Сейф, нож и пачка баксов

– Когда Алиев доставал деньги из сейфа, он стоял где-то здесь, – объявила Майя.

Энтузиазма у Бантиковой поубавилось. Она с сомнением посмотрела на хорошо укатанный грязный асфальт под ногами.

– И куда же он, по-твоему, мог спрятать деньги?

– Посмотрим, – философски заметила неунывающая Ли.

Майя сунула Бантиковой сумочку, опустилась на корточки и заглянула под автомобиль. В полутора метрах от нее под кабиной «МАЗа» находилось отверстие водостока.

– Ага! – пробормотала Ли, как человек, одержимый какой-то идеей. Она глянула по сторонам – не видит ли кто, – потом вдруг встала на четвереньки и поползла к зиявшей черной дыре. Чем ближе Майя подбиралась к заветной цели, тем больше ей приходилось прижиматься к земле, чтобы не задевать спиной о днище машины. Последние четверть метра она преодолевала ползком. Квадратное отверстие – примерно тридцать на тридцать сантиметров – не было прикрыто решеткой, а сам водосток не функционировал, по-видимому, несколько лет, поскольку был забит мусором. Недолго думая, Майя сунула руку в дыру, и тут же кисть ее руки до самого запястья погрузилась в липкую прохладную жижу. От мысли, что, возможно, в водостоке водятся крысы, Ли передернуло, однако, преодолев отвращение и брезгливость, она принялась выгребать и раскладывать на асфальте гнилые овощи и фрукты, обрывки целлофана и бумаги, пустые сигаретные пачки и прочий мусор.

Стоявшая на четвереньках и заглядывавшая под машину Бантикова поморщилась, когда ее ноздрей достиг тошнотворный запах полуразложившихся овощей и фруктов, но она не отодвинулась, а все так же с нескрываемым интересом продолжала следить за действиями Ли, с замиранием сердца дожидаясь: не мелькнет ли в руках Майи заветный сверток? Увы…

А Ли, очистив водосток в одном направлении, принялась выгребать из него мусор в другом. Но и там, к огромному сожалению женщин, денег не оказалось. Когда Майя, расстроенная неудачей, вылезла из-под машины, на ее руку смотреть без омерзения было невозможно.

– Эй, вы чего там делаете?! – неожиданно раздался грозный окрик, и в проход между автомобилями протиснулся мужчина хамоватого вида в синем рабочем халате.

– А твое какое дело? – возмутилась Ли. – Шел, вот и иди своей дорогой, нечего к женщинам приставать.

– Нужны вы мне, – заподозренный в сексуальных домогательствах мужчина презрительно выпятил губу. – Я о своей машине беспокоюсь. Чего вы под ней лазаете?

– Гайки откручиваем, – фыркнула Бантикова. – Злоумышленники мы! Поедешь вот на своей рухляди по девочкам, а у нее по дороге мотор и отвалится. Если девочки с тобой общаться захотят, – добавила Татьяна и с презрением оглядела рабочую одежду мужчины.

– Не слушай ты ее, – заявила Ли. – Нужны нам твои гайки. Дворничихи мы. Засоры в водостоках пробиваем. Видал? – И Майя сунула под нос мужчине перепачканную зловонной жижей руку.

– Фу! – с гадливой гримасой отшатнулся тот и с осуждением покачал головой. – И как же это мужья ваши такую вонь в доме терпят! А еще рассчитывают на то, что к ним кто-то приставать будет! – Мужика из прохода как ветром выдуло.

Ли с Бантикова выбрались из длинного ряда автомобилей и направились к навесу, к бетонной чаше с бьющими из нее по кругу фонтанчиками. Здесь Майя умылась, отряхнулась, а затем щедро обрызгала предложенным ей Татьяной дезодорантом руку, которая все еще сохраняла дурной запах.

– Что ж, отрицательный результат тоже результат, – заявила Майя, возвращая Татьяне железную бутылочку. – Зато теперь мы точно знаем, что Алиев Садык денег не брал, а значит, наш список подозреваемых стал на одного человека меньше.

Бантикова с любопытством заглянула в глаза Ли.

– Можно поинтересоваться, кто следующий в твоем списке?

Вопрос Майе показался очень уж наивным. Она посмотрела на Бантикову как на несмышленую.

– Как кто? – притворно удивилась Ли. – Ты, конечно!

Вот это номер! Инсинуации Майи были для Бантиковой полной неожиданностью. Глаза у Татьяны оказались на лбу.

– Я?!

Еще никогда Майе не приходилось слышать в своей жизни, чтобы в одной букве, выкрикнутой человеком, сочеталась такая гамма чувств. Здесь были и боль, и обида, и разочарование, и недоумение, негодование, и ярость, и много чего еще… В общем, режиссер любого театра был бы счастлив иметь в своей труппе артистку с такими выдающимися артистическими данными.

– Разумеется, – заявила Ли. – Деньги взял тот, у кого в руках побывал ключ, это ясно. Ты его брала.

– Что ж, по-твоему, я сама у себя украла деньги? – Бантикова все еще не могла прийти в себя от обуревавших ее чувств.

Майя уперла руки в бока.

– А были ли они у тебя вообще? Деньги Авирова я видела, а твои нет. Когда ты взяла у меня у границы ключ, в сейфе лежал только сверток Рустама. Я лично его туда положила. И вот пропал именно он. Да еще твой. Возможно, ты в сейф ничего не положила, а, наоборот, взяла из него шесть с половиной тысяч Авирова, а теперь еще хочешь получить с меня те деньги, которые у тебя якобы украли.

Бантикова потемнела лицом. Режиссер театра такой игрой был бы доволен.

– Да ты что, Майка, – укоризненно и с обидой пробормотала Татьяна. – Такой план сразу же провалился бы, если бы ты решила после меня заглянуть в сейф.

Ли раскинула руки, демонстрируя таким образом, до какой степени глупо выдвинутое Бантиковой предположение.

– Но ведь не заглянула же! На это ты и рассчитывала, когда брала из сейфа деньги.

– Да не брала я ничего! – громко возмутилась Татьяна, и глаза ее вновь стали наполняться слезами. – Чего пристала?!

Любое мало-мальски заметное происшествие на базаре собирает вокруг себя толпы зевак. А уж такое шоу, которое давали две интеллигентного вида симпатичные женщины, не могло пройти незамеченным. Естественно, вокруг них стали собираться зрители. Но ни Майя, ни Татьяна никого не замечали.

– Нет, взяла! – нахраписто повторила Ли. – Взяла деньги Авирова, а тридцати тысяч у тебя и не было.

– Были!

– Не было, не было! – с каким-то злорадством сказала Ли и вдруг с видом прозревшего человека воскликнула: – Конечно же, не было! Как же я сразу не догадалась! Мы как дураки искали три с половиной пачки денег, которые в карман не спрячешь, а их и было-то всего несколько бумажек. А их можно спрятать куда угодно – хоть в лифчик, хоть в трусы.

– Но ты же меня обыскивала! – Уголки рта Бантиковой переместились в крайнее нижнее положение, губы задрожали.

– Я к примеру сказала, – отмахнулась Ли. – При обыске мы осматривали те места, куда можно спрятать, к примеру, кирпич, и почти не обращали внимания на щели.

На Бантикову будто надавили, и из нее, как из резиновой игрушки, наполненной водой, брызнули слезы.

– Были у меня деньги, были! – выкрикнула она истерично.

– Врешь ты все! – Майя ткнула Татьяну пальцем в грудь. – Ты никогда с собой в поездку больше десяти тысяч не брала, а тут вдруг оказалось целых тридцать. Откуда такая сумма?

Бантикова несколько раз беззвучно открыла рот, словно рыба, задыхавшаяся без воды, и, наконец, вымолвила:

– Деньги не все были моими… Два знакомых коммерсанта дали мне по десять штук… на товар. В следующий раз кто-нибудь из них привезет мне вещи. Чего троим мотаться-то…

Густые брови Майи сошлись на переносице.

– Как докажешь?

Татьяна всхлипнула: