Перекресток 177-3-14. Слияние миров

– Будем решать проблемы по мере их поступления. – Решила Амалия. – А что касается твоего облака угольной пыли, сама понимаешь, дело совершенно глухое.

– Понимаю. – печально протянула я.

– Однако ж и у этого твоего глухого дела я нашла зацепку. – Улыбнулась Амалия. –Ситуация совершенно дурацкая и глупая. Не так давно воспитанники дома-интерната номер четырнадцать обнаружили, что у них пропала угольная пыль.

– Это как? – Воскликнула я.

– В газете написали. – Покачала точеной ножкой в домашнем вязаном тапочке, Амалия.

С тех пор как у нас стали появляться гости, хозяйственный домовой навязал гостевых тапочек, чтобы гости перестали таскаться по дому в уличной обуви. Гости поначалу смотрели на это нововведение с подозрением, но та же Амалия на мое предложение переобуться в домашнюю обувь отреагировала спокойно, сняв свои модные ботиночки и надев смешные вязаные тапки с бомбошками.

– В газете? – Удивилась я. – О том, что пропала угольная пыль? Как она вообще могла пропасть? Ее держат где-то на складе?

– В том-то и дело, что нет. Пыль она на то и пыль, что летает где ей вздумается и делает все что хочет. – Пояснила дама. – Поэтому статья в газете, что воспитанники обнаружили пропажу пыли, вызвала у меня интерес.

Амалия протянула мне газету, где нужная статья оказалась обведена красным цветом. Я быстро пробежала ее глазами. Написанная вычурным старинным газетным языком, она повествовала, о том, что воспитанники работают на железной дороге, в частности грузят уголь в вагоны. И возле складов с углем постоянно висит угольная пыль. И вот одним утром вся пыль пропала. Удивление было таким огромным, что ребята раструбили об этой аномалии на всех углах и даже привлекли газетчиков. Впрочем, уже на следующий день пыль вернулась на свои места. Хотя, возможно, это была уже новая пыль, однако же в конце статьи был вывод, о том, что сенсацию можно сделать буквально из ничего. «А была ли пропажа?» – вопрошал автор статьи. – «Или же в погоне за сенсациями люди готовы придумывать новости буквально из пыли?»

– Я склонна считать, что пыль в самом деле пропадала. – Сказала я. – И даже больше – мы знаем, где именно она сейчас.

– Согласна. – Коротко кивнула Амалия. – Но у меня встречный вопрос: и что нам это дает?

– Злоумышленник путает нас? – Предположила я. – Хотя, как украсть газ и нефть и перекачать в свои тары я представляю. Не знаю, зачем такие сложности, но сам процесс могу себе представить. А вот как украсть облако пыли, не очень.

– И главное, зачем. – Вздохнула моя гостья, поправляя тапочек на ноге. – Угольная пыль совершенно не вписывается в теорию мирового заговора. Так что пока ждем следующего преступления.

– Не хотелось бы. – Замотала я головой. – В первый раз пострадало целое озеро рыбы.

– А во второй раз твоя репутация. – Согласилась Амалия. – Но с тем, что мы имеем на сегодняшний день, лично я совершенно не представляю, что можно сделать.

– Я пока тоже. – Уныло протянула я. – В самом деле не преступления, а какая-то череда нелепых событий.

В этот момент в двери опять постучали.

– Госпожа ведьма? – За дверью оказалась почтенная матрона в годах, темном платке, надвинутом на глаза и с насурьмлёнными ресницами.

– Пожалуйста, проходите, присаживайтесь. – Я провела гостью в свой уголок для приема посетителей.

– Спасибо за все, я побежала. – Торопливо со мной попрощалась Амалия, вытерла руки о край подола, что не слишком-то вязалось с ее модным образом и манерами, быстро переобулась в свои модные ботиночки и убежала.

Я вернулась к новой посетительнице.

– Чаю? – Предложила я.

– Знаете, а не откажусь. – Произнесла женщина, снимая платок и устраиваясь на диванчике со всеми удобствами. – Хотя поговаривают, что у ведьмы нельзя ни есть ни пить. Однако ж также поговаривают, что новая ведьма не такая, как все предыдущие, а вовсе ученая даже.

– У меня нет цели вас отравить. – Заметила я, наливая травяной общеукрепляющий чай. – И вы всегда можете отказаться.

– Это-то и интересно. – Кивнула дама, пригубляя напиток и смотря на меня поверх чашки.

– Что вас привело ко мне?

– Мне нужно зелье. – Произнесла дама, опять делая глоток. – Как ни странно, приворотное.

– Действительно, странно. – Согласилась я. – Зачем?

– А предыдущая ведьма не спрашивала.

– Зелья бывают разные. В зависимости от ваших целей, я могу подобрать нужное вам. Может быть, вам надо вовсе даже не приворотное, а что-то другое.

– В самом деле, ученая. – Пробормотала дама себе под нос и на какое-то время замолчала, попивая чай.

Я не торопила ее. В отличие от первых совершенно безумных дней, сейчас клиентов у меня стало на порядок меньше. Впрочем, денежный поток все же продолжал течь мелким ручейком. Клиенты продолжали забегать за зельями, травяными сборами и даже за полезными вареньями, продажу которых мы организовали с домовым пару дней назад.

– Моя история банальна. – Наконец произнесла женщина. – Ко мне охладел муж. Мы женаты давно, пятерых детей подняли, уже внуков дождались, но последние полгода в нашу спальню нос не кажет.

– А кроме спальни отношение изменилось? – Задумалась я.

– Нет. Знаете, нет. Он добр, приветлив и заботлив.

– Может быть, у него по мужской части проблемы? – Предположила я. – Ну, сами понимаете? – Под строгим взглядом я смутилась.

– Приворотное зелье же должно решить и эту проблему?

– Да, но приворотное зелье решит вам ее разово. А вам-то нужен стойкий постоянный эффект. Тем более, сами говорите, что муж не пошел на сторону, девок в дом не водит.

– Я этого не говорила.

– То есть водит?

– Нет. – Сухо ответила женщина. – Он никогда не унизит меня такими вещами. Но я допускаю, что он ходит на сторону сам.

– Давайте вначале без приворотного. – Решила я, поднимаясь с диванчика и подходя к своим запасам. Мимоходом заметила, что тоник заканчивается. Сейчас на него большой спрос, что и понятно, вся работа сезонная, и был самый разгар полевых работ.

Женщина напряженно следила за тем как я перебираю склянки.

– Вот, попробуйте вначале это зелье. Это укрепляет мужское здоровье. Его принимать только мужу, и не смешивать с алкоголем. Пьет он морсы или компоты? Вот туда и добавляйте. Пить не меньше недели по пять капель каждый день вечером. Вот этот тоник можете пить оба. По три капле на стакан питья по утрам. И вам и мужу. Это просто общеукрепляющее. Пейте две недели, то есть две седьмицы. Семь дней, а потом еще семь. Потом придете ко мне.

– А если поможет, все равно приходить? – Уточнила женщина.

– Да, я должна знать, что помогло. – Ответила я. – Лишних денег я не возьму.

– Ну, хорошо.

Женщина заплатила не торгуясь, повторила мне, что и сколько пить, и ушла. Но не успела за ней захлопнуться дверь, как в нее опять постучали.

– Я тут это, мимо проходил… – промямлил староста, – ты уж эта не серчай, а?

– Похмелье? – Предположила я.

– Есть такое. – Признался мужчина. – Плохо мне. И жена пилит и пилит. Управы на нее нет, на ведьму старую.

Я сделала вид, что последние слова пропустила между ушей.

– С похмельем могу помочь. – Сжалилась я. – Вот зелье, три чайные ложки на стакан воды, потом полчаса полежать и в поле. Работать физически и побольше.

– Так, госпожа ведьма, что же мне нынче в поле-то делать? Уж посажено все, дожди справно шли, Слава Богу само все растет. Если только по всходам потоптаться. Так мне жена потом голову открутит.

– Тогда дрова колите. И воду из колодца таскайте. Или что у вас там еще надо по хозяйству делать?

– Дрова надо бы поколоть. – Вздохнул мужик. – Но тепло же, вроде уже и не так много надо, как зимой.

– Вот как всю поленницу забьете, так и подействует зелье. – Успокоила я его, вручая склянку, забирая мелкую монетку и выпроваживая.

Закрыв за визитером дверь, я несколько успокоилась и поставила варить зелье удачливости. Не уверена, что кому-то в этих мирах оно будет сильно нужно, в основном его рекомендовали принимать студентам перед экзаменами, но состав был такой интересный и довольно сложный, что я решила попробовать.

Зелье сменило свой цвет на нежно голубой и настала пора капнуть туда одну каплю настойки полыни, но тут опять раздался стук в дверь, и моя рука дрогнула. Вместо одной капли в котелок упали две. Раздался взрыв.

– Что случилось? – Рявкнула я, распахивая дверь и размазывая грязь по лицу.

– Старостиха я. – Пискнула полная женщина, отскакивая от меня и крестясь. – А госпожа ведьма занята?

– Это я. – Ответила я, опять поводя рукой по лицу, но, судя по всему, делая только хуже. – Ведьма – это я!

– Не признала, госпожа ведьма. – Ответила женщина, несколько успокаиваясь. – А вы сегодня зелье красоты свое забыли выпить?

– Нет. Просто зелье взорвалось.

– Видела я ведьму на свадьбе ее и так тоже, вы уж извиняйте, но сейчас вы прям сама не себя не похожа. – Честно ответила женщина. – Наша-то ведьма красотка была, а вы, уж извините, страхолюдина так-то.

– Подождите немного, я схожу умоюсь. – Я захлопнула дверь перед ее носом и отправилась в ванну, где, взглянув на себя в зеркало чуть не заорала сама: мое лицо украшали прыщи и ожоги. – Ужасно! – Прошептала я.

Несмотряна мою любовь решать проблемы рыданиями, сейчас я аккуратно помыла лицо и руки, которые тоже оказались украшены отметинами, и протерла все обеззараживающим лосьоном.

– Теперь проходите. – Я опять распахнула дверь и указала женщине на диванчик. – Чай будете?

– Пожалуй, воздержусь. – Пробормотала она. – А вы красоткой так и не стали. Может быть, зелье попозже подействует? Вы не волнуйтесь. На ведьму нашу вы все равно похожи. Только та красивая, а вы ужасть какая страшная.

– А с вареньем? – Коварно предложила я. – «Не страшная я». – Добавила я себе под нос.

– С малиновым?

– С земляничным. Малина еще не поспела. – Ответила я, выставляя баночку на столик и разливая чай. – Что у вас случилось?

– У меня несколько проблем. – Неожиданно всхлипнула женщина, заталкивая первую ложку варенья в рот. – Самая первая, мужик пьет мой. Хороший он, хозяйственный, но как напьется, свинья свиньей. А пьет он с друзьями почитай каждый божий день. Я его трезвым, хорошо, если пару раз в жизни-то и видела.

– С батюшкой говорили? – Спросила я, задумавшись. Вроде бы наставление на путь истинный – это к моему супругу, а не ко мне.

– Говорила. – Всхлипнула женщина. – Он с ним поговорил, а муж потом напился и все раздражение на мне и выместил. Чуть косу не оторвал.

– Хреново. – Пробормотала я, задумавшись,что-то я от старосты такого не ожидала. Мне он виделся более приличным человеком, а тут домашний тиран и деспот какой-то просто.

– Отвадь его от пьянства, а?

– Я думала, отраву надо.

– Нет, ты что. Грех это великий.

– А потом с батюшкой говорила?

– Говорила. – Вздохнула женщина. – Он опять с ним поговорил.

– А муж?

– В глаз мне дал, как от батюшки вернулся. Но я в третий раз к батюшке пошла. Бог, он ведь троицу любит, да?

– Помогло? – Уже с интересом спросила я.

– Не очень. Батюшка сказал – разводись.

– Хороший совет. – Вздохнула я. – А главное, невыполнимый.

– Ага. Куда я денусь от кормильца моего? У меня своего почитай и нету ничего.

– Со священником я сама поговорю. – Ответила я и добавила зловеще, – вечером. О долге служебном и ответственности, что служебное положение накладывает. А вторая какая у тебя проблема?

– Домовой. – Вздохнула старостиха. – Злой он у меня, пакостит все время.

– Тут подумать надо, посоветоваться. – Я уже собиралась позвать своего домового, как специалиста по его собратьям, но тот нарисовался сам.

– А с чего ему добрым-то быть? – Спросил он, встав перед старостихой и пристально уставясь на нее своими желтыми глазищами так пристально, что старостиха отвела глаза. – Ты или муж твой ему хоть что-то доброе сделали? Уважили может его?

– Это муж. Он глава семьи.

– А ты сама? Ты же тоже любишь кошек мучить. А для нас кошки это почти родственники. Вот у меня хозяйка своего кота сметаной кормит, сливочки ему лично в миску наливает, на ручки берет. Да и про меня не забывает. Кроватку мне купила. Дорогую и теплую. А ты что хорошего сделала?

– А что надо сделать? Я же на все готовая. Просто неграмотная я.

– Сперва накорми его. Молока в миску налей и разреши ему пить его. А там глядишь и пироги станут удаваться.

– А муж будет меня бить?

– Это ваши людские отношения. Домовой тут ни при чем. Сама небось знала, что за плохого человека замуж идешь.

– Думала, он меня полюбит и исправится.

– Ну и дура. – Буркнул домовой, а я тактично промолчала.

– У меня нет зелья от пьянства. – Честно призналась я. – Есть для снятия интоксикации, но его я уже вашему мужу дала. И если он все правильно сделал, то уже скоро будет чувствовать себя хорошо, а может быть даже отлично. Вот только от нового витка пьянства это зелье не убережет.

– И то хлеб. Спасибо вам. – Вздохнула женщина, поднимаясь. – Вы лицо-то все же намажьте чем-то, чем обычно мажете. А то муж увидит, и как сбежит к другой, покрасивше, да помоложе. Вы-то все же не молодая уже. Одно только, что ведьма. Да и все.

На это я промолчала, не став объяснять бабе, куда она может пойти со своими советами.

И только после ее ухода я заметила пропажу банки варенья.

От ожогов я сварила зелье, которым не замедлила воспользоваться. И вовремя, потому что оказывается, они все это время болели. Остудив его и нанеся на поврежденные части тела, я почувствовала живительную прохладу и легкое онемение. Это было очень приятно. С прыщами все было гораздо хуже. Они оказались глубокими и только назревали. Лицо покраснело и покрылось ужасными буграми.

– Мда. – Согласился домовой, пока я грустно разглядывала себя в зеркало. – Опасная у тебя, хозяйка, работа.

– И самое обидное, зелье не получилось. – Вздохнула я.

– Надо переделать. – Со знанием дела уточнил домовой. – Мила всегда говорила, что нельзя ложиться спать, когда не получилось. Вроде примета плохая.

Признаюсь честно, повторять эксперимент мне совершенно не хотелось, но я подумала, что домовой плохого не посоветует и снова разложила все необходимое.

Стук в дверь раздался не вовремя, но я его проигнорировала, продолжая размешивать зелье по часовой стрелке. После очень осторожно влила каплю настойки и еще раз помешала. Зелье поменяло свой цвет на положенный сиреневый.

– Ура! – Выдохнула я.

За дверью оказался прыщавый мальчишка.

– Тетенька ведьма, меня мамка отправила к вам. Зелье ей надо от боли в зубах.

– Ей самой? Так ей бы к лекарю.

– Не, у мелкого зубы режутся. Мамка сказала, у вас есть такое.

– Посиди пока тут. – Вздохнула я, указывая мальчишке на диван. – Чай с вареньем будешь?

Я выставила новую баночку и налила ему чай, а сама отошла за стойку, где вчиталась в учебник. Такое зелье и в самом деле существовало, но на его приготовление требовался почти час, если судить по описанию. Впрочем, я посмотрела на ребенка, увлеченно орудовавшего в банке ложкой и подумала, что время у меня есть.

– Степ, покормишь его чем-нибудь? – Попросила я домового. И тот послушно вынес мальчишке горку бутербродов.

Сама я занялась зельем. Все оказалось не слишком сложно: смешать в нужной пропорции, вылить в котелок и медленно уваривать на слабом огне. Так что большую часть времени зелье мирно булькало в котелке, а я разглядывала мальчишку. Поскольку проблема прыщей сегодня для меня актуальна как никогда, то я поставила второй котелок, в котором развела косметическое средство для сведения прыщей.

Зелья оказались готовы практически одновременно. Бутерброды к тому времени были съедены, чай выпит, да и банка варенья показало свое дно. А мальчишка болтал ногами, с интересом рассматривая интерьер торгового зала.

– Вот, держи. – Я отдала ему заказ, забрала деньги и протянула второй пузырек. – Это для тебя, подарок. Будешь утром и вечером протирать лицо.

– Зачем? – Насупился мальчишка. – От ведьмы нельзя подарков принимать. Это любой дурак знает.

– Чтобы быть красивым. Не то, чтобы ты был не красивым, но с этой штукой станешь еще лучше. – Смутилась я. – Не хочешь бесплатно, можешь дать мелкую денежку. – Но ребенок неожиданно улыбнулся и забрал склянку.

– А вы добрая. И вкусно тут у вас. Вот, держите, это не денежка, но это даже лучше. Это «морской бог». У нас таких нет, мне папка с другого мира принес.

Я смутилась и улыбнулась, поблагодарив,пытаясь скрыть неловкость.

Мальчишка убежал, а я занялась и своими прыщами тоже. Зелье к сожалению, не оказало мгновенного эффекта, хотя краснота почти сразу спала. Пришлось еще нанести толстый слой косметики, чтобы хоть как-то скрыть свою новую красоту.

– Зря ты их всех прикармливаешь. – Заметил домовой неодобрительно. – Этак мы никакого варенья на них не напасемся.

– Не в варенье счастье, Степа. – Ответила я, разглядывая свою красоту в зеркало.

– Ты с ума сошла! А в чем же еще?

От ощущения «дежавю» я усмехнулась.

– Счастье понятие субъективное, зависит от множества переменных: сегодня ты счастлив с вареньем, завтра -потому что у тебя есть крыша над головой, а послезавтра ты новому холодильнику не радуешься, потому что разучился.

– Опять ты про холодильник. Радуюсь я. А пылесосу этому еще больше радуюсь. Он классный.

– Я абстрактно.

– А я нормально радуюсь. Я вообще всему радуюсь: и крыше над головой, и варенью, и холодильнику.

– Ну и хорошо. – Примирительно заметила я. – Но ведь счастьем еще надо делиться.

– Обойдутся. Это мое счастье!

– А варенье?

– Объективно варенье твое. – Задумался домовой. – Но субъективно его варил я. Хотя ты тоже варила. Но мне его тоже жалко. Мы значит варили, а они жрут. А кое-кто вообще украл. И банку тоже жалко. Можно подумать, у нее варенья дома нет?

– Сахар, Степа, дорогое удовольствие. Да и банок у нее таких, может быть нет. Вспомни сам, наши банки вон какие красивые: с плотной крышкой, да и само стекло выпуклое, с рисунком. Я их из четырнадцатого мира заказывала. Там они копейки стоят, а в двух других мирах люди стекло дуть еще толком не умеют, и оно там дорогое. Для бабы этой такая банка чудо чудное.

– Дикие люди! – Вздохнул домовой. – Но почему они эти проблемы на наши плечи перекладывают?! Шла бы себе заказала в другом мире. А нам надо экономнее быть.

– Вот с этим полностью согласна. – Кивнула я. – Надо будет не всю банку варенья ставить, а мисочку какую-то завести и туда наливать.

– Тьфу ты. – Выдохнул домовой. – Я говорю, давай вовсе не будем их кормить, а ты будем, но поменьше. Ай, с тобой каши не сваришь. Но и то хлеб.

Я усмехнулась, глядя на бурчащего домового, и достала маленькую черную мисочку. Вот в нее и буду наливать для гостей.

Попутно я еще досыпала смеси трав для гостевых чаев и красиво расставила их в баночках на полках. Перевесила пучки трав, для создания ведьминской атмосферы и выставила на видное место большую банку с консервированными мухоморами, которые краснели своими шляпками через ядовито зеленую жидкость.

На обед явились оба святых отца. Причем Йохан подхихикивал.

– В деревне только и разговоров, что о тебе.

– Ага, твоего мужа все жалеют, говорят, что дома ты не пользуешься зельями красоты и от природы ты страшная как сам черт.

– Мужики даже предлагали мне самогона как универсального средства для женской красоты.

– В какой-то степени они все правы. – Грустно призналась я и поведала, про взорвавшееся зелье.

– Надеюсь, ты не пострадала? – Воскликнул муж, с тревогой вглядываясь в мое лицо.

– Не настолько, как расписывают в деревне. – Улыбнулась я. – Тем более, что все заживет. Давайте пообедаем?

– Мы только за. Уж очень у тебя, хозяюшка и домового твоего все вкусно выходит. – Заметил отец Люций, моя руки и присаживаясь за стол.

Обедали быстро, отца Люция ждала попутная телега в его село.

– Хорошие вы люди. – Произнес отец Люций. – Храни вас Господь. Очень рад знакомству.

Мы тепло простились, и муж еще вызвался проводить его до села. Тем более, что у него там еще были дела. А я осталась дома, дальше заниматься хозяйством.

После обеда я занялась своим садом-огородом. Конечно, поздновато. Крестьяне уже в самом деле закончили все посадочные работы и у них уже давно все росло (или не росло). Однако же, садик был посажен еще Милой, и мне оставалось только внести собственные изменения и дополнения.

У меня были семена, доставшиеся мне вместе со всем остальным ведьминским оборудованием и причиндалами. И сегодня я наконец-то решила их посадить. Садовод из меня был очень оригинальный: я вскопала грядки, разбросала семена, слегка присыпала их землей и обильно полила водой.

– Не взойдет. – Вздохнул домовой, наблюдая за моими манипуляциями. – Их надо было в мокрую тряпочку заворачивать, а после в подполе хранить месяц.

– Ну и хрен с ними. – Махнула я рукой. После физических упражнений с лопатой я была несколько утомленной. – Я сделала, что могла.

– А что там?

– Вьюнок и лаванда.

– Не взойдет. – Еще раз скептически покачал головой домовой. – Да и зачем тебе они?

– Вьюнок просто красиво. Хотелось бы, чтобы он оплел веранду и создал здесь такой полог. А лаванда очень вкусно пахнет. Будем нюхать ее по вечерам и успокаиваться.

– Я и так не нервничаю. – Заметил домовой. – Ну, ладно. Занятия физическими упражнениями на свежем воздухе полезны.

– Умеешь ты поддержать. – Заметила я.

– Стараюсь.

Из духа противоречия я пошептала над свежими грядками заклинание хорошего роста, и без особой надежды перешла к другим сельскохозяйственным работам. Прополола остальные грядки, хотя было видно, что домовой где-то пытался привести мой сад в приличный вид. Срезала сухие ветки у кустов и деревьев и наконец с гордостью посмотрела на результаты своих трудов.

Честно говоря, внешний вид сада совершенно не изменился. Разве что темнели свежей землей мои свежевскопанные грядки.

– Пойдем, чаю попьем? – Предложил домовой.

И мы пили чай душистый чай с мятой и земляникой, сидя на веранде и наслаждаясь каждой минутой. Пока в дверь опять не постучали.

– Почему она так громко стучит? – Пожаловалась я, идя к двери.

– Еще Мила наложила на нее заклинание. Так стук в дверь теперь можно услышать из любой точки в доме. Жадная она была до денег. Все боялась не услышать. А народ к ней, помню, все равно не больно-то шел. И жаба ее была вечно чем-то больна. Она ее никогда червяками не кормила.

Я распахнула дверь, слушая бормотание домового. На пороге стояла Эдита.

– Госпожа ведьма, я тут у вас поживу! – Поставила она меня перед фактом, проходя в торговый зал.

– Нет. – Спокойно ответила я, скрещивая руки на груди. – У тебя есть дом. И пока ты не вышла замуж, должна жить там под надзором своих родителей, которые несут за тебя ответственность. С какого перепугу ты пытаешься это все возложить на меня?

– Потому что у вас тут интересно. – Бесхитростно заметила она.

– Не вижу логики. – Заметила я. – Ты врываешься в жизнь двух взрослых людей, которые только поженились. У нас собственные планы и видение нашей жизни. Почему бы тебе тогда не переехать жить к старосте?

– Они не так уж хорошо живут. – Честно ответила девочка, усаживаясь на диванчик для гостей и пару раз подпрыгивая на нем, чтобы проверить удобство. – А у вас весь дом набит прикольными штуками со всех миров.

– Насколько я успела понять, твоя семья не бедствует. Так что вы тоже можете набить свой дом штуками с других миров.

– Нас у мамки толпа. – Вздохнула девочка. – Денег не так уж много.

– Заработай. – Посоветовала я, поднимая вещи Эдиты и бескомпромиссно выставляя их за двери. – Просто иди и заработай эти деньги. Холодильный шкаф стоит от двух золотых до бесконечности. Но заработать два золотых вполне посильно для тебя.

– Только проституткой.

– Это если мозгов нет. – Парировала я, распахивая дверь и указывая девочке на выход. – Ты уже большая, и если тебе нужны карманные деньги, то прекращая проводить жизнь в бесконечных играх и увеселениях. Подними свою задницу и просто пойди, и поработай. Спорю на что угодно, кому-то нужны работницы. Поработай, не покладая рук летом, и к осени сможешь помочь родителям и купить что-то из другого мира.

– Хорошо вам. – Насупилась девочка. – Вы предоставляете уникальные дорогие услуги.

– Тема безденежья актуальна при любой профессии. – Заметила я. – Но я работаю и не хожу по чужим домам с требованием дать мне кусочек благ здесь и насыпать денег там. Попробуй и ты заработать простым трудом.

– Но я же ничего не умею!

– Это твои проблемы, что к собственному возрасту, ты так ничему и не научилась. Это не делает тебе чести.

– Неправда. – Крикнула девочка. – Я много чего умею, но так это любая дура умеет!