Мой случайный босс
- -
- 100%
- +
— Ксю, ты чего? С каких пор ты начала всё воспринимать буквально? — Валя не оправдывается, но я с ней согласна — реакция была нестандартной.
— Не знаю, — опускаюсь на стул, мгновенно успокоившись, — наверное, Душнила так на меня влияет. Он-то точно всё воспринимает буквально. Когда раздавали чувство юмора, он стоял в очереди за серым костюмом. В пятницу рассказал, что до меня работали… Нет, не так — пытались работать — двадцать шесть человек. И все ушли. А он вот вообще не понимает почему, — развожу руками, уловив ухмылки подруг. — И знаете, он действительно не понимает: что договор шокирует, что он сам производит не слишком положительное впечатление, что офис больше походит на режимный объект.
— Так, может, ему объяснить?
— И нарваться на штраф? — Девчонки отводят взгляды, потому что помнят — два у меня уже есть. — У меня и так уже третий маячит… — перехожу на шёпот и опускаю голову.
— За что? Туфли? — Отрицательно мотаю головой. — Яркая рубашка? — Снова «нет». — Что, Ксю?
— Цветок, — бурчу неразборчиво.
— Чего?
— Цветок! В горшке. Комнатный цветок в большом керамическом горшке.
— И что ты с ним делала?
— Хотела переставить из коридора в приёмную.
— И-и-и? — Девчонки обмениваются смешками, уже предполагая, что история намечается интересная.
Беру телефон и нахожу видео, которое Клейнберг мне «заботливо» прислал, когда я поднялась в квартиру. Видимо, чтобы я понимала, за что будет выписан третий штраф.
— Вот, — подталкиваю к девчонкам.
Молча палятся в экран, но спустя две минуты Валя не сдерживается и начинает ржать. Сашка подхватывает, и вот уже вовсю сыплются комментарии.
— Ксю, ты огонь! — Валя стирает слёзы и включает ролик с моим участием снова. — Я от тебя другого и не ожидала.
— Угу, хорошо, что в приёмной нет камер. Там как раз и было продолжение.
— Так-так-так. — Сашка придвигается ко мне, толкая в плечо. — Давай рассказывай.
И я рассказываю, как на меня упал горшок и едва не лишил жизни в приёмной босса. А после тот сам появился и спас меня, напоследок прислав свидетельства моих пятничных приключений. Вот бы мне такое видео с его участием, я бы точно использовала его по максимуму в своих целях.
— Я даже представить не могу эту картинку. — Сашка снова заливисто хохочет. — Ты и горшок между ног. И босс, спасающий твою жизнь. Ай, не могу…
— Да ну вас. — Равнодушно махнув рукой, включаю второй раз чайник. — Опять оштрафует.
— А за что? Цветок же его, а не принесённый тобой. Просто ты его переместила на несколько метров.
— Я ему так и сказала, — жую конфету, предлагая девочкам и получая отказ. — Аргумент вроде бы принял, но не факт. В понедельник буду знать точно.
— Чёрт, Ксю, — вздыхает Сашка, — его Ирэн бросила. Он завтра будет злой как собака.
— Посмотрим. — Поникнув, понимаю, что подруга права.
— Так, но мы же в субботу идём в клуб? — Валя водит пальчиком между нами. — Планы не меняются?
— Обязательно идём, — отвечаю первая. — Мне нужно расслабиться после интенсивной работы с Душнилой.
— И мне, — дополняет Сашка, — да и давно никуда не выбирались. Так что никаких отмен.
— Никаких…
Девчонки уходят спустя час, а я обдумываю, в чём появиться завтра в офисе. Четыре дня в чёрном костюме по ощущениям из меня душу вытянули. Есть серый вариант и тёмно-синий. Останавливаю выбор на первом. Серый в списке присутствует, да и, судя по всему, это любимый цвет босса. Так что он будет только за.
Достаю коробки с туфлями и открываю, выбирая те, что станут очередным потрясением для Душнилы. Засматриваюсь на винтажные туфли, купленные мной в прошлом году с рук у девушки, которая распродавала вещи бабушки. Невероятные серо-розовые туфли, комбинированные атласом и кружевом, дополненные фигурным стальным каблуком. Отдала за них пять тысяч, но они стоили больше. Девушка даже не поняла, что владеет парой туфель, созданной сто лет назад не в нашей стране. Не знаю, как они достались её родственнице, но вряд ли онаа их купила. Может, подарок?
Их и возьму. Должен же быть у босса хоть один день без особых потрясений.
***Понедельник и отсутствие цветка. Он возвращён на прежнее место — в холл. Для симметрии и личного спокойствия Клейнберга. А как же я и хоть какой-то островок радости в этой серой унылости?
Ладно, может быть, хоть штрафа не будет…
— Доброе утро, Аристарх Игоревич, — поднимаюсь, произнося едва слышно и готовясь к нагоняю.
— Доброе, Ксения. — Привычно обходит стол и смотрит на мои туфли. — Эти одобряю.
Беззвучно открываю рот. Оказывается, босс меня ещё и оценивает. Может, он мне оценки выставляет, а в конце месяца будет суммировать? Знать бы критерии и условия их выставления.
— А цветок нет? — интересуюсь несмело.
— Он будет стоять на своём привычном месте. Но я разочарован, — вскидываю взгляд, внимательно смотря на него, — был уверен, что вы уже затащили его к себе.
— Второй раз не смогу.
— Это хорошо. Давайте договоримся: больше никаких изменений без моего согласия.
— Вы ни на что не согласитесь, — обиженно бурчу.
— Именно так. Потому что это моя компания и мой офис.
— А штраф?
— Я обдумал ваши аргументы и согласен — цветок уже находился здесь. Тот факт, что вы хотели его переместить, является нарушением правил, но не критичным.
— Спасибо, Аристарх Игоревич.
Выдыхаю, понимая, что минуса не будет. Нужно продержаться до зарплаты без эксцессов.
— Кстати, сегодня группа во главе со мной едет к Замятину для итогового подписания. Вы с нами.
— Я?
— Да. Включайтесь в процессы нашей компании. Вы пришли, когда сделка была на завершающем этапе, но в следующий раз я хочу вашего активного участия.
— Поняла вас.
Соглашаюсь, а когда он исчезает в кабинете, оседаю на стул. То есть я не просто секретарь, а личный помощник? Но я мало что понимаю в сфере работы компании Клейнберга. Или понять придётся? А может, я просто ходячая записная книжка: пометить, запомнить, проинформировать его? Ладно, для начала необходимо понять, что входит в мои обязанности.
Но меня однозначно радует поездка к Замятину. Очень приятный мужчина, оставивший исключительно положительные впечатления. Ни на что не рассчитываю, но кто сказал, что не может возникнуть симпатии? А там, возможно, получится сбежать от Аристарха к более приятному во всех отношениях лицу.
Заполняю документацию, откладывая в отдельную папку бумаги на подпись, и неожиданно вспоминаю — его бросила Ирэн. Ни намёка на сложности в личной жизни. Ему действительно плевать? Или же малознакомые люди не достойны проявления его переживаний? В любом случае это не моя проблема. Уж в этом вопросе я точно ему не помощник.
Уверенная, что успею пообедать, встаю, но в этот момент Клейнберг вылетает из кабинета. На нём верхняя одежда, что говорит о планах покинуть здание.
— Поехали, Ксения.
— Но я…
— Сейчас, — произносит твёрдо.
— Можно я переобуюсь?
— Нет. Сейчас — значит безотлагательно.
Успеваю лишь схватить пальто и сумочку. Босс пропускает меня вперёд, чтобы я не задержалась на лишние несколько секунд. Семеню за ним, сожалея, что мои винтажные туфли пострадают от раскисшей жижи, которая когда-то была снегом. Но, к счастью, мы спускаемся на парковку, где стоит уже знакомый мне автомобиль. Сажусь на переднее сиденье, не получая недовольства от мужчины.
— Мы поедем вдвоём?
— Остальные уже выдвинулись.
Отлично, значит, людей будет больше двух. Устроюсь где-нибудь в стороне и буду наблюдать, как проходят крупные подписания. Вряд ли кто-то обратит внимание на секретаря, при условии, что главное действующее лицо настроено присутствовать лично.
Едем минут сорок, останавливаясь перед внушительным стеклянным зданием. А хорошо этот Замятин устроился. Я бы не отказалась здесь работать… Искоса посматриваю на Клейнберга, заезжающего на подземную парковку. Он меня не отпустит. Теперь уже точно.
Нас уже ждут. Группа мужчин в строгих костюмах мне знакома: несколько юристов, представители экономического отдела, всегда хмурый заместитель Аристарха. В общей сложности девять человек. Не считая нас с боссом. Представительная делегация.
Поднимаемся на девятнадцатый этаж, попадая в просторный холл, утопающий в зелени. Наши два цветка — полная скудность. И да, с восприятием цветов здесь всё в порядке — сдержанно, но позитивно.
Вот бы Душнила сделал выводы и хоть как-то задумался об изменениях. Хотя о чём это я, он и слов-то таких не знает.
Нас приглашают в конференц-зал, где уже всё подготовлено для деловой встречи. Просторное помещение с овальным столом на сорок мест. Мы занимаем одну сторону. Точнее, я жду, когда подчинённые Аристарха рассядутся, а я спрячусь за ними, устроившись последней.
Встреча начинается, когда Замятин входит в зал и приветствует гостей. Обсуждение вопросов чёткое и быстрое. Вероятно, подготовка была длительной, и сейчас лишь итоговые штрихи. Хозяин встречи говорит прямо, видимо, уже поняв особенность Клейнберга. С таким шутки могут закончиться нехорошо, особенно если ты заинтересованная сторона.
Я внимательно смотрю и слушаю, отмечая для себя, как проходят подобные встречи. Угрюмов встречался с потенциальными партнёрами на нашей территории, а если и уезжал, то без меня. Поэтому сейчас чувствую себя особенно — частью чего-то важного.
— Ксения, папку, — доносится рядом голос одного из юристов.
Пропустила момент, когда босс всучил мне документы, кстати, не потрудившись пояснить, в какой момент они понадобятся.
Встаю и направляюсь к Аристарху, кладу перед ним папку и, поймав взгляд блондинки, которая сидит по правую руку от Замятина, возвращаюсь на место.
— Предварительные согласования окончены. Перед вами итоговый вариант договора о сотрудничестве. Если у сторон больше не имеется замечаний, можем приступить к подписанию, — произносит кто-то из группы Замятина.
Клейнберг подписывает стопку бумаг, выводя на каждой странице свою подпись, и передаёт Замятину. Последний планирует сделать то же самое, а когда кончик ручки почти касается листа, блондинка его останавливает и что-то шепчет, приблизившись вплотную.
Пауза, которая мгновенно озадачивает присутствующих. Что-то не так? Неужели в последний момент договорённости будут изменены?
— Замечаний по договору не имеется, но есть условие, Аристарх Игоревич.
Даже я чувствую, как босс напрягается. Спокойный и собранный Клейнберг сейчас растерян в ожидании новых требований.
— Я могу узнать, какое?
— Да. — Замятин немного сокращает расстояние, сдвинувшись по столу, — мне нужны туфли вашей помощницы.
Глава 7
Мне не послышалось? Нет, не послышалось. Потому около двух десятков пар глаз переключаются на меня, а затем на мои туфли. Те самые, которые могут стать камнем преткновения и разрушить договорённости.
Но первое: мне неясно, почему мои туфли. Второе: кто эта женщина рядом с Замятиным и почему он готов вынести такое странное условие на обсуждение?
Сглатываю и сжимаюсь, потому что присутствующие чего-то ждут. Чего? Перевожу взгляд на босса, а в нём явное «что происходит?».
— Ксения, — зовёт меня негромко, — нам нужны ваши туфли.
Нам? Ага, сейчас.
— Аристарх Игоревич, я никому… — начинаю, повышая голос.
Подскакивает, оказываясь рядом со мной быстрее, чем я успеваю выплеснуть своё возмущение.
— Пойдёмте со мной, — шипит. — Прошу прощения, — обращается к присутствующим, одновременно подталкивая меня к двери, — мы вернёмся через две минуты.
Оказываемся за пределами конференц-зала. Здесь несколько сотрудников компании Замятина, видимо, ожидающих итогов переговоров. Клейнберг отводит меня в сторону, оборачиваясь и контролируя, чтобы нас никто не услышал.
— Снимайте туфли, — отдаёт приказ.
— Нет.
— Ксения, от ваших туфель зависит подписание сделки. А она для меня очень важна. Переговоры шли несколько месяцев, и я не хочу остаться без выгодного контракта по причине вашей упёртости.
— Упёртости? Аристарх Игоревич, сделка ваша?
— Да.
— А туфли мои, — складываю руки на груди, заняв оборонительную позу.
— Снимайте туфли.
— Не вы мне их купили, чтобы требовать, ясно?
— Это всего лишь туфли.
— Это всего лишь мои туфли. Разницу чувствуете? Это вещь, которая принадлежит мне, и никто не имеет права забрать её у меня. Не отдам! — приближаюсь, отчего наши лица оказываются близко к другу и, не отводя взгляд, выдерживаю битву напряжением.
— Я куплю вам новые.
— Эта пара туфель создана в начале двадцатого века. Винтаж в чистом виде. Стоит много.
— И как же вы их купили? Недавно вы мне сказали, что делаете покупки на распродажах.
— Купила с рук у девушки, которая распродавала вещи бабушки. Она даже не подумала, что они могут стоить больше пяти тысяч рублей.
— Ладно, — Клейнберг шумно выдыхает, — пять пар туфель взамен этих.
— Нет.
— Десять.
— Снова нет.
— Пятнадцать.
— Опять нет.
— Двадцать.
Собираюсь сказать «нет», но в моём воображении уже создаётся картинка, где я, довольная и счастливая, тащу домой двадцать коробочек с новой обувью.
— Как вы щедры, Аристарх Игоревич. С чего бы это?
— Я хочу подписать контракт с Замятиным.
— Кстати, кто эта особа, заставившая серьёзного мужчину, включить в условия договора туфли?
— Его невеста.
Даже немного грустно, что Замятин уже занят. Интересный мужчина, в отличие от Душнилы, который готов наброситься на меня и силой стащить туфли.
— Всё равно нет.
— Ксения, что вы хотите взамен?
В голове каруселью несутся мои хотелки, но все они не имеют отношения к боссу, да и не готов он к их исполнению.
— Двадцать пар туфель и аннулирование штрафов.
— Согласен.
— По рукам. — Тянет свою ладонь, но я вовремя вспоминаю, что для босса слова не имеют значения — только официальный документ. — А где гарантии, что вы меня не обманете? — прищуриваюсь и жду его ответа.
— Я даю слово, Ксения.
— Нет, Аристарх Игоревич, у меня было время, чтобы немного вас изучить. Только документ, где вы поставите свою подпись.
— Вы серьёзно?
— Абсолютно.
— Ладно… — Спешит в конференц-зал, а через несколько секунд появляется в сопровождении юриста компании. — Идёмте.
И мы идём, оказавшись в первом же кабинете, где Клейнберг просит сотрудницу Замятина создать документ под его диктовку.
— Я, Клейнберг Аристарх Игоревич, генеральный директор ЗАО «АРГО», обязуюсь купить Солнцевой Ксении Витальевне двадцать пар туфель, а штрафные санкции, полученные неделей ранее, отменить. Всё? — выжидающе смотрит на меня.
— И цветок.
— Какой цветок?
— Я хочу цветок в приёмную. В большом красном горшке с круглыми ярко-зелёными листьями, — выдаю подробности, чтобы босс не притащил мне микроскопический кактус. — Теперь всё.
— Хорошо. Информацию о цветке допечатайте, пожалуйста.
Девушка, исполняющая указания, странно на нас поглядывает, едва заметно улыбаясь. Ну а что? Если крутить босса, то по полной. И момент для этого настолько идеальный, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не добавить ещё парочку «хочу».
— Прочтите. — Босс протягивает мне распечатанный лист, где крупными буквами выделено «Расписка». — Всё верно?
Пробежавшись по строчкам, с трудом сдерживаю эйфорию, рвущуюся из меня. Нужно это девчонкам показать.
— Да.
— Два экземпляра, — машет передо мной листами, а затем ставит свою подпись и передаёт юристу, — моя подпись и Ивана Дмитриевича. Ваш экземпляр, — протягивает мне. — А теперь отдайте туфли, — замирает передо мной.
— Давайте вернёмся в зал. Я сяду и сниму обувь.
И мы возвращаемся, сопровождаемые взглядами заждавшихся присутствующих. Оказавшись на своём месте, расстёгиваю ремешки и отдаю Клейнбергу туфли, которые он ставит на стол перед Замятиным. Невеста последнего довольна, что подтверждается ликованием во взгляде. И да, она знает, что туфельки ценные.
Расстроилась ли я? Не очень. Такая обувь не на каждый день, и, если быть честной, сегодня я впервые надела эту пару. Зато взамен я получу двадцать новых. А ещё полную зарплату. И цветок. Что ж, неплохо я раскрутила босса. Спасибо вам, Замятин Егор Леонидович.
Спустя двадцать минут стороны обмениваются папками, а руководители дополняют подписание крепким рукопожатием. Становится шумно, конференц-зал пустеет, а я не спешу подниматься.
— Ксения, нам пора, — медленно приближается ко мне босс.
— Аристарх Игоревич, я, вообще-то, босая, — поднимаю ногу, покрутив ступнёй.
— Да, точно. И что делать?
— Вы можете съездить в офис и привезти мне сапоги. Я вас здесь подожду.
А пока он будет ездить, я с пользой проведу время в офисе Замятина, а именно, рассмотрю сотрудников-мужчин.
— Я потрачу на дорогу около двух часов. Меня ждут юристы для проработки дальнейшей стратегии по подписанному сегодня договору.
— Ладно, — поднимаюсь, — пойду босиком.
— Нет-нет, это не гигиенично.
— Тогда как быть?
Жду решения от мужчины, который действительно не знает, что делать. Смотрит на мои ступни, словно на них туфли яркого цвета, которые ему так не нравятся.
— Я не знаю. — Он в панике.
Душнила в панике, потому что не может прийти к самому простому решению.
— Вы можете меня донести до машины.
— Донести?
— Взять на руки и донести.
— Да. Я могу донести, — мямлит. — Точно могу.
— Идём?
Кивает, а затем подходит сбоку и поднимает меня. Руками обвиваю его шею, чтобы не упасть, и опасаюсь, что у Клейнберга не хватит сил двигаться в комплекте с не очень лёгкой ношей. Но, к моему удивлению, он уверенно идёт к лифту, который гостеприимно открывает свои двери, и наша парочка, провожаемая заинтересованными взглядами сотрудников Замятина, скрывается внутри.
Молчу в ожидании, когда босс сможет «скинуть» неценную ношу в машину. Он держит крепко, не чувствуется дрожи в руках или же сдавленного дыхания. Словно я совсем лёгкая, а он готов тащить меня через весь город. А с виду Душнила выглядит совсем не спортивным: средняя комплекция, без горы мышц и показательной силы.
— Потяните ручку, — оказавшись на парковке, останавливается со стороны пассажирского сиденья и ждёт, когда я открою дверь.
Бережно усаживает меня, а сам обходит автомобиль, чтобы сесть за руль.
— Спасибо, — скупая благодарность. — Когда приедем, мне придётся снова залезть к вам на ручки.
— Почему?
— А как я дойду до офиса?
— Да, точно. — Смотрит перед собой и не спешит выехать с парковки. — Ксения, до конца рабочего дня осталось полтора часа. Мы приедем в офис, и вам практически сразу нужно будет его покидать. Поэтому сейчас я отвезу вас домой. Согласны?
— Да.
Сегодня замечательный день по всем направлениям.
— Или сапоги, оставшиеся в офисе, у вас единственные?
— Нет. Я могу забрать их завтра.
И теперь он спешит в уже знакомом ему направлении. Ко мне домой. А я думаю о его обещании. Да, расписку он составил и даже подписал, но точные сроки не были указаны. А если туфли он мне купит через полгода или не купит вообще, сославшись на размытость временных рамок? Не уточнила — туфли не получила. Об этом я не подумала. В этот момент градус радости значительно падает, а я уже сожалею, что отдала невесте Замятина свои туфельки.
— Когда я могу выполнить своё обещание?
Кто бы сомневался, что босс серьёзно относится к документам, которые подписал. А я заранее в нём разочаровалась.
— Когда вам будет удобно.
— Завтра?
— Давайте завтра.
— Сегодня отправлю распоряжение в бухгалтерию об отмене удержания штрафов.
— А цветок? — И это не менее важно, чем туфли и отменённые штрафы.
— О цветке не забыл.
Что ж, всё в стиле исполнительного босса. Да, он требует соблюдения правил, но и сам от них не отказывается. Вот так мне однозначно нравится: когда его правильность работает на меня.
Через полчаса мы у моего дома, где Клейнберг снова берёт меня на руки и идёт к подъезду. Прикладываю электронный ключ, чтобы открыть дверь подъезда, и нас сразу же ждёт неприятность, а именно табличка «Лифт не работает».
— Чёрт! Опять сломался.
Понимаю, что сейчас босс поставит меня на ноги, и придётся подниматься на своих двоих по грязным ступеням.
— Ничего страшного. Есть же лестница.
И он действительно поднимается по этой самой лестнице, быстро преодолевая ступени. Кто этот человек, дыхание которого не сбивается с каждым пройденным этажом? А Душнила-то у нас выносливый и крепкий. Нужно это учесть. Пока не поняла, для чего мне эти знания, но пусть будут.
— Открывайте, — замирает перед нужной дверью.
— Вы даже номер квартиры знаете?
— Я уже говорил, что посмотрел в личном деле и запомнил.
— Точно…
Поворачиваю ключ, а когда дёргаю дверь, в меня летит громкое мяуканье. Босс ставит меня на ноги и в прямом смысле отпрыгивает назад.
— Что с вами? — Смотрю на Марысю, изучающую Клейнберга, который таращится испуганно на кошку.
— Аллергия на кошек. С детства.
Дружок, нам точно с тобой не по пути. Хотя какой путь? О чём это я? Встряхиваю головой и гоню от себя странные мысли.
— Спасибо, Аристарх Игоревич. До завтра?
— А? — Дарит мне свой взгляд, наконец-то оторвавшись от лицезрения Марыси. — Да, Ксения, до завтра. Ещё раз спасибо за туфли.
Разворачивается и спешит удалиться от меня и кошки. Смотрю на рыжее пушистое чудо, а через секунду громкое «мяу» напоминает, что моя питомица проголодалась.
И пока Марыся жуёт корм, кратко описываю события сегодняшнего дня девочкам в чате, а затем фотографирую расписку и отправляю. Реакция не заставляет себя ждать, а я улыбаюсь, довольная сложившимися обстоятельствами и тем фактом, что босс изменил своим правилам, чтобы исполнить мои требования.
Сашка: Мой респект этому Замятину. А он вообще кто?
Я: Замятин Егор Леонидович. Посмотри в интернете.
Не проходит и минуты, как в чате появляется фото Замятина, а следом совместное с невестой. Той самой, которая получила мои туфли. Очень красивая женщина, которой я немножко завидую.
Валя: Красивый мужик…
Сашка: Мужик, который готов был пожертвовать контрактом, чтобы исполнить желание любимой женщины.
Я: Ничем он не жертвовал. Просто точно знал, насколько Душниле важен контракт. Поверь, если бы он попросил моего босса раздеться, тот не задумываясь сделал бы.
Сашка: А там есть на что посмотреть?!
Я: Понятия не имею.
И почему я вообще должна знать? Подобного рода фантазий в моей голове не было. Да, мой босс — мужчина привлекательный, но ровно до того момента, пока не откроет рот.
Валя: А на ощупь? Ты же его обнимала, пока он тебя нёс.
Воссоздаю в памяти тактильные впечатления. Тело Клейнберга упругое и твёрдое, но явных мышц я не ощутила. Он вынослив — это факт. Доказательством этому служат девять лестничных пролётов, которые были преодолены, как мне показалось, без особых усилий.
Я: Ничего выдающегося обнаружено не было.
Сашка: Если их сравнивать, то Замятин однозначно выигрывает.
А дальше в чате появляются два фото — Замятина и Клейнберга. Первый живой, с искрящимся взглядом и уверенной подачей, второй — серьёзный, с поджатыми губами и пустотой в глазах. Разница очевидна…
Сашка: А вот ещё.
Чат заполняется картинками, и они мало походят на фото в официальной обстановке. Замятин на отдыхе с невестой, да и Клейнберг в машине.
Я: Откуда фотографии?
Сашка: Смотри.
Перехожу по ссылке, а там группа «Богатые холостяки нашего города». Так, ни один, ни второй ими не являются. Уж Замятин точно. Здесь альбомы с фотографиями трёх десятков мужчин, которые, по мнению создателя сообщества, имеют приоритет в сравнении в другими представителя мужского пола.
Парочка лиц мне знакома: они появлялись в приёмной Клейнберга. Остальные неизвестны, но являются вполне привлекательными. Подробное досье на каждого «жениха» удивляет: словно кто-то следил за ними, чтобы выдать достоверную информацию.
Я: Холостяки? Они практически все заняты.
Сашка: Может, информация давно не обновлялась? Хотя твой Душнила уже свободен.
Я: Он не мой. Да и с Ирэн не всё однозначно. Может, она действительно нуждается в паузе, а спустя время вернётся к жениху, и свадьба прогремит на весь город.
Валя: Мне кажется, нет. В ресторане она была настроена на окончательный разрыв.