Аллоген. Книга четвертая. Просак

IV

Не открывая рта, сехмет отправила ментальный посыл служанкам, что бы они остались на берегу. Затем зашла в беседку и что-то нажала на прозрачной консоли управления своего кресла.

Беседка плавно оторвалась от берега и, медленно кружась по часовой стрелке вокруг своей оси, заскользила по поверхности воды.

– Надеюсь, нас тут никто не услышит, – вглядываясь в удаляющийся берег, произнесла сехмет.

– Что происходит? – спросил Юра.

– Я уже никому не доверяю, – ответила Настет. – У меня такое чувство, что мой народ не очень рад тому, что мы освободили Иару.

– Почему ты так считаешь? – подал голос Виктор.

Настет выдержала паузу, словно сомневаясь говорить или нет, и ответила:

– Простой народ не хочет воевать. Они хотят, как и прежде работать на земле, изготавливать энергетические емкости для боевых кораблей архонтов и вести торговлю с соседними галактиками.

– Ты хочешь сказать, что под властью архонтов им было лучше? – задумчиво произнес Юра.

– Многие так считают… Тысячелетиями архонты контролировали нашу торговлю и боевых действий в наших галактиках не вели. Взамен мы изготавливали в специальных номах необходимые детали для их кораблей и предоставляли в определенные сроки рекрутов для их армии. Саламексы редко использовались в боевых целях. Призванные солдаты в основном занимались лечением раненных, которым посчастливилось выжить в результате наземных боевых действий, и устанавливали маяки-ретрансляторы для межгалактических туннелей.

Настет налила себе из изящного кувшина в бокал немного обычной воды и, смочив пересохшее от волнения горло, продолжила:

– Это всех устраивало до тех пор, пока архонты не стали требовать от носителей анкхов, которыми могут быть только саламексы с определенным генетическим кодом, чтобы они передали их в пользование наместникам архонтов… Кто-то подчинился, а кто-то нет… Поэтому мой отец и пошел на заключение союза с хармозельцами, чтобы сохранить наследие наших предков.

– Дальше мы знаем, – перебил Настет Юра. – Но, ведь теперь, ты вернулась вместе с анкхом… Причем с двумя. – Икин показал глазами на Падлантаета, который, устроившись в соседнем кресле, уже сожрал почти все мясо, что было на столе.

– Они боятся… С тех пор как я вернулась, равновесие на планете восстановилось. Наши женщины начали беременеть, а старики опять получили возможность генерировать в своих организмах новые ткани… Народ доволен и теперь никто не хочет воевать… Даже для того, что бы освободить наши две галактики.

– Ты хочешь сказать, что в независимости от того, отправимся ли мы в ваши галактики или на Джаханнам, то нам предстоит рассчитывать только на свои силы? – спросил Виктор.

– Конечно нет. Двадцать кораблей мы сможем снарядить и найдем экипажи для них, но…

Закончить мысль она не успела.

Внезапно, Падлантает подскочил, как ошпаренный, почти к потолку беседки и, уже приземлившись на пол, ощерил зубы, злобно зашипев…

В это же время из воды с правого борта беседки, молнией выстрелило несколько бледно-серых щупалец…

– Я-у-у-р…р… – зарычал кот и кинулся на встречу смертельным объятиям давейфе.

То, что это были именно они, успели рассмотреть все. Причем они были не такие, как те, из персонала их погибшего флагмана и не те, которых Юра уничтожил на «Катарсисе», после его захвата на орбите Вагласа. ..

Они были гигантских размеров и намного темнее.

Щупальца огромной медузы встретили кота в полете и, вмиг, окутали его скользким коконом.

Одновременно с левого борта и спереди беседки из воды показалось еще несколько тел давейфе, которые, поднимая волны воды, протянули в сторону людей щупальца…

Источник сработал исправно и защитил своего носителя, раскрывшись невидимым куполом над Икиным.

Яркая синяя вспышка разнесла конечности давейфе в клочья, раскидав их ошметки по всей беседке. Однако создавшейся ударной волной, возникшей после соприкосновения щупалец и защитного поля, в сторону откинуло Настет, которая уже успела изменить курс беседки обратно к берегу, и Виктора, который чуть не вылетел за борт.

Раненые медузы погрузились в воду, но сразу же на поверхности появилось еще несколько давейфе, которые, не теряя времени даром, принялись запихивать свои желеобразные тела на борт беседки.

Юра попытался войти в плерому и уничтожить противников на ментальном уровне, изорвав их тела изнутри. Однако действие алкоголя ослабило его возможности, затуманив сознание вязкой апатичной пеленой. Он даже не смог установить количество атаковавших их медуз. Единственное, что он увидел это то, что они окружены со всех сторон.

Как только он безуспешно попытался окунуться в плерому, как давейфе начали ментальную атаку, посылая цикличные невидимые волны, оседавшие в голове у Юры неприятной болью.

И если для него это была неприятная боль, то Настет, будучи не в силах подняться на ноги, схватилась за голову и закричала.

Виктор, сморщившись от боли и скрипя зубами, схватил кресло и с силой швырнул его в ближайшие щупальца, которые моментально утащили его под воду.

Девочки-служанки, наблюдавшие эту картину с берега, не раздумывая, с воинственными криками бросились в воду и, быстро, но не очень эффективно, взмахивая руками, направились вплавь к беседке.

Было видно, что пловцы они никакие и до беседки доберутся не скоро…

Юра подскочил к Настет и накрыл ее своим телом, повалив заодно в прыжке и Виктора.

Он полностью сосредоточился на защитном куполе, исправно отражавшем атаки щупалец давейфе…

Однако покалеченных медуз заменяли новые и казалось, что их атакам не будет конца…

В это время, кокон из щупалец, внутри которого оказался Падлантает, разлетелся в разные стороны волнами бледной слизи. Кот, которого Юра считал уже погибшим, был цел и невредим.

Оказалось, что его костюмчик не так прост. Уникальный материал из дланка, находясь во взаимодействии с анкхом, пронзительно светившимся изумрудным светом сквозь шерсть на голове кота, создал вокруг его тела защитное силовое поле, не позволившее давейфе поразить Падлантаета ядовитыми стрекалами и, тем самым, его парализовать. Ткань на его лапах трансформировалась и теперь напоминала не смешные безобидные сапожки, а огромные когтистые трезубцы, которыми кот, яростно рыча, начал рвать конечности медуз и их тела, мотаясь пушистым светящимся шаром из одного угла беседки в другой.

Слизь в беседке уже доходила до колена, а из воды появлялись все новые и новые особи давейфе, которые упорно пытались словить, прыгающего мячом, кота.

– Мяу…ур….р…ур….ур… – приземлившись в слизь возле защитного поля, начал завывать, меняя тональность, кот.

Юра сразу же почувствовал, как ментальные атаки давейфе прекратились.

В это же время он услышал у себя в сознании кота:

– Убери защиту. Я уведу Настет, – услышал Юра у себя в сознании кота.

Повторять ему не пришлось…

Икин направил энергию источника на то, что бы парализовать давейфе. Сознание его начало проясняться, и он смог почувствовать вокруг себя окружающее пространство.

– Убить, убить, убить, убить, – услышал он голоса медуз.

Тем временем, кот отключил свою защиту и лег на живот. Обессиленная Настет, попыталась взобраться ему на спину, но это ей удалось только с помощью Виктора. Крепко обняв Падлантаета за шею, она вся сжалась и, обхватив ногами его бока, словно к нему прилипла.

Кот с невероятной быстротой в несколько прыжков преодолел расстояние до борта беседки и прыгнул в сторону берега, до которого оставалось еще не менее двадцати метров.

Юра, сдерживая атаки давейфе, подумал, что они сейчас шлепнутся в воду. Но Падлантает приземлился на спину одной из медуз, только что всплывшей на поверхность, и сразу же от нее оттолкнулся.

Давейфе разорвало пополам, а кот продолжил свой полет. Но силы толчка все равно оказалось не достаточным и они с Настет опять приближались к поверхности воды. До суши им оставалось еще около десяти метров. На этом отрезке воды, отделявшем их от спасительной суши, барахталась девочка-служанка, которая, как и остальные бросилась в воду, что бы спасти Настет, но в отличие от остальных саламексов, вообще не умела плавать.

Кот приземлился ей на спину и пружинисто оттолкнулся…

Неуклюже взмахнув руками, девочка ушла под воду и уже больше над поверхностью воды не появилась, а Падлантает в очередном прыжке, почти преодолел все расстояние до берега, однако все равно плюхнулся в воду в метре от суши, погрузившись почти с головой под воду.

Еще мгновение и кот с Настет на спине выбрался на берег. Размашистыми прыжками он устремился прочь в сторону пирамиды, откуда на огромной скорости неслось несколько лагов, с вооруженными до зубов саламексами на борту.

Убедившись, что их сехмет в безопасности, служанки развернулись и так же неуклюже поплыли обратно к берегу, пытаясь спастись от щупалец медуз, которые уже разорвали на части несколько девочек, слишком близко подплывших к беседке.

– Прыгай в воду и как можно быстрее греби к берегу. Я их удержу, – крикнул Юра Виктору и полностью погрузился в плерому.

Виктор нырнул и, умело загребая под себя руками воду, стремительно направился к берегу, крича на ходу девочкам– служанкам, что бы они активней работали ногами.

Юра сосредоточился на извивающемся под беседкой клубком тел и щупалец медуз, которые все равно, даже будучи подчинены его воле, пытались его атаковать.

Он выдохнул и дал выход страшной силе, таящейся внутри его сознания, наружу…

Огромный водяной пузырь вздулся над гладью воды и… лопнул, подняв в воздух пятиметровые волны…

V

Спустя сутки Юра сидел в командирском отсеке «Катарсиса» и ждал, когда на оперативное совещание соберутся все командиры подразделений его войска. Следовало обсудить и принять решение: освободить галактики саламексов или отправиться для нанесения удара по вотчине архонтов.

Расследование обстоятельств, способствовавших атаке давейфе, заставило его принять решение покинуть Акеру и перебраться на крейсер.

Выяснилось, что в озеро медузы попали по подводному транспортному туннелю из пирамиды, принадлежащей прайду Ваклапандаета, который неожиданным образом исчез вместе со своей свитой.

Исчез и Ликандрает, который и был основным поставщиком вина с сельскохозяйственных планет из галактики Иару. По его распоряжению после переговоров с хармозельцами и поставили на стол вино, так сильно затуманившее разум Юры. Осталось только не выясненным, при каких обстоятельствах и когда на планету попали давейфе.

Пока собирались его командиры, Юра в окружении Виктора, Настет и Савитара, ждал, когда Нака наладит связь с хармозельцами, которые через Амсета сообщили, что хотели бы пообщаться с Икиным.

– Надо уничтожить центр архонтов и тогда угроза перестанет существовать, – высказал свое мнение Савитар, который как обычно был облачен в свою любимую пурпурную тунику. – Они тебя боятся, а значит…

– Один мой знакомый говорил: «Поспешишь – людей насмешишь», – прервал полемику акремонца Виктор. – То, что пропал «Брежнев» и «Старое Чучело», еще ни о чем не говорит.

– Кто? – переспросил Юра.

– Старики саламексы, которых мы необоснованно назначили предателями, – пояснил Виктор.

– По-моему все очевидно, – процедил сквозь зубы Юра.

– А, по-моему, нет, – возразил Алексич. – По сравнению с этим представителем галактики Иалу, как там его?

– Амсет, – подсказала Настет.

– Мне проще его называть «Подхалим»… Так вот, – продолжил Виктор: – они у меня вызывали больше доверия, чем этот уж слишком молодой хлыщ с подлыми глазами.

– Он, не побоявшись гнева архонтов, увел из своей галактики семь кораблей, которые пойдут вместе с нами, – встала на защиту Амсета сехмет.

– Тут еще надо разобраться, что послужило причиной, – парировал Виктор. – Может он заранее просто выбрал более сильную сторону. К тому же мне кажется нелогичным то, что «Брежнев» и «Старое Чучело» готовы были влезть хармозельцам в задницу, которой у них нет, только бы им угодить и тут, вдруг, перешли на сторону архонтов.

– Ты хочешь сказать, что это спланировали хармозельцы? – прищурившись, спросил Юра.

– У тебя корабль, который может разнести «в пух и прах» целую планету. К тому же с твоими способностями воздействовать на живую и неживую материю, ты становишься опаснее вдвойне. Архонты были бы рады вернуть крейсер… И хармозельцы были бы рады его заполучить… И тем и тем, было бы выгодно тебя ликвидировать, но тогда зачем архонтам необходимо было похищать Вику? И я думаю, что она им нужна, как заложник, для того, что бы потом ее выменять у тебя на «Катарсис», – привел свои аргументы Алексич.

При упоминании о Виктории Юра дернулся, как от пощечины. Его глаза резко поменяли цвет, потемнев в зрачках до угольного блеска.

– Она, скорее всего, погибла и виноваты в этом архонты. Так или иначе, я уничтожу архонтов и в галактиках саламексов и в галактиках Барбело… Это лишь вопрос времени.

– Кидаясь сломя голову в галактики Барбело, как бы благодаря нашим маленьким и коварным друзьям хармозельцам, нам не попасть впросак, – тихо сказал Виктор.

– Куда-куда? – удивленно вытаращился Савитар.

– В мое время существовало такое выражение. Так раньше в старину назывался большой станок, в котором плели канаты. И если туда кто-то попадал во время соединения волокон, то выбраться оттуда было почти невозможно. В мою бытность еще просаком называли расстояние между влагалищем и анальным отверстием у женщин. Все это предполагало, что попасть впросак означало – оказаться в неприятной или безвыходной ситуации, – прочитал небольшую лекцию Алексич.

Упоминание про особенности женского организма немного рассмешило Юру и он, уже не испытывая приступа гнева, спросил:

– Что ты предлагаешь?

– Я думаю, что прежде чем принимать окончательное решение, нам нужно более тщательно во всем разобраться, кто стоит за этой атакой. Возможно, котяра нам кое-что подскажет.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Юра.

– Мне показалось, что в Уасете на переговорах, кот прекрасно читал мысли «Брежнева», «Старого Чучела» и «Подхалима», да и наши тоже, – пояснил Виктор.

– Ты же говорила, что это невозможно, – вопросительно взглянул на Настет Юра.

Та, потупив взор, замялась и, немного помедлив, сказала:

– Это наш секрет. В номе Уасет невозможно проникать в чужое сознание, если только у тебя нет анкха…

– Что? Почему ты не предупредила меня об этом раньше? – рассвирепел Юра.

– Я…я…я… Мне нельзя… Это секрет нашего прайда… И… – пустив несколько слезинок, попыталась оправдаться Настет.

– Что ты видела? – зло спросил Юра.

– Ничего, – ответила сехмет и, закрыв лицо руками, бросилась в кабину координатора, который исправно ее транспортировал в жилой отсек, где она в рыданиях упала на кровать.

Юра несколько секунд сидел отрешенно. Затем, просканировав мысли Настет, тяжело вздохнул и обронил:

– Она читала твои мысли, пытаясь понять, любишь ты ее или нет.

Виктор опустил глаза в пол и слегка покраснел.

– Об этом никто не должен знать, – наконец, выдохнул Алексич.

– По-моему об этом уже знают все.

– Никто не знает, и знать не должен, – с металлическими нотками в голосе, предупредил Виктор. – Если об этом узнают ее соотечественники, то у нас добавиться проблем еще больше и, возможно, мы потеряем саламексов как союзников.

Юра задумался о сказанном и спросил:

– Почему она? Неужели тебе уже не нужны земные женщины?

– А почему ты до сих пор ищешь Вику, хотя только что мне сказал, что она, скорее всего, погибла? – вопросом на вопрос ответил Алексич.

Юра на несколько секунд окунулся в свои воспоминания о последних днях, проведенных с Викторией на Вагласе

– Я все понял… Она твоя магирани?

– Да… Она мне дала то, чего я не имел никогда.

– Что?

– Радость жизни, – просто ответил Виктор.

Юра опять, на некоторое время, задумался и сказал.

– У меня такой радости уже нет… Ладно… Кот уже проснулся?

– Нет. Он до сих пор спит в своем отсеке… Настет сказала, что с ним все в порядке. Просто у него очень сильное физическое и энергетическое истощение.

– Тогда начнем совещание. Пускай командиры заходят.

VI

Пятьдесят старших командиров, среди которых были люди, селменты и орояэльцы принялись рассаживаться в кресла вокруг огромного эллипсовидного стола, над которым светилась голографическая проекция галактик обитаемой части Вселенной и схема основных межгалактических рукавов.

Когда все расселись, на противоположной от Юры стороне стола возникла небольшая заминка…

Оказалось, что Камила, которую никто не звал, пришла на совещание за Баако и заняла кресло командира пятого звена селмента Инолана.

Тот попытался спихнуть с кресла пышнотелую негритянку, но у него, естественно, ничего не вышло. Тогда он обратился с протестом к Баако, но тот лишь пожал плечами и сделал вид, что его это не касается. Когда словесная свара между селментом и негритянкой начала приобретать угрожающий характер, Юра попросил Савитара, что бы тот отдал приказ своим бхактам и они доставили в зал еще одно кресло.

Савитар сделал обиженное лицо, но все-таки выполнил просьбу, и через несколько мгновений два акремонца принесли еще одно кресло для Инолана.

– Начинай, – шепнул на ухо Виктору Юра.

– Друзья, – начал совещание Алексич: – мы вас пригласили для того, что бы рассказать вам об итогах переговоров с хармозельцами и выбрать определенную стратегию.

Все командиры одобрительно закивали головами.

– Хармозельцы согласны быть нашими союзниками, однако они не хотят участвовать в освобождении галактик саламексов… Они предлагают нанести совместный удар по основному центру архонтов – планете Джаханнам, которая сейчас находится без прикрытия в виду того, что военная база, защищавшая архонтов на подступах к галактикам Барбело, погибла вместе с их основными лидерами – Советом Первых. Если мы согласимся, то тогда не выполним данное обещание саламексам и не освободим галактики Иалу и Дуата. Если откажемся участвовать в атаке вместе с хармозельцами, то они откажутся считать нас своими союзниками.

Виктор замолчал, ожидая хоть какой-нибудь реакции от аудитории.

Все молчали…

– Каковы силы архонтов? – спросил селмент Инолана.

– Мы не знаем, – ответил Виктор.

– Тогда смысл бросаться сломя голову в неизвестность? – подал голос Чоу Жонг.

В зале раздался гул голосов. Командиры начали обсуждать между собой план возможных действий.

– Сколько у нас кораблей саламексов? – выкрикнул вопрос Баако.

– Около двадцати, – ответил Виктор.

– А сколько кораблей во флоте хармозельцев? – опять спросил мужчина Камилы.

– Пятьдесят.

Голоса загудели еще громче.

Из зала послышались выкрики:

– Конечно, надо соглашаться…

– Надо уничтожить их центр…

– Да, да…

– Лучше дружить с хармозельцами…

– Но, – громко крикнул Виктор и, желая привлечь к себе внимание, поднял правую ладонь над головой.

На потуги Алексича никто не отреагировал…

Юра, до этого молча взиравший на происходящее, нахмурился. Волна негативной энергии прокатилась по залу, заставив, даже самых активно спорящих, замолкнуть и обратить взоры на Икина.

– Спасибо, – поблагодарил Алексич и продолжил. – Существует опасность попасть впросак.

Почти все без исключения уставились на Виктора. Некоторые из командиров, родившихся на Земле и одно время воевавших на стороне архонтов, догадались, о чем говорит Алексич и похабно заулыбались.

– Он прав, – вскочил со своего места Чоу Жонг. – Не знаю, что такое просак, но если мы отправимся в галактики Барбело, то у нас за спиной останутся вражеские корабли. Силы архонтов легко могут перегруппироваться и ударить нам в спину, перекрыв выходы обратно. Надо быть полным вааргом, чтобы оставить у себя за спиной врага и позволить ему взять себя в клещи. Тем более… Хармозельцам доверять нельзя…

По залу прокатился гул одобрительных возгласов.

– С ними надо уметь договариваться, – высказался Инолана.

– Инолана, ты с ними всегда договаривался в ущерб себе. Тут тебе не Ваглас и мы занимаемся не торговлей, а войной, – накинулся на своего коллегу по контрабандному делу Чоу Жонг. – Доверять им нельзя. Надо освободить галактики саламексов и собрать больше данных о численности и количестве сил архонтов.

– Да, он прав…

– Дело говорит…

– Поспешишь – в плазменных лучах сгоришь…

– Надо действовать по плану…

– Хармозельцы, еще те аферисты, – понеслись возгласы из зала.

Внезапно, до этого спокойная Камила, которая, не обращая внимания на происходящее, о чем-то шепталась с Баако, вскочила, залепила звонкую пощечину своему мужчине, случайно, а может и неслучайно придавила пятой точкой к креслу Инолана и с громкими рыданиями выбежала из отсека.

– Извините, – виновато улыбаясь и проверяя жив ли еще Инолана, произнес огромный негр.

Убедившись, что селмент лишь слегка потерял сознание, он выбежал вдогонку за Камилой.

– Бардак, а не армия, – картинно покачивая головой, прощебетал Савитар, и пустился в демагогию о том, что его бхакты такого себе не позволяют, а в рядах акремонцев всегда дисциплина и порядок. Однако его никто не услышал, потому что командиры вернулись к обсуждению вопроса о предложении хармозельцев.

У Юры уже не осталось никаких сомнений, в пользу какого варианта сделать выбор.

Все было ясно и так…

Он наблюдал за лицом Виктора, который в это время смотрел на Чоу Жонга. В его взгляде было столько теплоты, что и не вооруженным взглядом было видно, как ему симпатичен дерзкий мальчишка. Но помимо этого в глазах у Виктора читалась и… гордость.

Только теперь Икин заметил, что между Виктором и Чоу Жонгом есть определенное сходство. Только он окунулся в кинетические потоки, что бы проверить свою догадку, как… почувствовал страшное…

Он почувствовал Вику…

Почувствовал ее страх и чудовищную боль…

Боль, которая разрывала ее на части миллиардами раскаленных крюков…

– Юра, Юра, – звала она.

Он попытался переместиться к ней, но… контакт прекратился…

Единственное, что он успел – это почувствовать планету, на которой находилась Вика.

Белые змееподобные существа, огромная, странной формы, гора, снег и темно-синие заросли растительности.

Глава4

I

Как только Юра рассказал Алексичу о том, что он увидел, тот сразу же идентифицировал планету Эхекатль.*

Эхекатль* – в ацтекской мифологии – бог ветра.

– Это единственная обитаемая планета в галактике Мирофеас, – когда разошлись командиры, рассказывал он Юре. – Остальные обитаемые планеты погибли в разгар войны между архонтами и хармозельцами. С тех пор мирофеасцы, как и все остальные расы, периодически направляют рекрутов в армию архонтов.

– Они хорошие войны? – спросил Юра. – Какие у них особенности, так необходимые архонтам?

– У каждой расы есть особенности. Их заключается в том, что они могут на ментальном уровне передавать информацию любому живому существу. И не только просто передавать, но и делать так, что бы это информация…э…э…э… Как сказать… Что бы она могла использоваться… – не смог найти подходящего слова Виктор.

– Как?

– Короче… Архонты их используют для воспитания молодняка из числа не только пандорцев, но и других рас.

Юра продолжал вопросительно смотреть на Виктора.

– Они у них вместо учителей, – пояснил Алексич. – Не знаю как, но они их обучают необходимым навыкам, которые отлаживаются у них на всю жизнь.

– Ты их видел?

– Один раз, когда еще был в карантине до распределения на Джаханнаме, – ответил Виктор. – Ну… и еще один раз, во время ведения наземных боевых действий.

– Как они выглядят?

– Пятиметровые змеи, покрытые белыми чешуями в виде перьев.

– Они агрессивные?

– Понятия не имею. Я видел их издалека и о том, для чего они требуются в армии архонтов, я знаю только со слов своего бывшего командира.

– Почему ты уверен, что это планета Эхекатль?

– Потому что других планет, где могут существовать мирофеасцы, не осталось. И эту планету я знаю только потому, что именно на ней я был ранен и именно там я откусил кисть руки хармозельцу, укравшему мое ДНК.

– Это… – удивленно протянул Юра.

– Да. Это, именно, та планета, – опередил Юру Алексич.

– Это не может быть просто совпадением, – немного поразмыслив, решил Юра.

– О чем ты?

– Мы отправляемся на Эхекатль, – твердо произнес Юра.

– А как же…

– Никак! – рявкнул Икин. – Подождут нас и саламексы и хармозельцы. Никуда они не денутся. Вызови Нака, пускай проложит маршрут и немедленно готовит корабль к старту.

– Мы идем с саламексами?

– Нет. Только «Катарсис».

– Тогда имей в виду, что когда будем высаживаться на Эхекатль, то с собой никого из китайцев брать не будем, – предупредил Алексич.