До Земли и обратно. Открытие

– Приветствую, Рид, – кивнула она марсианину, а потом обратилась ко мне: – и тебе здравствуй, жительница Титана (что это за выделение расы опять). Я Нина.

– Очень приятно, Нина. Меня можете звать Астра или Ася.

– О! Как земной цветок! – воскликнула женщина и почему-то посмотрела на Рида. – И что же ты расскажешь о себе?

Что, вот так сразу? Непонятно, о чем мне нужно говорить. Кто моя семья и каков род занятий? Или что я решила стать одной из членов МОСТа?

– М-м-м... Что конкретно мне нужно рассказать? – неуверенно спросила я.

– О! Да тут у нас аналитик. Надо проверить, – весело отозвалась Нина.

– Я работаю пилотом на рейсовых крейсерах. Также изучала математику углубленно.

По глазам Рида я прочитала: «Незаметно. Когда мы вычисляли расход остатков пищи и лекарств, ты была не очень-то полезна». Буквально уверена, что это практически дословно читалось.

– Правда, только в школе, – на всякий случай добавила я, однако у Нины все равно снова вырвалось это восхищенное «о».

– О! Как интересно! Может, у тебя еще нет детей и мужа?

– Нет.

– О! А может, у тебя еще есть свой транспорт?

– Нет, транспорта нет.

– Жаль.

Я была даже рада, что не услышала очередное «о».

– Андрей, Люциус, Рид, на два слова. Подожди здесь, пожалуйста, Астра, – раздала указания Нина и скрылась в доме, а за ней трое мужчин.

Рид даже не взглянул на меня, заходя. Хоть бы знак какой подал... Пока я ждала, рассматривала здание и окрестности. Трава вокруг была высокая, но к лесу и еще к паре строений от дома велись дорожки. Полевые цветы попадались на глаза среди подсохшей травы, составляя с ней странную картину. И тут я увидела, что в траве метрах в пяти лежит человек. Он был виден не полностью, но цвет кожи казался нормальным (для марсианина). Вдруг ему плохо? Сделала пару шагов, но остановилась, подумав: вдруг решат, что именно я сделала ему что-то? Или он окажется неадекватным и нападет? Тем более я не местная, и по мне это сразу видно. Развернувшись, я заторопилась обратно ко входу в здание, но зацепилась за высокую траву и упала на колени, выставив вперед руки.

– Нина? Нина! Это ты? Это ты, Нина? – голос исходил из того места, где лежал человек, и приближался.

Я вскочила и побежала к строению, где мне было велено ждать, не оглядываясь. Вот ведь! Прав Рид: слишком много во мне любопытства.

– Нина! Подожди!

Он догнал меня уже на пороге, и я в нерешительности застыла. Зайти никто не приглашал, но оставаться с неизвестным было так себе. Я круто развернулась, готовясь, если что, постоять за себя и на всякий случай еще крикнуть Рида, но едва мужчина увидел мое лицо, он испуганно отшатнулся.

– Вы не Нина... Извините, я обознался. Новенькая, да?

Я все еще его опасалась и только кивнула.

– Ясно, ясно. А где Нина?

Тут бы мне промолчать, ведь я понятия не имею, зачем ему эта женщина, но он все ждал ответа. Я уже пожимала плечами, когда вышла Нина вместе с Ридом.

– О! Нина!

– Ну нет... Опять, Васат!

Услышав типичное колониальное имя, обозначающее звезду в близнецах, я повнимательнее присмотрелась к мужчине. А ведь и правда, он очень похож на марсианина. Он подбежал к Нине и стал что-то с жаром говорить о любви, прекрасных глазах, доброй душе и почему-то корзине фруктов.

– Вас! Ва-а-ас! Прекрати сейчас же. У нас событие, – она указала глазами на меня, и Васат наконец утихомирился. Внимательно вгляделся в мое лицо, окинув взглядом и все остальное, произнес: «Она похожа на тебя. Но ты самая прекрасная на этой планете. Твои волосы...» Он принялся рассыпаться в комплиментах, а его все перебивала Нина, призывая успокоиться. Наконец она устало сказала пылкому поклоннику: «Неужели мне снова надо звать Люциуса или вообще Андрея?» Васат замолчал и затряс головой в отрицании: «Не нужно Андрея. Больше не буду тебе досаждать. Просто хотел, чтобы ты знала: мои чувства все такие же, как раньше».

– Вас, я имела глупость с тобой встречаться давно. Все уже в прошлом.

В словах женщины был лишь грамм сочувствия, очевидно, он ее уже достал, и при всей доброте Нина не могла выносить этого человека. Я с тоской посмотрела на Рида, тот еле заметно улыбался, но в глазах не было ни капли интереса к этой сцене.

– Ладно, – наконец выдохнула Нина, когда Вас ушел (Андрею все же пришлось выглянуть из окна на втором этаже). – Астра, мои товарищи рассказали мне немного о тебе. Думаю, Рид знает гораздо больше, но я предпочитаю узнавать кандидатов сама.

Я встрепенулась при слове «кандидатов», и Нина заметила это. Она снова улыбнулась.

– Ну, что ж. Каково твое решение на эту минуту?

Она говорила так, будто Рид уже обозначил сделанный мной выбор.

– Я присоединюсь к МОСТу.

– Здорово, что ты формулируешь свое желание так безапелляционно. Но пока мы еще не рассмотрели твою кандидатуру.

Вытянувшись в струнку, я ждала что же Нина скажет дальше. Андрей и Люциус, наверное, проголосуют за мое вступление, да и Рид, понятное дело, тоже... А кто еще должен решать? Посмотрев на гида, мне стало очень неспокойно: он совершенно не собирался никак участвовать и даже не глядел в мою сторону. А говорил, сделает все возможное... Или я опять чего-то не понимаю? Как раздражают эти недомолвки! Неужели и после вступления в МОСТ так будет? Надеюсь, нет!

– Рид, – обратилась Нина, – ты желаешь присутствовать в начале?

Тот сглотнул и ответил серьезно и твердо: «Да».

– О... Мне кажется, тебе будет сложно. Тем более это твой первый раз присутствия и разглашения...

Сердце забилось как бешенное. Что это значит? Я не решилась спросить, да и смысл, уже скоро узнаю.

– Да, – все таким же тоном отвечал марсианин.

– О, ладно. Я-то не против. Не ожидала, признаться, но... Раз ты решил, – произнесла Нина и хитро на меня посмотрела.

Первым моим удивлением было, что опять нужно идти, вторым – что Андрей с Люциусом останутся в этом угловатом строении с драконьей кожей сверху. А третим – нужно не просто идти, а ехать на лошади! Этих прекрасных животных на Земле использовали как в древности. Только я даже подойти к такому большому дикому животному боялась, не то что оседлать. Рид вскочил на своего коричневого коня с белым пятном у рта так легко и сидел в седле, будто в нем родился, что я невольно залюбовалась.

– Понимаю тебя, – подошла ко мне со спины Нина, широко улыбаясь и глядя на мужчину, – такое не каждому дано.

Потом она сама вскочила не менее ловко на лошадь окраса чуть темнее и без белых пятнышек.

– Она поедет с тобой?

– Нет.

– О, не возьмешь ее?

– Я привык ездить один, – отозвался тот.

– Вот такой он у нас, одинокий ездок, – смеясь сказала женщина.

Она подъехала ко мне и протянула руку.

– Нужно хорошо оттолкнуться от земли, вставив одну ногу в стремя, – объяснила она, указав на какую-то петлю сбоку лошади.

Я схватилась за ее руку и попыталась сделать так, как она сказала, но не смогла. И еще. И снова. Она была очень терпелива, сомневаюсь, что Рид со своей вспыльчивостью выдержал бы мои десять попыток. Наконец, я смогла забраться и теперь оказалась в седле перед Ниной.

– Инструкцию тоже лучше несколько раз повторить, – сказал Рид и немного отвел лошадь в сторону.

– О! Какой ты злой! Я и забыла, какая ты язва, – посетовала Нина с усмешкой, однако она решила последовать его совету и проинструктировала меня несколько раз.

Больше всего мне было непонятно, как это – войти в ритм лошади. Ни когда мы только обсуждали, ни когда начали движение. Ощущать под собой такую махину, да еще живую, было страшно. Но хуже всего, что почувствовать ритм было жизненно необходимо, потому как я ощущала, что синяков и мозолей у меня все прибавляется. Когда мне уже более-менее удалось приноровиться, Рид притормозил и пропустил нас вперед, а потом перегнал галопом. Я восхищенно посмотрела на него, и ритм снова потерялся.

– Не отвлекайся, – сказала мне Нина.

Наконец перед нами впереди замаячил город. Это было очень странное зрелище. Зная, как выглядели города раньше по учебным видео, я пришла к выводу, что этот построили после катастрофы. Все дома были небольшими, и люди выглядывали посмотреть на прибывших в город из своих квадратных окон. Что меня поразило – несколько детей, играющих на улице. Многие из них были в одежде не по размеру с растрепанными прическами, раскрасневшимися лицами и широкими улыбками. Их внимательные глазки скользили по лошадям, мне, Риду, но больше они останавливались на Нине. Некоторые даже махали женщине в знак приветствия, и она с удовольствием отвечала им. Наконец мы остановились у какого-то большого здания с голубой крышей.

Рид легко спрыгнул на землю и подошел к нашей лошади, чтобы помочь нам спуститься. Я хотела съязвить, что для этого тоже нужна инструкция, но была нереально усталой, да и, к сожалению, мне и правда нужен был инструктаж. Нина спустилась без проблем, но мне все равно сложно было понять, как именно и куда девать руки и ноги. Рид объяснил два раза и приготовился помочь мне спуститься, только я что-то сделала не так и чуть не упала на марсианина. Дети взорвались хохотом. Нина тоже по-доброму засмеялась. Только у Рида на лице были досада и смущение, он быстро поставил меня на землю и отошел в сторону, забрав лошадей. Если раньше мне просто было не до того, то теперь я осознала в полной мере, как сильно хочу есть. Когда Рид отвел лошадей и вернулся к нам, Нина сказала ему: «Пойдем есть».

– Я останусь с Астрой.

– О, да брось...

– Я не голоден, – отрезал марсианин.

Нина ушла, и мы остались у входа, из которого почти сразу появился крепкого телосложения мужчина и встал между нами. Все большее удивление. Во-первых, есть мне, очевидно, нельзя, во-вторых, Рид почему-то отказался от пищи. Из солидарности, что ли? Я ведь точно знаю, что у него, как и у меня, не было во рту ни крошки еще с рассвета, когда мы грызли сырой корень по пути к дому Нины. Кстати, а было ли это ее домом? Ну и, наконец, мне по-прежнему ничего не объясняют, да еще боятся, как бы Рид не проболтался, видимо.

– Ты правда думаешь, что я стану рассказывать ей сейчас, если не сделал этого раньше?

– Вдруг не успел, – буркнул охранник и остался неподвижным.

Мне стало любопытно, последует ли этот бугай за нами, если отойдем на пару метров подальше, и я буквально остановила себя на полушаге, успев заметить, как Рид буравит меня взглядом.

– Выбор уже сделали? – спросил меня внезапно появившийся мальчик.

– Угу, – ответила я, рассматривая его.

Мальчик был вылитый ангелок, какими их изображали: голубые глаза, кучерявые белокурые волосы, розовые, немного пухлые щечки. Больше он не проронил ни слова, зато покатался на ноге нашего охранника, сев сверху на стопу. Тут подошла Нина, сытая и довольная, и мы все впятером зашли в здание. Охранник проводил нас в большой зал и удалился. Мы были внизу, а на трибунах сидели небольшие группы зрителей, тут же переставшие разговаривать и уставившиеся на нас. В одной части трибун сидели в ряд на стульях пятеро людей в темных балахонах с капюшонами и в масках волков, раскрашенных в разные цвета. К очередному моему изумлению, Нина и мальчик заняли два стула по бокам и тоже надели маски. Теперь масок стало семь, и я осторожно покосилась на своего гида. Он был абсолютно непроницаем, но мне казалось, что стоим мы достаточно близко, чтобы я слышала, что его сердце бьется так же сильно, как мое.

– Назовись, – обратился ко мне «волк», сидящий прямо по центру, его маска была с синими элементами.

– Астра Юп, – каким-то чудом я представилась не запнувшись, хотя думала, со страху язык забыл, как двигаться.

– Астра Юп, ты подтверждаешь, что узнала тайну, из-за чего тебя ожидают последствия?

– Да, – ответила я дрогнувшим голосом.

Рид только слегка дернулся. Я вдруг подумала о том, если бы стояла здесь одна... Нина спросила, хочет ли он быть в начале... Хорошо, что он здесь, хотя, очевидно, стоять под прицелом стольких глаз никому не уютно, тем более такому, как Рид, тем более в такой ситуации. Мне захотелось обнять его, в этот раз как друга, но я знала, что это может испортить дело, и сдержалась.

– Астра Юп, – теперь говорил «зеленый», – осознаешь ли ты, что у тебя есть выбор остаться на Земле навсегда или стать членом организации, охраняющей тайну и помогающей жителям Земли?

– Да.

– Осознаешь ли ты ответственность за сохранность тайны?

Я на секунду задумалась. Не уверена, что знаю, что именно за этим стоит, да и проводник мне не хотел рассказывать всего.

– Возможно.

Рид снова дернулся, но даже не смел отвернуться от президиума.

– Возможно? – уточнил «красный».

– Я не совсем представляю. Понимаю, что нужно охранять тайну, но...

– Хорошо, желаешь узнать?

Мне казалось, Рид сейчас подскочит со своим «ар-р!» и примется ругать, я буквально слышала это.

– Да.

– Хорошо, – отозвался «красный» спокойно. – Хранитель тайны, любой из членов общества МОСТ, имеет преимущество принятия решения относительно узнавшего от него тайну. Это первое. Второе. Если узнавший становится также частью организации, в случае его преждевременной гибели, предательства или ухода к земной жизни в поселении хранитель обязан предоставить замену по своему усмотрению. Третье. Изначально разглашение тайны влечет за собой последствия для хранителя. Если будет доказано, что вина его минимальна и урон организации незначительный, то он освобождается от наказания. В ином случае предусмотрены в зависимости от тяжести: оставление на Земле, применение нейронного блокиратора или обязательные работы.

В этот момент я совершенно не думала о себе, о том, что это будут мои последствия, если я допущу разглашение. Я не отрываясь смотрела на Рида, и пока говорил «красный», и после. Тишина была относительная, ведь на трибунах были зрители, но я все равно снова будто слышала биение сердца марсианина рядом. В итоге он не выдержал и тоже повернулся ко мне. В глазах читалась грусть, но был и вызов. Наш беззвучный диалог был примерно таким.

«– Почему, Рид?

– Незачем было говорить.

– Это неправильно.

– А что бы это изменило? Я и правда заслужил. Ответственность на мне».

Голос «красного» раздался так внезапно, что я чуть не подпрыгнула: «Вижу, марсианин не рассказал тебе этого. Хорошо, очень хорошо. Но это все требует проверки».

– Астра Юп, ты сделала свой выбор? – вопрос прозвучал от самого маленького «волка» в желтой маске, сидящего самым крайним слева, мальчика-ангела.

– Да.

– И после обозначения всей ответственности для тебя и для разгласившего тайну твой выбор не изменился?

– Нет.

По трибунам пробежал шепот.

Огласи свой окончательный выбор, Астра Юп, – снова заговорил синий.

– Я хочу вступить в МОСТ.

– Астра Юп, уведомляем, что, принимая такое решение, ты не сможешь переселиться на Землю в течение трех лет. Данное ограничение может быть снято по особым обстоятельствам.

Что?! Я, конечно, и так не собиралась оставаться на Земле, но внезапный запрет напрягал. Разумеется, Рид пытался дать мне понять, что все не так просто, но не мог рассказать, как есть... Впрочем, пути назад я уже не видела. Да и три года – не такой большой срок, если подумать.

– Да, хорошо.

«Волк» в фиолетовой маске, за которой скрывалась Нина, сцепил руки и напрягся. Это было странно, и я снова покосилась на своего бывшего гида. Он, казалось, был как натянутая струна. Что происходит...

– Так, «волки», прошу проголосовать за утверждение решения Астры Юп, – произнес раскатистый голос «синего», и он тут же сам поднял руку.

Следом поднялись руки «красного», «белого» и «черного». «Зеленый», «желтый» и «фиолетовый» не присоединились. Все опустили руки, и «синий волк» обратился к стоящим рядом со мной мужчине, значительно побелевшему.

– Рид Юм, тебе известны правила голосования. Голос хранителя равен двум. Обозначь свою позицию.

Я быстро прикинула: если он окажется против, то меня оставят на Земле навсегда. Марсианин повернулся ко мне, и слабое подобие улыбки промелькнуло на его серьезном и тревожном лице перед тем, как он поднял руку.

– Решение – Астра Юп будет проходить испытания с целью вступления в ряды МОСТа. Рид Юм, в соответствии с законом, ты будешь доставлен на Марс для суда. Ждем твоего возвращения после его окончания. Насколько нам известно, капсула за тобой прибудет на Землю через два дня.

У меня подкосились ноги, и Риду пришлось меня ловить. В глазах потемнело.

Испытание? Суд?

– Да, Астра, все так.

– Я что, это вслух сказала?

– Да.

– Что происходит, Рид? Какое испытание? Об этом ты как раз мог бы сказать!

– Как раз нет.

– Я не пройду... Вообще никакое испытание! – ныла я, все еще пытаясь встать на ноги, но безуспешно.

– Пройдешь. Я уверен.

– Не-е-ет! И какой еще суд на Марсе? Что, кто?

– Это тебе не нужно. Все будет в порядке, – сказал Рид, но голос его был не очень уверенным.

– А если тебя убьют? – я уже начинала плакать.

– Никто меня не убьет в любом случае, – раздраженно ответил он, понимая, что к нам уже сходится народ.

Кто бы мог подумать, что мою склонность к панике спровоцируют такие новости, да, Рид?

Теперь марсианин был совсем не белый, а почти пунцовый, но я не могла успокоиться. И тут к нам вплотную подошла Нина. Маски «фиолетового волка» на ней уже не было.

– О, я же говорила, Рид, подумай сто раз... В начале тяжело присутствовать, а это еще и твое разглашение, – обратилась она к моему гиду, положив ему ладонь на плечо.

Я наконец смогла подняться, но в руки Рида вцепилась мертвой хваткой.

– Не пройду-у!...

– Рид, иди, – мягко сказала Нина и каким-то волшебным образом заключила мои руки в свои.

Одно мгновение – и марсианин поскорее пошел к выходу, обернувшись один раз и крикнув: «Пройдешь, я знаю».