А + Д =? История еще одной первой любви

Глава 7

Арс

До вечера успеваю только разобрать ноутбук, отмыть клавиатуру и пересмотреть платы и контакты на предмет повреждений. Картина так себе. В подобных случаях вскрывать технику надо сразу, тогда шансов на спасение у нее гораздо больше, но попытаться что-то сделать еще можно.

Собираю спортивную сумку для предстоящего боя. Шорты, перчатки без пальцев, бутылка с водой и аптечка. Данте научил меня все самые необходимые медикаменты брать с собой. Это у Терехова все было на профессиональном уровне, и врачу можно было доверять как себе, да и свои были по-настоящему своими. В «Клетке» может произойти что угодно, поэтому мы не пьем в местном баре, носим свои бинты и свою воду. Тихо выхожу в прихожую и, ничего не сказав маме, покидаю квартиру. Дан сегодня едет со мной. Мы договорились встретиться возле «Клетки».

Под музыку еду через город к трассе, думая, где еще в нашем захолустье можно провести время с девушкой, которая тебе не девушка. Она любит движовое, как я понял. Может, сходить на картинг? Он вообще еще работает? Черт, как я привык к жизни в столице! А сюда вернулись с мамой, потому что снимать жилье стало не по карману. Все уходило на ее лечение, приемы врача, операцию и период восстановления. Ехать от столицы до моего родного городка всего ничего, а уровень жизни уже заметно отличается.

Одной рукой удерживая руль, второй ищу сайт картинга. Должен же он у них быть? Сейчас у каждого киоска есть либо свой сайт, либо приложение.

Экран перекрывает входящий звонок.

– Да, дядь Вань, слушаю.

– Здарова, малой, – бодро отзывается старший брат моего отца. – Чего мама трубку не берет? Уже раза три звонил. Тишина.

– Отдыхает она. День был сложный.

– Случилось что-то? – Вся легкость из его голоса тут же исчезает.

– Все паршиво, дядь Вань. Но давай не по телефону. И маму не дергай сегодня с вопросами, окей? Я завтра приеду к тебе в мастерскую, поговорим.

– Понял. Ты сам-то как? Списки поступивших уже есть? Прошел?

– Прошел.

– Матери, конечно, так и не рассказал. – В дяде включается воспитатель.

После гибели отца он по мере сил принимает участие в моем воспитании. Только я уже вырос, и в этом нет необходимости.

– Тогда придется рассказывать все, – намекаю ему на «Клетку». – Ей это ни к чему.

– Ох, Арс, Арс… Втянул ты меня в этот ком из обмана. Ладно, действительно, не будем сейчас об этом. Завтра приедешь – поговорим.

Он что-то еще кричит, но уже не мне, а своим работникам. Ухмыльнувшись, возвращаю телефон на подставку, но больше ничего не ищу. Настроение, как у девчонок во время ПМС, с разгона пробивает дно. Руками крепче сжимаю руль, а нога сама давит на педаль газа.

До «Клетки» доезжаю раза в полтора быстрее, чем обычно, умудрившись ничего не нарушить по дороге. Замечаю тачку Данте. Встаю прямо за ней. Друг выходит из машины, хлопает меня по плечу.

– Взгляд зверский у тебя, конечно.

– На себя посмотри. – Толкаю его в грудь. – Ильхана пришел подразнить?

– У меня завтра бой. Так что он должен пребывать в добром расположении духа.

– Ты когда сваливаешь уже? – Забираю сумку из машины, ставлю тачку на сигнализацию.

– Своего личного врага положу и свалю. Что у тебя с Дилей?

– Уже доложили? – Рассмеявшись, вхожу в полумрак клуба.

Народ потихоньку собирается. Мы огибаем толпу по дуге, чтобы как можно меньше пересекаться с теми, кто платит за жесткое шоу, происходящее на ринге с тем самым названием «Клетка». Место, где нет таких понятий, как правила, честь, ничья. Есть только победители и проигравшие. А еще шоу. Обязательно. Люди любят адреналин. Они упиваются им. Они за него платят. И если проигравший не выходит с ринга сам, платят больше.

Сюда идут за деньгами те, кто по разным причинам оказался вне официальной спортивной карьеры, как я, например.

Мужчины заявляются сюда за эмоциями, женщины – за сексом с сильными, накачанными тестостероном бойцами. Последнее – дело исключительно добровольное, если в это не вмешиваются интересы хозяина клуба, как случилось с Данте. До сих пор разруливает. Я же интересен Ильхану как боец Терехова, который еще и сам пришел в клуб. У моего бывшего тренера с владельцем «Клетки» давний личный конфликт.

– Ами проболталась, что вы гуляли, – сдает девчонок Дан.

– Просто гуляли, – подтверждаю я. – Это ничего не значит.

– Она хорошая. – Друг озвучивает очевидное.

– Может, дело как раз в этом? Она хорошая, а я – нет. – Захожу в раздевалку. Бросаю сумку на скамью, сажусь сам.

– Еще недавно я думал так же. В сентябре женюсь, – смеется Данте.

– Нет, Дан. Я не такой, как ты. И проблем вокруг меня навалом. А Диля… Диля просто друг. Мне с ней классно. На этом все. Мне к бою надо готовиться.

– Ты только больше никому этого не говори. Уведут, – подмигивает он. – Тейпироваться будешь или без бинтов?

– Перчатки. – Вынимаю их из сумки.

– Окей. Кто у тебя сегодня? – Данте заходит на закрытый для посторонних сайт и смотрит таблицу.

Быстро обсуждаем стратегию боя, и я остаюсь один. Упершись затылком в стену, закрываю глаза, ощущая, как от криков из зала разгоняется кровь и шумит в ушах. На шее мощными толчками бьется пульс, а в сознании теплый, звонкий смех Дили, и вопреки логике на моих губах появляется улыбка. «Больше никому не говори…» Не скажу. Да и некому больше.

К выходу на ринг улыбка превращается в оскал. Встряхиваюсь, пружиню на ступнях, чтобы «слиться» с настилом, почувствовать, как двигается собственное тело. Толпа ревет. Зрителей уже знатно разогрели. Девочки в мини ходят между рядами и собирают дополнительные ставки. Я здесь недавно, на меня пока много не ставят, но это быстрые и очень необходимые нам с матерью деньги, которые я зарабатываю так, как умею. И здесь всем плевать, что я делаю за пределами ринга. Курю, бухаю, развлекаюсь с девочками. Главное – побеждать. Может, мое место и правда здесь?

Мой соперник немного выше меня. В основном работает ногами по верхам. Значит, будем следить и часто пригибаться. Нас представляют посетителям. Приходится покрасоваться, демонстрируя натренированное тело. Встаем друг напротив друга. Он рычит, накачивая себя злостью. Бешу его очередной ухмылкой. Маню к себе, пританцовывая на месте, чтобы уйти в оборону в любой момент. Хочу посмотреть, как он двигается.

Соперник пробивает двойку в воздух, подпрыгивает и пытается засадить мне в голову с вертушки. Ухожу от хай-кика, мимолетно поблагодарив Дана за разбор. Меня бы уже унесли, а теперь поиграем. Вывожу кикера на очередную связку. Ухожу в сторону. За спину. Обхватываю его за горло одной рукой. Надавливаю на кадык, а кулаком другой бью в печень. Толпа радостно ревет. И мне бы сейчас его добить, но у нас же шоу. Отпускаю. Раунд мой. Их здесь больше, они быстрее. И к этому темпу тоже приходится привыкать.

Прополоскав рот, делаю стойку, мысленно рисуя схему следующего короткого боя. Забираю себе еще один раунд. А на третьем дышать становится сложнее. Организм припоминает мне недавно выкуренную сигарету. Встряхнувшись, выравниваю дыхание, не обращая внимания на дискомфорт в груди. Этот раунд я отдаю, пропустив-таки один из ударов. Лежу на настиле, смотрю, как беснуется толпа за решеткой, закрывающей ринг. Все весело плывет и кружится. А в голове крутятся Диля – мама, мама – Диля и бабки, которые так сильно нужны.

– Встал! – где-то с боку рявкает Данте.

И я встаю, да. Я сюда побеждать пришел! Мотнув головой, встречаюсь с довольным взглядом соперника. Оке-е-ей. Ты – кикер, я – боксер. Пришла моя очередь показать свою фирменную связку. Шоу больше не хочется ни ему, ни мне. Мы бьемся в полную силу. Уворачиваемся, прикрываемся, нападаем. И в подходящий момент я провожу один из обманных маневров, показывая сопернику одну траекторию удара, а бью по другой, и он с красивым разворотом корпуса ложится на настил. На счет «десять» моя рука взлетает вверх. Выиграл. Ну как-то так. Чего-то я все-таки стою.

На выходе с ринга меня встречает Дан. Хлопает по потному плечу и тихо отчитывает в ухо за косяки.

– Тебе дыхалки не хватило, поэтому повело. Какого хрена? – Смотрит на меня прямо как бывший тренер.

– Так вышло, извини, – огрызаюсь, еще кипя от адреналина.

– Следующие тренировки будут на раскачку дыхалки и выносливость, – заявляет он. – Но в конце сделал его красиво. Я залюбовался.

– Мотивация железная. – Иду мимо друга в сортир к раковине. Брызгаю в разгоряченное лицо холодной водой.

– Опять с мамой что-то?

– Опять. Давай не сейчас, а, – прошу его. – Сейчас я хочу забрать свои бабки, поехать в ближайший клуб и ни о чем не думать там до утра. – Впиваюсь пальцами в раковину и зажмуриваюсь. – Ты со мной? – спрашиваю тише.

– Поехали, – вздыхает Дан. – Ами только предупрежу.

– Спасибо, – отвечаю, едва слыша собственный голос.

Глава 8

Арс

Ночной клуб распахивает перед нами двери, и тело вибрирует от качающего трека. Танцпол здесь забит в любой день недели. Знакомый бармен за стойкой делает фирменные коктейли с элементами шоу. Оглядываюсь, сканируя зал в поисках тех, кого не хотелось бы встретить сегодня.

– Пойдем на второй этаж. Там не так долбит, – говорю Данте прямо в ухо.

Поднимаемся по стильной металлической лестнице. Садимся подальше от перил на кожаный диван у низкого столика. Обслуживание в этом заведении высший класс. Официантка оказывается перед нами буквально через минуту. Отдает стильное меню и отходит к другим посетителям, пока дожидается знака вернуться.

– «Лонг-Айленд» и острых орешков, – озвучиваю заказ.

– Безалкогольное пиво, и да, можно тоже орешки, только соленые, – добавляет Данте.

– Драконы себе не изменяют? – хмыкаю я, когда мы остаемся вдвоем.

– То шампанское, что едва не разрушило мою жизнь, до сих пор стоит поперек горла. Да и бой у меня завтра, – напоминает друг. – Так что да, не изменяют. А ты решил уйти в отрыв?

– А ты против?

– А должен? – копируя мою интонацию, спрашивает Данте.

Официантка приносит наши заказы. Дан удивленно смотрит на прозрачный заварной чайник.

– Классическая подача, – поясняю я. – Редко где так подают. Обычно в бокалах. Но это же «Лонг-Айленд Айс Ти», так что чайник – это не просто фишка. – Переливаю в бокал, кидаю в него трубочку. – Забавная у нас с тобой компания. – Размешиваю лед и поднимаю бокал. – Дракон и Стич.

– Ну-у-у, ты пока еще не синий.

– Главное, не стать зеленым.

Рассмеявшись, ударяемся с Даном стеклянными бортами и делаем по глотку. Крепкий, горьковатый напиток по вкусу действительно напоминает черный чай с лимоном. Пьется легко, но эта легкость обманчива. Пара порций способна вынести даже такого мощного парня, как Дракон. Мне же хочется поймать какую-то грань, чтобы совсем не улететь и опустошить голову хотя бы до утра.

– Арс, – Данте немного сползает по спинке дивана, принимая небрежно-расслабленную позу, но глаза выдают его обеспокоенность, – не хочешь поговорить?

– Не хочу. – Качаю головой и натягиваю на лицо одну из заготовленных улыбок, а-ля «мне все по барабану». – Давай просто пить, а?

– Как скажешь, – соглашается он.

За что мне нравится Данте, так это за то, что не лезет в душу без приглашения. Наш разговор с личного перетекает на обсуждение сегодняшнего боя, фильмов, музыки и даже девчонок, но эта тема быстро сворачивается сама собой, потому что говорить о левых и одноразовых неинтересно, а обсуждать своих не по-мужски. Диля хоть и друг, но говорить о ней с кем-то вот так, за спиной, все равно не хочется. Мне нравится о ней думать, когда я один.

Коктейль медленно расслабляет тело и немного кружит голову. Все же пью я редко, а что-то такое крепкое вообще вечность не заказывал. Раньше мы с парнями после больших турниров собирались и уходили в отрыв. Дурачились, спорили, знакомились с красивыми девочками. Весело было, и казалось, что все, абсолютно все можно решить. Жизнь была легкой, наполненной возможностями, ведь это столица, черт ее побери! А впереди маячили титулы, выход на мировые чемпионаты. Терехов упрямо тащил нас наверх, но я сорвался и шарахнулся головой о реальность.

Залпом допиваю коктейль и наливаю еще. На душе погано. Не думать никак не получается. А сегодня очень хочется именно этого. Я собирался найти здесь какую-нибудь малышку и зависнуть с ней на ночь, но даже этого теперь не хочу. А зависнуть неожиданно необходимо с другой. Может, расскажу ей, чтобы не вступала в отношения с такими придурками, как я. И о том, что я готов защищать ее от них. Интересно, у Диляры был кто-то? Кому она подарила свой первый поцелуй? Не бывает же нецелованных восемнадцатилетних девочек. С какого я вообще об этом думаю? Можно выключить все мысли на сегодня? Я же просил!

Достаю айкос из кармана джинсов, сжимаю в кулаке, но не спешу затягиваться. Данте смотрит на меня со странной ухмылкой, от которой все желание закурить резко пропадает. Швыряю заменитель сигарет на стол. Закидываю в рот несколько орешков. Они приятно обжигают рецепторы и хрустят на зубах.

– Дан, – немного помолчав, зову друга, – я должен побеждать в «Клетке».

– Это зависит не от меня, – хмыкает он, косясь на айкос.

– Понимаю. Я готов работать.

– Мои методы борьбы с твоей вредной привычкой вряд ли можно будет назвать гуманными. – Уголки его губ вздрагивают. Он кладет ногу на ногу и устраивает руки на спинке дивана. – Ты будешь меня ненавидеть.

– Если это поможет мне побеждать, я готов рискнуть.

– Уверен?

– Мне кровью, что ли, где-то расписаться? – Толкаю от себя бокал с остатками коктейля и, сложив руки на груди, упрямо смотрю на Дракона. А сейчас он именно такой: коварный, ухмыляющийся ящер, который что-то задумал.

– Обойдусь. Главное, помни, что ты сам попросил. И надо это тебе. – Он лениво допивает безалкогольное пиво.

– Ты же не дашь мне об этом забыть. – Улыбаюсь во весь рот. Дан не выдерживает и тоже ржет.

– Тут ты прав, бро. Погнали отсюда? До дома тебя подброшу. Как ты за руль после этой гремучей смеси?[1] – Кивает на опустевший чайник из-под коктейля.

– Да я нормальный. Сам доберусь. – По глазам вижу: не верит. – Серьезно, Дан. Я доеду.

Данте пожимает плечами и больше не спорит. Рассчитываемся за выпивку. Выходим на улицу и почти синхронно поднимаем взгляды к небу. Его заволокло тучами. В нашей стороне едва заметно сверкает.

– Точно сам? – Дан все же спрашивает еще раз.

– Тебя Ами ждет. Я доберусь. – Протягиваю ему руку. Данте пожимает ее, но не спешит садиться в свою тачку. Следит за тем, как я отъезжаю.

Состояние странное. Такое всегда бывает, когда целенаправленно пытаешься напиться. Вроде и пьяный, но голова ясная. Спокойно проезжаю через большой город, выруливаю на ночную трассу и с удовольствием давлю на газ, включив музыку громче.

От скорости начинает догонять то самое ощущение, которое я ждал остаток вечера. В голову лезут совершенно дурные мысли. Пока еду, еще как-то их торможу, но, пролетая мимо парка, где мы с Дилей катались на скейтах, торопливо принимаю решение и сворачиваю в сторону ее дома.

Торможу у подъезда. Снимаю телефон с подставки и набираю номер своей Лило.

– Ты с ума сошел? – По телу от ее хриплого голоса проносятся мурашки.

– Пойдем гулять.

– Ты точно сошел с ума, – смешно сопит Диля. – Я сплю.

– Уже нет. – Кладу свободную руку на руль и ложусь сверху, развернув голову к окнам. – Выходи. Тут красиво.

– Меня папа убьет, – фыркает она.

– Ну вот, ты уже ищешь варианты. Мы недолго. Прокатимся, и я тихо верну тебя обратно. Никто не заметит.

– Чего тебе не спится, синий монстр?

– Не знаю… – Звучит как-то надрывно. Бесит!

– Ладно, – сдается она. – Скоро спущусь.

Глава 9

Диля

И зачем я согласилась? До рассвета всего ничего, а его принесло. Вот кто так бесцеремонно вламывается среди ночи? Конечно, Арс! Надрыв в его голосе, прорезавшийся сквозь привычную усмешку, что-то перевернул внутри. Я вдруг поняла, что нужна ему. Прямо сейчас. Не знаю зачем, в качестве кого, но нужна. Все равно надо это прекращать. Так нельзя. Нельзя врываться и переворачивать мой мир с ног на голову. Вот именно это я ему сейчас и выскажу. В глаза. В красивые, голубые, дерзкие… Делов-то. Тихо собраться, выйти из квартиры незамеченной и так же вернуться.

На цыпочках прокрадываюсь в ванную, умываюсь и возвращаюсь в комнату. Включаю настольную лампу, кошусь на неубранную косметичку и, покачав головой, разворачиваюсь к шкафу. Снимаю с вешалки первое попавшееся летнее платье – голубое, с приспущенными рукавами-фонариками и резинкой по линии декольте. От ребер до бедра жатая ткань, а ниже свободная юбка длиной до щиколотки. Критически рассматриваю себя в зеркало. Пойдет. Быстро провожу расческой по волосам и прокрадываюсь в прихожую. Подсвечивая себе фонариком от телефона, надеваю белые кеды и мышкой выскальзываю в подъезд.

Еще буквально минута – и я на улице. Арс стоит, прислонившись спиной к своей машине. Одна рука спрятана в кармане джинсов, в другой вспыхивает и гаснет пламя зажигалки. Он поднимает на меня взгляд, и запал высказать ему все, что хотела буквально пять минут назад, моментально иссякает. Это не просто взгляд, это голубая бездна.