Предатель. Брачный договор

— А в чем именно издевательство?

— Ты и правда не понимаешь, как унизил меня? — вспыхиваю как спичка. Загораюсь злостью изнутри за секунду. Ярость душит, меня накрывает. Ладно, если бы он признал, что поступил как полный урод, но ведь он делает вид, что все сделал правильно.

— Унизил чем? — он тоже встает с кровати, но в мою сторону не идет, — Тем, что занимался сексом на фейковой свадьбе? Если бы не мой приятель, Юля, у которого слишком длинный язык. Ты бы вообще не узнала об этом, и у нас бы давно случилась брачная ночь. Разве я не прав?

— Как хорошо, что у твоего друга морали больше, чем у тебя.

— Ну пускай так, — продолжает будничным тоном, — Мне не интересна твоя оценка моей морали. Просто выполняй то, что должна. Выполняй условия брачного договора.

Отчаяние бьет через край. Я хочу до него хоть как-то достучаться. Кричать уже не получается, он словно в вакууме и не слышит.

— Почему ты спал с Еленой? Просто скажи, как есть. Не ври. Ты ее любишь? Или она тебе так сильно нравится как женщина?

— Нет. Ни то и ни другое.

Я всплескиваю руками, сажусь на пол, отчаянно падаю головой на колени.

— Ну скажи хоть что-то, Руслан. Я умоляю тебя. Дай мне хотя бы грамм информации… Я схожу с ума в неведении.

Сабуров тяжело вздыхает, подходит ко мне, поднимая с пола, и укладывает на кровать. Нависает сверху, внимательно изучает лицо. Боюсь, что сейчас опять начнет трогать меня, касаться.

Но нет.

Он садится рядом, укрывает меня тяжелым одеялом, поправляя его по бокам. Выглядит заботливым, чем еще больше меня пугает. Пытается усыпить мою бдительность?

— Она пришла ко мне месяца четыре назад, — прочищает горло, — Сама. Пьяненькая, хотела поговорить на счет Виталика. У них начались какие-то проблемы в отношениях.

Я прислушиваюсь к тихому голосу, Руслан кладет руку на мой живот и не двигается. Я ощущаю жар даже через плотную ткань. Меня слегка потряхивает, но уже не так сильно.

Странно… Я не могла же не заметить, что у папы с его пассией разлад. Они выглядели довольно счастливыми.

— Знаешь, что меня всегда поражало? — задает риторический вопрос, — Он с тобой носился как курица с яйцом. Все оберегал, не хотел ничего говорить. Когда он попросил меня взять тебя в жены, я сразу предложил ему рассказать тебе как есть. Чтобы ты не строила иллюзий, что я воспылал резко к тебе чувствами. Но нет, он долго упирался. Умолял ничего тебе не рассказывать. Сошлись на том, что про фиктивный брак скажем, а про банкротство нет. Но как видишь, ты все равно все узнала довольно быстро.

— И зачем он скрывал?

— Откуда я знаю, Юль. Сам хотел бы понять, что происходит. Не уверен, что его состояние просто так ухудшилось именно после свадьбы.

— Ты кого-то подозреваешь? — ловлю его взгляд.

— Да, — уклончиво отвечает.

— Кого, Руслан? — я поднимаюсь с постели, стою на коленях. Сама не замечаю, как подвигаюсь ближе к мужчине. Кладу свои руки на его плечи, — Скажи, кого.

Лямка от шелковой ночнушки скользит вниз по руке, слетая с плеча. Грудь оголяется, мгновенно демонстрируя миру полное полушарие с розовыми аккуратными сосками.

Я расширяю глаза, второпях поправляя одежду. Но он все равно успевает заметить стоячий сосок.

— Мне просто холодно, — натягиваю одеяло. Говорю глупость, но боюсь, что подумает вдруг я возбуждена. А это не так.

— Ага, — ухмыляется. Качает головой, отбрасывая мысли прочь, — Я думаю, что это сделала Елена. Но, — он резко прервает меня, — Не нужно сейчас бежать и трубить в тревогу, окей? Я решаю этот вопрос. Но мне нужно время. Если ты сейчас наведёшь панику, то сделаешь только хуже. Она у меня пока на крючке, доверяет, понимаешь? Не нужно ей знать, что я подозреваю ее в чем-то.

— Но ты с ней спал…

Я уже настолько запуталась, что мне тошно становится от количества загадок и тайн, что резко ворвались в мою жизнь.

— Одно другому не мешает. Хватит на сегодня разговоров. Надеюсь я хоть немного удовлетворил твой интерес.

Ну как удовлетворил… На десять процентов из ста.

— Ответь на последний вопрос, — мучаю его, — Для чего ей это нужно все? Денег мало было? Захотела больше?

— Нет. Другие мотивы.

Я не спрашиваю какие. Если сразу не ответил, то и не скажет больше ничего.

Голова кругом идет от информации, час от часу не легче.

— Руслан, — зову его, когда он уже выходит из спальни, — Не приходи ко мне больше вот так, хорошо?

Его глаза загораются ярким пламенем.

— Я все равно получу свое, мелкая. Ты мне родишь ребенка вне зависимости от того, что происходит вокруг. И время начинает свой отсчет прямо с этой секунды. Я даю тебе месяц на адаптацию, на принятие ситуации. Смирись, перестань видеть во мне врага. Начни готовиться ко встречи с моими родителями. А потом мы плотно займемся… — он улыбается, заставляет меня зависнуть.

Не договаривает, желает спокойной ночи и наконец-то уходит.

Боже… Прикладываю руки к горящему лицу, вся полыхаю.

Смирись… Как с этим можно смириться?

С другой стороны лед тронулся, он начал говорить. Пускай и не так много.