Сказки Новой Москвы

Глава 3.

Разум Мии по-прежнему буксовал перед происходящим. Сирена скорой резанула по слуху, и через пару минут к ней уже подскочил врач, который с удивлением признал, что она не пострадала.

Даня сделал шаг от нее, чтобы не мешать осмотру, но дальше шага не отходил. После врача на нее налетел Родионов.

— Я никак не мог к вам пробиться! А тут этот юноша… — Он окинул Даню полным любопытства взглядом. — Он так внезапно появился и смог вас вывести!

Мия могла только слушать и отвлеченно кивать: она по-прежнему не помнила того, как оказалась на улице.

— Как вас зовут, молодой человек? — Родионов все пытался добиться хоть какой-то реакции от неподвижного Дани. — И как нам вас благодарить? Вас надо представить к награде!

— Не надо, — слишком ровно и непроницаемо проговорил Даня, — просто забудьте об этом всем. Ваша сотрудница ведь будет не нужна, пока вы разбираетесь с пожаром и приводите помещение в порядок? Неделю где-то?.. Или больше?..

Родионов посмотрел на Даню долгим и немигающим взглядом, затем медленно кивнул.

— Да… Да-да, Мия Михайловна, действительно! Все так. Вы… — Он начал вращать глазами. — Вы отдыхайте. Мы тут… Я тут… Я со всем разберусь. Я позвоню вам. На вашей зарплате это никак не отразится. Да и мне стоит прийти в себя.

Мия пристально посмотрела на Родионова. На Даню тот теперь не смотрел, и взгляд его стал задумчивым.

— Нам надо идти, — в приказном тоне сказал Даня за ее спиной.

Мия еще раз обеспокоено взглянула на Родионова.

— С ним все будет в порядке, — цыкнул Даня теперь раздраженно. — А чем быстрее мы уберемся отсюда, тем лучше будет для всех окружающих.

Только эти слова и смогли заставить Мию сдвинуться с места. Она пошла рядом с Даней обратно по улице к кафе. Сознание все еще воспринимало происходящее как-то неполно, не допуская ее до всей глубины эмоций, поэтому она просто передвигалась, как марионетка.

В кафе все также было пусто. Даня запер дверь, потом прошел за стойку, оперся о нее руками и тяжело посмотрел на Мию.

— Так ты… — она прервала молчание, — ты объяснишь? Или все же это просто какая-то странная… не знаю, шутка?

Даня скривился.

— Это шутка и есть. Только смешно не нам с тобой.

Мия перевела дыхание. Она поняла, что на нее постепенно наползает совершенно бездеятельная истерика, и ее хотелось отсрочить, хоть как-то.

— Объясни, — тихо попросила она еще раз.

Лицо Дани внезапно из неприязненного стало потерянно-сконфуженным. Те немногие эмоции, которые еще работали внутри Мии исправно, тихо отметили, что это выглядит неожиданно забавно. Он дернул себя за волосы — видимо, привычный ему жест, — потом еще раз посмотрел на Мию.

— Я не совсем знаю, с чего начать. Как бы верно сказать?.. Дело в том, что я…

— Вампир? — из Мии вырвался нервный смешок.

— Вампиров не существует. — Даня снова выглядел раздраженным. — А я ангел.

— Замечательно. — Мия кивнула. — А почему не демон?

Она начала пятиться обратно к выходу из кофейни. Пожар-пожаром, но его хоть как-то можно объяснить. А вот в душевном здоровье Дани она начала крепко сомневаться. Оставаться тут было небезопасно. А еще он запер дверь — это она вспомнила с надвигающейся паникой. Но стоило попробовать сбежать…

— Потому что не демон, — процедил Даня. — В мире существуют не только люди. Есть другие… создания, — он говорил медленнее, чем обычно, подбирая слова. — Создания эти разные. Есть демоны, есть ангелы. Я — ангел.

— Который варит кофе? — Мие стало одновременно и смешно от абсурдности услышанного, и страшно от глубины безумия того, с кем она сейчас была заперта в одном помещении.

— Это просто такое прикрытие, — голос Дани терял остатки терпения, — я должен жить тут, чтобы охранять колдуна… Да чтоб мне в Чистилище провалиться!

Это он раздраженно рявкнул, глядя на видимо совсем уже красноречиво вытянувшееся лицо Мии.

А потом что-то переменилось.

Мия вспомнила старое кино: когда пленка в проекторе только-только встает на место, а изображение быстро мелькает перед тем, как пойдет фильм.

Вот Даня просто стоит, сердито глядя на нее, и растрепанные волосы лезут ему в глаза. А вот что-то меняется, свет в помещении становится как будто тусклее, а за спиной у Дани появляются два сложенных серых крыла.

Мия замерла, как дикое животное перед фарами. Моргнула раз, второй. Видение никуда не делось. За спиной Дани по-прежнему были два крыла. Места им не хватало, краями они задевали стены.

Этого просто не могло быть. Разум сопротивлялся нереальной картине и пытался придумать рациональное объяснение. Это костюм? Но его так быстро не надеть. У нее галлюцинации? Но из-за чего? Ей что-то подсыпали? А может она спит?..

Одно крыло неудачно дернулось и задело стоящие на кофемашине чашки. Несколько полетели вниз, зазвенел разбитый фарфор. Даня досадливо поморщился, так просто и буднично, как сделал бы любой из-за побитой посуды.

Мия попятилась еще и вжалась в дверь. Нет, это слишком реально. Невозможно, но реально. Она зажмурилась до боли в веках. Голова начала кружиться.

Нет, совсем нет, это не правда!

Она еще на секунду открыла глаза, быстро посмотрела на Даню… и зажмурилась снова, решив, что больше не будет смотреть. Никуда. И никогда.

Пришла в себя она лишь спустя несколько мгновений от того, что ее плечо кто-то осторожно, но крепко сжимал.

— Если мне придется каждые десять минут приводить тебя в чувство, то меня заметят, — в голосе Дани слышалось недовольство.

Мия почувствовала теплые волны, расходящиеся от его руки по всему телу. Она вспомнила, одновременно, как утихает иногда ветер над морем, успокаивая волны, и почему-то о том, как отец всегда дул на разбитые коленки и локти, когда Мия была маленькой.

Она открыла глаза. Даня нависал над ней, и Мия только сейчас поняла, что он выше ее больше чем на голову.

— Кто заметит? — выдавила она из себя.

Даня отпустил ее и отступил на шаг.

— Те, кто выше по званию. У всех есть начальники. Может, присядешь?

Даня отодвинул для нее стул, и Мия, едва сдерживая дрожь в коленях, кое-как примостилась на него. Сам же Даня, с минуту в молчании нависавший над ней, опять запустил руку в волосы, потом нахмурился и упал на противоположный от нее стул. Он опять выглядел озадаченным.

— То есть… — Мия решила прервать затянувшееся молчание.

— То и есть, — нервно бросил Даня.

— Ты можешь рассказать? Я послушаю. — Мия сцепила руки перед собой, чтобы не начать стучать пальцами по столешнице.

— А что рассказывать? Я, знаешь ли, тоже не каждый день это объясняю. И вообще я не должен объяснять! Это не так и просто! — Даня сел полубоком и сложил руки на груди.

— Просто объясни, что получится. — Мия поняла, что теперь ей хочется его успокоить.

Даня опять нахмурился.

— Просто мы есть. То есть многое из того, что пишут люди в своих книгах — оно существует. Но не совсем так, как вы привыкли. Мир устроен немного сложнее. Есть ангелы…

— И демоны? — невольно вырвалось у Мии.

— Нет. Демонов нет. Теперь почти нет. Это тоже непросто. И сейчас неважно. Главное что есть ангелы. И некоторые из них… примерно как люди — работают на земле.

— И что они тут делают?

— Охраняют колдунов.

— Кого?.. — Мия вздохнула. Голова снова начала гудеть.

— Это еще сложнее. — Даня явно опять начал раздражаться, но Мия чувствовала: не на нее, а на саму ситуацию. — И это тоже неважно. Просто да, есть то, что скрыто от смертных. А у меня есть… как люди говорят, коллега. Он живет в Санкт-Петербурге.

— Тот, кого я видела? Вот он демон?

Даня поморщился.

— Нет, он тоже ангел. Его зовут Габриэль или как некоторые зовут — Гавриил.

— Гавриил? — протянула Мия. — Подожди, Гавриил, который сообщил Марии об…

— Допустим. — Даня резко кивнул. — Да, это он.

— А Иисус был? — В голове Мии вопросы начинали лезть один на другой.

— Был, — отрезал Даня. — Но это…

— …неважно?

— Именно так. Важно то, что Габриэль решил над тобой подшутить. Почему над тобой — не представляю.

Мие показалось, что Даня слегка покраснел.

— Я не могу снять проклятье, которое он наложил, и он не будет возвращаться в Москву, чтобы снять его. Поэтому нам надо в Петербург. Иначе вокруг тебя так и будут происходить несчастные случаи.

— Он что, хотел меня убить? — тихо спросила Мия. — А почему он тебя бил?

— Не…

— Неважно? — Она приподняла брови.

Даня скривился.

— Именно так. И он не то, чтобы хотел причинить серьезный вред. Он просто… иногда делает странные вещи.

— Если бы не ты, я бы погибла, — ее голос опять опустился до шепота.

Даня ничего не ответил, только еще сильнее стиснул руки на груди.

— Нам просто надо поехать в Питер. Мы его найдем, поговорим, он не отвертится. И сразу обратно. И ты забудешь обо всем и будешь жить спокойно.

— Ты сотрешь мне память? Такое ты умеешь? — Мия нервно усмехнулась.

— Да, такое я умею. И да, конечно я сотру тебе память. Поверь, после всего, что ты увидишь, ты сама меня об этом попросишь.

Холодок пробежал по спине Мии. Даня, видимо, уловил ее изменившееся настроение.

— Нет, там не будет ничего такого. То есть наверное будет. Не знаю. Ты боишься кладбищ?

— Я не посещаю их без необходимости, — Мия удивилась вопросу, — а что, этот Гавриил живет на кладбище? А те странные девушки?! Они тоже ангелы?

Лицо Дани дернулось.

— Ни в коей мере. И да, он живет на кладбище. И то, что ты там увидишь, не опасно, но может быть… своеобразно для смертного. Но другого выхода у нас нет.

Какой все же странный выходил у них разговор. У Мии был примерно миллион вопросов, но отвечать на них собеседник не торопился. И она совершенно не понимала, действительно ли поверила ему. Все, что она слышала, все равно не укладывалось пока в сознании.

То, что вокруг нее творилось нечто странное — факт. То, что она видела совершенно необъяснимые свойства тела того, кого она долгое время знала как обычного бариста — факт. А вот то, что она должна с ним куда-то ехать — уже то, что она должна принять на веру.

Она могла встать и уйти сейчас. Почему-то казалось, что Даня не будет чинить ей препятствий. Наверное, если с ней опять случится что-то плохое — это будет доказательством? А если в этом плохом кто-то пострадает?..

А если все же это обман? Все же с ней что-то случилось, и это галлюцинации? Она отравилась угарным газом?..

И сразу она вспомнила все: как Даня зашел в ее кабинет, как буквально разошлось от него в разные стороны пламя. Она видела это своими глазами, и это абсолютно точно было сверхъестественным.

— Нам придется дождаться вечера, — снова заговорил Даня, и Мия вздрогнула от того, как внезапно он прервал ее размышления. — Хотя я своим присутствием нивелирую действие проклятья, моих сил не хватит на то, чтобы держать тебя в безопасности при большом количестве людей. Нам нужен пустой город.

— А как мы поедем? — Этим вопросом Мия как будто сдавалась происходящим вокруг нее событиям.

— Удерживать самолет от крушения, а поезд от схода с рельсов я точно не смогу, — в кривой ухмылке Дани не было никакого веселья, — поэтому очевидно, что на машине.

В бедовой голове Мии возник сам по себе вопрос, пользуется ли Даня своими крыльями по назначению. Она его, конечно же, не задала, но внутри все вздрогнуло просто от того, что она захотела такое спросить. Пользуется ли кто-то своими крыльями?

— А как зовут тебя? — спросила она вместо этого.

— Ангел силы Даниэль. — Он немного издевательски склонил голову, тряхнув волосами.

— Ангелы силы? — не поняла Мия.

— Да. — Даня поджал губы. — Это такая должность. Точнее я… если совсем верно, то меня надо называть «Падший ангел силы Даниэль».

Последние слова он из себя выдавил и тут же опустил глаза.

Падший — почему? Он не опасен? Поэтому крылья серые? Почему ангел вообще может пасть? А тот Габриэль — тоже падший? Но она лишь спросила:

— А как я могу тебя звать? Я думала, что ты… Даня.

Он резко вскинул голову и посмотрел на нее с удивлением, как будто он ожидал какой-то другой вопрос.

— Ты… Да как удобно. Кто-то зовет меня Даниилом. Но Даня тоже можно.

— Хорошо. — Мия осторожно улыбнулась.

Интересно все же, откуда он знал ее имя, но наверное с его способностями это было несложно?

Даня же после ее вопроса как будто расслабился.

— Тебе и правда не стоит выходить сегодня на улицу. Дождемся примерно трех часов ночи и поедем.

Мия кивнула.

— Мне ждать… просто тут? — Она обвела кафе взглядом.

Даня замялся, потом встал и кивнул по направлению к стойке.

— Ты можешь подождать у меня. Там есть, где прилечь.

Он пошел вперед, а Мия, окончательно решив просто следовать потоку событий, пошла за ним. Они шагнули за стойку, Даня открыл дверь в подсобку — ту самую, где его избивал Гавриил. Спрашивать, что же тогда все-таки случилось, Мия не стала.

Из подсобки вела еще одна дверь, на узкую лестницу с облупившимися грязно-желтыми стенами. Один пролет, и Даня открыл перед ней дверь, обитую коричневым дермантином.

— Это вот… ну, я тут живу.

Они оказались в крошечной квартирке. Коридора не было, дверь открывалась сразу в комнату с вытянутым диваном, накрытым коричневым покрывалом. Стены были выкрашены в зеленый, какой бывает в присутственных местах. То тут, то там были прибиты простые деревянные полочки, по которым в хаотичном порядке были расставлены книжки, судя по ярким обложкам — из тех, что продавали в ларьках на вокзалах.

Из комнаты вели две дверки.

— Вон там ванная, — показал Даня на одну, — а там кухня. Правда там ничего нет, кроме стола с чайником и раковины.

— Ты не готовишь? — само по себе вырвалось у Мии.

— Я не ем. — Даня скосил на нее взгляд.

— Совсем? — Мия повернулась к нему.

— Иногда. Когда скучно. Или когда потратит много сил. — Даня пожал плечами. — Но обычно мне это не нужно. Как и сон. Просто так проще… проводить время. — Он кивнул на диван. — Ты можешь расположиться здесь. Лучше поспать. А я пока займусь бумагами.

— Какими? — Почему-то Мия представила, как Даня разворачивает средневековые манускрипты.

— Я вообще-то управляю кофейней. Бухгалтерские. — Даня смотрел на Мию так, словно она спросила об очевидной вещи.

Она опять почувствовала головокружение — слишком будничной была эта комнатка, слишком простыми вещами собирался заниматься этот… ангел?

И все еще так странно слышать такие мысли в голове. До такой степени, что Мие захотелось попросить Даню еще раз показать крылья. А если мираж?.. А если…

— А это у тебя откуда? — Даня смотрел сейчас вниз, на ее руки, которые Мия, сама не помня себя, начала мять.

— Это? — Она подняла руки вверх, под свет тусклой люстры, из которой свисала одинокая пыльноватая лампочка.

Даня смотрел на ее запястье — на том месте, где он вчера схватил ее, чтобы выкинуть из кофейни, уже темнели синяки.

— А это… случайно. — Она дергано улыбнулась, почему-то решив соврать.

— Ясно, — выдавил Даня, а потом отвернулся и подошел к дивану. — Располагайся, я же сказал. Если надо, я… могу сделать что-то, что поможет тебе поспать. Травяной чай? Да, у меня есть травяной чай…

Он пустился в рассуждения с самим собой. Мия посмотрела ему в спину, а потом снова на свое запястье и остолбенела. Синяков не было.

— Да, наверно, чай бы помог, — торопливо проговорила она, зачем-то потерев кожу. Боли больше не было, хотя она отлично помнила, как неприятно было нажимать на синяки.

— Хорошо. — Даня резко развернулся и почти выбежал из комнаты, но потом остановился на пороге и обернулся через плечо. — Я не рассчитал. Я просто не хотел, чтобы ты там оставалась.

Мия не успела ничего ответить — Даня ушел, громко закрыв за собой дверь.

Она медленно села на диван и осмотрелась еще раз, хотя осматривать особо было нечего. Комната напоминала скорее конурку охранника, не слишком опрятного, но все же пытающегося иногда убираться. Она вспомнила квартиру деда — прежде чем Мия переехала к нему, он год после смерти бабушки прожил один. Атмосфера была похожей.

Даня вернулся через десять минут с кружкой в руках. Выглядел он уже привычно для Мии — насупленным и замкнутым. Он передал кружку. Та оказалась комфортной для рук температуры. На поверхности деликатно плавал цветочек ромашки.

— Если ты не против… я добавил туда успокоительного, — сказал Даня.

— Ну, если ты все-таки меня обманываешь, заманил меня и теперь что-то подсыпал, то я так и так уже вряд ли куда отсюда денусь. — Мия попыталась увести все в шутку.

Она чувствовала, что у нее больше просто нет сил сомневаться и подозревать. Тут точно происходило что-то очень странное.

А еще… если посмотреть назад, кроме момента с тем, как грубо он выволок ее из кафе, Даня не причинил ей никакого вреда, наоборот. Спас ее несколько раз. Убрал синяки…

Не то, чтобы Мия уже ему доверяла. Скорее, она не чувствовала от Дани никакой опасности. Это было опрометчиво, да…

Она сделала глоток и сразу же второй. Было вкусно, но чувствовалось, что в напиток добавили что-то лекарственное.

— Ладно, — Даня кивнул, — я пойду работать. Отдыхай.

Когда дверь за ним закрылась, Мия откинулась на спинку дивана.

Как глупо и рискованно было оставаться тут! Если бы кто-нибудь описал ей ситуацию, в которой она оказалась, Мия бы точно сказала: беги!

Она сделала еще глоток. Время замедлилось, а голова тяжелела с каждой секундой.

Неужели это все реально?

Мия потихоньку сползла вниз и легла, подложив под голову небольшую декоративную подушку.

А может, все же, она сейчас проснется дома? В голове начали крутиться отвлеченные мысли.

Даня точно смутился, когда говорил о падших ангелах. И неужели все ангелы так и выглядят — совсем не так, как в книгах и на картинах? И разве могут быть у ангелов такие черные глаза?

Она, лежа, сделала еще глоток чая, а потом, за неимением рядом хоть какой-нибудь тумбочки или стола, поставила кружку на пол.

А потом Мия закрыла глаза. Ей и правда следовало поспать.

Глава 4.

Мия проснулась сама: просто открыла глаза и тут же прищурилась от неровного света лампочки, которую так никто и не погасил.

Спросонья было зябко. Мия быстро осмотрелась и пошарила вокруг себя рукой, но кроме тонкого пледа, на котором она лежала, рядом не оказалось ничего, чем можно было бы накрыться.

Она медленно села, натянула плед на плечи. Стало немного теплее.

Из кармана платья она вытащила телефон: полтретьего ночи. На экране висели несколько пропущенных сообщений от дедушки и один звонок. Мия вздохнула: стоило ему хоть что-то написать перед тем, как спать.

Она быстро начала набирать смс, объясняя, что решила отправиться в поездку с друзьями, поэтому легла спать раньше и забыла его предупредить. Сообщение она сразу же и отправила: дедушка в силу возраста часто страдал бессонницей, и, судя по тому, что последний раз он был в сети десять минут назад, сегодня как раз такая ночь.

«Хорошо, Миюшка. И не пугай меня так», — тут же ответил он, и Мия улыбнулась, оценив его деликатность. Звонить он не стал, как и расспрашивать о том, что это за друзья, с которыми она решила куда-то отправиться. В отличие от отношений с родителями, их общение с дедом строилось на доверии и на оценке друг друга как разумных, несмотря на пожилой и на юный возраст, людей.

Мия отложила телефон. По крайней мере одну проблему она решила. Но оставалось все остальное…

И снова чувство нереальности накатило на нее. Она огляделась. Да, все та же комнатка: полки, лампочка, ни одного окна.

Она встала и подошла к той двери, которую Даня обозначил как дверь в ванную. Внутри ничего особенного: грязновато-белая плитка, такая же, как в поликлиниках и общежитиях. Серая от времени ванная с голубой шторкой, раковина, туалет. Мия умылась и, глядя в мутноватое зеркало, попробовала привести себя в относительный порядок.

Потом она отправилась исследовать кухню. Там и правда не было плиты. Столик с чайником, рядом большая упаковка черного чая в пакетиках и сахарница, в которой лежала золотистая от намокшего сахара ложечка. Следом раковина и полочка над ней с одной простой белой кружкой. В отличие от комнаты, где она спала, на кухне было окно: узкое, полузанавешенное серым от пыли тюлем.

Мие не должно было быть никакого дела до того, как живет Даня, но от такой скудной обстановки внутри кольнуло чувством забытости и пустоты.

Она услышала скрип двери и выглянула в комнату с диваном. Даня стоял на пороге и пристально, с каким-то почти нервным блеском в глазах смотрел на нее.

— И давно ты тут живешь? — Мия сама удивилась, что первой решилась на вопрос.

Даня, как и тогда, когда они обсуждали его имя, от ее вопроса расслабился. Возможно, он ожидал чего-то другого. Может быть, очередной ее истерики. Но пока что Мия была спокойна: то ли сон, то ли чай с неизвестным содержимым сделали свое дело.

— Столько, сколько этот дом тут стоит, — ответил Даня медленно, как если бы раздумывал над каждым словом. — Его построили после пожара, чуть больше двухсот лет назад.

— После… пожара? Наполеоновского? *.

Даня кивнул.

— Да. До этого тут был небольшой деревянный дом, а до этого еще один.

— А сколько ты вообще… то есть… — Мия не знала, как верно сформулировать. «Живешь тут?», «Живешь на Земле»? В голове все еще что-то трещало от того, что она решила верить в его сверхъестественную сущность.

Даня замялся перед ответом.

— Я тут… больше трехсот лет.

Пауза в разговоре опять продлилась невыносимо долго, Мие даже захотелось поковырять краску на дверном проеме, настолько неловко было просто стоять и не знать, что спросить дальше.

— Нам пора ехать, — сказал Даня в конце-концов, и Мия испытала такое облегчение, что он заговорил первым, что энергично кивнула, позабыв на пару мгновений обо всех своих прежних опасениях.

Ощущение нереальности, конечно, никуда не делось: ни тогда, когда она вышла за Даней из комнаты и прошла вниз, ни тогда, когда вышла в полутемную кофейню, которую освещала сейчас только лампа у кофемашины.

— У тебя нет случайно воды? — осторожно попросила она, подумав при этом, что, наверное, можно было бы и поесть, но спрашивать неудобно.

— Да, конечно. — Даня дерганно кивнул, подошел к кофемашине и вытащил из-под столика, на котором та стояла, несколько бутылок. — Так достаточно? Возьми в дорогу.

— Спасибо. — Мия кивнула, прижимая к себе бутылки. Две она положила в сумку, одну сразу открыла и сделала несколько глотков, стараясь, чтобы они не вышли жадными.

Нужно было пересилить себя и сказать про еду, тем более что еда у Дани была прямо тут же, в витрине: чуть-чуть уставшая выпечка, но хоть что-то. Но он не предложил, а она не смогла попросить.

Никаких вещей у Дани с собой не было, поверх футболки он просто надел широкую светлую джинсовку. Он хлопнул по нагрудному карману и достал оттуда небольшой прямоугольный документ в светлой обложке.

— А это?.. — в отличие от вопроса о еде, сейчас Мия решилась заговорить.

— Права и паспорт, — ответил Даня, непонимающе нахмурившись, а потом, кивнув самому себе, прошел мимо к выходу из кофейни.

— У тебя есть права? — Мия тоже подошла к двери. — Есть паспорт?

Даня замер с ключами в руках.

— Конечно. А как ты еще предлагаешь мне вести дела? Без документов? Я не могу все время отводить глаза, никаких сил не хватит.

Резкость в его ответе задела Мию.

— Мне откуда знать? — тут же ответила она, подумав, что на его грубость не умеет оставаться сдержанной.

— Я стараюсь делать все документы так, как принято в определенное время и эпоху. — Даня открыл дверь. Он не обратил кажется никакого внимания на то, что она немного вспылила. — Единственное, с чем сложно, это паспорт. Его приходится менять довольно часто, и вот тут я использую свои силы. Все остальное я делаю сам.

— И права сам получил?

Даня опять нахмурил брови. Они вышли на улицу.

— Сам.

— Какая честность! — Мия сложила руки на груди, пока Даня закрывал за ними дверь.

— Я вожу автомобиль уже больше ста лет, поэтому это несложно…