Аллоген. Книга четвертая. Просак

Ласкала она его так, словно в последний раз…

– Она же жила с тобой очень долго. Неужели ты ее не любил? – продолжила задавать вопросы Настет, нежно поглаживая с внутренней стороны его бедра и член.

– Ты еще «маленькая засранка» и ничего толком не знаешь и не понимаешь, – целуя ее в губы, произнес Виктор. – Жить вместе, и любить – это совершено разные вещи.

– Что значит слово «засранка»? – приподнявшись на локтях, заинтересовалась Настет.

– Это… Ну, как тебе сказать, – замялся Виктор, боясь, чтобы его объяснения по поводу этого термина, не обидели ее. – Это значит, что ты очень красивая и молодая.

– Не совсем поняла смысл… Ваш язык такой сложный, – пожаловалась Настет, которая уже почти без акцента могло свободно разговаривать на языке людей.

– А что с Исой? – спросил Виктор, желая направить разговор в другое русло, чтобы она не вздумала вдаваться в смысловую нагрузку заинтересовавшего ее термина.

– Внутренние органы сильно поражены паразитами, но она выживет. Ей повезло. Если бы мы встретили их чуть позже, спасти бы ее уже не удалось.

– Меня смущает обстоятельства, при которых мы их встретили, – задумчиво произнес Виктор.

– О чем ты? – спросила Настет.

– Откуда они могли знать, что мы появимся на перекрестке транспортных туннелей и как этот корабль вообще не развалился?

– Может так надо и это не просто совпадение, – высказала свое мнение Настет.

– Вот этого я и боюсь.

– Ты про свои сны?

– О чем ты? – вопросом на вопрос ответил Алексич.

– Ты все чаще кричишь во сне, – пояснила Настет.

– У меня плохое предчувствие, словно, что-то происходит не так. Не мы решаем, а кто-то решает за нас. Еще эта странная девочка… Она меня пугает.

– О ком ты?

– Дочь Миши и Исы, – пояснил Виктор.

– А…а…а, – понятливо протянула Иса. – Я тут ничего странного не вижу. Этот ребенок – плод любви представителей двух разных рас.

– Может поэтому на Вагласе таких детей всегда забирали от родителей и их никогда больше никто не видел? – сам у себя спросил Виктор, который пока жил с Исой, не раз задавался вопросом, что будет, если она забеременеет от него.

Он этого хотел и боялся…

Боялся, что потеряет своего ребенка, которого у него никогда не было. Он боялся этого всегда. Боялся остаться один и боялся, что никого не оставит после себя. Правда эта боязнь прошла после того, как недавно он узнал, что он не один и жил не зря…

– Может эта девочка просто особенная, – вернул его из размышлений к реальности голос Настет. – Ведь наш ребеночек будет тоже особенный, – загадочно произнесла она и замолчала.

Прошло несколько мгновений, прежде чем до Виктора дошел смысл ее слов.

– Ты… Ты… – только и смог выдавить из себя ошарашенный Виктор.

– У нас будет ребеночек, – обнажив в улыбке острые зубки, подтвердила его догадки Настет.

– Но… Но… Это же невозможно… Я ни разу не слышал, что бы у саламексов появлялись дети от людей и наоборот…

– Я же не просто саламекс, – интригующе округлив глаза, произнесла Настет и, немного выдержав паузу, добавила: – я же сехмет – хранительница анкха.

– Я так рад, – только и смог произнести Виктор, заплакав счастливыми слезами.

Настет, уткнувшись личиком в его волосатую грудь, счастливо улыбалась. Он же радовался тому, что у него теперь будет двое детей…

Так они лежали до тех пор, пока не зазвучала тревога.

«Катарсис» приближался ко входу в межгалактический рукав…

Глава5

I

Переход по туннелю в галактику Мирофеас под номером 37623451 к планете Эхекатль, занял у них всего лишь два колмиса и, вопреки ожиданиям Алексича, прошел без происшествий.

На выходе из туннеля их никто не подстерегал, однако Виктор попросил Юру не отменять полную боевую готовность до тех пор, пока они не приблизятся к планете.

Юра прислушался к его совету и, пока Виктор определялся с составом и численностью десанта, с которым они планировали провести высадку на планете, погрузился в плерому, безуспешно сканируя межзвездное пространство этого уголка Вселенной, пытаясь почувствовать эон Виктории.

Мертвые космические объекты безразлично взирали на его ментальные посылы сквозь толщу невидимой кинетической энергии, пронизывающей насквозь всю материю Вселенной, и презрительно молчали, продолжая выполнять свою, лишь одним им известную, функцию в извечном алгоритме мироздания.

Надежда отыскать свою любимую, медленно, но неотвратимо сменялась отчаянием и неуверенностью в правильности своих действий. К тому же, ему не давала покоя загадочная смерть Исы, бездыханное тело которой со свернутой шеей, нашли в одном из транспортных лагов, незадолго до их выхода из межгалактического рукава.

Проспав несколько часов, Иса пришла в себя и сразу же попросила Настет позволить ей увидеться с дочкой, которая в это время была с Камилой, вызвавшейся присмотреть за Асей, пока ее мама восстанавливала свои силы. Негритянку она нашла в одном из пищеблоков верхнего яруса корабля, где та составляла меню для командиров экипажей кораблей прикрытия в зависимости от их расовой принадлежности. Женщины обрадовались встрече и после того, как вместе погоревали по поводу кончины Миши, условились, что Иса будет помогать Камиле в ее хлопотах на кухне.

Наблюдая за их трогательной встречей, Настет решила определить Ису с дочкой в небольшой, но уютный жилой отсек, расположенный недалеко от гнездышка Камилы и Баако.

Радости Исы не было предела. Ведь последнее время она с дочкой, пока не покинула Ваглас, жила на улице и питалась чем придется. Казалось, что она уже забыла о своих злоключениях и оправилась от полученных повреждений. И тут, как гром среди ясного неба прозвучала новость о том, что Ису нашли мертвой.

Последними кто ее видел, были члены экипажа Чоу Жонга, которых она накормила великолепным супом из ыглов. С их слов она была чем-то встревожена и куда-то спешила.

Официально было объявлено, что Иса погибла по собственной неосторожности, не справившись с управлением транспортного лага. Виктор же, внимательно осмотрев транспортную платформу и, прощупав шейные позвонки Исы, безапелляционно заявил, что шею ей свернул кто-то, обладающий невероятной физической силой, и никакого столкновения с препятствием, у лага не было…

– Юра, мы приближаемся к планете, – вернул его в реальность голос Виктора.

Икин открыл глаза и уставился через прозрачные панели в пустоту космического пространства, где кроме нескольких огромных астероидов, по курсу движения корабля, ничего видно не было.

– А где планета? – спросил он у Алексича.

– Прямо по курсу, – ответил тот.

В это время в пилотный отсек прибыла новая смена саламексов – операторов, сменивших своих собратьев за консолями контроля систем жизнеобеспечения корабля. С ними прибыла и встревоженная Настет.

– Ничего не понимаю, а где их солнце? – продолжая искать планету глазами, поинтересовался Юра.

– Тут нет солнечной системы, – пояснил Виктор и указал рукой на проекцию звездного пространства под потолком отсека. – Тепло и свет генерирует ядро планеты, испуская его на поверхность через горные хребты, опоясывающие всю поверхность Эхекатль.

Только теперь, Юра рассмотрел стремительно приближающуюся планету. Среди одинаковой черной пустоты вакуума, ее можно было увидеть только благодаря тому, что ее круглый диск отдавал легким серым оттенком.

– Верхние слои атмосферы удерживают свет и тепло возле поверхности, не давая им бесполезно уходить в открытое пространство. Именно поэтому Эхекатль трудно разглядеть невооруженным глазом, – продолжал пояснять Виктор. – Сама атмосфера весьма разрежена, так что дышать там трудновато, да и холодно очень. Поэтому нам понадобятся костюмы потеплее, и запасные источники питания для индивидуальных силовых полей защиты.

– Думаешь, нам будут не рады?

– Думаю, что особо нет… Они союзники, как архонтов, так и хармозельцев, и как нас встретят неизвестно. Главное, чтобы они не решили, что мы собираемся их атаковать. Поэтому, с собой мы возьмем только пятьдесят членов команды, и спустимся на поверхность на твоем ликвидаторе… Они любят эффектные появления…

– А где будем высаживаться? – поинтересовался Юра.

– Нака в курсе, – махнул в сторону, появившейся в пилотном отсеке, сколопендры рукой Виктор. – Там только одна пригодная платформа для приземления кораблей. И находится она возле самого массивного горного хребта этой планеты. Так что не ошибемся.

– Внимание, выходим на расчетную орбиту, – прошелестела в дамару сколопендра.

– Чем ты встревожена, любим… – запнулся Виктор, совсем забыв, что они не одни.

– Т…с…с, – испуганно зашипела Настет, приложив указательный пальчик к губам.

– Да, ладно, – наблюдая за этой сценой, произнес Юра. – Только дурной или слепой не догадается о том, что между вами происходит.

– Юра, очень тебя прошу, молчи. Нельзя что бы об этом узнал кто-то из знати саламеков, иначе тогда у меня будут неприятности, – жалобно сморщив личико, попросила у него шепотом Настет.

– Конечно, я буду молчать, – заверил ее Юра и сменил тему разговора. – Так, а чего ты такая встревоженная?

– Падлантает до сих пор не очнулся и я не могу привести его в чувство, – поделилась своими переживаниями Настет. – Такое впечатление, что он впал в анабиоз… Или на него кто-то чем-то воздействует, – тихо добавила она.

– Ты можешь что-нибудь сделать, что бы вернуть его в нормальное состояние? – спросил Юра.

– Я попробую его поместить в специальный дольмен, для улучшения реологии его внутриполостных жидкостей, но это займет один или два колмиса.

– Главное, что бы он проснулся. Как-то скучновато без него, – взгрустнул Виктор и, уже обращаясь к Юре, сказал: – Ну что, пошли одеваться. Пора прогуляться по местам боевой славы…

II

Когда их ликвидатор вынырнул из плотной завесы густых перистых серых туч, заботливо укрывавших всю планету, Юра слегка прикрыл глаза – снег, лежавший по всюду, неприятно слепил, испуская, невероятной чистоты свечение. Не смотря на отсутствие солнца, на поверхности планеты было достаточно светло. Даже слишком – до рези в глазах.

Виктор уверенно вел корабль к огромному горному массиву, заметно выделявшемуся среди других хребтов, тянувшихся до самого горизонта.

– Что-то никого и ничего не видно, – озабоченно произнес Юра, оглядывая огромную ровную поверхность платформы, раскинувшейся под ними на много километров вокруг.

– Это только кажется на первый взгляд, – заходя на посадку, пояснил Виктор. – Они за нами наблюдают с тех пор, как только «Катарсис» вошел в их звездную систему, но выжидают и первыми на контакт не идут, хотя, по идее я рассчитывал, что они выйдут с нами на связь еще на подлете к планете.

– Это кажется тебе подозрительным? – спросил Юра.

– Очень. Когда я был здесь последний раз, то жизнь тут бурлила ключом. Они носились в небе между нашими кораблями целыми стаями, а сейчас все наоборот. Видимо, что-то изменилось с тех пор.

– Что будем делать?

– Не будем дергаться, как ыгл на сковородке. Приземлился и пойдем в сторону вон того ущелья, – показал рукой Виктор в сторону еле приметной впадины в горе. – Там вход в их город Тлалокан.* Будем надеяться, что им понравятся наши дары.

Тлалокан* – в верованиях ацтеков – рай.

– Я думаю, что столько дланка, сколько мы им дарим, понравится кому угодно, – ответил Юра, натягивая плотный комбинезон со встроенной системой жизнеобеспечения и поясом индивидуальной защиты.

Через несколько минут, из плавно опустившегося в пушистый сугроб корабля, искрившегося веселыми белыми бликами и, резко выделявшегося своим черным телом, среди белоснежной пустыни, высыпался их сборный отряд. По большей своей части тут были люди, которых архонты похитили с Земли еще до своего вторжения, но представителей китайцев среди них не было. Остальную часть отряда составляли несколько орояэльцев, селментов и саламексов.

Не спеша, стараясь ступать вслед друг за другом, отряд гуськом двинулся в сторону темневшего ущелья. Посреди их колонны шла небольшая грузовая платформа с несколькими контейнерами дланка. Впереди каравана шел Виктор. За ним Юра и Баако, который с момента их высадки на планете, постоянно жаловался на то, что несмотря на окутывающий его купол защиты, ему все равно холодно.

– Откройте контейнеры с дланком, – распорядился Виктор.

Колонна остановилась и орояэльцы открыли контейнеры, явив взору аккуратно сложенные ряды черных слитков дланка.

Несколько минут они стояли, ожидая каких-нибудь действий со стороны хозяев планеты.

Ничего не произошло.

Поднялся ветер…

Подхватывая в своих порывах снег, он высоко поднимал его в небо, а потом словно маленький ребенок с порядком надоевшей ему игрушкой, швырял его обратно к земле.

– Что-то не нравится мне это, – высказал свои опасения Виктор. – По-моему это все-таки ловушка. И мы в нее угодили.

Юра, ощущая на себя взгляды невидимых наблюдателей, и сам понимал, что что-то должно сейчас произойти и притом не самое хорошее, но надеялся, что опасения Виктора не оправдаются.

А зря…

До этого надежная, приятно пружинящая поверхность под их ногами, внезапно расползлась, и они окунулись в воду с головой.

Благо силовые поля сделали свое дело и не допустили влагу к телам своих носителей, а системы жизнеобеспечения заработали во всю мощность, качая кислород и сохраняя нужную температуру внутри энергетического кокона.

– Мамочка, – заорал противным фальцетом Баако, первым вынырнувшим на поверхность. – Мамочка, спаси меня, – продолжал верещать огромный негр.

– Чего ты горлопанишь? – одернул его Виктор, методично загребая под себя воду руками.

– Я не умею плавать, – сверкая белками глаз и хаотично, размахивая ручищами, продолжал противно писклявить великан. – Тем более в болоте.

Юра осмотрелся и обнаружил, что действительно, вязкость воды была очень велика и несмотря на то, что он активно работал руками и ногами, стараясь удержаться на поверхности, жидкость неумолимо тянула его вниз.

В это время, недалеко от них, в воздух взмыло несколько десятков существ.

Юра ахнул…

Мирофеасцы действительно напоминали сказочных драконов, только покрытых не чешуей, а белыми перьями.

Белые змеевидные тела от трех до пяти метров в длину, задорно извиваясь кольцами, летали в воздухе, кружась в потоках снега увлекаемых ветром. Высоко взлетая в небо, они камнем падали вниз и хватали с грузовой платформы, двумя имеющимися у них короткими когтистыми конечностями, дланк. После чего исчезали в ущелье, куда и направлялся их отряд.

– Может, сделаешь что-нибудь или будем ждать пока все утонем? – стараясь перекричать вопли Баако, сердито бросил Виктор, барахтаясь в вязкой субстанции.

Юра проследил взглядом за самым большим драконом, почти скрывшимся в ущелье горы и закрыл глаза…

Гентаонатль, а именно так звали мирофеасца, на котором верхом очутился Юра, никак не ожидал такого коварства со стороны пришельцев и, отчаянно выкручивая тело, попытался скинуть с себя непрошеного гостя.

Однако, не тут то было. Тот вцепился в его еще сильней и Гентаонатль услышал у себя в голове его голос:

– Если ты сейчас же не опустишься на землю, и вы не достанете из этого болота моих друзей, я тебе и твоим сородичам глаза на задницу понатягиваю и сделаю так, что вы не только летать, но и ползать не сможете.

Гентаонатль понятия не имел, что такое задница, но почувствовав, что его наездник не простой биологический организм, а носитель мощного энергетического потока, решил, что лучше сделать, как он велит и пошел на снижение к, ведущему в Тлалокан, шлюзу.

Синий барьер, защищавший город извне, расползся в разные стороны и пропустил внутрь себя белое змеевидное тело с всадником на спине.

Как только они скрылись из виду, витавшие в небе, мирофеасцы перестали таскать слитки дланка и кинулись вытаскивать из трясины, тонущих гостей.

III

Через полчаса все члены экспедиции сидели за огромным круглым столом внутри ярко-освещенной огромной пещеры, и наслаждались ароматным напитком темно-синего цвета, разлитого по огромным пиалам.

После того, как Юра дал понять, что он не шутит, его и остальных гостей, летающие драконы перенесли во внутрь горы, где и располагался главный город мирофеасцев.

Этот город в человеческом понимании мало подходил под привычные стереотипы мегаполиса. По сути Тлалокан – это была огромная пещера, уходящая без конца вглубь планеты, от которой в разные стороны вели многочисленные ответвления внутри горной породы. Стены этого города излучали приятный мягкий свет, давая не только свет, но и тепло.

Приятный горячий напиток прекрасно тонизировал, но все без исключения были на стороже и внимательно поглядывали по сторонам, на шныряющие тут и там, среди свисавших с потолка густых зарослей темно-синих растений, тела мирофеасцев.

Сверху послышался легкий свист…

От потолка пещеры, висевшего высоко над ними, извиваясь правильными кольцами, спускался огромный дракон. Он приземлился прямо на каменный стол за которым сидели гости и, сложив двадцатиметровое тело в несколько колец, уставился на Юру огромными изумрудными глазами.

– Прошу прощения за не очень радушный прием, – смешно подергивая длинными белыми усами, заговорил мирофеасец на языке архонтов. – Я Ветцалькоатль, старший мирофеасец Тлалокана.

– Я, Икин Юрий Максимович – представитель герадамасов и планеты Земля.

– Я знаю про последнюю планету герадамасов. Достаточно большое количество информации о вас и вашей среде обитания, сосредоточено в наших архивах памяти, – произнес Ветцалькоатль.

– Почему вы нас хотели уничтожить? – не теряя времени даром, напрямую спросил Виктор.

– Давайте продолжим разговор в более комфортных условиях и наедине, – не обращая внимания на вопрос Виктора, предложил дракон, глядя на Юру.

– Ну что же, давайте, – игнорируя отрицательные жесты Виктора, согласился Юра.

Дракон моментально обвил кольцами Юру своим телом с головы до ног, и они в мгновение ока оказались посреди небольшой поляны, окруженной со всех сторон темно-синими зарослями местных растений…

– Я тоже владею способностью перемещаться в пространстве, – наблюдая за удивлением Юры, поспешил сообщить о себе мирофеасец.

– Почему вы хотели нас ликвидировать? – преодолев приступ легкого смущения, повторил вопрос Алексича Юра.

– Мы считали, что вы отряд присланный архонтами.

– Разве мирофеасцы не являются союзниками архонтов?

– Мы вынуждены состоять в союзе и с ними, и с хармозельцами, – ответил Ветцалькоатль.

– Почему?

– Мирофеасцы последние носители и хранители знаний, накопленных различными расами и народами, существующими как сейчас, так и давно канувших в небытие. Наше предназначение эти знания хранить и передавать их другим. Если наша раса погибнет, то погибнут и знания накопленные нами, а этого допустить нельзя… Поэтому мы и сотрудничаем и с архонтами, и с хармозельцами на условиях того, что наши представители не участвуют в боевых действиях, а лишь передают опыт и необходимые знания их рекрутам, – свернувшись калачиком в высокой траве, пояснил дракон.

– Интересный способ, что бы выжить, – съязвил Юра.

– Может благодаря нам до сих пор и существует определенный Вселенский порядок, – парировал Ветцалькоатль.

– Я так понимаю, что вы решили нарушить союз с архонтами, раз хотели нас утопить? – решил не вдаваться в вопросы мироздания и порядка вселенских процессов Юра.

– Мы получали информацию о необычном герадамасе, обладающему способностями не присущими его виду. Ваше появление и непредсказуемые действия внесли свои коррективы в расстановке сил на арене борьбы между господствующими расами. Говоря вашим языком – начался кавардак и хаос…

– Я просто хочу спасти свою планету и свою расу от уничтожения, – зло вставил реплику Юра.

– Так вот, – сделав вид, что не услышал, продолжил дракон. – Незадолго до вашего появления, к нам заходил корабль архонтов. Однако, когда мы попытались выйти с ними на контакт, они открыли по нам огонь и несколько десятков мирофеасцев погибло.

– Почему?

– Нам это неизвестно… Они пробыли на нашей планете не больше колмиса, но за это время они ни разу не вышли из корабля и на наши попытки наладить сеанс связи, лишь отвечали шквалистым огнем. Когда корабль покинул пределы нашей орбиты, на месте стоянки их корабля мы обнаружили мертвое тело самки герадамасов. Именно поэтому мы не спешили на контакт с вами и…

– Где она? – рявкнул во весь голос Юра, потеряв контроль над собой.

Страшная догадка о том, чье тело нашли мирофеасцы, пронзила его мозг.

– Я хочу ее увидеть, – закричал Юра так, что даже окружавшие их растения, желая оградиться от возникшей угрозы, свернули свои листья в трубочки.

– Хорошо, – сказал мирофеасец и опять обвил кольцами своего тела Юру…

IV

Они очутились на том же заснеженном плато, где еще совсем недавно члены его экипажа вместе с ним тонули в вязкой субстанции. Метель успокоилась, но еще кое-где от земли взлетали легкие завихрения снега.

– Вам лучше активировать защиту. Воздух на поверхности малопригоден для вашего вида, – предостерег Юру дракон.

– Где она? – еще раз спросил, ставший белее снега, Юра.

Мирофеасец лишь сверкнул изумрудными глазами и ударил сплюснутым хвостом о землю.

Почва под ногами у Юры, опять стала рыхлой…

На поверхности показалась та же вязкая жидкость синего цвета в которой им пришлось искупаться. Она приняла очертания правильного овала и пошла мелкими бурунами. Наконец буруны прекратились, и откуда-то из глубины вынырнул прямоугольный кусок льда, внутри которого виднелось обнаженное человеческое тело.

Вязкая жидкость ушла обратно под снег, оставив сиротливо стоять посреди заснеженной безмолвной глади ледяной гроб.

Юра задыхался…

Но задыхался он не от нехватки кислорода в разреженной атмосфере планеты, лишенной солнечного тепла, а задыхался от слез, душивших его изнутри, потому что те слезы, которые невольно брызнули из его глаз, когда он разглядел свою Вику, моментально замерзли, образовав страшную ледяную маску на его лице.

Теперь он остался один, словно это унылая планета без солнца, согревавшего его с того момента, как он ее встретил.

Теперь его грело только одно…

Жажда мести.

– Мы осмотрели тело и установили, что незадолго до смерти она родила ребенка или даже двух, – наблюдая за Юрой и, желая как-то унять его боль, сообщил Ветцалькоатль.

– Так один ребенок или два? – глухо спросил Икин.

– Мы точно определить не смогли. Либо это был очень крупный ребенок, либо их было два.

– Где ребенок?

– Мы его или их не видели. Я же вам рассказывал, что они нас не подпускали к кораблю. Скорее всего, они появились на свет в тот момент, когда мы зафиксировали всплеск информации в ноосфере нашей планеты. Судя по вашей эманации – это был ваш потомок.

– Отчего она умерла?

– Она погибла от болевого шока во время изъятия ребенка из чрева. Его или их изымали без блокировки нервных окончаний ее организма, словно специально… стараясь доставить ей мучения.

Юра опустился на колени и прижал ладони к ледяному гробу. Лед превратился в лужу вязкой жидкости и моментально впитался в снег.

Белоснежно-белое тело его Вики почти слилось с окружающим пространством и если бы не ее темно-русые волосы, то рассмотреть ее издалека было бы весьма не просто.

Только сейчас Юра рассмотрел, что у нее на животе глубокий, правильной формы разрез, а на шее виднелся бледный рубец. Теперь он понял почему, несмотря на все его старания, он на протяжении длительного времени не мог найти ее – блокиратор плеромы сняли с ее шеи незадолго до наступления смерти.

Что он и почувствовал…

Он больше не плакал…

Он улыбался…

Когда Юра поднялся с колен, держа тело Вики на руках, Ветцалькоатль взглянул ему в глаза и в ужасе отпрянул, стрелой взмыв в хмурое небо своей планеты.

– Передайте моему экипажу, что я их жду на «Катарсисе», – мысленно обратился Юра к мирофеасцу, который в приступе дикого безотчетного ужаса пытался скрыться в облаках.

Яркая синяя вспышка осветила угрюмый пейзаж подножия горы, в которой располагался последний город мирофеасцев – Тлалокан, а старый дракон, справившись с приступом страха, подумал, что ни в коем случае нельзя, что бы этот… архонт получил сокровенные знания, оберегаемые его народом.

Глава6

I

«Катарсис» стремительно несся сквозь звездное пространство к межгалактическому туннелю на перекресток транспортных сообщений, для того что бы оттуда вместе с флотом хармозельцев и саламексов, сразу же отправиться в галактики Барбело и атаковать Джаханнам.

Решение отказаться от первоначального плана по освобождению в первую очередь галактик Иалу и Дуата, Юра принял единолично, о чем уже уведомил Уриеля.