- -
- 100%
- +
В 14:30 она закрыла лавку на обед и дошла до Привокзальной.
Дом номер восемь стоял в четырёх кварталах от старого вокзала. Серое пятиэтажное здание, двор, две скамейки, контейнерная площадка за металлическим ограждением.
Никакого тайного прохода до лавки.
Мира поговорила с дворником.
Мусор вывезли в шесть утра.
Он не видел, чтобы кто-то копался в контейнерах ночью. У камер подъезда площадка почти не попадала в кадр.
Один из жильцов иногда собирал картон, но вчера вечером его не было дома.
Ничего.
Мира сфотографировала площадку и вернулась.
По дороге прошла мимо вокзала.
Старое здание давно обслуживало только пригородные поезда. Под навесом было пусто. На путях стояла электричка.
Кто-то объявил отправление.
Мира услышала стук колёс и остановилась.
Вчерашнее ощущение не вернулось.
Просто поезд.
Обычный поезд был хорошей новостью.
В лавке её ждал Лев.
Стоял под козырьком и смотрел на часы.
«У вас обед закончился семь минут назад».
«Жалобную книгу дать?»
«Сначала открыть».
Мира отперла дверь.
«Нашли ещё что-то по Вере?»
«Да».
«Что?»
«Сначала вы».
Мира сняла пальто.
«Владелицу конверта нашли. Она выбросила его вчера».
Лев остановился.
«Где?»
«Привокзальная, восемь. Контейнер».
«И утром он был здесь».
«Вечером».
«Кто мог принести?»
«Не знаю. Дворник никого не видел. Мусор вывезли утром».
Лев медленно кивнул.
«А ощущения?»
«Совпали с событием на вокзале в девяносто шестом».
«Она подтвердила?»
«Да».
«После того, как вы назвали детали?»
«Я спросила только про руку. Про щёку рассказала она».
«Хорошо».
«Опять это слово».
«Другого пока нет».
Мира положила сумку под прилавок.
«Теперь вы».
Лев достал из внутреннего кармана сложенный лист.
«Вера Клен действительно бывала у Мельника. Не один раз».
«Откуда?»
«Нашёл две квитанции ремонта и одну запись в журнале. Она приносила механические детали».
«Что ремонтировала?»
«Вот это интересно. Мельник написал: „птица, серебристый металл, механизм крыла“».
Мира взяла копию.
Дата стояла за год до пожара.
«Варган делал механических птиц».
«Да. Но эта запись оформлена на Веру. Не на мастерскую».
«Она могла просто принести рабочую вещь».
«Могла».
«Что ещё?»
«В городском музее есть каталог ранних работ Варгана. Одна серия называлась „Ласточки“. Семь небольших механических птиц».
«Сохранились?»
«Нет».
«Почему?»
«По официальной версии все семь погибли в пожаре».
Мира вернула лист.
«И?»
Лев убрал копию.
«И пока всё».
«Вы пришли ради одной строки про ремонт?»
«Вы недооцениваете хорошие строки».
«Я их оцениваю по содержанию».
Дверной колокольчик звякнул.
Вошла пожилая пара. Следующие пятнадцать минут они спорили о цене настенных часов.
Лев остался у дальнего стеллажа и листал старый альбом с видами города.
Когда покупатели ушли, он подошёл к прилавку.
«У вас когда-нибудь бывало ощущение, что лавка слушает разговор?»
Мира подняла глаза.
«Нет».
«Жаль».
«Почему?»
«Потому что сейчас было бы красиво».
«Что именно?»
Лев смотрел ей за плечо.
Мира обернулась.
Дверца приёмного шкафа была закрыта.
«Что?»
«Вы её сегодня открывали?»
«Утром».
«После?»
«Нет».
Лев ничего не сказал.
Мира вышла из-за прилавка.
Подошла к шкафу.
Ключ висел у неё на связке.
Замок был закрыт.
Она вставила ключ.
Повернула.
Дверца открылась.
На средней полке лежала птица.
Небольшая, длиной с ладонь.
Металл потемнел от времени, но под налётом проступал серебристый блеск. Одно крыло было прижато к корпусу, второе чуть поднято. Хвост состоял из тонких пластин. На груди виднелась узкая щель, похожая на соединение двух половин корпуса.
Мира не касалась её.
Лев подошёл на шаг ближе.
Она сказала: «Не трогайте».
«Я и не собирался».
Голос у него изменился.
«Вы её знаете?»
Лев снял очки, протёр их краем шарфа и снова надел.
Потом наклонился, оставаясь за плечом Миры.
«Если я правильно вижу, да».
«Что это?»
Он не ответил сразу.
На внутренней стороне поднятого крыла была маленькая отметка.
Две буквы.
В. К.
Живот стянуло, напряжение поднялось к груди.
«Вера Клен?»
«Возможно».
«Вы только что сказали, что знаете».
«Я сказал, что знаю, на что это похоже».
Лев смотрел на птицу, почти не моргая.
«Это одна из ласточек».
«Тех семи?»
«Да».
«Которые сгорели?»
Он кивнул.
Мира перевела взгляд на закрытую внешнюю дверцу шкафа, потом на птицу.
Описание показалось знакомым.
Мира вернулась в контору, открыла коробку НВ и перебрала карточки.
Нужная нашлась ближе к середине пачки.
Почерк Аглаи.
«Ласточка. Серебристый металл. Повреждение правого крыла».
Ни даты.
Ни владельца.
Внизу стояло НВ.
На обороте была одна строка.
«Птица вернулась. Не приняла».
Лев прочитал через её плечо.
«Что значит не приняла?»
Мира смотрела на почерк тёти.
«Не знаю».
Впервые этот ответ не раздражал.
Глава 6. Семь ласточек
Лев первым нарушил тишину.
«Вы помните эту карточку?»
«Нет. Вчера я просмотрела все НВ, но эту отдельно не откладывала».
«То есть она могла лежать в коробке всё время».
«Да».
Мира ещё раз пересчитала карточки. Сорок семь, как и вчера.
Хотя бы документ вёл себя обычно.
Она вернулась к шкафу и снова открыла дверцу.
Птица лежала на средней полке. Размером с ладонь, тяжёлая на вид, с узким вытянутым клювом. Серебристый металл местами почернел. Правое крыло было поднято чуть выше левого, словно механизм остановился посреди движения.
Мира сфотографировала полку, птицу, замок и петли. Затем достала из конторы бумажный пакет, хлопковые перчатки и чистую ткань.
Лев наблюдал за ней.
«Вы всегда так делаете?»
«Если не знаю происхождение предмета».
«А если знаете?»
«Тогда делаю быстрее».
Она надела перчатки.
«Вы касаться не будете».
«После куклы у меня выработалась дисциплина».
«Сомневаюсь».
Мира взяла ласточку обеими руками.
Вес оказался больше, чем ожидалось. Корпус был металлическим целиком. Под хвостом прощупывался заводной ключ, сложенный в углубление. На брюшке стояло несколько мелких царапин и тёмное пятно, похожее на след старого нагрева.
Никакого нового ощущения не возникло.
Только холод металла через ткань перчаток.
Мира положила птицу на подготовленную салфетку.
Лев придвинулся.
«Можно ближе?»
«Глазами».
Он наклонился.
Он сказал: «Семь штук».
«Что семь?»
«Серия. В каталоге мастерской они проходят как семь пробных ласточек. Варган хотел сделать большую композицию для выставки. Птицы должны были лететь по кругу над макетом города».
«Лететь?»
«По направляющей. Внутри потолочной рамы. Для восемьдесят шестого года конструкция была довольно сложной».
Мира осторожно повернула птицу.
На внутренней стороне правого крыла оставались две буквы.
В. К.
Буквы были процарапаны тонко, без декоративного клейма.
Мира спросила: «В каталоге они подписаны?»
«Как изделия мастерской Варгана».
«Вера Клен нигде не указана?»
«В опубликованном каталоге нет».
«А во внутренних документах?»
«Вот этого я пока не знаю».
Мира осмотрела шарнир крыла.
«Повреждение старое».
«Почему?»
«Край деформирован, внутри налёт. Если бы погнули недавно, металл выглядел бы иначе».
«Можно определить, был ли предмет в пожаре?»
«По виду нет. Нужно исследование. И даже тогда мы получим только следы нагрева».
Лев указал подбородком на тёмное пятно.
«Это не оно?»
«Может быть окисление. Может быть грязь. Может быть след нагрева. Пока не знаю».
«Вы очень любите эту фразу».
«Она полезная».
Лев улыбнулся.
Мира взяла карточку Аглаи.
«Птица вернулась. Не приняла».
«Что могло значить последнее?»
«Я вчера считала, что записи относятся к владельцам. Теперь не уверена».
«Может, человек отказался брать птицу обратно».
«Тогда Аглая скорее написала бы „не забрал“ или „отказался“».
«Вы хорошо знаете её формулировки?»
Мира посмотрела на карточку.
«Начинаю узнавать».
Она сняла перчатки и открыла тетрадь.
Записала время, состояние предмета, маркировку, положение в шкафу.
Лев ждал.
«Вы не собираетесь делать то, что делали с конвертом?»
Мира поняла, о чём он.
«Коснуться без перчаток?»
«Да».
«Не сейчас».
«Почему?»
«Потому что вы стоите рядом и очень хотите результата».
«Какая связь?»
«Я потом не хочу гадать, услышала ли что-то сама или подобрала из вашего рассказа».
Лев подумал и отступил на два шага.
«Теперь достаточно далеко?»
«Нет».
«Выйти на улицу?»
«Рабочий день уже начался».
Словно в подтверждение, дверной колокольчик звякнул.
В лавку вошла женщина с девочкой лет восьми. Девочка сразу увидела механическую птицу.
«Мам, смотри».
Мира накрыла ласточку чистой тканью.
Лев тихо сказал:
«Жестоко».
«Она не продаётся».
«Это вы ребёнку или мне?»
«Обоим».
Следующие сорок минут разговор о Вере Клен пришлось отложить.
Девочка выбрала деревянную коробочку с вращающейся балериной. Механизм заедал. Мира сделала скидку и записала номер телефона Семёна Кленова, который нашла среди контактов Аглаи под пометкой «механика». Решила позвонить позже. Если он действительно занимался старыми механизмами, ласточке всё равно понадобится специалист.
После матери с дочерью пришёл мужчина за часами, потом курьер, потом Тамара Степановна с пустой банкой.
Мира спросила: «Это что?»
«Варенье».
«Банка пустая».
«Варенье дома. Я проверяла, нужна ли вам банка».
Тамара Степановна посмотрела на Льва.
«Опять вы».
«Доброе утро».
«Уже нет».
Она перевела взгляд на ткань на прилавке.
«А там что?»
Мира ответила раньше Льва:
«Предмет на осмотре».
«Понятно».
По лицу Тамары Степановны было видно, что ничего ей не понятно и это её не устраивает.
«Я вечером зайду».
«Зачем?»
«За банкой».
«Она ваша».
«Теперь уже ваша».
Тамара ушла.
Лев проводил её взглядом.
«Когда-нибудь я хочу понять правила обмена тарой в вашем доме».
«Не сегодня».
К одиннадцати поток покупателей закончился.
Мира заперла ласточку в конторском ящике.
Лев всё ещё не уходил.
«В архив вам не нужно?»
«Нужно».
«Тогда почему вы здесь?»
«Потому что в архиве нет вещи, которая сгорела тридцать девять лет назад».
Мира подняла голову.
«Тридцать девять?»
«Пожар был в восемьдесят седьмом».
Она кивнула.
«А фестиваль в этом году посвящён сорокалетию мастерской?»
«Сорокалетию первой большой выставки Варгана. Пожар был позже».
«Понятно».
«Вот почему сейчас вокруг него столько шума. Музей готовит расширенную экспозицию».
Мира посмотрела в сторону закрытого ящика.
«Кто имеет доступ к старым вещам из мастерской?»
«Музей. Семья. Часть предметов хранится в городском фонде».
«Если эта птица сохранилась, почему никто о ней не знает?»
«Может, знает».
«Кто?»
«Елена Варган».
Имя было новым.
«Родственница?»
«Правнучка Павла Варгана. Директор музея».
«Вы с ней разговаривали про Веру?»
Лев усмехнулся.
«Много раз».
«Результат?»
«Она считает, что я строю обвинение на пробелах в документах».
«А вы?»
«Считаю, что пробелы иногда появляются потому, что кто-то очень старался».
«Это уже версия».
«Да».
Мира закрыла тетрадь.
«Тогда в музей пойдём без версии».
Лев посмотрел на неё.
«Мы?»
«Вы знаете документы. Я знаю предмет».
«А говорили, что не любите смешивать выводы».
«Я сказала, что не хочу смешивать их до проверки».
Он взял пальто.
«Через час?»
«Лавку нельзя бросить».
«Закройте на обед».
«У меня нет обеда по расписанию».
«А теперь будет».
Мира хотела возразить, но мысль была разумной.
На двери висела старая табличка «Перерыв», обнаруженная вчера под кассой.
Она поставила время с 13:30 до 14:30.
Мира сказала: «В час двадцать пять».
«Я буду в час двадцать».
«Это уже ваша проблема».
Лев ушёл.
До обеда Мира успела позвонить Семёну Кленову.
Голос у него был молодой.
«Кленов слушает».
«Здравствуйте. Мира Ланская. Я разбираю лавку Аглаи».
«Соболезную».
«Спасибо. У меня есть старый механический предмет. Нужна консультация по состоянию».
«Часы?»
«Птица».
На секунду он замолчал.
«Механическая игрушка?»
«Похоже».
«Фото пришлёте?»
Мира посмотрела на ящик.
«Позже».
«Могу зайти вечером».
«Сегодня не получится. Я сначала хочу установить происхождение».
«Как хотите. Номер у вас есть».
Он говорил спокойно, без лишнего интереса. Фамилия совпадала с Верой, но в небольшом городе это ещё ничего не значило.
Мира записала имя и время звонка.
В 13:18 пришёл Лев.
Он принёс плотную серую коробку.
«Что там?»
«Копии».
«Какие?»
«Чтобы Елена не могла сказать, что я пришёл с пустыми руками».
«Вы собираетесь с ней спорить».
«Я собираюсь задавать вопросы».
«Для вас это почти одно и то же».
Лев не ответил.
Мира закрыла кассу, перевернула табличку и достала ласточку.
Для перевозки нашлась небольшая коробка из-под серебряных ложек. Мира выстелила её мягкой тканью и зафиксировала птицу свернутой бумагой, чтобы крыло не двигалось.
Карточку Аглаи взяла отдельно.
Лев спросил: «Её показывать будете?»
«Пока нет».
«Почему?»
«Потому что она относится к лавке, а не к атрибуции птицы».
«Разумно».
«Запомните ощущение. Оно редкое».
До площади они дошли за шесть минут.
Мира уже проходила здесь после похорон, но внутрь музея не заходила.
Дом Варгана занимал угол площади. Два этажа светлого камня, высокие окна, тёмная крыша. Над входом висела металлическая птица с раскрытыми крыльями. Ветер заставлял хвост поворачиваться, и крылья медленно двигались вверх и вниз.
На ступенях стояли ящики с декорациями фестиваля.
Внутри пахло воском, старым деревом и свежей краской.
За стойкой продавались открытки, значки и маленькие заводные птицы.
Лев заметил взгляд Миры.
«Вот магниты, о которых говорил».
«Я вам верила».
«Неприятно слышать».
Молодой сотрудник за стойкой узнал Льва и заметно напрягся.
«Елена Павловна занята».
Лев сказал: «Мы не договаривались».
«Я заметил».
Мира вмешалась.
«Скажите, что у нас предмет из старой мастерской. Нужна только предварительная атрибуция».
Сотрудник посмотрел на коробку в её руках.
«Какой предмет?»
«Пусть Елена Павловна сама решит, хочет ли смотреть».
Он ушёл в служебную дверь.
Лев тихо сказал:
«Вас музейная работа испортила меньше, чем я думал».
«Молчите».
Через пару минут дверь открылась.
Елена Варган вышла без спешки.
Мире она показалась моложе Льва, около сорока. Тёмные волосы собраны на затылке, на шее тонкая цепочка, на руках никаких украшений. Одежда простая: чёрные брюки, светлая рубашка, серый жилет с музейным бейджем.
Она сначала посмотрела на Миру.
Потом на Льва.
«Что на этот раз?»
Он спросил: «Почему сразу я?»
«Потому что вы стоите рядом с коробкой и выглядите довольным».
Мира протянула визитную карточку лавки, найденную среди вещей Аглаи.
«Мира Ланская. Мне досталась лавка тёти. Сегодня нашли предмет, который может относиться к мастерской Варгана».
Елена взглянула на фамилию.
«Аглая Ланская?»
«Да».
«Соболезную. Я не знала, что лавка перешла вам».
«Я пока сама не знаю, что с ней будет».
Елена кивнула на коробку.
«Пойдёмте в кабинет».
Лев двинулся следом.
«Вас я не приглашала».
«Предмет нашёлся в рамках моего исследования».
«Нет».
Лев остановился.
«Что нет?»
«Предмет нашёлся в лавке. Вы оказались рядом».
Елена впервые улыбнулась.
«Теперь можете идти».
Лев всё-таки пошёл с ними.
Кабинет Елены находился на втором этаже, за небольшим залом с ранними работами мастерской.
Мира замедлила шаг возле витрины.
Внутри стояли механические птицы.
Две синицы, воробей, длинноногая цапля. Металл сочетался с деревом и эмалью. Возле каждой табличка с датой и названием.
Мира спросила: «Они работают?»
Елена ответила: «Большинство. Запускаем редко. Механизмам уже много лет».
Лев остановился рядом.
«Ласточек здесь нет».
Елена посмотрела на него.
«Потому что они утрачены».
«Все семь?»
«По документам да».
«Вы уверены?»
«Лев».
Одного имени хватило, чтобы разговор закончился.
В кабинете Елена освободила большой стол.
Мира положила коробку и сама сняла крышку.
Елена увидела птицу.
Её рука, которой она собиралась отодвинуть папку, остановилась.
Пауза была короткой.
Мира всё равно заметила.
Елена спросила: «Где это было?»
Лев открыл рот.
Мира ответила первой:
«В лавке».
«Кто принёс?»
«Пока устанавливаю».
Елена подошла ближе.
«Можно?»
«Смотреть да. Касаться пока нет».
Елена не возразила.
Это Мире понравилось.
Она нагнулась над птицей.
Сначала посмотрела на крылья. Затем на хвост и нижнюю часть корпуса.
Она сказала: «Правая пружина повреждена».
Мира подняла взгляд.
«Вы видите пружину?»
«Нет. По положению крыла».
«Значит, знаете механизм».
Елена выпрямилась.
«У нас есть чертежи серии».
Лев сразу спросил:
«Полные?»
«Те, что сохранились».
«С подписями?»
«Началось».
Она снова посмотрела на Миру.
«Можно открыть крыло чуть сильнее?»
«Без инструмента лучше не двигать».
«Согласна».
Мира показала буквы В. К.
Елена долго смотрела на них.
«Вы раньше видели такую маркировку?»
«Да».
Лев перестал двигаться.
Мира спросила:
«Где?»
Елена отошла к шкафу, достала пару хлопковых перчаток и только потом открыла ящик стола.
Из него появился маленький металлический узел, похожий на часть шарнира.
На внутренней стороне были те же две буквы.
В. К.
Елена положила деталь рядом с коробкой.
«Нашли в фондах два года назад. Без инвентарного номера. Она лежала среди деталей Варгана».
Лев наклонился.
«И вы никому не сказали».
«Кому именно я должна была сообщить о двух буквах на шарнире?»
«Мне, например».
«Вот поэтому и не сказала».
Мира посмотрела на обе маркировки.
Начертание совпадало не идеально, но было близким. Буква К имела длинную верхнюю косую черту. В была узкой и чуть заваливалась вправо.
Мира спросила: «Вы проверяли, чьи инициалы?»
«В мастерской было несколько людей с такими буквами в имени. Вера Клен одна из них».
«Кто ещё?»
«Виктор Корин, поставщик. Валентин Костров, слесарь. Нужно смотреть даты».
Лев сказал:
«Ни Корин, ни Костров не работали над ласточками».
Елена повернулась к нему.
«По известным вам документам».
«По ведомостям мастерской».
«Которые неполны. Вы сами это повторяете десять лет».
Лев замолчал.
Мира посмотрела на Елену внимательнее.
«Вы допускаете, что Вера работала над этими птицами?»
«Допускаю».
«В опубликованном каталоге её нет».
«В каталоге много кого нет. Это каталог работ мастерской, составленный в девяностых на основе записей Варгана».
«Вы считаете каталог ненадёжным?»
Елена провела пальцем по краю стола.
«Я считаю его старым».
Лев тихо усмехнулся.
Она посмотрела на него.
«Хотите спорить, спорьте со мной после того, как получите доказательство».
«Вот оно».
Он указал на ласточку.
«Это предмет. Его ещё надо атрибутировать».
«Вера поставила инициалы».
«Возможно».
«Вы сейчас говорите как Мира».
«Это комплимент».
Мира не вмешивалась.
Конфликт между ними начался задолго до её приезда. Это было полезно помнить.
Елена подошла к компьютеру.
«Я могу показать фотографии чертежей. Оригиналы сегодня не дам. Фонд закрыт из-за монтажа выставки».
Мира сказала: «Фотографий хватит для начала».
Лев сел рядом, не дожидаясь приглашения.
На экране появились сканы.
Первый лист содержал общий вид конструкции. Семь птиц, каждая пронумерована. Под ними схема направляющей.
Мира наклонилась ближе.
«У шестой правое крыло отличается».
Елена увеличила изображение.
«Да».
«Почему?»
«В примечании написано „новый узел“».
«Чьим почерком?»
«Не установлено».
Лев достал телефон.
«Можно снять?»
«Нет».
«Елена».
«Это внутренний рабочий скан. Я пришлю вам копию после оформления запроса».
«Через месяц».
«Через два дня, если вы один раз в жизни заполните форму правильно».
Мира приблизила коробку к экрану, не вынимая птицу.
«Если это шестая, повреждение может быть связано с экспериментальным узлом».
Елена посмотрела на правое крыло.
«Может».
Она открыла второй файл.
На нём были отдельные детали корпуса.
Внизу стояла дата.
За три месяца до пожара.
Мира увидела короткую запись возле шарнира.
«Почерк тот же?»
«Похоже».
Лев прочитал вслух:
«„Переделать по В.“»
В кабинете стало тихо.
Елена увеличила строку.
«Это может быть что угодно».
Лев сказал: «Вера».
«Или вариант. Или верх. Или фамилия человека, которого мы пока не знаем».
«На листе с ласточкой стоит В. К.»
«На самой птице».
«Тем более».
Елена закрыла файл.
«Я не собираюсь спорить с вами в присутствии предмета, который может изменить атрибуцию коллекции».
Лев откинулся на спинку стула.
«Наконец-то».
«Что наконец?»
«Вы сказали, что он может изменить атрибуцию».
Елена посмотрела на него так, что Мира решила вмешаться.
«Мне нужно понять другое. Эта ласточка могла храниться в музее последние годы?»
«Нет».
Ответ был быстрым.
«Уверены?»
«Да. Я дважды проводила сверку фонда. Такой предмет я бы запомнила».
«В закрытых семейных помещениях?»
«Семейный дом передан музею полностью».
«У родственников Варгана могли остаться вещи?»
Елена задумалась.
«Конечно. Бумаги, фотографии, личное. Про ласточку я не слышала».
«Кто из людей мастерской ещё жив?»
Елена посмотрела на Льва, словно проверяя, не его ли это вопрос.
«Несколько человек. Самая доступная, наверное, Галина Савельева».
Лев кивнул.
«Хор».
«Да. Она работала у Варгана помощницей в последние годы мастерской. Была совсем молодой».
Мира спросила: «Она знала Веру?»
«Должна была. Они пересекались минимум год».
Лев записал имя.
Елена заметила.
«Не идите к ней сегодня».
«Почему?»
«Потому что у неё концерт через три дня и вы умеете превращать вопрос в допрос».
«Я умею разговаривать».
«С архивной коробкой».
Мира закрыла коробку с ласточкой.
«Я сама поговорю, если понадобится».
Лев посмотрел на неё.
«Почему вы?»
«Потому что у меня пока нет версии, которую хочется доказать».
Елена чуть заметно кивнула.
Лев этого не прокомментировал.
Перед уходом Елена попросила оставить птицу на экспертизу.
Мира отказала.
«Хотя бы на час».
«Сегодня нет».
«Я могу пригласить реставратора сюда».
«У меня есть человек по механизмам».
«Кто?»
«Семён Кленов».
Елена впервые за весь разговор явно удивилась.
«Семён?»
«Вы его знаете?»
«Да. Он иногда работает с нами по договору».
Лев посмотрел на неё.
«Кленов?»
Елена сказала: «Фамилия обычная».
Но голос стал осторожнее.
Мира заметила.
«Он родственник Веры?»
Елена сняла перчатки.
«Спросите у него».
Лев уже открывал рот.
Мира подняла ладонь.
«Спросим».
Они вышли из музея в 14:38.