Пепел Юга
- -
- 100%
- +
Олафу этого хватило. Он не выходил за пределы родного края, но смог создать влиятельную армию, собрав вокруг себя хороших интриганов, мошенников и политиков. Те в свою очередь распускали свои нити по всему континенту.
Короля Драуга было не сложно обмануть. Он был умён и силён, но разум с годами подшатался. Используя Покров, дух и разум стареют слишком быстро — хоть внешне он и оставался молод, внутри огонь погасал.
Вокруг него были те, кто поддерживал, и те, кто скрывал правду — в надежде, что деспот будет свергнут.
Но его преданные вассалы со временем узнали об Олафе и других, не менее важных фигурах. Доложили королю.
Король не стал принимать это как нечто, достойное его внимания. Его убеждали, что это серьёзно, но Драуга волновал только Юг. Даже Север был для него лишь небольшой занозой — иногда грабящей континент.
В некогда уже забывающемся мире было спокойно и мирно. Несмотря на небольшие войны где-то на окраинах континента, чтились законы, рыцарство и верность своей Династии и дому. Кажется, даже солнце светило ярче. Но с приходом Драуга и многих других Ашаверов мир каждый раз трескался, разлагаясь на маленькие мозаики. Жизнь перестала быть чем-то ценным.
Запад всегда был сплочённым народом, одним целым. Хоть в нём и было очень много изъянов, много рабства и безнаказанных преступлений, люди оставались свободными. Не каждый раб хотел бежать, не каждый преступник скрывался. Олаф знал, на что давить. Его популярность была очевидна. Герцога это не смущало — он был горд, что его люди имеют право выбора и голоса.
За несколько лет до того, как Феанор вернулся из леса, в один из дней к герцогу прибыл Ферир лично, в сопровождении всего трёх своих личных Воронов. Среди них, как всегда, был Ульрик Строгий.
Ферир не ждал церемоний — ему нужен был только диалог наедине. Чего он быстро добился от Густава.
Они встретились в летнем саду. Пахло столькими разновидностями цветов, местными духами. Красивый жёлтый сад, ему не было конца. Прогуливаясь, герцог рассказывал о его высадке ещё много сотен лет назад. По саду бегали девушки — на вид совсем юные. Их шали были абсолютно прозрачными, позволяющими разглядеть всю женскую красоту.
— Господин Ферир, кажется, вас не интересуют женщины? — с ухмылкой на лице, глядя в глаза, выронил Густав.
Ферир отвёл взгляд.
— С чего вы решили, Густав? — возмутился он, но не сразу.
— Нет ни одного мужчины, кто в этом саду не оборачивался. Даже ваши Вороны поглядывают по сторонам, — слегка посмеялся он, переглянувшись с Воронами.
— Они следят за безопасностью, милорд. Никак не из-за интереса к женщинам, — угрюмо глянув на Густава, Ферир заметил, что его улыбка не сходила с лица.
— Ну да, да, конечно, господин Ферир. Поэтому они всю дорогу поправляют штаны. — Смех был звонким.
— Вы такого маленького роста, поэтому заметили, что происходит в их штанах? — Ферир был на три головы выше Густава. Глядел на него свысока.
— Знаешь, Ферир, меня всегда обзывали мелким, гадким. Да и зубы у меня не идеальные, как у тебя, и нос большой. Но я — правитель. А ты тут — посланник. — Густав шлёпнул по заднице Ферира и отпил из кубка вина, посмеявшись.
Ферир опешил. Застыл на несколько секунд, отпустив Густава на несколько шагов вперёд.
Густав обернулся к нему:
— Не нужно стесняться, Ферир. Мы для тебя мальчиков найдём. Не оскорбляйся своей природы. — Он поднял кубок перед собой.
Они дошли до беседки, где присели вдвоём. Лишь молодая, миловидная девушка разливала им вино. Бело-жёлтые волосы, голубые глаза и небольшой рост.
— Эта девушка так похожа на вас, Густав, — сказал Ферир, попивая вино.
— Конечно. Если бы не была похожа — отдал бы в рабство, — засмеялся во весь голос Густав. Девушка тоже обронила лёгкий смешок. — Это моя дочь. Жаль, конечно, что вам неинтересны женщины. Хорошая бы была пара, как считаешь? — Его брови подпрыгивали.
— Вы же знаете, наша Династия не скрещивается с другими. Таков закон. Девушка прекрасна. Думаю, её можно было бы выдать замуж за Альфреда Ханссена. Как вам идея? — Левая сторона рта Ферира сдвинулась в усмешке.
— Не будьте таким змеем, господин. Я бы развязал войну со всем миром, если бы эта мерзкая тварь хоть пальцем прикоснулась к моей дочери.
— Тогда вы делаете мне комплимент, Густав. — Ферир стукнул своим кубком об его.
— Не тебе, мальчик. А твоей фамилии. Ты тоже мне неприятен. Но союз наших Династий стал бы самым громким в мире. Не думаешь? — Густав тяжело вздохнул, откинулся в кресле, вытянул ноги и глядел вдаль, к озеру.
Ферир не стал отвечать. Попивал вкуснейшее вино — какого ещё не пробовал.
— Я здесь из-за слухов. Говорят, вы поддерживаете мятежников. Это правда?
— Будь оно так, ты правда думаешь, что мы сидели бы и пили тут вино? Ты и твои бравые воронята висели бы у ворот замка. Да, я разрешаю им говорить в моих землях. Но я их не поддерживаю. — Густав вскочил с места, держа в руке кубок. — Хотя, наверное, стоило бы задуматься. Правильную ли сторону я поддерживаю, учитывая, что ты тут сидишь как король и всем своим взглядом снимаешь с меня шкуру.
Он дёрнул рукой, пролив вино на стол и на пол.
Ферир был холоден. Спокоен. Он не дёрнул и бровью, смотрел на Густава.
— Я не хотел оскорбить вас. Мой долг — исполнить указания Короля. Я не люблю пышных встреч и излишних фраз. Я тут, чтобы знать истину. И только.
— Ты прошёл такой большой путь, чтобы спросить? Увидеть? Или услышать? А если бы я поддерживал — ты бы меня убил прямо тут? Я смотрю, как ты часто трогаешь нож на столе. Думаешь, я идиот? — Густав сел за стол, убрав кубок в сторону.
— Я здесь, чтобы увидеть и понять, где правда, а где ложь. Вы наш друг или враг. Вот и всё, что от меня тут требуется. — Ферир откинул нож далеко в сторону и откинулся назад.
— Я от клятв не отказываюсь. Но причин повиноваться у меня тоже нет. Я не повинуюсь. Я могу быть союзником и братом — пусть даже младшим. Я хочу связь. Я хочу брак. Моя дочь прекрасна.
Ферир перебил:
— У вас много дочерей. И каждая из них прекраснее всего этого сада, милорд.
— Благодарю за правду. Единственное, пожалуй, с чем я соглашусь. Раз ты хочешь говорить коротко и по делу, мой друг, передай своему брату: наши Династии свяжутся узами брака. И я хочу внуков как можно скорее. Вот так, милый мой. — Густав жадно схватил кубок и выпил его полностью.
Их встреча закончилась.
Ферир задержался на неделю, как и советовал Густав. Отправив сразу же голубя Драугу.
Шли годы, и дети цвели. Феанор ещё не знал о решении отца и о том, что его ждёт. А Меридит готовилась стать принцессой.
После ужина Аугрид, расстроенная, была в своей спальне — недалеко от Феанора. Тот услышал, как сестра плачет, и решил навестить её.
Дверь была заперта, но замок не менялся уже много лет, и он знал, как с лёгкостью его открыть. Вошёл без стука.
Увидел, как сестра стоит спиной к нему, практически раздетая — лишь в нижнем белье.
Она испугалась, обернулась к брату:
— Что ты тут делаешь? — пытаясь слегка прикрыться, отвернулась.
Феанор молча закрыл дверь и подошёл к сестре.
— Феанор, я тебя спрашиваю, что ты тут...
Она не успела договорить.
Он схватил её за волосы. Она лишь слегка пискнула. Феанор толкнул её к шкафу, оттянул волосы на себя, а другой рукой прижал её поясницу так сильно, что она упёрлась в шкаф.
— Отпусти. Что ты делаешь?
Он приблизился к ней всем телом. Она чувствовала его возбуждение — как он тёрся об неё. Он дышал ей в шею, нюхал её всю.
— Я же сказал, сестра. Ты так красива, — тихо прошептал на ухо Аугрид.
— Прекрати. Прошу тебя. Что ты делаешь? — Аугрид пыталась вырваться, но Феанор был сильным — лишь сильнее натягивал её волосы на себя.
— Ты будешь моей. А эту шлюху с Запада я задушу через год-другой.
Он облизывал её шею.
Аугрид ничего не оставалось, как закричать. И хоть ей удалось это сделать недолго — потому что Феанор сразу же закрыл ей рот рукой, — крик разнёсся по коридору.
Он спешно доставал свой член из штанов. Впервые это делал, не зная, куда его пристроить, пытаясь хоть куда-нибудь попасть по вечно ёрзающей Аугрид.
Дверь выбил Ферир, держащий клинок в руке — решивший, что кто-то пробрался в покои Ашаверов. Через несколько секунд прибежал и рыцарь Вальд, охранявший покои в эту ночь.
— Что ты делаешь, Феанор? — Ферир опустил клинок и закрыл дверь за собой, перед лицом рыцаря.
— А на что это похоже, дядя? — улыбался Феанор.
— Это похоже на то, что ты пытаешься изнасиловать свою сестру. Хотя через несколько недель у тебя будет жена. — Он поднял клинок и лезвием приподнял его член. — Судя по всему, ты даже им ещё управлять не умеешь.
Аугрид убежала в кровать, укрывшись всем, что там лежало.
— Ну, я же должен научиться, дядя. А тут рядом сестра. Разве это не нормально в нашей семье? — Феанор скрестил руки, продолжая стоять и смотреть на Ферира.
Ферир убрал клинок, посмотрел на Аугрид своим холодным взглядом.
— Знаешь, может, ты отчасти прав. Но твоя сестра — моя жена. Если хочешь мяса — я отведу тебя.
Феанор улыбнулся и кивнул. Переглянулся с Аугрид, улыбнулся ей и ушёл с Фериром.
Рыцарь Вальд провожал молодого принца презренным взглядом.
Аугрид позвала Вальда зайти. Тот незамедлительно вошёл в её покои.
Аугрид облокотилась головой о стену, закрываясь до сих пор одеялом. Её глаза проливались тяжёлыми слезами.
— Госпожа? — тихо спросил Вальд.
— Я хочу сбежать, Вальд. Или умереть. Если я попрошу тебя убить — ты убьёшь ради меня? — Аугрид глядела на рыцаря с холодным взглядом, но говорила с синими трясущимися губами.
— Кого убить, госпожа?
— Меня. Феанора. Короля. Кого я скажу! — закричала она.
— Моя госпожа, я...
— Я хочу сбежать. Но не знаю куда. — Она повернула взгляд к окну. — Может, туда.
— Вы думаете, это выход? Боритесь. Вы сильнее, чем думаете. Это лишь очередное испытание. Я буду ближе, чтобы такого не произошло впредь. — Он замолчал на пару секунд. — И... если понадобится, я убью любого, кто причинит вам боль.
Он опустил голову, встал на одно колено.
— Я клялся вашей Династии оберегать вас, госпожа. Клянусь и лично вам.
— Встань. Мне уже лучше. Лучше подумай, куда нам бежать отсюда. — Аугрид улыбнулась.
Глава 24
Утро было ясным, приветливым — для Чёрного замка необычно. Город гудел: купцы торговали, кузнецы ковали, девушки, продающие себя, досыпали после ночной смены. Жизнь шла своим чередом. Таинственный чёрный замок украшали изнутри и снаружи — все ждали восточных гостей. Охрану города удвоили, хотя в том не было большой нужды: Ульвар знал про каждую хромую собаку в городе, его стража знала всё и обо всех.
Городская стража была кулаком власти — настоящим олицетворением силы и роскоши Ашаверов. Чёрные мантии с гербом Династии, сверкающие доспехи. Командующие носили мечи из чёрной стали — высшая награда для любого воина на континенте.
Внутри замка настроение было неоднозначным. Ферир, верующий в силу камня и в свой род, что столетиями хранил тайны и чистоту крови, чувствовал: всё это вот-вот рассыплется. Брак племянника с чужеземкой. Камень, в одночасье превратившийся в обычный камень. И то, что он увидел в комнате Аугрид, — это задело его холодное сердце. Не смягчило — лишь образумило. Безумство Феанора было очевидным. Драуг на грани смерти. Следующий король уже предрешён — а значит, мрачные времена ждут и Династию, и весь континент. Ферир верил, что причастен к святости своего рода, но отсутствие Покрова говорило лишь об одном: он бракованный.
Аугрид больше не отпускала Вальда ни на шаг. Чувства к Сэдрику вспыхнули снова — синим, тихим пламенем. Каждую свободную минуту она видела его удаляющийся силуэт и жалела, что не пошла следом. Она рассказала Инге о том, что случилось в спальне. Инга молча отвела взгляд в пол и положила руку ей на плечо. Аугрид понимала: никто не поверит. А если даже Ферир вступится и поверят — ничего не изменится. Феанор — принц и наследник. Он обладатель Покрова, пусть пока и слишком слабого. Но для такого, как он, эта сила — не дар. Оружие. И пугало именно то, что он сможет с ним сделать, когда овладеет ею полностью.
Король Драуг и Феанор были целиком поглощены подготовкой к свадьбе. Скоро весь континент узнает: Ашаверы больше не птицы в клетке. С приходом Драуга к власти Династия вышла на свет, и его мечта — быть в центре внимания — исполнялась всё отчётливее. Возможное возмущение Стрёмов его не пугало: те сами отказывали им в браке много раз. Драуг был ослеплён грядущей женитьбой сына. Весь континент снова заговорит об Ашаверах.
Жёлто-розовые флаги развевались издалека. Рядом с ними — знамёна других восточных Династий. Огромные кони несли в начнётся осада Чёрного замка. Показная сила Герцога: многие вассалы сопровождали его как короля.
Среди прочих шёл небольшой отряд без герба. Его предводитель — Олаф. Поддерживал его один из вассалов Герцога — Гильберт Брети, самый радикальный из восточных вассалов. Он ненавидел Ашаверов и Север. Высокий, худой мужчина средних лет — волосатый, безбородый, с шрамом через пол-лица. Славился тем, что вырывал зубы всем, кто был ему неугоден. В Олафе он видел настоящего вождя восстания. Преданный Герцогу, он неустанно убеждал его примкнуть к олафовым идеям: вступить в войну Севера, разбить Ашаверов, а после разобраться с остатками северян, поделить земли с островными и править. Но Герцог не из глупых. Ему нужен союз с Ашаверами — дочь станет королевой, её дети наследниками. Олаф — ценный союзник, золочёных доспехах Герцога Востока и двух его детей. Сопровождение было столь велико, что могло показаться — вот-вот держать его при себе выгодно. Одной рукой подкармливать его, другой — совать в пасть к змеям Ашаверов.
В дороге Гильберт улучил момент и подобрался к Герцогу. Ударив лошадь поводьями и обойдя стражу со свитой, он приблизился на метр и чуть потянул упряжь, замедляя ход.
— Король, позвольте украсть немного вашего внимания?
— Гил, ну какой же я король? — засмеялся Густав. — В этих землях я подданный, ты забыл? — Он улыбался, но взгляд Гильберта был слишком серьёзным для шуток. — Говори, друг мой. Только следи за речью и за чужими взглядами — тут уши повсюду, даже земля слышит. — Герцог нервно покосился по сторонам, почёсывая лицо.
— Господин, мне неважно, что думают они, — Гильберт развернулся в полтела и указал на флаги, трепещущие на ветру. — Важно, что думают все эти люди, идущие за вами. Мы идём за вами — ваше слово для нас закон. А тираны за чёрным камнем — для меня лишь смрад. — Сопли и слюна вылетели изо рта вместе со словами и попали ему на сапог. Герцог захохотал. — Ты такой длинный, что даже не видишь, куда харкаешь. Остолоп. Хватит нагнетать.
— Господин, выслушайте Олафа, — перебил Гильберт. — Он дело говорит. Его идеи стоящие. — Голос дрожал от возбуждения, глаза горели. Он только набрал воздух — как Герцог, не слушая, пришпорил коня.
Но через несколько секунд всё же остановился и подождал.
— Я слушал его. Я знаю, чего хотите вы оба. И другие тоже. — Взгляд Герцога изменился — ехидный, уверенный, с хитрецой. — Терпение, друг мой. Терпение.
Перед въездом в город вперёд вырвались знаменосцы всех Династий во главе с Герцогом. Представители Востока держались в середине — несли знамёна, представляя его дом и все восточные земли. Всё это было церемониальным, но Герцог любил представления, и это чувствовалось в каждой детали. Стены города были усеяны воинами, флаги развевались. Издалека доносились крики со стен. Встреча гостей выходила эффектной. Загудел рог — стальные ворота пошли вверх, все замерли смирно.
За воротами стоял Ульрик с десяткой Воронов — одетых будто на церемонию посвящения. Сам Ульрик был наряжен, как на рыцарский турнир. Повсюду — гербы его Династии. Стойка уверенная, ноги широко расставлены, взгляд холоден, руки лежали на рукояти длинного, чёрного, как замок, меча.
— Приветствуем дорогих гостей! — громко проговорил Ульрик; слышно было даже на стенах.
Лошади представителей игриво отбивали копытами по ровно уложенному камню.
— Защитник континента, правитель Ашевеля и всего Востока, Герцог Густав Великолепный! — глашатай из представителей громко, с восточным акцентом прокричал на всю улицу.
После его слов маленький человек на огромном коне въехал в город. Проходя медленно мимо Ульрика, он встретился с ним взглядом. Ульрик лишь слегка опустил голову в знак уважения — ровно столько, сколько позволяла ему его фамилия, не больше. Улыбка с лица Густава не сходила, лишь небольшая фраза сорвалась с его губ — едва кто-то услышал:
— Весь пафос ещё впереди.
Окружение Густава было под впечатлением от масштаба города и самого Замка, но Густав уже бывал тут раньше — его взгляд оставался холодным. А вот его дочь Меридит, войдя в город, была вдохновлена. Она спешилась с коня, пошла по улицам пешком, здороваясь с людьми, встречавшими их улыбками. Никто ещё не знал, что она их будущая королева.
Драуг объявил о грядущем турнире в честь визита гостей и будущих событий. Но люди даже не подозревали, какие события их ждут.
Подойдя ближе к замку, пройдя стены, защищающие крепость, их встречало уже не так много людей — пара Воронов, Ферир и Феанор. Ферир был в своём стиле: не наряжался, грубо одет в лёгкую кожаную одежду.
Феанор же был весь в чёрном — покрыт как чёрная монета, которая считается общей валютой среди знати и богачей континента. Молодой человек, почти одного возраста с Меридит. Глаза его были голубыми, но зрачки — не человеческими, кошачьими, как и подобает его Династии. Короткая стрижка и надменный взгляд. Улыбка его была такой обаятельно страшной, что Меридит была приятно удивлена, увидев своего будущего мужа.
— Добро пожаловать, Густав, — откинув голову на половину вбок, глядел Ферир на выше сидящего на коне Густава.
— Кажется, теперь манеры должен соблюдать я, а? — Густав улыбнулся, махнув головой назад. — С дочерью ты моей уже знаком. А там, позади, мой старший сын. Только не заглядывайся сильно — его я тебе не отдам.
Ферир тяжело проглотил слюну — комок прошёл сквозь горло, видимый даже со стороны. Поправился и отвёл взгляд в сторону.
— А это у нас, сам принц? Феанор, полагаю.
— Добро пожаловать, дорогой герцог. Рад наконец личной встрече. Прошу, не стоит задерживаться у дверей. С вашего разрешения, я провожу вашу дочь. — Одна рука за спиной, другая вытянута вперёд. Речь чистая, уверенная.
— Конечно, мы уже почти родственники. Как я могу отказать такому воспитанному человеку? — посмеялся Густав.
Меридит слегка покраснела, подбежала к Феанору и вложила свою руку в его. Вместе они отправились в замок, пока Густав спешивался с личной охраной и вассалами.
Его сын Рингер помогал отцу слезть, как за спиной заговорил Ферир:
— Господин Густав, а вы уверены, что ваши дети — ваши? Как-то не сходится, что такой большой парень у такого маленького мужчины. — Ферир скрестил руки, говорил громко, чтобы слышали все.
— Тут, сын, ты должен был испугаться, — Густав двумя руками направил на Рингера. — Бу? Страшно? Ферир не умеет излагать мысли. Каждый раз, когда аргументы заканчиваются, он предпочитает вызывать на бой.
Он посмотрел в сторону Ферира.
— Тебе стоит знать: он один из лучших мечников, мой наследник и очень воспитанный человек. В отличие от тебя.
Густав хлопнул по руке Ферира, стоявшего напротив него.
Разговор закончился. Густав не стал продолжать бессмысленную перепалку и велел всем идти за ним в замок.
Пройдясь по замку, Густав был удивлён — как сильно всё поменялось с последнего его визита. Стало ярче, и присутствие Династии Ашаверов куда больше обычного. Драуг приложил много усилий к этому.
Ферир не последовал за Густавом. Но Аугрид встретила Густава и его сына по дороге к тронному залу.
— Девочка, ты, наверное, Аугрид, верно? — Не успела она подойти ближе чем на три шага, Густав уже заговорил с ней.
— Да, господин. Я Аугрид, принцесса Ашаверов, — слегка улыбнулась, переглянулась с Рингером.
— А, это мой сын, Рингер, принц Востока, — немного засмеялся. — А я, собственно, правитель, Густав. — Протянул руку.
Аугрид не поняла, для чего он это сделал.
— Протяни руку в ответ. Когда мы приветствуемся, мы жмём руку, девочка.
Аугрид протянула руку. Густав слегка пожал её, помахав пару раз.
Рингер тоже протянул, но жать не стал — лишь слегка поцеловал.
Аугрид испугалась и отдёрнула руку к себе.
— Что вы делаете? — робко, испуганно спросила она.
За её спиной стоял сир Вальд, немного насмехаясь над поведением Аугрид.
— А ты чего там смеёшься? Думаешь, я не слышу?
Вальд резко притих, лицо его поменялось.
— Госпожа, это обычные приветствия. Вы как будто людей никогда не видели.
— Такого я ещё не видела, — тихо сказала она.
— Прошу меня простить, если напугал вас. Вы очень красивы, госпожа. Позвольте загладить вину. Может, вечером вы покажете мне замок? А я постараюсь загладить вину, — Рингер слегка опустил голову, очарованный красотой Аугрид.
— Не могу вам ничего обещать, — с трудом перебирая слова, проговорила она. — Нам идти надо в зале ждут вас уже.
Неловко вымолвила и побежала вперёд.
Густав посмотрел на сына с улыбкой, подмигнул и дёрнул головой в сторону Аугрид.
Огромные двери тронного зала распахнулись, и за Аугрид вошли гости.
— Дорогой мой Густав! — встал с трона Драуг, раздвинув руки. — Добро пожаловать. Как же долго вы шли.
Весь зал хлопал гостям. Рядом с Драугом уже стояли Феанор и Меридит, которые о чём-то активно общались. Феанор показывал ей зал и людей, о чём-то рассказывал — и вместе они смеялись.
— Да, король, ваш брат немного задержал нас. Он любит пообщаться. — Густав огляделся. — Как тут у вас красиво. Столько людей. А всего-то в гости приехали.
— Ну хватит, дорогой Густав! Уважаемые гости, вассалы, друзья! — Драуг взял со стоящего рядом стола кубок с вином и поднял его. — Немного, может, не к месту — люди только с долгой дороги, — но я хочу сделать очень важное объявление.
Улыбаясь, он отпил немного вина и направил кубок на Феанора и Меридит.
— Мой сын. Мой наследник. Моя опора! — Он перевёл взгляд на Меридит. — И самая прекрасная дева, что я видел ну, после моей дочери, конечно же.
Засмеялся король — и весь зал с ним.
— В общем! Мой сын женится на дочери Герцога Густава. Меридит станет частью нашего дома! — громко проговорил Драуг.
В зале повисла тишина. Недолгая — но говорящая сама за себя. Послы, боготеи и вассалы были шокированы услышанным. Но недолго. После неловкой маленькой паузы раздались смех и хлопки.
Праздник заиграл в зале. Барды запели.
В городе зазвучали колокола и рог — означающий рождение ребёнка или свадьбу.
У входа в тронный зал, облокотившись на стену, стоял Ферир. Наблюдал за падением их Династии, поглядывая на Аугрид, Драуга и Феанора. Чувство отдалённости от своих родных охватило его мысли.
Аугрид увидела отстранённого Ферира и решила подойти.
— Дядя? Почему ты тут? Разве твоё место не рядом с отцом? — Она облокотилась рядом, присоединившись к его взгляду на происходящее.
— Я раньше думал так. Но кажется, я выбрал не правильное место. Не стоило мне возвращаться в замок. Надеюсь, слухи верны, — ровным тоном проговорил он.
— Слухи? — неловко спросила Аугрид.
— Север собирает армию. Возможно, скоро нас ждёт война.
— Север? Война? — она глядела на Ферира. — И что? Что в этом хорошего? — встала ровно перед ним, загородив всё, что происходит в зале.
— Ну, я всегда был мечом Ашаверов — исполняющий долг, праведный голос. Буду таковым и уйду на войну. Подальше от этой помойной ямы. Зная тебя, ты тоже захочешь, а может, и уже хочешь покинуть замок.
Ферир улыбнулся. Но улыбка была холодна. Он говорил сквозь Аугрид, как будто её и не было рядом.
Она же лишь задумалась о словах дяди. Отошла в сторону — и поняла, что он не замечал её присутствия, лишь рассуждал вслух.
Вальд был рядом и слышал их разговор. Она глядела на него, он — на неё. Оба понимали: это шанс для Аугрид покинуть клетку.
— Моя дорогая сестра! — закричал Феанор. — Прошу тебя, подойди к нам. Я очень хочу, чтобы ты благословила мой брак! — Он подзывал её одной рукой.
Аугрид не подала виду, но пошла к нему. Внутри неё был холодный ужас. Его голос, его вид, его запах бросали в страшнейшую дрожь.
Когда она подошла к брату, он приобнял её — сжал так сильно, что едва могла вздохнуть.
— Ну скажи, сестра, как тебе Меридит?
— Она прекрасна. Как и её отец с братом, — едва найдя воздух для слов, проговорила Аугрид.
Меридит улыбнулась:
— Принцесса, вы так красивы. Ваши волосы вам к лицу.
— Да, сестра у меня что надо, — улыбнулся Феанор. — Жалко, её брак уже определён. Можно было бы за вашего брата её отдать, Меридит.