- -
- 100%
- +
Тем не менее, выйдя на улицу и вдохнув полной грудью свежего воздуха, Ким тут же забыла и о работе, и о своих незадачливых начальниках. Все, теперь она свободна! Нет, новое место она конечно же будет искать и не оставит попыток найти то, что придется ей по душе, но сейчас, когда первый неудачный опыт позади, она чувствовала себя счастливой.
Автобуса на этот раз долго ждать не пришлось, но когда до дома оставалась пара кварталов, пассажиры вместе с водителем встряли в пробку, да такую, что попасть домой раньше восьми вечера получится едва ли. Машины почти не двигались, а чернеющее небо грозилось проливным дождем, если не грозой, поэтому мало кто решился пройти оставшийся путь пешком.
Кимберли все же рискнула. Кинув быстрый взгляд за окно, подумала, что успеет добежать. Но ее надежды не оправдались. Буквально через пару секунд ей на нос упала первая капля. Порывшись в сумке, девушка вытащила зонтик, но еще через минуту пришлось признать — он не поможет. Ибо первая капля привела за собой целое войско из своих собратьев. И эта армия грозила испортить дорогущую блузку от Валентино Гаравани (единственная ценная вещь, которую удалось умыкнуть из ирландского гардероба), а от зонтика толку никакого.
В отчаянии покрутив головой, Ким заметила на противоположной стороне улицы небольшой ресторанчик с итальянским названием «Quattro stagioni» (то бишь «Четыре сезона») и ринулась туда, невзирая на отчаянно горевший красным светофор. Кое-кто из водителей посигналил ей, но эти звуки прозвучали как-то скромно. Да и смысла в них не было. Все равно стоять им тут на месте чуть ли не до ночи.
Очутившись в помещении, Ким с облегчением вздохнула, стряхнула с зонта капли воды и прошла к столикам. Здесь было весьма уютно и пахло на удивление приятно.
Не успела она сесть, как около ее столика появился, словно чертик из табакерки, симпатичный официант с дежурной, но такой приятной улыбкой на лице. Ким улыбнулась в ответ. Хотя, тому способствовала его внешность — загорелый брюнет с карими выразительными глазами и идеально симметричными чертами лица.
— Buonasera, signora15. Добро пожаловать в «Четыре сезона».
— Здравствуйте. Надеюсь, вечер сегодня действительно станет добрым…
Улыбка официанта стала еще шире.
— Когда вы отведаете наше чудесное ризотто, тучи над городом разойдутся, — уже на русском произнес он, протягивая меню и винную карту. — Я подойду к вам через пять минут.
— Хорошо, постараюсь к этому времени определиться с заказом, — покивала головой Ким и открыла меню. И сразу же почувствовала, как к ней возвращается радость бытия. Наконец-то она отведает что-то изысканное. Хотя, возможно, предчувствия обманут, но надежда умирает последней.
Еще не истекло отпущенное официантом время, а Ким уже выбрала.
— Что будете заказывать, синьора? — официант подошел сразу же, увидев, что она откладывает меню.
— Пока еще синьорина. Будьте добры, принесите равиоли с креветками. Пожалуй, возьму еще ваше чудное ризотто по-милански.
— Напитки?
— Совиньон Блан, а на десерт — тирамису, и латте макиато.
— Прекрасный выбор, — парень едва заметно поклонился и, забрав из ее рук меню, отправился в сторону кухни.
Через пару минут снова очутился рядом с ней, ставя на столик бокал с вином и воровато оглядываясь в сторону кухни. Ким удивилась, но, конечно же, комментировать не стала.
Но только она пригубила напиток, как на кухне послышался грохот бьющейся посуды, вслед за ним — проклятия, и кто-то с хриплым голосом завопил так, что слышно было даже на улице:
— Марк! Опять по залу шляешься? А готовить кто будет?! — дальше Ким уже постаралась не вслушиваться, ибо последовала отборнейшая брань.
— Miscusi16, — около ее стола снова словно из-под земли вырос официант.
— Все нормально, — через силу улыбнулась Ким. — Просто принесите мой заказ, договорились?
Парень смущенно кивнул и ретировался. Девушка сделала еще один глоток вина и задумалась. Нет, не о симпатичном официанте-поваре, прислуживающем ей за столом. О матери. Почему-то вдруг ей вспомнилось, что мать за этот месяц так и не позвонила. Сама Ким тоже не решалась. Для нее снятие трубки и набор номера Джилин означали бы первые шаги к полной капитуляции. Но неужели матери неинтересно, что с ее дочерью?
Конечно, их последний разговор был далек от приятной беседы. Между ними уже давно была протянута нить отчуждения и непонимания. Но когда Ким долго не виделась с матерью, начинала скучать. И так было всегда. Даже во время учебы в колледже, когда нет времени буквально ни на что, Ким умудрялась тосковать по дому.
Можно было бы конечно позвонить самой, но Ким не могла решиться. Хвастаться ей пока нечем. Работу потеряла. Ни друзей, ни подруг. Дом, который вот-вот рассыплется на глазах. И жених, затерявшийся где-то в Дублине.
Даррен, конечно, звонил. Раз в две недели. И разговор велся таким тоном, словно он делает Кимберли великое одолжение. И ей настолько стали противны эти беседы, что во время последней она просто повесила трубку, не дождавшись прощания. И с тех пор — тишина. Ну и слава Богу. Наверное.
Официант принес заказ, и Ким отвлеклась от негативных мыслей. Надолго. Несмотря на странности персонала, готовили тут отменно.
Каждое блюдо оказалось восхитительно вкусным, и девушка едва удержалась от соблазна повторить заказ. Десерт вообще заставил ее забыть свое имя.
На целых полчаса Ким выпала из реальности. Теперь она благодарила дождь за его внезапность. Иначе она могла полжизни провести в городе, а ресторанчик этот не заметить. Она уже для себя решила, что обязательно вернется сюда.
Счет ее тоже приятно удивил. Однако, это место становится ее фаворитом! Если она так и не научится правильно держать в руках кастрюлю, здесь ей не дадут умереть от голода. Конечно, девушка постарается хоть чему-нибудь научиться, но ничего не обещает.
Дождь кончился так же резво, как и начался. И даже серая плитка тротуаров успела высохнуть, пока Ким наслаждалась своим маленьким грешком — чревоугодием. Кинув взгляд на часы, девушка удивленно вскинула брови. Она провела в ресторане без малого полтора часа! Неудивительно, что от непогоды не осталось и следа…
— Девушка, извините! — окликнули ее сзади. Ким обернулась и столкнулась взглядом с официантом из ресторана.
— Да? Я что-то забыла у вас в заведении?
— Да, представьте себе, — парень уже догнал ее и лучезарно улыбнулся. — Вы забыли оставить свой номер телефона.
— Простите? — пролепетала ошарашенная Ким.
— Не волнуйтесь, я не настаиваю. Но если не возражаете, я вас немного провожу.
— А у вас не будет проблем с работой? Кажется, ваше начальство и так вами не сильно довольно.
— Ерунда! Мне разрешают все, ведь у меня руки от Бога.
Ким улыбнулась. Очень милая, пусть и слегка вызывающая реклама самого себя.
— И в чем же это выражается? — и себя она тоже перестала узнавать. Вот спрашивается, зачем ей это знакомство? У нее так-то жених имеется.
— Я прекрасно готовлю, но к сожалению, поварам чаевых не платят, поэтому иногда я выхожу в зал.
— Хвастаетесь?
— Вы очень симпатичная, — с лукавыми искорками в глазах невпопад заявил парень. — Мой рабочий день на сегодня закончился. У нас инвентаризация, поэтому ресторан закрылся сразу после вашего ухода. Так что можете за мое рабочее место не переживать. Кстати говоря, я — Марк.
— Кимберли, — совершенно машинально ответила девушка. Что она делает?!
— Какое чудесное имя. Явно иностранное. Откуда вы?
— Издалека.
— Ясно, для таких подробностей нужно более близкое знакомство. Итак, какие у нас планы?
— У нас? Боюсь, что никаких, — покачала головой Ким. — Я возвращаюсь с работы, и если честно, сил на что-то другое уже нет.
— А на выходных? Завтра, правда, моя смена, но мы можем увидеться в воскресенье.
Ким растерялась. Но раз не хватило духу отказать сразу, значит ли это, что у молодого человека есть шанс? Конечно, так резко начинать общение она не привыкла. Но уж очень ей льстило внимание этого парня. А сам он был очень привлекательным, особенно эта его нагловатая самоуверенность. К тому же, было бы неплохо обзавестись новыми знакомствами в этом городе. А Даррен? Нет, она же не собирается крутить роман с этим официантом. Даррен — это любовь, но никто не отменял ее право иметь друзей и приятелей.
— В воскресенье я в принципе свободна.
Да и в понедельник теперь — тоже. Работы больше нет, и когда она появится, неизвестно. Марк проводил ее до самого дома, при виде которого, кстати, у него подозрительно округлились глаза. Но парень промолчал. Ким отметила про себя, что Виктора здесь знали, похоже, многие. Что ж, это упрощает ее задачу.
У порога состоялся обмен телефонными номерами, и новые знакомые попрощались друг с другом до воскресенья. У Ким, несмотря на увольнение, настроение было позитивным. То ли из-за знакомства, то ли из-за предвкушения чего-то интересного.
6. Друг познается в еде
Раз уж в понедельник планируется незначительное финансовое пополнение, Кимберли решила в субботу потратить кое-что из запасов и приобрести наконец холодильник. А заодно — новую подушку, плед и постельное белье.
Если с бельем и несколькими мелочами для украшения обстановки дела обстояли отлично, то с холодильником пришлось повозиться. Девушка долго и придирчиво выбирала нужный агрегат. И даже привлечение в помощь местного консультанта ситуацию не ускорило.
Зато когда консультант наконец вывел ее на чистую воду и выпытал, что в соотношении «цена — качество» для покупательницы важнее цена, дело пошло на лад.
Когда Ким отправилась на кассу, консультант с облегчением выдохнул.
Оплатив товар и доставку на дом, Ким отправилась дальше. Следующая остановка — продуктовый магазин. Сегодня отличное настроение, и девушке внезапно захотелось приготовить спагетти. Ну а что? Кидаешь макароны в воду, потом заливаешь их томатной пастой. Это если без прикрас. Ну, для первого собственноручно приготовленного блюда должно сойти. Для первого удачного, имеется в виду. Если конечно макароны не превратятся в клейкую сплошную массу, которую будет невозможно не то, что есть, но даже нанизать на вилку. Но она должна постараться. Пора брать себя в руки и учиться, учиться, учиться…
Перед тем, как добраться до макаронных изделий, Ким затормозила у полки с сухими готовыми завтраками. Все ж хлопья полезней, чем бутерброды с сырокопченой колбасой и полусырым беконом.
— Кимберли! — раздалось из соседнего ряда. Девушка вздрогнула от неожиданности, хотя женский голос показался ей смутно знакомым. Как оказалось, это ее недавняя знакомая, Алина.
— Как делишки? — приветливо улыбнулась темнокожая девушка. — Приветик.
— Добрый день. Все хорошо, спасибо, — кивнула Ким.
— Как же хорошо, что я тебя встретила. Хотела извиниться за наше с Малли идиотское поведение…
— Ты ведь знаешь, где я живу. Могла бы зайти.
— Не могла. Мне было стыдно, — понуро сообщила девушка.
— Не стоит. Все нормально, — Кимберли хотела уже пройти мимо Алины к кассе, но не тут-то было.
— Нет, думаю — стоит! — возразила Алина, останавливая ее. — Прости нас. Серьезно. Малли вообще чокнутая, еще и меня завела. А я должна была сказать тебе «спасибо».
— Ничего страшного, — Ким наконец сменила гнев на милость и улыбнулась. — Все забыто.
— Теперь и я вижу, что забыто, — фыркнула Алина. — А то надулась, как мышь на крупу. Ну, рассказывай, как дела, чем занималась все это время?
Девушки пошли вместе по рядам, мимоходом разглядывая полки и болтая о пустяках. Ким неожиданно для себя очень обрадовалась этой встрече. Алина ей понравилась при их шапочном знакомстве, и ей было жаль, что все закончилось не лучшим образом. Друзья-приятели нужны ей сейчас, как никогда. Только это и помогает освоиться в новом городе, на новом месте жительства. Есть конечно люди, которые даже на необитаемом острове будут себя ощущать счастливыми до небес. Но Ким к таким не относилась. Бывали дни, когда ей хотелось побыть одной, когда одиночество казалось жизненно необходимо. Но такое настроение обычно длилось недолго.
— Как твоя ладонь? — поинтересовалась девушка у Алины.
— Ой, Малли всегда знатно латает. Да и вообще она — хороший человек и друг, просто иногда строит из себя невесть что. Да, у нее есть заскоки, но у кого их нет? Каждый человек немножко чокнутый. Кто-то больше, кто-то меньше. А иначе и неинтересно жить.
— Я против Миланы ничего не имею. И ваша реакция на мое предложение помощи мне вполне понятна. Просто я не привыкла, чтобы реакцию эту проявляли подобным образом.
— Ну, мы-то люди простые. Что-то мне содержимое твоей тележки совсем не нравится. Ты часом не веган?
— Кто?
— Ну, вегетарианка! Хотя, подожди. Это разные вещи. Веганы вроде даже молоко не пьют. Тоже психи.
— Нет. Я люблю мясные блюда и рыбу. Просто не умею все это готовить.
— Да ты что! — ахнула Алина. — Ну, а омлет что же? Или те же спагетти с фаршем и томатами? Их готовить-то — раз плюнуть!
— Ты телепат? — улыбнулась Кимберли. — Я как раз думала об этом. Надеюсь, уж с макаронами у меня проблем не возникнет.
— Да не должно… Хотя, не знаю. Если руки растут сама понимаешь откуда, то можно запороть все на свете. Слушай, может тебе помочь? Давай я научу тебя чему-нибудь простенькому.
— Я не против. Если у тебя нет других планов на вечер…
— Ты не подумай чего, просто… Скажу правду — я разругалась в пух и прах со своим Ромкой, и домой меня не тянет. Да и ему нужно время, чтобы остыть. А то он парень горячий, может и шваркнуть. Ни разу такого не было, но чем черт не шутит.
— А что же такого ужасного я могла подумать?
— Ну, мало ли… Что я — бомж, и мне негде жить. Что нет денег на еду, и я хочу на халяву поесть. Ну, или что я, к примеру, набиваюсь к тебе в гости, потому что ты мне понравилась. Ну, ты понимаешь…
Ким расхохоталась. Кажется, в первый раз после смерти Виктора. Нет, Алина все-таки неподражаема!
— У меня, конечно, тоже есть свои тараканы, но не настолько же! И ты себя недооцениваешь. На бомжа ты явно не похожа.
— Спасибо, утешила… Ну что, начнем сегодня со спагетти? — Ким в ответ кивнула.
Всю дорогу до дома №11 в переулке Магнолий Алина болтала без умолку. Но Ким это нисколько не напрягало. Наоборот, она радовалась тому, что слушает теперь не только свои мысли, а живую человеческую и осмысленную речь, которой ей уже давно не хватало. Диалоги на работе, в кафе и магазинах — не в счет.
— Ух ты! Красота! — гостья с восхищением оглядывала стены, которые хозяйка недавно украсила картинами. — Твои работы?
— Да ты что! Это известные художники.
— Подлинники? — удивилась девушка.
— Нет, конечно. У меня нет таких денег. Это репродукции.
Алина прошла в гостиную и с деловым видом стала обходить комнату, чуть ли не принюхиваясь к каждому встреченному ей на пути предмету.
— Стало уютнее. А то, честно признаюсь, когда я была здесь в первый раз, твой дом походил на склеп.
— Ну, спасибо! Я-то хоть на мумию не похожа?
— Пока не очень, — в тон хозяйке ответила Алина. — Ладно, не вздумай только обижаться на мои слова. Я же шучу… ой. А это что за красотка? Прям Мона Лиза. Только в глазах что-то чертовское есть.
Взгляд ее был прикован к большому портрету, висящему над диваном.
— Ты действительно считаешь Мону Лизу красивой? Хотя, по тем временам такая внешность действительно ценилась… А эта девушка — аналог героини Джулии Робертс в одном старом, но известном фильме.
— Не может быть! — ахнула гостья. — А выглядит очень изящно.
— Она такой и была. Да и профессию свою оставила в прошлом.
— Ты так говоришь, словно она — твоя знакомая. Разве это не очередная безымянная модель художника?
— Не в этот раз. Это моя прапрабабка, скажем так, — портрет Жозефины — то немногое, что Кимберли решилась взять без спроса из материнского дома.
— Ты на нее совсем не похожа, — вынесла вердикт Алина. — Ладно, пора заняться кулинарией.
Спустя час Ким стало казаться, что они с Алиной дружат аж с яслей. Еще ни с одним человеком она не чувствовала такой легкости. Ее новая приятельница была такой естественной во всем и… живой. Ей не нужно было прятаться за высоким забором условностей и правил, которыми изобилует так называемый высший свет.
По мнению Ким, те, кто входил в элитное общество, как раз и напоминали высушенных мумий — оболочки, призванные спрятать пустоту внутри. И побудь подольше среди них — сама превратишься в их подобие. Скука и злоба выкорчуют все человеческое из души, и она, обидевшись, уйдет. Останется только тело, способное и дальше скучать, завидовать, злиться и сплетничать. Ему для этого душа не нужна. И возможно, оно даже станет счастливее.
Но пока Алина будет рядом, Кимберли такой печальный исход не грозит. Девушка излучала позитив и жизнерадостность. И Ким заряжалась от нее, словно солнечная батарея, лежащая в полдень под безоблачным небом. Ее шутки заставляли хозяйку дома хохотать до слез, и вскоре от смеха у Ким начало сводить челюсть.
— Слушай, мы с тобой прям как подруги, — заметила сама Алина, помешивая в миске соус для спагетти. — Хотя видимся второй раз всего. Странно, правда?
— Да, есть немножко. Если честно, подруг как таковых у меня и не было никогда, поэтому я даже сравнить не могу.
— А чего так? — удивилась гостья. — Все девчонки завидовали твоему богатству и женихам, которые увивались за тобой из-за этого?
— Примечательно, что ты не говоришь: «завидовали твоей внешности». Все настолько плохо? И с чего ты взяла, что я богата?
— Не, ты симпатяжка, — Алина отставила в сторону кастрюлю и повернулась к девушке с серьезным лицом. — Но я не слепая, вижу, что ты не из простой семьи. Твоя речь, твоя одежда, в конце концов. Может, я и выгляжу иной раз оборванкой, но поверь, дорогие шмотки от тряпья, которое я на распродажах покупаю, я могу отличить. А обувь? Это же Италия, разве нет?
— Ну… да…
— Вот видишь. Когда мы в первый раз встретились, ты была вся такая из себя, ухоженная. Волосы блестят, осанка как у королевы, дорогой маникюр.
— А сейчас?
— Погасший взгляд. И появилась легкая сутулость, словно от груза прожитых лет. И ногти обстрижены. И лака нет.
— И что из всего этого следует?
— А то, что ты не привыкла жить вот так, — Алина махнула рукой, обозначая пространство. — Не умеешь готовить. Вообще не умеешь. Значит, за тебя все делали другие. Ногти не смогла уберечь, хотя наверняка убиралась в перчатках. Все это потому, что нет привычки. Для тебя такой мир — чужой. И город этот — тоже. Я не знаю, почему ты здесь, да и не настаиваю на исповеди. Но то, что ты из обеспеченной семьи, видно, как божий день. Может, вы разорились, может, тебя оставили без наследства, а может, ты просто поссорилась с богатым женишком и сбежала сюда. Не знаю. Блин. К чему я эту речь-то затеяла, не помнишь?
Ким против воли прыснула. Серьезная беседа, и такое завершение.
— Вот уж не знаю!
— Погоди-ка. Я это все к тому, что завидовать твоей внешности просто не могли. Ты была богата, и это перевешивало все остальное. Когда у человека есть деньги, внешность уже никому не нужна.
— Обидно, правда? Да и ты тоже в принципе никому не нужен, — вздохнула Ким. — И жениху, у которого нет времени даже на элементарный звонок.
— Угадала! Значит, жених есть. И где он?
— В Дублине.
— Значит, пока твой суженный где-то вкалывает в поте лица, зарабатывая очередной миллион, ты пустишься тут во все тяжкие?
— Нет! — Ким запротестовала и почувствовала, как щеки заливает краской. Почему-то при этих словах сразу вспомнился новый знакомый Марк. — Ладно, я не хочу сейчас думать о наших сложных отношениях с Дарреном.
— А чего тогда покраснела? Давай колись! — усмехнулась Алина, садясь напротив девушки за стол и гипнотизируя ее взглядом.
— Я вчера познакомилась кое с кем. Нет-нет, ничего такого, но я подумала, что друзьями мне можно обзаводиться.
— Слушай… — Алина подмигнула приятельнице. — Вчера с Таиланда вернулся твой сосед Макс, так что мы тусовались у него. И наш обаяшка Марк похвастался, что познакомился со сногсшибательной рыжей красоткой, которую обязательно приведет на смотрины в это воскресенье. Это случаем не ты?
— Ты его знаешь? — Ким чувствовала себя школьницей, застигнутой директором с сигаретой в руках.
— Еще как. Отличный парень, между прочим. Только бабник, учти.
— Да я с ним не собираюсь заводить серьезные отношения.
— Да ну? Марк — не такой человек, с которым можно оставаться просто друзьями. Только если ты — девушка его друга, как я, например. Тогда да.
— Кстати, — Ким решила отвлечь приятельницу от опасной темы. — Ты не в курсе, он знает человека, который раньше жил в этом доме?
— Понятия не имею, если честно, кто тут жил. Да и неинтересно мне это. А что?
— Судя по всему, многие тут хорошо знали прежнего владельца, и теперь недоумевают, что забыла здесь я.
— Хотя, подожди… — Алина призадумалась. — Кажется, год назад все парни из нашей тусовки водили знакомство с таким высоким типом лет сорока пяти. Ну или старше. Потом он погиб в автокатастрофе. Но где он жил, я не знаю. Просто не всегда вникаю в проблемы мужиков. Своих хватает, если честно. Но я видела того мужика. Он кстати, был рыжим, как и ты.
Ким вздрогнула, понадеявшись, что Алина не станет сравнивать их схожесть. Но девушка углубилась в свои воспоминания и не обратила внимания на реакцию хозяйки.
— А этот дом… Я признаться, и не замечала его никогда. Он такой крохотный по сравнению с особняком Прохоровых.
— Да, он действительно незаметный. Но мне нравится.
— Не, я ж не спорю. У нас с Ромкой тоже не дворец. Главное — есть крыша над головой. И есть друзья, у которых крыша большая, вместительная, а еще бассейн есть, — хихикнула Алина. — Впрочем, ты же была у Макса, видела, наверное.
— Если честно, то на размеры я не обратила внимания. Я чуть в обморок не упала от витавших там ароматов.
— Да, ты у нас нежная. Так, давай проверим наши макарошки. Сварились уже, скорей всего.
Обед получился. И Кимберли было приятно осознавать, что она к этому тоже приложила руку. Тщательно записав в новенький блокнот всю последовательность действий, а также количество ингредиентов и время, нужное для готовки, девушка понадеялась, что в следующий раз она справится с этим несложным блюдом и одна.
— Через час надо идти на работу, — горько вздохнула Алина, когда с мытьем посуды было покончено. — А после такого сытного обеда так лень…
— А где ты работаешь? — поинтересовалась Ким.
— В «Дохлой мыши», — мрачно заявила девушка.
— Где-где?!
— Где слышала… Бар так называется. «The Dead Bat». Ну, или по-русски «Дохлая летучая мышь». У хозяина интересное чувство юмора. А еще он почему-то Бэтмена не любит.
— Интересное название, — вежливо заметила Кимберли.
— Да не стесняйся, скажи уже, что название — отстой полный. Хотя бар сам по себе прикольный.
— Тогда чего ж ты так тяжко вздыхаешь?
— Неприятно уходить на смену с осознанием, что дома сидит Ромка и дуется на меня. А во всем виновата Милана. Она вчера проболталась ему насчет Дениса. Коза…
— Ты официанткой работаешь?
— Угу. Вообще хорошее занятие. Клиенты у нас в основном спокойные. Димон не любит, когда шумят, и сам выставляет таких за дверь. С его шкафоподобными габаритами и не пытаются спорить. Он вообще у нас один за всех. И владелец, и вышибала, и главный бармен. Единственное: уборка лежит на официантах. Но нам это не в напряг. Слушай… — Алине явно пришла в голову какая-то идея. — А давай ты со мной пойдешь! Сейчас, в это время, когда уже не день, но еще не вечер, народу мало. Ты закажешь что-нибудь, скрасишь мою скуку. И я тебя с Дмитриевым познакомлю.