Настет.

– Это Ваклапандает, – указала рукой на ближайшего старца с густыми седыми бровями, из-за под которых, тускло, поблескивали желтые пуговицы глаз, Настет. – Он представитель галактики Иару.

Старый тучный саламекс, который ростом едва достигал Юре до пояса, пошевелил кустистыми бровями и почтительно кивнул головой.

– Это Ликрандает, – продолжила представлять визитеров сехмет и указала теперь на второго старца. – Он представитель галактики Дуата.

Второй старец был ростом повыше, но в отличие от Ваклапандаета, бровей у него не было вообще, зато из треугольных ушей торчало столько седых длинных волос, что их проще было бы заплести в косы.

Старик выпростал обе руки из туники и в знак почтения приложил их к груди. При этом Юра обратил внимание, что правая рука у него была искусственная из такого же дланка, как и у Камилы.

– Это Амсет. Представитель галактики Иалу, – уже без жестов представила молодого саламекса Настет.

Тот презрительно сморщил свой плоский нос и еле заметным кивком головы выразил приветствие.

– Интересный фрукт, – подумал про себя Юра и просканировал сознание заносчивого юнца…

За время скитаний по просторам космоса, Юра для себя выяснил, что эмоции саламексов немного отличались по своему окрасу и энергетике от эмоций людей, но то, что Амсет испытывает черную зависть, определить было несложно. Хотя к кому именно, Юра разобраться не успел, потому что саламекс с волосатыми ушами, шлепая беззубыми деснами, заговорил на языке архонтов:

– Хармозельцы согласны с вами встретиться, сехмет Икин, через четверть колмиса на борту «Катарсиса» и обсудить все условия предстоящего союза.

Все трое представителей галактик саламексов, молча, воззрились на Юру в ожидании ответа.

Икин посмотрел на их, ничего не выражающие, лица и перевел взгляд на Настет. Та стояла и переминалась с ноги на ногу, словно маленькая девочка, которая хотела писать, но для этого не было подходящего места.

Юра, поначалу хотел согласиться, но в последний момент решил посовещаться с Алексичем.

– Одну минуту, – обратился он к переговорщикам и мысленно представил пилотный отсек «Катарсиса», куда моментально и перенесся, оставив изумленных старейшин в одиночестве оглядываться по сторонам.

Яркая синяя вспышка озарила пилотный отсек, на мгновение ослепив Нака, колдовавшей что-то в это время за центральной консолью.

– Нака, вызови Алексича, – вместо приветствия кинул он сколопендре.

Сразу же на одной из консолей высветилось изображение жилого отсека Виктора, хозяин которого от яркого освещения, вспыхнувшего, как только Нака послала сигнал вызова, попытался закрыть глаза рукой.

– Виктор, мне нужно срочно с тобой посовещаться, – не церемонясь, начал Юра.

– Неужели тебе нужен мой совет? – с иронией произнес Виктор и в полголоса сам себе добавил. – Наверное, что-то большое, где-то в космосе сдохло…

– Где? Что сдохло? – не понял метафоры Юра.

– Не обращай внимания, – отмахнулся Виктор: – сейчас схожу на совещание и буду.

– Я тебя жду на совещание, а ты куда собрался? – опять не понял Юра.

– Покакаю и приду, – решил, наконец, пояснить Виктор.

– Нету времени, – выкрикнул Икин и яркая синяя вспышка ослепила уже Алексича.

– Это мой отсек, и я хотел бы иметь какое-то право на личную жизнь. Я понимаю, что ты сверхчеловек и спаситель рода человеческого, но мог бы и постучаться, – раздраженно пробурчал Алексич, вылезая из-под одеяла.

– Нужен совет.

– Что случилось? – накинув на плечи свой любимый халат, спросил Виктор.

– Корабль хармозельцев уже в галактике Иару.

– Я знаю, – перебил его Виктор. – Мы их заметили сразу, как только они вошли через тот же туннель, что и мы.

– Они предлагают встречу на «Катарсисе» и мне кажется это странным.

– Почему? – зевая, спросил Алексич.

– Не знаю… Какое-то у меня нехорошее предчувствие, – ответил Юра.

– Правильное у тебя предчувствие… Хармозельцы недалеко ушли от архонтов и я думаю, что им очень интересно побывать на борту корабля, который может уничтожить целую планету…

– Ты думаешь, что им нужен «Катарсис», а не союз с нами и саламексами? – спросил Юра.

– Я думаю, что да… Тем более ходили слухи, что не так давно у них погибла целая флотилия кораблей… Кстати, как там Настет?

– Надо было тебя сразу брать с собой, – вместо ответа на вопрос о Настет, произнес Юра и схватил Виктора за руку.

Синий всполох возвестил саламексам о том, что Юра вернулся.

Когда они рассмотрели, что тот не один, изумлению их не было предела. Видимо, за ту минуту, пока Юра отсутствовал, Настет им успела вкратце рассказать о возможностях необычного герадамаса, но увиденное… их потрясло.

Настет же, увидев Алексича, покрылась румянцем и, радостно сверкнув глазками, поспешила отвернуться от своих соплеменников.

– Я… Мы, – поправился Юра: – согласны встретиться с хармозельцами на вашей территории…

Саламексы недоуменно посмотрели друг на друга и бровастый Ваклапандает вкрадчиво сказал:

– Мы, нуждаемся в помощи хармозельцев, а не они в нашей, и поэтому было бы разумно, что бы мы приняли их условия.

Только Юра открыл рот, что бы ответить им, что возможно все наоборот, как вмешался Виктор:

– Сехмет Икин хотел сказать, что мы слишком много времени провели, скитаясь в космосе, и нам очень бы хотелось продлить минуты удовольствия нахождения на вашей планете. Свежий воздух располагает к правильному ходу мыслей и благотворно влияет на наши организмы, что позволит, я думаю, нам при помощи советов таких мудрых и знатных вождей своих народов галактик Иару, Иалу и Дуата принять правильное решение во время переговоров с хармозельцами.

От неприкрытой лести лица саламексов засветились от удовольствия.

– Хорошо. Мы передадим ваши слова, – через несколько секунд безмолвного переглядывания между собой, ответил Ваклапандает и все трое, еще раз недоуменно посмотрев на заношенный халат Виктора, двинулись к выходу.

Настет, прикрыв рукой улыбку, поспешила за ними.

Когда в огромной комнате они остались вдвоем, Юра подозрительно спросил у Виктора:

– Откуда ты знаешь, кто это такие? Я тебе про них ничего не говорил…

– В следующий раз, когда тебе стукнет в голову меня куда-то перемещать, пожалуйста, сообщай заранее.

– Извини.

– Ладно… С этими ребятами нужно держать ухо востро.

– Чего ты так решил?

– Жизненный опыт.

– Ну-ну, – съязвил Юра. – Я могу спокойно просканировать их сознание и все узнать без твоего жизненного опыта.

– Не забывай, что все, кто может общаться на ментальном уровне, чувствуют твое вмешательство и если бы ты проник к ним в сознание, они бы обиделись и ничего путного ты бы не сделал.

– Почему?

– Они не такие простые, как кажутся… Особенно «Брежнев».*

– Кто? – округлил глаза Юра.

– Ну, этот, который с мохнатыми бровями.

– Ваклапандает?

– Да, мне без разницы… Но с ними нужно осторожно. Тем более они не очень рады, что Настет вернулась, к тому же со вторым анкхом, хоть и в голове у кота… Кстати где он?

– Совсем забыл, – спохватился Юра и мысленно коснулся сознания Падлантаета, который так и лежал в глубоком сне в своей комнате, раскинув в разные стороны лапы.

Брежнев Леонид Ильич* – генеральный секретарь ЦК КПСС СССР в период времени с 1966 по 1982 год. Образ которого, благодаря огромным кустистым бровям и тяге к «товарищеским» поцелуям, лег в основу многих политических анекдотов времен перестройки, проходившей, как раз в детские годы Алексича.

Глава3

I

В условленное заранее время, иглообразный синий корабль хармозельцев пронзил атмосферу Акеру и стремительно направился к одной из пирамид, расположенной в центре континента.

Это была пирамида-город или, как называли их местные, ном* Уасет. Пирамида была невысокая, но весьма широкая с прямоугольной вершиной, служившей посадочной площадкой для массивных кораблей.

Ном* – административная единица в Древнем Египте.

Проведение встречи именно в этой пирамиде, было условием хармозельцев, после того, как Юра отказался с ними встретиться на «Катарсисе».

Пока Юра, Виктор, Падлантает и сехмет саламексов стремительно неслись в яйцеообразной капсуле по одному из подводных транспортных туннелей, соединявших между собой на планете пирамиды, Настет, которая была в сопровождении внушительной свиты советников, успела им рассказать, что Уасет был специально построен ее предками для ведения переговоров с представителями других рас. Он был из особого материала, оставшегося от илилифов, который блокировал любую возможность воздействовать на сознание друг друга.

Во время приземления корабля хармозельцев, Юра, Виктор и Настет, облаченные в темно-синие туники сидели в парящих над полом креслах посередине просторной залы, боковые стены которой находились в режиме прозрачности, что позволяло любоваться великолепным пейзажем природы на фоне большого бледно-зеленого озера.

Падлантает, которому, по случаю торжественной встречи, местные умельцы изготовили из гибкого дланка, что-то наподобие костюма, который одевался на передние и задние лапы, прикрывая тем самым ему брюхо вместе с причинным местом, деловито прохаживался из одного угла в другой, и что-то подозрительно вынюхивал.

Выглядел огромный кот в этом костюме немного комично и издалека могло показаться, что у него на лапах миниатюрные сапожки. Однако сам Падлантает так не считал и своим костюмчиком очень гордился, о чем свидетельствовал его вытянутый трубой хвост.

Наконец, в зале раздался мелодичный приятный звук и в стене со стороны основания пирамиды образовался проем, в котором появились визитеры.

Юра, который до этого ни разу не видел хармозельцев воочию, принялся с интересом их рассматривать…

Их было пятеро.

Человекоподобные существа, каждый ростом от двадцати, до тридцати сантиметров, с кожей бледного цвета, стоя на парящих над полом, эллипсовидных, метровых в диаметре платформах, медленно приближались к центру залы. Какая-либо одежда на них отсутствовала, и рассмотреть их анатомические особенности для Юры не составило особого труда. Хотя рассматривать особо было нечего. Какие-либо намеки на половые органы, задний проход или пуп, напрочь отсутствовали. Хилое тельце с тонкими ручками, закрытыми от локтя до кисти янтарного цвета поручами, и такими же ножками, венчала голова в форме заостренного шлема, смахивавшего на бутон тюльпана, состоящего из четырех закрытых лепестков. Абсолютно черные, лишенные зрачков и век, пропорционального размера два глаза бесстрастно смотрели в одну точку впереди себя. На тощей шее у каждого хармозельца, тусклым серебром светился небольшой обруч, который Юра сразу признал.

Это было наследие илилифов, блокирующее любую возможность воздействия на его носителя через плерому. От воспоминаний о том времени, когда он благодаря такому обручу был полностью бессилен, его слегка передернуло.

– Ты не смотри, что эти рахитики такие тщедушные, – перегнувшись со своего кресла, на ухо прошептал Алексич Юре. – Они очень хитрые и опасные ребята…

– Не сказал бы, – ответил Юра.

– Поверь мне… Если ты забыл, то я воевал с ними, когда состоял в армии архонтов. И кто из них хуже – архонты или хармозельцы, стоит еще поспорить.

– Жаль, что я не могу в этой пирамиде видеть твои мысли, – с сожалением прошептал Юра, понимая, что не совсем уверен в своих талантах переговорщика.

– Не спеши и смотри на меня… А главное, ни в коем случае не дай им возможности до тебя дотронуться, – уже громче сказал Виктор, что бы его услышала Настет.

– Я знаю, – улыбаясь гостям, тихонько ответила сехмет.

– Почему? – успел спросить Юра, но Виктор уже выпрямился в своем кресле и с умильной улыбкой воззрился на хармозельцев, чем очень удивил Юру, потому что тот считал, что Алексич не умеет улыбаться и никогда этого делать не умел.

Платформы хармозельцев зависли в двух метрах от кресел Юры, Алексича и Настет. Следовавшие пешком за хармозельцами саламексы Ваклапандает, Ликрандает и Амсет, жестами стали показывать свите, что бы все покинули залу.

В миг, всех саламексов из свиты, как ветром сдуло.

Амсет попытался жестами прогнать и кота, но тот, словно не понимая, что от него хотят, лишь зевнул, широко раскрыв пасть, и как ни в чем не бывало, часто облизывая лапу языком, принялся умывать морду.

В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками шуршания языка кота о шерстку лапы…

II

– Мы очень рады, что вы почтили нас своим присутствием и выразили желание обсудить вопросы нашего союз, – первая нарушила тишину Настет.

– Мы признательны вам, за ваше предложение встретиться и готовы обсудить все вопросы, касающиеся дальнейших действий по освобождению дружественных нам галактик от гнета архонтов, – произнес один из хармозельцев, находившийся ближе всех к Юре, на чистом русском языке.

Неожиданное обращение на языке людей со стороны хармозельца, выбило Юру из равновесия, и он напрочь забыл заготовленные заранее приветственные слова.

– Вы владеете языком людей? – спросил Юра.

– Мы владеем многими знаниями, – ответил тот же хармозелец.

– Я, Икин Юрий Максимович, представитель земной расы, – представился Юра.

– Мы знаем кто ты и очень рады, что герадамасы наконец восстали и вступили в борьбу с архонтами…

– Как мы можем к вам обращаться? – спросил Виктор.

– Мы Уриель, – ответил хармозелец.

– А как обращаться к вам, – повернул лицо к с другому хармозельцу Юра.

– Уриель, – опять ответил все тот же хармозелец.

Юра вопросительно посмотрел на Виктора и тот взмахом головы дал понять, что бы он не заморачивался.

– Готовы ли вы вступить в военный союз с саламексами и герадамасами, что бы освободить галактики Иалу и Дуата, а затем уничтожить их планету Джаханнам,*– нарушила неловкую паузу Настет.

Не раздумывая, Уриель сразу же ответил:

– Мы готовы предоставить флот из пятидесяти меркав,** но не для того, что бы они участвовали в боевых действиях в галактиках Иалу и Дуата.

Джаханнам* – в исламе обозначается, как ад. В Коране упоминается, как место грядущего наказания грешников. Название основной планеты архонтов.

Меркава**– на иврите – клесница.

Опять повисла недоуменная пауза…

– Мы состоим в союзе с саламексами и обещали, что освободим все их галактики, – подал голос Виктор.

– Мы потеряем преимущество, – бесстрастно выдал хармозелец и взглянул Икину в глаза.

Юра вгляделся в пустую черноту его глаз и… ничего там не смог рассмотреть.

Пирамида и блокираторы плеромы исправно работали, не давая ему просканировать сознание человекоподобных существ с мертвыми глазами.

Юра пробежался взглядом по лицам четверых хармозельцев, стоявших за спиной Уриеля.

Те стояли с каменными лицами и смотрели в одну точку перед собой, как будто происходящее их никак не касалось. Единственное, что про себя отметил Юра это то, что все они были на одно лицо с Уриэелем.

– Какое преимущество? – спросила Настет.

– В созвездии галактик Барбело, где находится планета Джаханнам, располагалась основная военная база архонтов, осуществлявшая единый контроль над всеми их силами, рассредоточенными в обитаемой части Вселенной… Недавно эта база, по невыясненным причинам, погибла.

– Кто-то их атаковал? – спросил Алексич.

– Нет, – коротко ответил Уриель.

– Тогда почему погибла их база? – продолжил задавать вопросы Виктор.

– Нам не известно, – ответил хармозелец и, немного помолчав, продолжил. – Наши лазутчики сообщили, что вместе с базой погиб Совет Первых и теперь руководство их армией осуществляют более молодые архонты, которые не могут между собой договориться, что не способствует их обороноспособности, не говоря уже об активных боевых действиях.

– Ходят слухи, что и ваш флот погиб при невыясненных обстоятельствах? – все так же, улыбаясь, произнес Алексич.

От этих слов хармозельца передернуло.

Только теперь Юра увидел на его лице, проявление хоть каких-либо эмоций. Глаза Уриеля остались такими же бесстрастными, но кожа вокруг беззубого рта сошлась в морщины и слегка задрожала.

– У нас еще достаточно меркав, что бы вести боевые действия в одиночку без помощи саламексов и герадамасов, – совладав с собой, произнес хармозелец. – Мы уничтожим Джаханнам и без вашего участия, но тогда мы не сможем быть с вами союзниками…

– Это угроза? – сверкнув глазами, спросила Настет.

Ваклапандает, Ликрандает и Амсет, которые ни слова не понимали из разговора на человеческом языке, наблюдая за реакцией Настет, испуганно вытянули лица.

– Конечно нет, – ответил Уриель. – Мы просто предлагаем немедленно атаковать архонтов и уничтожить Джаханнам. Лишившись своего оплота, их силы будут дезорганизованы, и тогда освободить галактики саламексов Иалу и Дуата, не составит труда.

– Если вы предлагаете атаковать архонтов сейчас, то где ваш флот? – наконец, вступил в разговор Юра.

– Наши меркавы выйдут в созвездие галактик Барбело в назначенное время, и подойдут к планете Джаханнам с другой стороны.

– Где гарантия, что это не ловушка со стороны архонтов и ваших информаторов не кормят дезинформацией? – уже не улыбаясь, заговорил Алексич. – И где гарантия, что флот архонтов, который базируется в галактиках Иалу и Дуата, не ударит нам в спину, как только мы войдем в Барбело?

– С вами или без вас, мы атакуем Джаханнам, – ровным голосом произнес хармозелец. – У нас есть оружие способное уничтожить и Джаханнам и «Катарсис», и весь флот саламексов, а у вас есть время, что бы обсудить наше предложение…

Как по команде, платформы хармозельцев развернулись на сто восемьдесят градусов, и они медленно двинулись к выходу из зала.

За ними, мелко семеня и услужливо улыбаясь, поспешили представители галактик саламексов.

III

Юра и Виктор сидели в просторной деревянной беседке, расположенной на берегу озера, недалеко от пирамиды, в которой они вели переговоры с хармозельцами, ожидая возвращения Настет.

После того, как корабль Уриеля, взмыл в небо и моментально вышел из атмосферы планеты, Настет отправилась переговорить с Ваклапандаетом, Ликрандаетом и Амсетом.

Первое солнце уже давно зашло за горизонт, но второе светило еще давало приятное тепло и уютный свет.

Юра с удовольствием ел рыбу, запивая ее немного терпким на вкус, но ароматным местным вином. Щурясь на отблески солнечных лучей отскакивающих от зеленой глади озера, после того как молодые девочки служанки вышли из беседки и стали на небольшом удалении, Юра наконец решил поговорить с Виктором.

– Может, нам надо было согласиться на их условия и первым делом уничтожить Джаханнам?

Виктор допил до конца бокал с вином и только потом ответил:

– Они одели блокираторы, а это значит, что, несмотря на то, что мы проводили встречу в этой пирамиде, блокирующей попытки проникновения в сознание оппонента, они все равно опасались, что ты можешь прочитать их мысли.

– И? – спросил Юра.

– У них своя цель, которая, по-видимому, никак не согласуется с нашей. И они тебя боятся. То, что у них, якобы, достаточно сил самостоятельно уничтожить Джаханнам, полное вранье.

– Откуда ты знаешь?

– Видел, как один из хармозельцев на мгновение расширил глаза, когда Уриель заговорил или заговорила о том, что они справятся сами.

– Уриель – женщина? – удивился Юра.

– Видимо хреновый был из тебя на Земле доктор, – вгрызаясь зубами в мясо, напоминающее по виду телятину, произнес Виктор и, прожевав кусок, продолжил. – Ты же видел, что они бесполые, поэтому, как их правильно называть – он, она или оно, я не знаю. Мне только известно, что они, в отличие от архонтов, которые тоже бесполые, не бессмертные и если те, для поддержания жизни в своем теле собирают жизненную энергию живых существ в шары-конденсаторы, которой потом, после переработки ее элелейцами, питаются, то эти размножаются, как кролики.

– Они делятся, как малседонцы? – выдвинул предположение Юра.

– Не совсем… После спаривания, молодые особи малседонцев появляются из фрагментов тела особи, которая затем погибает…

– А как они спариваются? – перебил его Юра.

– В следующий раз, когда нас будут атаковать малседонцы, спросишь это у них сам, а мне подробности о том, как они это делают, не интересны, – ответил Виктор. – Так вот, хармозельцы не спариваются. Они просто делятся, как клетка. От основного тела отпочковывается другое, такое же тело. Хоть эта особь и является клоном своего родителя, но все-таки немного отличается.

– Чем?

– Если бы они все были одинаковы, то они давно бы проиграли войну.

– Что-то не понимаю.

– Помнишь, я сказал, что бы ты, не позволил им до себя дотронуться?

– Ну да.

– Так вот… Если бы они все были одинаковы, то и думали, и действовали все одинаково, что неминуемо привело бы их к гибели… Разнообразия в их ДНК добавляют клетки других живых существ…

– Ты хочешь сказать, что? – протянул задумчиво Юра.

– Да. Именно так… Когда хармозелец имеет тактильный контакт с другим биологическим телом, он забирает у него образцы ДНК. Потом, часть хромосом из похищенного ДНК, организм хармозельца подвергает мутации, встраивая в свою цепочку ДНК и новый, такой же организм, но уже с другими особенностями, готов отпочковаться от своей матрицы.

– И как они это делают? – спросил Икин.

– Как-то, когда я только начинал воевать на стороне архонтов, наш ликвидатор сбили в бою возле одной обитаемой планетки в галактике мирофеасцев. Тогда выжили только я и наш командир Валтаправит, который впоследствии, в знак благодарности за то, что я спас ему жизнь, отправил меня на Ваглас. Так вот, пока я валялся контуженный после наземного сражения с хармозельцами, один из этих рахитов подобрался ко мне и дотронулся рукой к моему лицу… Я ничего не почувствовал…

Виктор на секунду задумался, вспоминая ту ситуацию с хармозельцем и Юра, не удержавшись, на мгновение заглянул в его сознание…

Кроме того, что Виктору не хотелось вспоминать те события, Юра особо ничего у него в мыслях не рассмотрел, потому что алкоголь уже начал действовать, и ему уже было тяжело сконцентрироваться.

Наконец Виктор прервал молчание и, усмехнувшись, продолжил:

– Он украл у меня ДНК, а я, воспользовавшись тем, что его защита была отключена, откусил ему кисть правой руки… Ха-ха-ха… Как вареному куренку крылышко перекусил… Ха-ха-ха, – продолжал сам себе смеяться Виктор.

Юра ничего смешного в рассказе Виктора не услышал, но удивился второй раз за день, потому что увидел, как Алексич не злорадно, а вполне искренне смеется.

– Что за мирофеасцы? Мне ни разу не доводилось с ними встречаться. Расскажи подробней, – попросил Юра.

Алексич открыл было рот, что бы начать рассказ, как вдруг обернулся.

Юра последовал его примеру…

К беседке быстрыми грациозными шагами приближалась Настет.

Девочки-служанки, заметив свою сехмет, радостно заулыбались, но как только они рассмотрели ее нахмуренные брови, как улыбки мигом покинули их миловидные лица.

Настет, как и до этого Виктор с Юрой, успела снять с себя тунику и оделась в такой же костюм-зентай. Рядом с ней, распушив хвост и усы, как обычно, с довольной и хитрой мордой вальяжно шел кот, который завидев служанок, приоткрыл рот и слегка высунул розовый язык.

– Как я не почувствовал ее приближение? – подумал про себя Юра. – А, как почувствовал он? – подумал он про Алексича, наблюдая, как радостно заблестели его глаза при виде кошкоподобной девушки…

Только теперь он понял, что происходит между Виктором и Настет и удивился, почему он этого не заметил раньше.