Две судьбы Джаннет. Лучик солнца впереди

– Какой-какой? Самиры. Ты же говорила, что таких, как она, нет, что она особенная, что мечтаешь иметь такую невестку. «Был бы у меня еще сын, обязательно взяла бы ее в невестки».

– Ну да, помню. Но у меня по-прежнему только один сын. Что изменилось? Ты же в любом случае был категоричен в этом вопросе.

– Все изменилось, мать. Изменились мои отношения к этому вопросу. Организуй людей, пошли сватать ее. Я поменял свое мнение. Я приведу тебе ее в невестки.

Старуха пошатнулась от недопонимания.

– Аллах. Нет, я этого не слышала. Мне это кажется.

– Мать, давай без драм. Если тебе она нужна, шли людей. Пойди к старшему нашего рода, ну сама знаешь, как и что там нужно делать. Не мне же идти за себя просить.

Рабия как застыла, так и стояла на месте, не двигаясь. Радоваться или нет, она не могла еще решить.

Мать взглядом показала дочке не сболтнуть лишнего, дабы не спугнуть сына и не заставить поменять свое решение, и Рабия, ничего не сказав, попрощавшись, ушла.

На следующее утро Мурат уверенно, но без какого-либо настроения пошел на работу. День пошел как обычно, но почему-то впервые за все время, увидев Самиру, он заволновался. Ведь теперь, когда он заикнулся матери о возможном родстве, та не отступит, но и Самира не в курсе, что уже началось решение ее судьбы, о котором она мечтала, хоть и не мечтала о таком скором решении. Мурат понимал, что хоть как-то необходимо ввести ее в курс, так как она не просто девушка, которую он увидел и решил сватать, она его коллега и давняя знакомая. И будет неуважительно не предупредить ее. «Поручить это Рабии или самому сказать? – думал он. – Поговорить, предложить. Согласится ли она вообще? Может, я ей и вовсе не нравлюсь». Мурат мысленно говорил с собой, думал и анализировал. И тут уверенно подошедшая к нему Самира с широкой улыбкой на лице дала волю его смелости.

– Самира! – со вздохом обратился он к девушке, затем улыбнулся оттого, что собирался сейчас сказать. Самира вопросительно, но с улыбкой посмотрела на него.

– Да, Мурат. Здравствуй, во-первых, – сказала она, не прекращая улыбаться.

– Я хочу людей послать к вам, – Мурат ухмыльнулся, от своей наглости и смелости опустив взор. Затем продолжил: – Я имею в виду сватов. Ты согласишься выйти за меня?

У Самиры от неожиданности забегали зрачки, она не знала, как реагировать, чтоб не показать и не выдать себя и чтоб не казаться слишком категоричной, дабы не спугнуть «жертву». Затем ей пришла в голову мысль просто повернуться и уйти, оставив след загадки. Надо же, а ведь так и получилось. Она сначала молча посмотрела ему в глаза, не найдя слов, так как не ожидала настолько быстрого результата от своих проделок, затем резко отвернулась и хотела уже тронуться, но Мурат остановил ее, слегка попытавшись повернуть плечо. Он увидел «слезы» в ее глазах и очень заволновался, подумал, может, поторопился, но продолжил, немного отойдя на расстояние:

– Я не хочу давить на тебя. Я знаю, это неожиданно для тебя. Ты и не думала о таких обстоятельствах, но жизнь иногда преподносит нам сюрпризы, и мы должны принимать решения, иногда даже включив всю свою решительность и смелость.

– Мурат. Разве так можно? Мы же несколько лет работаем с тобой бок о бок, будучи коллегами и друзьями. Я уважаю тебя как коллегу, как друга, да и как человека вообще; всегда во всем старалась поддержать и помочь. Но разве могу я посмотреть или рассмотреть тебя в качестве того, кем ты мне предлагаешь себя? Я тебя, можно сказать, братом считаю.

– Подожди, Самира. Не спеши. Именно поэтому, именно по этим причинам, что ты сейчас перечислила, я и ценю тебя и уважаю. Мы оба образованные и достаточно неглупые люди. Я почти уверен, что мы найдем общий язык. Ты подумай, а я пока решу с организацией сватовства, если ты, конечно, не против, – улыбнулся Мурат. Он так скупо одаривал ее улыбкой, только в исключительных случаях и по случаям на работе, а тут столько открытых улыбок с интересом к ней, что у Самиры задрожали ноги от волнения и неожиданности. Такого скорого результата она точно не ожидала.

Самира так боялась сказать лишнего, чтобы не дать ему повод отступить, и именно поэтому предпочла меньше слов и больше загадочных действий.

– Ладно, я понимаю. Мы на этом разойдемся. Ты подумай, поговори с матерью, а потом дай мне ответ. Я буду ждать. И знай, я уверен в своем решении, как никогда раньше.

Они разошлись. Мурат уже больше улыбался ей. Уже не был таким серьезным и неразговорчивым, как до этого. А Самира стала вести себя, как сама невинность – смущалась, скромничала, мало говорила.

Прошла пара дней без каких-либо изменений. Мурат ходил на работу, Айшат, мать его, тем временем обходила родственников, чтобы собрать старшин для сватовства. Сначала нужно послать одного общего родственника, знакомого для поднятия темы вообще, то есть, как говорится, чтобы «закинуть удочку». Если те дадут согласие, то можно посылать сватов для официального сватовства.

Когда Рабия сказала о решении брата Раяне, у младшей от неожиданности и неприязни заколотилось сердце. Она стала нервничать от возмущения. Не было секретом для обеих сестер, что Раяна недолюбливала Самиру, но никто не знал, что она знает еще пару «нюансиков».

– А Мурат знает, что она разведенка? – спросила Раяна.

– Я не знаю, я сама недавно узнала и то случайно. Когда спросила Самиру, она мне сказала, что это был несчастный брак. Он оказался наркоманом, абсолютно не приспособленным к жизни, и она, пожив с ним несколько месяцев, в итоге не выдержала и ушла.

– Надо же, бедная жертва. Во-первых, не месяцев, а неполных три недели, а во-вторых, он не был наркоманом. А достаточно успешный и набожный парень.

– Ты откуда знаешь? Она же лучше знает свою судьбу.

Раяна подошла ближе к сестре и сказала более жестко:

– Вот именно, она знает, но ты из этого мало узнаешь.

– Откуда у тебя такая информация?

– Я давно дружу с двоюродной сестрой ее бывшего муженька. И она мне пару неоспоримых фактов выложила, с которыми едва ли поспоришь, милая…

– Я сегодня на чай пригласила Самиру в кафе, куда мы обычно ходим. Пойдешь с нами, Раяна?

– Пойду, конечно. Как я могу упустить такой шанс? – ухмыльнулась она.

В кафе Рабия и Раяна уже сидели, сделав заказ, когда Самира, увидев девочек, направилась к столику. Помахав рукой, она подошла, в руках у нее были два небольших подарочных пакета, которые она тут же протянула подружкам. Особо приветливая и расположенная Самира выглядела очень дружелюбной. Но Раяну не особо впечатлил жест с подарками, настолько, что она даже не заглянула в пакет и отставила его в сторону на столе. А Рабия, напротив, сразу вытащила духи, распечатала и, довольная, с улыбкой на лице поблагодарила Самиру.

– Ты не будешь смотреть, что я тебе принесла? – спросила Самира Раяну, заметив ее «дружелюбие».

– Позже взгляну, – ответила Раяна, едва натянув улыбку.

– Ну что ж, тогда пообедаем? – Девочки приступили к трапезе.

Затем Раяна неожиданно для всех задала вопрос Самире, из-за чего та невольно поперхнулась:

– А почему ты развелась с мужем? Он плохо к тебе относился?

Самира от волнения и неожиданности потянулась к стакану с соком и сделала глоток.

– М-м-м. А почему ты спрашиваешь? – пытаясь увести тему в сторону, спросила Самира.

– Ну, ты наша подруга же близкая… Вроде… Это секрет?

– Раяна, зачем тебе это? Не смущай Самиру, – вмешалась в разговор сестра.

– Я вроде ничего страшного не спросила. Зачем так волноваться всем?

Поняв, что, уходя от разговора, она только больше вводит в недоверие к себе, Самира продолжила:

– Он поднимал руку на меня, изменял мне, пил и, вообще, он был наркоманом.

– Какой кошмар. Полный комплект, – саркастично кинула Раяна.

– Да уж. Бедная. Натерпелась же ты от него, – с искренним переживанием добавила Рабия.

Самира, соглашаясь, кивала головой и уже хотела продолжить, но Раяна продолжила:

– Натерпелась аж целых три недели.

Самира побледнела. Но, не показав волнения, сказала:

– Другая на моем месте и дня не терпела бы.

– А как же ты все это узнала о нем за столь короткий период? Вот очень интересно мне. Чтобы узнать такие факты, часто месяцы, годы уходят, чуть ли не расследование проводят, начиная от подозрения к подозрению. Но тебе удалось сверхвозможное. Ты что, обнаружила его в объятиях другой женщины с героином в одной руке, а с бутылкой водки в другой, и он тут же вскочил и стал избивать тебя? – Раяна немного засмеялась, но тут же прекратила. – Извини, я не насмехаюсь, просто очень интересно стало, что невольно представила картину. Другая в голову и не лезет, – снова ухмыльнулась она.

Самира стиснула зубы. Пока в свое оправдание в голову ничего не лезло, ведь она-то знала тайну своей судьбы. И за то, что она провела замужем три недели, вовек должна благодарить своего бывшего мужа, который оставил ее и не выгнал на третий день, дабы прилюдно не опозорить. Самира была далеко не безгрешна, выходя замуж, надеялась, что сверхинтерес мужа к ней как к женщине поможет простить ей ее грешок. Но не тут-то было. Честь для мужчины из этих мест превыше всего, а не какое-то там «люблю», «главное – душа человека» и все такое. Честь семьи и рода превыше женских красот.

– Добрые люди открыли тайну, после я начала наблюдать и сама обнаружила его делишки. Я была крайне раздавлена и разочарована. Места себе не находила. Хотела даже покончить жизнь самоубийством, но нашла в себе силы и приняла решение развестись, – Самира прослезилась, Рабия тоже вместе с ней, но Раяну не впечатлил ни рассказ, ни ее слезы.

– Ты знаешь Хаву? – неожиданно спросила Раяна. – Она двоюродная сестра, кажется, твоего бывшего мужа.

– Д-д-да, а что? – с осторожностью ответила Самира.

– Я работаю с ней пару месяцев. Хорошая очень девочка, мы очень подружились с ней.

У Самиры поменялся цвет лица.

– Хава рассказывала, что очень дружит со своим двоюродным братом и очень часто бывала у вас. Так ведь?

– Да, бывала, помню. Да она может что угодно говорить, чтобы оправдать своего брата.

– А с чего ты взяла, что она что-то вообще сказала? – с изумлением и любопытством спросила Раяна.

Самира посмотрела на Раяну и молча пожала плечами. Девушки больше не стали говорить об этом, но Самире уже было достаточно, чтобы понять, на что намекала Раяна.

В эту ночь Мурат очень плохо спал, много раз просыпался в своей постели, чувствуя себя совершенно одиноким во всем этом мире. Ему не хватало Джаннет, он вдруг начал чувствовать невыносимое угнетение от разлуки с ней. Теперь ему уже казалось, что лучше бы он сдержался тогда и проверил все сам, когда немного успокоится. Во имя Всевышнего нужно было проявить терпение. Теперь он рассуждал более мягко, когда пыл и гнев остыли. Ведь недаром говорят, что нельзя делать поспешных шагов, находясь в гневе, чтобы не совершить ошибок, которые потом трудно будет исправить. Но Мурат не из типа мужчин терпеливых, а напротив, он вспыльчивый, хоть сердцем и добр. Его главные отрицательные черты характера – это высокомерие и гордыня. Эти два чувства, родственные между собой, не давали ему сделать шаг назад или признать ошибку. Нельзя сказать, что это мешало ему как-то в жизни и не давало чего-то достичь или добиться. Напротив, его упорный характер немало поучаствовал во всем том, чего он добился в жизни, но в решении своей семейной жизни или судьбы ему это помешало и «подпортило всю малину», если можно так сказать. Мурат думал не только о том, что не смог сопротивляться сложившейся ситуации, но еще и о том, что сам повлиял во многом на ход событий, словно так и ждал повод развестись с Джаннет, но это было отнюдь не так. Как было не присуще кавказским мужчинам, а тем более этого народа, он не демонстрировал свои чувства и где-то проявлял даже грубость и хладнокровие, но он любил свою жену и любил сильно. И сегодня чувство вины и ревности мучило его со всех сторон: мозг путался в мыслях, сердце разрывалось от боли и чувства вины, а душа страдала от чувства полного одиночества, отчаяния и беспомощности. Парень точно знал на тот момент, что не даст сложившимся обстоятельствам идти, как они пошли сейчас. Вот только Мурат не рассчитал несколько моментов, у обстоятельств уже другие планы и на него, и на судьбу девушки с дочкой. Сейчас он пожалел о том, что ляпнул Самире и матери о женитьбе, но было поздно, на него расписала планы его драгоценная мать Айшат, а на Джаннет… В общем, это уже другая история.

Джаннет тоже не могла уснуть уже которую ночь в новом доме, в гостях у совершенно чужих, но очень обходительных и великодушных людей. Ее мучило не конкретное местоположение свое, а местоположение ее судьбы в целом. Снова и снова мучили вопросы: «Как? Почему? За что?» Она не могла найти ответов, даже задавая себе эти вопросы каждый день и каждую ночь. Мысли, путаясь в ее голове, не давали уснуть.

Когда лучи солнца заиграли на лице Джаннет, было уже не так рано. Почувствовав на коже тепло, Джаннет приоткрыла глаза и начала, изучая, разглядывать потолок; так она делала на протяжении всех тех дней, что провела здесь, пока не стала немного привыкать. Хотя уже можно было запомнить и привыкнуть, что она не у себя, а в чужом доме и городе, но все же каждое утро Джаннет заново вспоминала, что она проснулась не у себя. Джаннет встала, накинула длинный, в пол, свой халат, укутала вокруг головы и шеи трикотажный палантин так, чтобы не видно было ни шеи, ни волос, ни ушей, и вышла из комнаты, направляясь в ванную. Ванная комната находилась недалеко от кухни, и поэтому разговоры, исходящие оттуда, были хорошо слышны.