Я выпью ваши кости! Рассказарий

Речной Бог

Величие — вот что я вижу в Ней. Истинное, чистое величие, неизмеримое в своей глубине и совершенное в устремлении.

Она вечна, Она не знает законов.

Она сама но себе суть, всеобъемлющее содержание.

Она — хранилище космической истины.

Она прекраснее, чем жизнь. Она реальнее, чем сознание.

Она больше, чем божество.

Она — Река.

Я — человек по имени Адам Морс — слишком примитивное существо, чтобы понимать Ее действия. Почему Она сохранила мне жизнь, зачем пленила в этом мире?

Но я всего лишь человек, и не мне обдумывать Ее решения.

Решения? Нет. Она превыше этого. Река не решает.

Она просто знает.

Царственное течение несет мое судно вперед, к неизвестной цели. Старый, но крепкий парусный кораблик под громким именем «Вершитель» давно уже стал моим домом. Навсегда. Я никогда уже не покину свою яхту и, когда пробьет мой час, умру на этой проклятой палубе.

Мимо проносятся берега, к которым я не могу пристать. Мой удел — это плыть по воле течения. Река стала моей судьбой, моей жизнью. Тоска по родному, земному миру неустанно гложет мою душу, но я уже давно бросил все попытки повернуть назад. Бороться с течением бесполезно. Со временем я смирился. В конце концов, Река лучше знает.

Я люблю сидеть на носу судна и смотреть вперед, туда, где исчезает горизонт под покровом вечно стоящих там голубых туманов. Эту картину я видел тысячи раз, но все же не устаю любоваться.

Река бесконечна, я это понял давно. Теперь это меня не удивляет. Ее холодные воды, подобно крови в человеческом теле, заставляют жить и дышать этот непонятный мир.

Мой второй мир.

Я глубоко убежден, что человечество не знает и сотой доли тайн магнитного поля. Ученые пытаются подогнать теорию магнетизма под шаблоны электрических полей. Это глубокое заблуждение. Существует ряд аспектов, кардинально отличающих магнитное поле от электрического. Их связывает лишь несколько физических законов, которые управляют Вселенной. По своей природе магнитное поле совсем иное. Возможно, оно существует в каком-то другом измерении.

Начнем с того, что науке неизвестен источник магнитного поля. С электрическим полем все ясно — это движущиеся заряды, электроны. Но магнитных зарядов в природе не существует. Где их только не искали — результат нулевой. Некоторые ученые называют источником индукционные токи. Но это всего лишь отговорка, ничем серьезно не доказанная. Неизвестна ни суть, ни характер подобного взаимодействия. Иными словами, в нашем мире источника магнитного поля скорее всего нет. Но, тем не менее, поле существует.

Или возьмем магнитное поле Земли, без которого жизнь на нашей планете стала бы невозможна. Поле — это своеобразный щит, предохраняющий все живое на Земле от жесткой радиации. Почему же магнитное поле, отклоняющее летящие от Солнца протоны, нейтроны и прочий звездный мусор, появилось именно на нашей планете, где есть атмосфера и все условия для существования жизни?

Космическая случайность? Или это чье-то хорошо продуманное решение?

Следующий вопрос: что поддерживает магнитное поле планеты, как оно появилось? Где его источник?

Тут наука уже боится утверждать, она просто выдвигает гипотезу: источником магнитного поля Земли являются индукционные токи огромной мощности, циркулирующие по поверхности ядра планеты.

Индукционные токи? Это старая отговорка. Кроме того, мы не знаем и никогда не определим точно, что представляет из себя это самое ядро, и какие процессы в нем происходят.

Совсем уж непонятное явление, связанное с этим делом — инверсия магнитного поля. Как известно, северный магнитный полюс расположен вблизи южного географического, а южный магнитный — рядом с северным. Давно обнаружено, что географические полюса не стоят на месте, а медленно передвигаются. Так вот, магнитные полюса действуют похлеще — они иногда меняются местами. Этому есть неоспоримые доказательства — следы остаточной намагниченности горных пород, у разных пород которых вектор напряженности направлен противоположно. Значит, северный и южный магнитные полюса меняются местами. Почему так происходит? Как вообще такое возможно? Науке неизвестно, тут одними индукционными токами не отговоришься.

Между прочим, по горным породам было определено и время некоторых инверсий. Тут начинается самое интересное. Например, одна инверсия совпадает со временем вымирания динозавров, а несколько последних — с переломными периодами эволюции человека. Известно, что многие виды человекообразных обезьян существенно отличаются друг от друга, а переходных ступеней развития между ними нет. Возможно, подобные резкие изменения — следствие инверсий. Многие ученые серьезно занимались этой проблемой и подсчитали предположительное время следующей инверсии. До того, как началась вся эта история с Компасом, в научном мире полагали, что ближайшая смена полюсов произойдет через десять тысяч лет.

Можно ли назвать инверсию случайным явлением?

Или это кто-то или что-то корректирует развитие жизни на Земле?

Человечество боится отвечать на эти вопросы.

И еще, хочу сказать, что я глубоко уважаю труд ученых, что в начале этого века разгадали, как им казалось, почти все изложенные выше тайны магнитного поля. Бедняги, они никак не могли предвидеть, что в две тысячи пятьдесят втором году одному умнику по имени Якоб Флюгель вздумается на досуге полистать школьный учебник физики. Случайно обнаруженные этим человеком три фатальные ошибки метафизики перевернули с ног на голову многие области этой науки, особенно пострадала теория электрических полей. Гипотезы ученых, опиравшиеся на устаревшие, неверные физические законы пали прахом, и секреты магнетизма так и остались нераскрытыми.

Это началось безумно давно, в апреле две тысячи шестьдесят восьмого года. На моем столе лежал Компас. Так его назвал Астон — мой друг только что вернулся из Южной Америки, где участвовал в раскопках. Да, тех самых, когда были обнаружены подземные пирамиды Майя. Там он и нашел Компас — неподъемный на вид серый камень правильной формы, испещренный письменами на древнем, незнакомом археологам языке. На самом деле, Компас оказался легче пенопласта, что не мешало ему обладать прочностью железобетона. Уникальный материал, из которого был сделан артефакт, ранее нигде не находили. Компас не отбрасывал тени. Никакой. Настойчиво напрашивалась мысль о внеземном происхождении предмета. Прежде чем камнем заинтересовалось правительство, Астон принес его мне.

— Я думаю, это по твоей части, — сказал он мне тогда. — Камень выглядит сплошным и монолитным, но, когда мы возвращались домой, он на пару секунд раскрылся. И будь я проклят, если это не Компас. Там внутри вращается стеклянная стрелка. По крайней мере, на часы это не похоже. Я подумал, тебя заинтересует подобное устройство. Нашему институту сейчас не до открытий. Отозвали все экспедиции. Сам понимаешь, страна на полувоенном положении. Проклятые русские…

— При каких обстоятельствах раскрылся Компас?

— Мы тогда летели на вертолете. Где-то над побережьем. Думаю, мы были на тридцать второй параллелью. Точнее сказать не могу.

Что-то заставило меня в тот момент подойти к карте мира и провести пальцем по тридцать второй параллели. На одном районе Атлантического океана я остановился.

— Ты полагаешь, здесь существует какая-то связь? — удивился Астон.

— А вот это и следует проверить, — ответил я. — Если Компас раскрывается именно в этих широтах, то лучшего места для наблюдений просто не найти. Всегда хотел побывать на Бермудских островах…

Меня всегда занимала тайна Бермудского треугольника. Куда-то же пропадали и продолжают пропадать корабли!

И когда появился легкий намек на связь между Компасом и зловещим треугольником, я сразу же решил отправиться на Бермуды и испытать камень. Экспедицию пришлось снаряжать на свои деньги — все средства государства уже тогда шли на пополнение ядерных арсеналов. Гонку вооружений возобновила Россия, посчитав поводом для этого ввод войск НАТО в Белоруссию и Индию. И с того времени противостояние между Востоком и Западом с каждым новым неосторожным высказыванием политиков становилось все острее.

Я с огромным трудом выбил разрешение на выход в море и в середине мая покинул Норфолк. На «Вершителе» я был один, так как денег для найма команды просто не осталось. Погода стояла прекрасная, и настроение портили лишь сводки новостей по радио, напоминавшие о новой холодной войне.

Достигнув тридцать второй параллели, я двинулся вдоль нее на восток. К моему большому разочарованию Компас так и не раскрылся. Я почувствовал крах своей теории, но, тем не менее, решил добраться до Бермудских островов. Компас я разместил на мостике, чтобы всегда был на глазах.

В Бермудском треугольнике мои надежды не оправдались. Таинственный артефакт так и остался обыкновенным камнем. Я заподозрил Астона в недоброй шутке и уже собирался повернуть назад, но в тот же день поднялся шторм. Я вырос на берегу океана, и мне не привыкать к морскому буйству, но такой дикой стихии, как в ту ночь, что-то не припомню. За несколько минут «Вершитель» лишился почти всех парусов. Меня самого едва не смыло за борт. Вместе с ливнем соленых брызг я вернулся на мостик… и обнаружил раскрытый Компас.

Разошедшиеся каменные лепестки открыли взору испещренный странными иероглифами диск, над которым крутилась зависшая в воздухе стеклянная стрелка. И только стоило ей остановиться в окончательном положении, как какая-то непонятная дикая сила захватила «Вершитель» и одним рывком протащила его. Я преодолел Барьер за какую-то секунду, но ощущения, которые при этом испытал, запомнил на всю оставшуюся жизнь — словно продираешься через тонкую пленку, колючий полиэтилен, и чувствуешь это не всем телом, а одними костями. За эти мгновения я увидел, как:

…магнитные стрелки всех компасов Земли повернулись на сто восемьдесят градусов и тут же отскочили в прежнее положение…

…толпа изумленных туристов с молчаливым восторгом наблюдала, как над вершинами египетских пирамид вспыхнуло и начало переливаться акварелью огней северное сияние…

…побережье одного из Бермудских островов покрылось паутиной непроглядного тумана и, когда налетевший ветер наконец-то сорвал этот влажный белесый полог, на пустынном пляже остались лежать корабли.

Сотни судов. Лодки, парусники, пароходы, моторные катера, катамараны…

А потом, подвывая, из них начали выползать совершенно седые люди с безумными глазами…

…Я услышал тихий щелчок и посмотрел на Компас. Он снова был закрыт.

За считанные минуты после этого шторм стих. Усталость взяла свое, и я, даже не попытавшись разобраться в произошедшем, плюхнулся на лежанку и сразу же заснул. Наутро, еще не продрав окончательно глаза, я почувствовал, что мою яхту тащит сильное течение. Тут же всплыли в памяти ночные события. Я выскочил на палубу и замер, потому что в этот момент впервые увидел Ее.

Мое судно качали уже не океанские волны, а размеренное, величественное волнение Реки. Она была огромна, но далекие берега я четко видел во всех деталях — настолько прозрачным и чистым был воздух этого мира. Кристальная тишина нарушалась лишь криками птиц. На расстоянии мили вниз и вверх по течению небо и земля сливались под пологом плотного синего тумана.

Где я? Как я здесь оказался? — эти вопросы всплыли в моем сознании много позже. Первые часы я безуспешно пытался вызвать помощь по рации и причалить к какому-либо берегу. По радио я, как и прежде, принимал все входящие сигналы и сообщения, но связаться с кем-нибудь так и не удалось. Пришлось заглянуть в электромеханические внутренности радиостанции — там все оказалось в полном порядке, никаких неполадок не обнаружилось. Бросив это бесполезное занятие, я вылез из рубки и только в этот момент заметил, что одна из мачт пропала. От нее на палубе остался один «пенек» с гладкой, словно срезанной лазером верхушкой. Тогда я и представить себе не мог, что же стало с мачтой. Это знала только Река.

Куда больше меня удивило другое — я не смог приблизиться к берегу. В двухстах футах до земли вода вокруг «Вершителя» неожиданно взбурлила и оттащила судно на середину Реки. Я сделал еще несколько подобных попыток. Все они оказались неудачными.

Уже ночью, так и не сумев понять, что же со мной произошло, я отправился спать. «Завтра все обязательно образуется», — подумал я тогда.

Но следующий день вместо ответов принес только новые вопросы. Вплавь добраться до берега также не получилось — сильное течение оттаскивало меня назад, к яхте.

И еще в тот день я впервые увидел Зеленый Мыс.

Дни шли за днями. Так началось мое плавание по Реке.

Я уже несколько лет плыву в этом мире и теперь знаю точно: Река никогда не кончится. Мое возвращение домой не возможно. Ну что тут поделаешь?

Конечно, первое время я пытался бороться. Мечтая вернуться в свой мир, я фанатично выдумывал сотни способов повернуть яхту назад. Само собой, мои тщетные попытки проваливались одна за другой. С Рекой спорить было бессмысленно.

Река — она лучше знает.

Помню, как, убитый отчаянием, пытался покончить с собой: повесил на шею тяжеленный локатор и бросился за борт. Бесполезно. Река не приняла меня. Я очнулся на палубе. Рядом лежал локатор.

Больше я суицидом не баловался. Тогда я и смирился. В самом деле, чем не жизнь — плыви себе, да плыви. Тем более что Река заботится о моем существовании. Вкуснейшая рыба сама идет в сети. Дрова в избытке прибивают к «Вершителю» щедрые волны. Электричество всегда есть на судне, хотя аккумуляторы давно уже должны были сесть. Я не удивляюсь.