Хозяйка для пяти драконов, но мужем станет только один

Глава одиннадцатая. Генерал алых роз (ночь вторая). Само неприличие

– А-ах, сильнее. Сильнее, Август…

Выстанываю его имя, цепляясь изо всех сил за сильные плечи. Камзол генерала валяется на полу, там же мое белье. Сдуваю с лица светлую прядь, пытаюсь перевести дыхание, но это невозможно. Дракон раз за разом вторгается в меня на всю длину члена, вызывая дрожь.

Горячие руки на бедрах, задрав юбки. Я вся перед ним открыта, сидя на генеральском столе. Тут были какие-то важные бумаги. Да… Какие-то… Август. Скулю ему в плечо, от переизбытка чувств укусив туда же. В ответ - разгоряченный смешок.

Конечно, что ему мои укусы. Лишь раззадоривают, и я это знаю.

Стоп.

Открываю глаза, на мгновение испугавшись. Что происходит?! Я сижу на столе, в расшнурованном корсете, передо мной полураздетый мужчина - распахнута черная рубашка, за которой видны старые белые шрамы, расстегнуты штаны. И его член…

Выгибаюсь в удовольствии, прошившем насквозь. Пока сознание пытается понять, что это - снова сон, тело требует продолжения. А генерал держит так крепко, что и вырываться не хочется. Прижимает к себе, шепча на ухо пошлости.

– Ты чертовски мокрая. Соскучилась по мне? Кончу и возьму еще раз.

От его низкого голоса с хриплыми нотками я чувствую, как внутри все натягивается струной в подходящем к своему пику удовольствии. Хочу еще. Хочу его всю ночь.

Сметаю что-то со стола, когда генерал наваливается на меня, вбиваясь все сильнее, теряя ровный ритм толчков. Наблюдаю сквозь полуприкрытые ресницы за опасным, как острие меча, драконом. Черные пряди растрепаны, на крепкой шее багряный мой след.

Это пробуждение мне нравится куда больше, даже если щеки горят пожаром от смущения. Да…

– Да… Еще, Август.

Еще немного. Облизываю губы, пересохшие от страсти, требую его ближе, требую поцеловать себя. Пусть будет новым укусом. Стону ему в губы, когда ощущаю, что дракон изливается внутри меня, делая пару рваных толчков. И это горячее ощущение, эти поцелуи, от которых уже покраснели губы… Словно зная, как мне нравится, делает еще несколько размеренных движений бедрами, пока меня не накрывает волной.

Она сметает мысли, вырывает из груди голос с именем дракона. Я дрожу в его руках, откидываясь на стол с треклятыми бумажками. Прости, милый, помяла. А что-то мы точно испачкали.

– Нравится вид?.. - спрашиваю, с трудом дыша после этого первого забега.

Потому что Август передо мной, чуть отстранившись и выйдя, смотрит на то, как из лона вытекает медленно его сперма. Я вздрагиваю и закусываю губу, когда пальцы бескомпромиссно оказываются во мне, терзая чувствительное место после оргазма. Усмехается, зараза довольная.

Дракон смеется, подхватывает меня на руки, унося на кровать. Ее помять мы еще не успели, какое упущение.

– Ты дурак, генерал, - хохочу, падая с ним на простыни. - Ах…

***

– Ты - аркан…

Когда оба просто лежали на кровати, произношу, наконец, перебирая его волосы. Август устроился головой на моем животе, прикрыв глаза. Но не спал.

– Аркан.

В этот раз я знала куда больше. Он - генерал армии, темный маг и дракон. Я - его законная супруга. Мы только-только обосновались в этом замке после захвата новых земель. И у Августа было слишком много дел, чтобы вот так проводить время вместе. Да и у меня тоже, по правде. Не пристало супруге прославленного дракона просиживать дни у окошка, тем более что здесь… Да, здесь моя магия лекаря при мне, и я помогала раненым.

– Башня?

– Башня.

На столе под куполом - алая роза. Она же на вороте камзола генерала. Провожу по его носу с горбинкой пальцем, по тонким капризным губам. Август шутливо клацает, и я смеюсь. С ним удивительно легко. Хотя я знаю - откуда-то оттуда же, что и его имя, и свою роль - рука генерала не дрогнет, чтобы перерезать горло или отправить отряды в сражение.

– Хетвет сказал мне…

– Мы все слышим, дорогая, будучи рядом. И пусть супруга ты мне лишь здесь, я не менее прочих хочу освобождения и себя, и старшего брата. Но провести с нами ночь недостаточно для обретения силы.

– А, да? - улыбаюсь. - Что ж ты, милый, начал именно с этого, - несмотря на смелые речи, лицо все равно начинает едва-едва гореть при воспоминании о том, что мы делали буквально двадцать минут назад.

– Ну, это самая приятная часть, - он подбирается, садится на кровати, и я не могу не опустить взгляд вниз.

Август смотрит насмешливо и специально, конечно, потягивается, чтобы я могла все рассмотреть. И натренированные мышцы, и совсем не маленькое мужское достоинство. Поднимается и идет к столу, роется там в бумагах, которые мы перепутали. В итоге поднимает лист с ковра и протягивает мне.

– У каждого из нас есть испытание. Мое - помоги одолеть Мор. Он пришел с запада, из ближайших деревень. Но не переходит наши границы. Заражаются только люди, - садится Август обратно и кладет ладонь мне на колено, поглаживая.

– Ты мешаешь мне читать.

– Чем это?

– Тем, что твоя рука все ближе к неприличию.

Да, потому что от колена генерал ведет пальцы к бедру, и мне приходится уползти, а то и в простынь завернуться. Чтобы вчитаться.

Лихорадка, сыпь… Органы словно плавятся изнутри. Маги выяснили, что Мор колдовской, более того, разумный.

– Разумный Мор очень силен, - задумчиво произношу я. - Его создают из страшных проклятий. Видимо, причина кроется в тех землях, раз сюда он… не хочет идти.

– И пока не передумал, нужно выяснить, что происходит. Мне хватит сил защитить тебя, но светлая лекарка совсем не помешает. Поэтому отправляемся утром. До границы и оттуда - в деревни. Это примерно день пути до ближайшей.

Я киваю. Что ж, если это мое испытание в мире Башни, придется его пройти. Потому что, засыпая от усталости в комнате, что выделил Хетвет, решила помочь драконам из-за матери. В конце концов, если они подарили ей меня…

– Август…

– Да?

– Ты… Прости, я просто, - хмурюсь. - Я помогу вам, конечно. Но у меня в голове не укладывается, как отец мог убить мою маму. Хетвет сказал, что Ашер не собирался забирать меня силой, значит, и опасаться было нечего. Да и тогда можно было успокоиться на пленении вас.

– Все так, - кивает генерал, забирая у меня из рук ненужный уже лист и медля с ответом. - Алисия собиралась уходить от него. Когда закрутилась вся история с этими… Кроу? Да, Кроу. Видимо, не смог простить.

Я молчала. В одночасье мир, что я знала, стал рушиться по кусочкам. Генерал подсел ближе, обнял мое лицо ладонями, поднимая и ласково, нежно целуя в губы. Башня, да?.. Аркан разрушения. Я прижимаюсь к нему, забираюсь на колени, чтобы обнял.

Завтра, конечно, помогу, поеду. Но сегодня, Август… Обними покрепче.

Глава двенадцатая. Генерал алых роз (ночь вторая). Ужасная судьба невесты трех мужей

Кипри, белая кобылка, которая была послушна и сильна, спокойно щипала траву, пока мы неторопливо подъезжали к деревне. Как я и сказала, помогу Августу с Мором, а потому выехали мы еще засветло. Его черный мощный жеребец все пихал мордой мою лошадку, проявляя знаки внимания.

Как выяснили маги генерала, зараза в самом деле не поражала никого за пределами этих деревень. Не трогала ни воду, ни животных. Растения вблизи источника заражения покрывались багряной слизью, но тоже не переносили лихорадку.

Слишком уж разумен был Мор. Избирателен. Деревни вымирали только на стороне земель, куда темная армия под предводительством короля и Августа еще не ступала тяжелыми сапогами.

– Что ты был за драконом? - вдруг спрашиваю задумчиво.

– Не помню, - посмеивается с тенью грусти. - Постепенно воспоминания о жизни за картами, в родном мире, исчезают. По правде, я даже привык… Ко всему этому. Целому миру, где все еще могу быть драконом.

– Ты не хочешь обратно?

Август неопределенно пожимает плечами после паузы. Я решаю не лезть в явно неприятную для него тему. Если бы я жила двадцать лет в другом мире, стала бы считать его своим?.. Азир тоже не казался тем, кто не доволен тем, что не может выбраться.

Привык? Смирился? Я смотрю искоса на генерала, сунувшего в рот длинную травинку с тяжелым колоском.

– А ты, значит, не хочешь замуж, - улыбается Август.

Морщу нос, и он смеется. Отводит жеребца, который все настойчивее теснит мою лошадку.

– Я не хочу замуж за Давина.

– Не могу за это осуждать. Хорошо, что Кель тебе помог. Не все из нас сохранили возможность влиять на тот мир из карты.

– Мне помогал еще аркан Смерти.

– Дайн. Он и Кель - вторые по силе после Ашера. И даже если я в итоге решу остаться здесь, рад, что ты согласилась помочь.

Я кивнула. На ум пришли воспоминания о том, как впервые ощутила арканы. Каждый из них, конечно, обещал удовольствия при покупке, а не испытания. Но даже в этом Дайн-Смерть пугал меня. Возбуждал - да, я не могла отрицать. Но…

– Аркан Смерти пугает меня, если честно, - признаюсь вслух.

– Дайн непрост, - соглашается его брат. - Но он выглядит суровее, чем есть на самом деле. Заботливее существо сложно найти.

Да? Я нервно посмеиваюсь в ответ. Что-то мне не кажется, будто он заботлив. Но, по правде, я вообще все себе после покупки карт представляла по-другому. Поднимаю голову к деревьям, щурюсь на солнце. С севера идут тучи, еще немного, и начнет пахнуть свежестью наступающего дождя, поднимется ветер.

Пока же мы выехали на опушку, впереди - одна из зараженных деревень. Она совсем близко к лесу, но не слышно ни скотины, ни другого типичного шума поселения.

– Осторожнее, Аврора. Оставим лошадей у последних домов.

Я киваю. Чем ближе подъезжаем, а затем спешиваемся, тем все гуще вокруг воздух. Он похож на кисель, сквозь который нужно пробираться с усилием, а легкие выталкивают его назад.

Тяжело.

Травы здесь сплошь багряные. И я замечаю на заборах, оставленных вилах, даже стенах и крышах сгустки чего-то красно-черного. Мор. Он поглощает медленно каждую вещь, каждое строение?

– Если болезнь магическая, должно быть что-то, что ее вызвало, - подаю тихо голос. - Будем искать следы ритуалов?

– Что-то необычное. Идем по домам.

Генерал толкает первую дверь. Она открыта, внутри - никого. Пахнет мерзкой сладостью, но не откровенно разложением, не та вонь, что я ощущала, обучаясь лекарству в ковене. Да и тел нет, ни одного. Дом как дом, утварь деревни. Ни следов магии, ни странных пузырьков или трав вне тех, что обычно можно здесь найти.

На заднем дворе еще жива корова, но у нее нет сил подняться. Август милосердно добивает, потому что девать нам ее некуда. Наверняка падет, как все прочие - у соседей курятник полон умерших птиц.

Когда идем к третьему дому, стараясь не касаться лишний раз ничего, на крыше дома в центре начинает кричать ворон. Я дергаю за рукав Августа, чтобы обратил внимание. Сделав круг, садится обратно и вновь каркает, словно зовет нас.

– Идем туда. Слишком упорно он орет.

Генерал смотрит на меня, думает наверняка о том же. Ловушка? Но раз так приглашают… Не шумя, добираемся до дома, что богаче прочих. Наверное, принадлежал старейшине поселения. Дракон ступает впереди по скрипучим ступенькам, толкает двери.

Но внутри нас никто не встречает. И этот дом… иной. В нем чисто, в нем нет этих бурых разводов, закатные лучи играют на бусах, брошенных на столе. Нить порвалась, алые, красивые, они рассыпались по дереву и полу. Открыты сундуки, выложены ткани.

– Убегали, что ли.

– Нет, - я беру со стола красивую яркую ленту, которую обычно вплетают в волосы. - Готовились.

– К свадьбе.

Я отшатываюсь, задеваю оставшиеся бусины, и они падают вниз с глухим стуком. Август закрывает меня от незнакомки. Потому что именно она говорила про свадьбу. Бледная, с растрепанными косами, с разбитой губой и синяком на лице. Торжественный наряд порван на груди, изорван подол, запятнан кровью.

Обломанными ногтями девушка поднимает бусину, смотрит через нее на свет. Улыбаются синюшные губы. Генерал, стоя между нами, готов или колдовать, или выхватывать оружие. А я смотрю во все глаза на мертвую. Она - мертвая, не вздымается грудь. Слышны лишь тяжелые шаги, когда она шутливо, на потеху, принимается танцевать и мурлыкать под нос свадебную мелодию секунд десять. И замирает.

– Вы искали Мор. Вы его нашли.

– Ты всех заразила? Зачем?

– Подожди, Август… Все в порядке, пусти меня.

Я, сама не ожидая от себя смелости, что разгорается тихим теплом внутри как дар Азира, выступаю вперед и останавливаю генерала ладонью по груди. Подхожу к девушке. Ведь если бы хотела убить, напала бы и убила, разве нет? Мы даже не заметили, как она появилась.

– Что случилось?.. Что ты стала Мором?

– Случилось… Случилось, - она смотрит на наши руки с обручальными кольцами. - Жена ему… И я стала женой. Выдали меня за парня из соседней деревни, - изгибаются мучительно синие губы. - О любви говорил. Целовал жарко, клятвы шептал. И красивая свадьба была. Красивая я невеста, а?

– Красивая… - не спорю с Мором.

– Врешь. Но была красивая. Матушка слезы от счастья лила. На детишек нас благословляла. Как девица всякая, боялась первую брачную ночь. А пока деревня гуляла вся, муж нареченный вместо любви двери открыл тем, кому должен был.

Я, уже догадываясь, что произошло, отвожу взгляд.

– У тебя один муж, а у меня трое было. Как тебе такое? Каждый любил меня изо всех сил. Да так, что с утра я с кровати не поднялась, лихорадка разбила. Ах, какое несчастье, супруга после свадьбы слегла, - передразнивает мерзавца. - Да так. И. Померла, - заканчивает, чеканя каждое слово.

– Злость и горе пробудили тебя, как Мор. И чего ты хочешь, чтобы успокоиться? - спрашивает мрачно Август.

Мне жаль ее. Но когда пытаюсь дотронуться до девушки, утешить, генерал перехватывает руку и тянет на себя, чтобы отошла от мертвеца.

– Любит тебя… - смешком комментирует девушка. - Я успокоюсь, как только все три моих мужа умрут. Но они спрятались в часовне в соседнем поселении, где гуляли свадьбу, - смотрит в окно, в сторону деревни. - Туда мои силы проникнуть не могут… Отдайте мне их, и я упокоюсь с миром.

Смотрю на девушку, затем на Августа. Не верить причин как будто нет. Ведь Мор на чужие земли не ступал, заражая от порожденного случившимся проклятием лишь деревни вокруг. И это наш шанс все закончить. Генерал же не сводил взгляда с нее.

– В магическом мире клятвы нерушимы. Клянешься оставить все в покое и добровольно исчезнуть, если мы вытащим тех ублюдков из часовни?

– Клянусь, - ни секунды не думая, произносит девушка. - Вам ехать на север, навстречу дождю, четыре часа или около того.

Дракон медленно кивает, подтверждая сделку. Задача не кажется непосильной. Остается дело за малым, и я тяну генерала на выход. Нам здесь делать все равно уже нечего. Но стоит обратно ступить на улицу, уже практически в сумерки, и отойти на несколько шагов, на пороге позади снова появляется девушка-мертвец.

– Как зовут тебя? - окликает меня.

– Аврора.

– Завидую тебе, Аврора. За меня не вступились, за меня не боялись. Лишь кровь мне пролили девичью да следы на теле оставили.

Улыбается Мор. Поднимает руку, и в ответ на кончиках пальцев генерала зажигаются опасные алые искры.

– Чертова… - одними губами произносит дракон.

Куда раньше меня осознает опасность Август. Девушка смеется, разлетаясь каркающими, шумными воронами, и вокруг слышится шорох. Шорох и шаги. Из домов, что мы не проверяли, из погребов вылезают отвратительные трупы - бывшие жители деревни.

И дракон, видя их численное преимущество, хватает меня за руку, таща к лошадям. Мертвые переходят с шага на бег, стремясь достать, укусить, поцарапать. Магия срывается с рук дракона…

Глава тринадцатая. Генерал алых роз (ночь вторая). Осмотр с пристрастием

Алое колдовство бьет всполохами по мертвецам. Я бегу к лошадям, оставленным на краю деревни. До них еще четыре дома. Оглядываюсь на дракона, прикрывающего меня.

– Август, осторожнее!

На него бросаются сбоку, и я посылаю сноп светлых искр. От них зараженный юноша в грязных лохмотьях начинает выть и раздирать плоть на теле. Ага, значит светлая магия вам все-таки не по душе. Тогда получайте еще!

Огонь генерала и моя белая магия справляются неплохо. И, кажется, Игрейн это не нравится, потому что в небе появляются вороны, они пикируют вниз, мешая. Я вскрикиваю, закрываю лицо руками от острых когтей. Алое пламя разлетается лепестками по перьям, и Август, которого я потеряла на мгновение, хватает за запястье, заставляя снова переставлять ноги.

До лошадей, беспокойно бьющих копытами. Генерал срывает привязи с колышков, помогает мне сесть на Кипри и запрыгивает на своего жеребца.

Однако ни мертвые, ни сама Игрейн за нами не бегут, как только оказываемся за пределами поселения. И мы останавливаемся, проскакав буквально пару метров, оглядываемся на толпу позади. Девушка в окружении мертвых указывает на север.

И мы отправляемся туда, уже не мешкая.

***

В незнакомое место, где наверняка полно нечисти, ночью мы не рискуем соваться. Поэтому разбиваем привал недалеко от воды, чтобы отдохнули лошади. Уже темно, и я в густых, сине-черных сумерках, собираю хворост на костер, пока Август занимается ужином. Раз звери не пострадали, то отловить пару зайцев и поджарить - задача для дракона без звездочки.

И когда снова встречаемся на привале, я разжигаю вокруг светлячков, чтобы было сподручнее разводить костер. Сажусь на поваленное бревно, перебираю содержимое седельных сумок.

Взгляд падает на Августа, и я замечаю, что рукав порван. И не просто порван… За ним в отблеске бело-желтых магических пушинок и еще маленького пламени - кровь.

– Тебя ранили? Август! Это ведь…

– Ерунда, - отмахивается, скармливая костру еще веток. - Какой же я дракон, если меня свалит с ног лихорадка?

Я поджимаю губы. Это не просто лихорадка, и мы оба это знаем. И не факт, совсем не факт, что Игрейн так добра, чтобы не заразить залетных гостей. Наш договор не касался того, что мы избежим болезни. Поэтому, когда дракон заканчивает с костром, требовательно хлопаю по бревну рядом.

– Аврора…

– Не Аврора.

Из сумок склянки. Закатывай рукав, а лучше снимай верх. Вот уж что-что, а дракон с огнем внутри не замерзнет в летнюю ночь. Так что, когда Август остается в одних штанах, я осматриваю его еще раз на предмет других ран.

– А в штанах не посмотришь?

– Очень смешно, генерал.

Сапоги крепкие, а выше… А выше вроде как все целое. Вытащив пробку из пузырька темного стекла, щедро лью на чистую тряпицу и промакиваю глубокую царапину на руке. Вокруг нее уже покраснела кожа и начала воспаляться, и мне это совсем не нравится.

Конечно, силы дракона не сравнить с человеческими, но не переживать за этого идиота не получается. И шиплю на то, что мешает обрабатывать ранение, забирая меня к себе на колени. Я-то проснусь, как показал опыт с Азиром, в своем мире и здорова, но Август будет здесь еще непонятно сколько и что-то мне подсказывает, вполне может умереть.

– Август, ты дурак.

– Да, но твой дурак.

Поднимаю подбородок выше, когда дракон принимается целовать шею. Зато не мешает особо… Нет, мешает, ладони его уже оказываются на моих ягодицах. И дотянуться до царапины куда сложнее. Требовательно хватаю его за подбородок, а наглец смотрит в глаза и усмехается.

– Все хорошо, Аврора, правда. И я знаю лучшее лекарство и возможность скоротать время.

Чтобы скоротать время, нам нужно поспать по очереди. Но не успеваю это сказать, как губы дракона накрывают мои, требовательно заставляя ответить на поцелуй с языком. И я недовольно мычу, потому что “дурак” лезет к груди. Но что шлепай, что нет…

В итоге меня просто роняют на плотный походный плащ у костра и нависают сверху, нагло ухмыляясь. Пламя кидает острые графичные тени на Августа, и, черт побери, я не могу ему сопротивляться. Он согревает объятиями и ласками, с ним не холодно будет, наверное, и в более холодные ночи.

Алые огоньки недалеко от нас предупредят об опасности, и обаятельный мерзавец, что в этом мире зовется моим мужем, поразительно легко вытаскивает из меня стоны, которые мгновенно разносятся над тихой поляной.