Том Сойер в 21 веке

— Я думаю, кто-то уже сталкивался с такой фигнёй. Джей, Бекки, давайте поищем похожие случаи. Ну… хоть что-то, что даст нам направление.

Том и Бекки заняли стол. Джей устроился в кресле, поджав ногу. Мне телефона не досталось и пришлось подсесть вплотную к Джею, заглядывая ему через плечо. Он не смутился, лишь наклонил экран, чтобы мне было лучше видно.

Полчаса прошли почти в полной тишине. Мелькал поисковой мусор, чьи-то жалобы, крики в пустоту.

И вдруг Бекки выпрямилась:

— Вот это интересно. Смотрите.

Она коротко набрала воздух и начала:

— Парень из Техаса. Его сначала перестали сажать на рейсы, потом по очереди закрыли все счета. Он долго не мог понять почему. И только когда старый друг-банкир пригласил его лично на закрытие последнего счёта… понял.

— И? — нетерпеливо вставил Том.

— Банкир, нарушив все должностные инструкции, рассказал, что его имя полностью совпало с именем латиноамериканского наркобарона и теперь светится в базе, — продолжила Бекки. — И банку проще закрыть счёт, чем вручную проверять каждую покупку жвачки за полдоллара.

Том фыркнул грубо:

— Имя твоё — враг твой. Гек, помнишь, как Тома Джордана приняли за его тезку-конокрада и уже веревку мылили?

— Такое на забудешь! Нашего Джордана спас геморрой, из-за которого он на стуле сидеть не мог, не то, что в седле. Та еще была сцена, когда он его шерифу предъявлял.

— До сих пор за свой геморрой отдельную молитву произносит.

Мы с Томом от души расхохотались. Бекки по очереди сверлила нас взглядом, пока мы не притихли.

— И чем всё закончилось у техасца? — наконец спросил Том.

— Парень два года пытался бороться. В итоге он сменил имя. Сейчас всем, кто попал в подобную ситуацию, советует не терять время, а сразу идти в Центр идентификации и писать заявление.

— Похоже, таких бедолаг, как Джим и этот техасец, немало, — сказал Джей и зачитал:

«Я работал учителем младших классов в Эвансвилле. Друзья вытащили меня на уикенд в Вегас. Мы хорошо повеселились, я и не заметил, как лишился своей сумки с документами. Так как все деньги к тому времени были успешно проиграны, я не придал этому большого значения. А через год меня уволили из школы.

Я ходил на собеседования, но каждый раз на последнем этапе получал отказ. Я уже был в отчаянии, когда один из директоров бросил мне: "Ты хороший парень, но с судимостями доступ к детям тебе закрыт". Через центр идентификации я запросил свое досье и был шокирован: кто-то под моим именем в Неваде засветился в ряде мошенничеств и подлоге. Более того, по официальным данным, я уже три месяца как отбывал наказание в окружной тюрьме.

Я дошел до суда в попытках снять с себя судимость. Судья посмотрел материалы, обозвал всё это ‘бардаком’ и за полчаса вынес решение в мою пользу. Но запись из базы до сих пор не удалили.»

— Вот же… — Бекки тихо выдохнула. — Человека взяли и раздавили не пойми за что.

— Ага. Просто жил, работал, детей учил. А по бумажкам выходит — аферист и сиделец. — Он задумчиво подпер нос пальцем. — Вы тоже заметили, что в обеих историях всплывает этот Центр идентификации? Посмотрим, что это за контора.

На портале Центра идентификации были собраны все мыслимые услуги — от регистрации самолётов до голосования за президента. Глаза просто разбегались от разделов, подразделов и бесконечных формочек. Было видно, что сайт очень хотел нам помочь. Одно за другим на нас начали выскакивать окна. «Полезные услуги» предлагали зарегистрировать питомца, заплатить налог и получать бесплатные гигиенические пакетики. «Новое на портале» обещало что-то совсем непонятное, но выглядящее чертовски важным: «Автоматизация DEI для микро-компаний: повышаем разнообразие от 200 %. Пакет на трёх сотрудников — всего $499 в месяц».

— У нас полгода уйдёт только на беглое знакомство с этим монстром, — мрачно выдал Том.

Тут из угла экрана вылез рисованный человечек и замахал рукой. Следом всплыл пузырь со спасительной надписью: «Нужна помощь?». Том, не раздумывая, кликнул, и пузырь развернулся в чат.

Алекс: Здравствуйте! Меня зовут Алекс. Я онлайн-консультант Центра идентификации. Я буду вашим гидом по порталу. Как я могу к вам обращаться?

Том хмыкнул и быстро ответил:

Том.

Алекс: Очень приятно, Том! Чем я могу помочь, Том?

Том собрался с мыслями и напечатал:

У моего друга, Джима, какая-то дикая ошибка в ваших базах. Ему не продают билеты — ни на поезд, ни на самолёт. Его карты и чеки вообще не работают: деньги не приходят и не уходят, все операции блокируются. И выходит, что Джим живёт как на Диком Западе: только наличка, иначе ни купить, ни заплатить, ни поехать.

Нам нужно понять, почему система решила, что он подозрительный, и вернуть его к нормальной жизни.

Алекс: Понимаю вас, Том! Если невозможно купить билеты на поезд и на самолёт, тогда попробуйте другой вид транспорта. Например, автобус!

Том: Алекс, дело не в транспорте. У него карты не работают!

Алекс: Прекрасно, Том! По статистике, наиболее частая причина отказа в обработке карт — недостаток средств или превышенный кредитный лимит. Попробуйте пополнить счёт или повысить кредитный лимит! Хотите сделать запрос в бюро кредитных историй и получить достоверную оценку ваших кредитных возможностей?

Том: Ни одно пополнение не проходит! Система считает Джима подозрительным!

Алекс: Рад, что могу помочь, Том! Вот подробная инструкция “Как вести себя на подозрительных сайтах и избежать мошенничества”.

Том: Что?!! Я же про другое, Алекс! Нам нужно понять, где ошибка!

Алекс: Понял вас, Том. Если вы считаете, что на нашем сайте есть ошибка, заполните форму “Сообщить о проблеме”! Мы очень благодарны за вашу обратную связь. Она помогает нам становиться лучше.

Том уже был готов сорваться.

Том: Тупая машина! Как мне поговорить с живым человеком?

Алекс: Вы можете записаться на личный приём в Центр идентификации по телефону 555-0134. Я могу вам ещё чем-то помочь?

— Хватит уже с меня такой помощи, — Том резко встал из-за стола. — Полчаса жизни угробил на этого вежливого идиота… Если и по телефону мне ответит железяка — я не знаю, что сделаю!

Он уже тянулся за телефоном.

— Давай лучше я, — Бекки ловко перехватила трубку. — Пока за тобой полицию не прислали.

На четвёртом гудке в телефоне прозвучало:

— Центр идентификации граждан, добрый день.

— Извините, а вы живой человек?

— Скорее полуживой. От таких тупых вопросов. Что вы хотели? — без сомнения бездушная машина была не способна так от души хамить

Бекки невольно улыбнулась, вдохнула поглубже и подробно рассказала о нашей проблеме.

— Ситуация, конечно, неприятная… — задумчиво ответил голос. — По телефону я вам помочь не смогу. Приходите на личный приём в офис. Могу записать вас на завтра, на одиннадцать. Устроит?

— Конечно.

— Приносите все подтверждения, которые сможете собрать: письма, уведомления, скриншоты. И возьмите доверенность от вашего друга — простой формы хватит. Образец есть на нашем сайте…

— Я могу вам ещё чем-нибудь помочь? — спросил оператор.

— Спасибо! Правда, спасибо! — выдохнула Бекки.

Тома передёрнуло от одной мысли, что ещё раз придётся иметь дело с Алексом.

— В нашем деле, э… наметился маленький прогресс. Предлагаю перерыв на чай? Все будут чай? — выдал он нарочито бодро и, не дожидаясь ответа, сбежал на кухню.

Мы проводили его смехом.

— Я покопаюсь на сайте и найду доверенность, — сказал Джей. — Гек, позвони, пожалуйста, Джиму, договорись о встрече сегодня.

Я набрал номер.

— Джим, здравствуйте снова. Это Гек. Вы сегодня у нас были, ремонтировали посудомойку.

— А, Гек, рад слышать. Что-то опять с машиной?

— Нет, всё в порядке. Мы всё утро разбирались с вашей проблемой и записались на приём к офицеру на завтра. Нам от вас нужны примеры отказов — всё, что сможете найти — и доверенность.

— Я сейчас на вызовах, — ответил Джим. — Вернусь в мастерскую около пяти. Заскакивай, буду рад компании.

Когда я вошёл, меня накрыл уютный хаос. Мастерская была просто забита телефонами, ноутбуками, тостерами, мотками проводов. Из угла на меня косился своим единственным глазом старый пылесос.

— Привет, заходи, — бросил Джим. Он возился возле огромного холодильника, который здесь едва помещался. — Там табуретка сбоку, садись.

Несмотря на внешний хаос, весь инструмент у Джима был развешан по стенам в идеальном порядке: отвёртки, ключи, разные приспособления; на стеллажах стояли подписанные коробки с запчастями.

— Классно ты тут устроился.

— Ну… люблю, когда всё по местам, — ответил Джим, не отвлекаясь, но в его тоне слышалась гордость бобра, рассказывающего о своей хатке.

Он посветил странным фонариком с фиолетовым лучом на трубки внутри холодильника. В этом свете металл зазеленел, прям как гнилушка в ночном лесу.

— А я и не знал, что внутри холодильника живет стая светлячков, — вырвалось у меня.

— Точно подмечено, парень! — Джим добродушно расхохотался. — В масло добавляют светящийся краситель. Он показывает, если в системе появилась дыра и рабочий газ утекает. Вот тут, видишь? Сейчас запаяем.

Джим достал горелку, повернул вентиль, и голубоватое пламя вспыхнуло, озарив мастерскую странным колеблющимся светом. Внутри у меня поднялся тот же восторг, что и в первый раз, когда я видел, как Джим разбирает посудомойку.

— Джим… а научи меня всему этому?

Он приподнял бровь:

— Чему именно?

— Ну… ремонтировать технику. Я же вижу, ты ее не просто чинишь, а будто спасаешь от смерти.

Джим хмыкнул.

— Тебе придётся мотаться со мной по городу. Смотреть, учиться. Готов к этому?

Я, не раздумывая, кивнул.

— Ещё как!

— Тогда, договорились. С понедельника присоединяйся, будешь помогать.

Я хотел всего пару минут еще посидеть, но они незаметно растянулись на часы. Когда Джим закончил с холодильником и стал раскладывать инструмент, за окнами уже загорелись уличные фонари.

— Чуть не ушёл с пустыми руками, — усмехнулся я, вспомнив, зачем вообще пришёл.

Джим достал из стола аккуратную стопку бумаг.

— Я собрал это, когда сам пытался что-то решить. Забирай. Надеюсь, у вас выйдет лучше.

В Центре Идентификации пахло бумагой, кофе и правилами. Мы подошли к стойке, за которой сидел клерк с абсолютно невозмутимым лицом. Но в глазах его все же проглядывал живой человек, хоть и плотно замотанный в инструкции.

Том суетливо выложил бумаги Джима на стойку.

— Здравствуйте, у нашего друга проблема… — начал он сбивчиво.

Клерк остановил его жестом:

— Сэр, прежде чем мы перейдем к вашей проблеме, назовите себя и предъявите удостоверение личности.

— Я Томас Сойер… А вот удостоверения у меня нет…

— С собой нет?

— Нет. Вообще.

Клерк моргнул, сохраняя фирменную вежливость.

— И как же вы в банк ходите?

Том развёл руками:

— А я и не хожу. Судья Тэтчер решает все дела с нашим банком. Я, можно сказать, доверяю человеку.

Клерк чуть усмехнулся уголком губ.

— Удобно. Но, к сожалению, с этого года всё строго: без документа я не могу вам помочь.

Том покачал головой.

— И где же я его возьму, если у меня никогда не было?

— Начнём с начала, — мягко сказал клерк. — У вас есть свидетельство о рождении?

— Нет.

— Не страшно. Вы пришли правильное место, чтобы это исправить. Мы можем выдать свидетельство о рождении с поздней регистрацией.

Он повернулся к экрану и быстро набрал несколько команд.

— В каком году и где вы родились?

— В Сент-Питерсберге, штат Миссури в тысяча восемьсот тридцать втором от Рождества Христова

— Вот это дата… — протянул клерк и приподнял брови. — Ну что ж, у нас всё предусмотрено даже для долгожителей.

Он постучал по клавиатуре.

— Любопытно. В архиве действительно есть электронная запись — Сент-Питерсберг, Миссури. Имя совпадает. Но мне, кроме метрики, будут нужны еще два подтверждения.

— Какие ещё подтверждения? — спросил Том несколько с вызовом, но все-таки уважительно. — Если нужно, Гек и Бекки подтвердят, что я — это я. Мы с детства вместе.

Клерк улыбнулся — вежливо, чуть устало, но без издёвки.

— По закону я могу принять только одно свидетельство. И, — он взглянул поверх очков, — у молодых людей тоже должны быть собственные документы.

Том нахмурился.

— В смысле?

— Без собственных документов их подписи не имеют юридической силы, — пояснил клерк. — Видите ли, по правилам никто не может доказать чужое существование, пока не подтвердил своё.

Он наклонился вперёд, понизил голос почти до доверительного:

— Не стоит отчаиваться. Попробуйте поискать. Иногда старые бумаги всплывают в самых неожиданных местах. Газеты, архивы, фотографии… всё, что угодно. Принесёте — я вас зарегистрирую.

Мы вышли из Центра и зашагали без определенного направления.

— «Газеты, архивы, фотографии…» — бормотал себе под нос Том, размышляя. — Чтоб его…

Через два квартала он решил, что мысль достаточно созрела, чтобы разделить ее с нами.

— Ребята… мы же в Сент-Питерсберге личности известные. Не раз в газеты попадали. Помнишь, Бек, как мы из пещеры вышли — сколько народу вокруг щёлкало этими ящиками с линзами? А клад… за ним вообще репортёр из самого Сент-Луиса приезжал — «документировать историческое событие», — он так и сказал.

Он осёкся и покачал головой:

— Только где достать газету, которой сто восемьдесят лет? Что, кататься по деревням и спрашивать, не завалялась ли у кого подшивка в старом нужнике?

Джей от души расхохотался.

— Том, экспедицию в деревенские туалеты предлагаю пока отложить. Мы с исследованием наследия семьи Тэтчер ещё не до конца разобрались.

Он отсмеялся, выдохнул и уже спокойнее добавил:

— Почти всё можно найти в библиотеках. И чаще всего это будет уже в электронном виде.

— Как это — в электронном? — оживился Том.

— Всё просто, — сказал Джей. — Старые газеты давно отсканировали. Есть электронные подшивки, городские архивы. Пойдёмте перекусим и поищем.

Мы устроились в небольшом кафе и сделали заказ.

— Какой период смотрим? — спросил Джей. — Восемьсот сорок четвертый год, начиная с июня, — ответила Бекки. — Сразу после моего дня рождения.

Ещё не успели принести заказ, как Джей поднял голову от телефона:

— Нашёл.

На экране — пожелтевшая страница, выцветшие буквы и снимок.

«Юные жители Сент-Питерсберга спасены из пещеры МакДугала. Томас Сойер и Ребекка Тэтчер живы.»

Бекки прикрыла рот ладонью, а Том медленно выдохнул, будто увидел собственное прошлое, проступившее сквозь газетную краску.

Через минуту Джей кликнул дальше, и экран вспыхнул новой полосой. Крупный заголовок кричал:

«Найден клад десятилетия!»

Под ним шёл короткий, плотный текст:

«Томас Сойер и Гекльберри Финн нашли сундук с золотом! По слухам, найденное сокровище может быть связано с печально известной бандой Меррелла, долгие годы промышлявшей вдоль Миссисипи. Горожане празднуют находку и поздравляют юных искателей с невиданным успехом.»

На фотографии — мы с Томом: я держу лопату, Том — тачку с мешком, туго набитым монетами.

— А вы и впрямь легенды, — негромко сказал Джей. В его голосе не было ни шутки, ни иронии — только уважительное изумление.

— Джей, ты сам просто клад, смог все это раскопать! — воскликнул я, и в голосе прозвучало чуть больше, чем просто благодарность.

— Гек, Бекки, так теперь можно нам всем документы сделать. Мы официально существуем!

Обратно в Центр идентификации мы летели, как на крыльях. Даже полный желудок не тянул к земле. Том шёл первым, держа распечатки, как штандарты победы. Двери распахнулись, он почти подбежал к стойке.

— Мы нашли! — выпалил он, выкладывая страницы перед клерком. — Вот они — две публикации. Фото, имена, даты. Всё по правилам!

Клерк несколько раз перевел взгляд с фотографий на нас и обратно, будто перед ним внезапно ожили музейные экспонаты.

— Прекрасно, — сказал он наконец. — Рад, что поиск подтверждений не занял у вас много времени. Сейчас оформим вам свидетельство о рождении.

Он просмотрел страницы, сверил имена, и вскоре принтер зашипел, выплёвывая свежий лист.

— Томас Сойер, дата рождения — первое января 1832 года, — прочитал клерк и поставил печать.

Том торжественно взял бумагу.

— А теперь, — сказал он, — моим друзьям. Фотографии как доказательства, и мое поручительство.

Клерк кивнул и, по уже знакомой нам процедуре, уточнил у меня и Бекки даты и место рождения, занёс всё в форму. Потом повернулся к Тому, протянул ему две бумаги и произнес:

— Поднимите правую руку, скажите: «Клянусь, что приведённые сведения верны, насколько мне известно». И подпишите.

Том со всей серьезностью дал клятву. Клерк поставил подпись, печать, принтер снова зашуршал, и вскоре на стойку легли два новеньких свидетельства.

— Готово. Ребекка Тэтчер и Гекльберри Финн. Дата рождения — первое января тысяча восемьсот тридцать второго года.

Мы с Бекки переглянулись.

— Минутку, — сказал я. — Это ведь тот же день, что и у Тома?

Клерк кивнул без тени смущения:

— Так положено. Если точная дата неизвестна, по инструкции ставим первое января.

Том хмыкнул:

— Ну, значит, у нас теперь общий день рождения.

Джей усмехнулся:

— Зато удобно. Одна вечеринка на троих, да еще и в Новый год.

Клерк передал нам бумаги.

— Теперь вам нужно обратиться в Центр социального страхования для получения номеров SSN. После этого сможете оформить REAL ID. Я могу ещё чем-то помочь?

Мы переглянулись. Внутри всё радостно колотилось.

— Да, — сказал я, делая шаг к стойке. — Наш знакомый… Джим. У него есть всё — и номер, и дата рождения, — но банки и службы его не видят, будто он исчез. Вот история его злоключений.

Клерк взял бумаги, внимательно их просмотрел и застучал по клавиатуре.

— Хм… вижу его запись. Всё чисто: дата рождения, SSN, судимостей не зарегистрировано. — Он на секунду задумался, взгляд стал сосредоточенным. — Я не вижу никаких причин для блокировок. Попробуйте обратиться в Департамент по борьбе с киберпреступностью. Возможно, там знают, почему на него могли наложить ограничения.

Он вернул бумаги и улыбнулся уголком рта:

— У нас есть инструкции практически на все жизненные случаи. Но иногда система спотыкается о саму себя. Желаю вам удачи в вашем деле. До свидания.

— Всё-таки никакой, даже самый умный, «Алекс» не может заменить живого человека! — Том буквально сиял, пока мы тряслись в метро. — Уверен: в департаменте по борьбе с киберпреступностью тоже работают люди, и они обязательно нам помогут!

Офицер за стеклом, видимо, слишком долго работал среди компьютеров, отчего сам стал каким-то механическим. Он абсолютно без эмоций выслушал историю Джима и выдал нам форму на тридцати листах к заполнению. Если бы не Джей, мы бы там и сгнили между пунктами «13.4.5.a» и «13.4.5.b».

Полтора часа спустя мы вернулись к окошку.

Офицер даже не глянул на пункты ниже имени и фамилии Джима. Он вбил имя в компьютер и через несколько секунд все также равнодушно озвучил:

— Поиск по списку подозрительной активности выдал положительный ответ на имя, по которому сделан запрос.

— И что это значит? — уточнил Том.

— Это значит, что особа с таким именем может быть временно ограничена в получении электронных услуг из соображений безопасности.

— Это мы уже поняли… — Том барабанил пальцами по стойке. — А как Джим туда попал? Чем таким он показался подозрителен?

— Этой информации нет в доступе.

Том подался вперёд:

— Но это же живой человек, а не просто запись в компьютере! Должен же быть путь, как ему помочь!

— Конечно, способ есть, — кивнул офицер, не меняя выражения лица. — Вы можете обратиться в ведомство, которое внесло запись. Оно рассмотрит обращение и, при достаточности оснований, удалит ограничение.

— Прекрасно. Куда обращаться? Какое ведомство? Вы же можете узнать?

На этот раз офицер даже голову слегка повернул — жест почти человеческий.

— Ответ утвердительный. Узнать я могу. Но вам не скажу, так как это секретная информация.

— Что же нам теперь, писать запросы во все инстанции подряд? — в голосе Тома прорезалось отчаяние.

— Ваша идея не лишена смысла, — ответил офицер задумавшись. Он снова постучал по клавиатуре. — Хотите распечатаю список всех возможных инстанций, кто имеет доступ к базе? Тут всего тысяча триста позиций…

— По всей видимости, у Алекса есть старший брат. И он тоже работает на правительство, — ехидно заметил Джей, когда мы вышли на улицу. Но Том пропустил колкость мимо ушей. Он отрешенно смотрел в пустоту.

— Томас Сойер, ты не можешь просто так взять и сдаться! — голос Бекки прозвучал резко, будто удар плетью.

— Бекки, ты же сама слышала, нам предложили биться головой об стену.

— И что? Кто мне говорил, что, если делать это достаточно долго и настойчиво, она рано или поздно треснет?

— Но это не просто стена. Это государственная машина!

— Именно поэтому не стоит пытаться сдвинуть ее в одиночку, Том. У любой машины есть винтики и шестерёнки, которые направляют её в нужную сторону. Нужно найти тех, кто знает, как их смазать.

Том смотрел на Бекки все еще не до конца понимая.

— Ты хочешь, чтобы я…

— Да.

— Но кому это вообще может быть интересно?

— Ты не знаешь, кто тебя смотрит. Но они знают тебя. Может, среди них есть те, кто понимает, как работает эта система. Дай им шанс.

Том ещё мгновение стоял неподвижно, а потом медленно кивнул.

— Джей, включай камеру.

«Я знаю, что обычно вы смотрите меня, чтобы поугорать. Чтоб увидеть, как мы тут разбираемся с этим миром, как я снова туплю. Я знаю. И мне нравится, что мы можем смеяться вместе.

Но сегодня не до шуток.

Я приехал сюда из маленького города. У меня здесь не так много друзей. Но один из них попал в настоящую беду.

Его имя Джим. Он живой человек, он работает, не преступник. Но он застрял в цифровой ловушке: его имя висит в списке подозрительной активности, и никто не может объяснить почему.

Мы пытались решить это через официальные службы. Нам сказали, что эту блокировку может снять только тот, кто её установил. Но кто это — секретная информация.

Я не знаю, что с этим делать. Но, может быть, кто-то из вас знает.

Я не прошу денег. Мне не нужны лайки, репосты, реакции. Мне нужны люди. Те, кто знает, как это работает. Может, вы юрист. Может, вы работали в банке. Может, у вас есть знакомый, который хотя бы подскажет, где искать выход.

Я впервые прошу вас о чём-то серьёзном. И это способно реально изменить жизнь человека.

Этот мир не так уж плох. И я верю, что он должен принадлежать людям, а не бездушным системам.»