Призрак: Отряд

Глава 25 Легенда для братьев

Утро началось с того, что солнечный луч отразился от монитора ноутбука, стоявшего на столе, и упал мне на лицо. Спать больше не получилось. Посмотрел время на телефоне, том самом, подарке Миража, и понял, что хватит. Почти полдень уже. Не помню когда последний раз так долго валялся в постели, ничего не делая и никуда не торопясь. Давно... Очень давно. Если не считать после ранений, то еще дома... Так. Хватит. Того дома больше нет, а я есть. И еще куча проблем.

И тут понимаю, что вчера кто-то же меня принес и уложил. Я же в одежде, но без обуви. И тут вспоминаю тот сон, перед сном о родителях. Меня же Молот принёс, а я ему рассказывал столько о себе в полудрёме, думая, что это не по настоящему. Это не было сном?

— Нет, только не это, — я аж застонал, — я же ему всё выложил.

Но деваться некуда, уже всё сделано. Теперь главное привести всё к минимальным потерям. Отвлечь от того, что меня хоронили. Не хочу, чтобы знали о моём страхе. Они нормальные, но полностью поверить ещё не могу. Потом, надо будет отказаться от того, чтобы меня "усыновляли".

С губ сорвался короткий смешок. Вот как он это себе представляет. Он старше то меня всего на полтора года примерно. Ладно, возьмем то, что я выгляжу младше своего возраста, но всё равно, ненамного получается. И что он будет делать? Я же взрослый уже, у меня опыт больше, я опаснее. Это их защищать надо, а не меня.

Но внутренний голос напомнил о моих попытках постоянно упасть, неумении готовить, шить. Даже карман у худи порвался, а зашить не могу. И попросить стыдно. Раньше таких проблем не возникало, мне же выдавали чистую форму, готовую еду и всё остальное. И там я не падал, не верил никому, поэтому никогда не расслаблялся.

Но хватит лежать и думать, действовать надо. Душ, завтрак, разговор. Поговорю со всей четверкой, кое-что им предложу. Может отвлекутся от нашего вчерашнего разговора. Есть у меня задумка, как объяснить их родственные связи, не называя настоящих причин.

Утренний душ, потом пошел в столовую позавтракать и попить кофе. Опять кофе, как он мне надоел уже. Ну не люблю я его.

— Ты в порядке? — спросил Феникс, подавая мне тарелку с едой.

— В норме, рана затянулась, а ещё пара дней и шрама не будет. Я же тебе говорил о регенерации.

— Ну знаешь, — он потёр переносицу, — слышать и видеть — это две разные вещи. Кроме того у Сокола тоже почти все зажило и старый шрам уменьшился.

— А что ты хотел? — я даже не понял, что так удивило, — стандартные препараты. Ускоряю регенерацию примерно до моего уровня. Только боль не снимают, и чесаться будет, пока заживает.

— А ты вообще представляешь, сколько такие препараты стоят?

— Да, — ответил я ему, — стоимость этих препаратов жизнь того, кто выпустит во внешний мир. Их используют иногда, очень редко, чтобы спасти людей вне Системы. Очень важных людей для мира или лично для того, кто хочет спасти. Так что, Феникс, давай так сделаем... Ты используешь эти препараты на отряде, но никогда после вашей легализации не должен узнать о них. не хочу, чтоб вы пострадали.

— Легализации? — не поверил он.

— Да, именно, — я кивнул, — в процессе уже. Да не бойтесь вы Систему, не тронет никого из вас. Главное условие выживания потом будет ваше молчание. Система — это не зло, она необходима. Поверь. Позже расскажу, если интересно. А сейчас у меня вопрос есть. Где Гром, Айсберг, Сокол и Молот.

— Да в штабе они, что-то обсуждают. Гром с утра Клинка поймал уже и устроил тому разнос за вчерашнее. Сейчас видно время пришло с Соколом поговорить, ну а Молот, как бесплатное приложение видимо, — он хмыкнул, — ешь давай, а то остынет.

— Всё-равно вкусно будет, — я всё-таки приступил к еде, — ты, кажется единственный готовить хорошо умеешь, не считая печенье Молота.

— Я? О нет, — он улыбался, — лучше всех Клинок готовит, но его хрен заставишь. Только Гром иногда может, но не всегда получается. Они с Берсерком напару готовят хорошо. Только шумят сильно. Оба прям прирожденные повара, но стесняются видно. А вот мне пофиг, кто и что подумает. Я не хочу травиться тем, что остальные могут приготовить. Поэтому сам.

Я доел, выпил кофе, а потом Феникс отобрал у меня посуду.

— Сам помою, а то ты разобьешь даже железную посуду.

Я хотел возразить, но передумал. Могу же я на поблажку небольшую рассчитывать после вчерашнего? Конечно могу. И с этой мыслью пошёл в сторону штаба.

А там разноса Соколу не было, или просто я этот момент благополучно пропустил. Ну и хорошо, не люблю такое слушать. Пусть без меня все правильно. Но они замолчали, когда заметили меня. Опять обсуждали. Главное теперь сместить их внимание с меня, на них самих

— Утро доброе. Я тут думал, как объяснить ваши родственные связи, — начал я, глядя по очереди на каждого. — Вам нужна правдоподобная история. Для внешнего мира и для своих же, чтобы не было вопросов внутри отряда. Слишком много внимания.

Они задумались. Отлично. Внимание перехватил, теперь главное дожать, чтобы они не вспомнили сразу о чём говорили. Посмотрел на Айсберга.

— У тебя же кузен пропал несколько лет назад. Сейчас ему как раз было бы девятнадцать. Вот он. — я указал на Молота. — Двоюродные братья. А что за год не признал и почему сейчас получилось... свали на меня. Скажешь, что я данные нашёл. Правда, тебе придётся признать, что ты немного глупей меня в поиске.

— Согласен, что немного, но не сильно, — он издал короткий смешок, — А то загордишься ещё.

— А так и есть, что немного, я тебе уже говорил, потом займемся. В том ящике не только препараты для регенерации, но и для восстановления нейронных связей. Ты и сам нормально справляешься, только немного подстегнуть надо. Равным мне по рангу не станешь. SSS — это не только о том, как ты умеешь думать, но и признание необходимости Системы в целом, — заметил, что Сокол что-то хочет возразить, — да, необходимость. Я не говорю про тех дебилов, которые выслужиться хотят. Поверь, они очень плохо заканчивают. Все позже. Сейчас речь не об этом.

Посмотрел по очереди на Грома и Сокола. Идея-то у меня есть, как объяснить, что они родственники, но тема сильно болезненная и грязная. Но деваться некуда, другой нет.

— У вас сложнее. У тебя, Гром, кроме сестры никто не пропадал. Но ваш отец... скажем так, верность в браке не хранил. И возможно, что где-то есть ещё дети. Можно сказать, что Сокол его внебрачный, который родился примерно в то же время, что и Соён. Пока ваши родители ещё не развелись. А тут я покопался в архивах и нашёл, почему вы похожи. Два сильно эмоциональных, взрывных, в общем два психа, и небольшое сходство внешне есть.

Они замолчали. Гром нахмурился, Сокол сжал кулаки. Понимаю их, из-за того, что отец ушёл из семьи, у их мамы случился инфаркт, а они попали в приют. Точнее у неё была склонность к этому, просто это то, что её добило. Они подозревают, но может не связали два этих факта вместе. Зато легенда объясняла их связь и преданность друг другу, даже наше сходство в характере.

А потом я замялся, но договорить надо. Зная Сокола, он же таких дел наделает, если не предупредить.

— Правда, тут проблема... Сокол, ты драться с Клинком не будешь, если он тебя обзовёт... ну, таким словом... синоним «бастард»... Только им ругаются... оно неприличное, — сказал это и понял, что начинаю краснеть.

— А какое слово? — поинтересовался он, наклоняя голову.

Вот понял же все, точно понял, но решил мне слегка отомстить. Ну и как им объяснить, что я не использую такие слова и не говорю их вслух.

— Ты знаешь, — буркнул я, отводя взгляд.

— Нет, ты скажи, — попросил он, заставляя говорить.

— Ну... ублюдок, — почти шепотом выдохнул я и покраснел ещё сильнее.

— Потерплю, — Сокол расхохотался, остальные поддержали дружным смехом, — может пару раз врежу, для профилактики.

— Или он тебе, — лениво растягивая слова, поправил его Молот.

— Заткнись, — отмахнулся Сокол, — просто это стоит того, чтобы увидеть, как наша легенда смущается.

Я вздохнул, значит придётся объяснять причину. Опять открываться придётся. Но это мелочь, по сравнению с тем, что я уже умудрился наговорить.

— Понимаете, — начал я, — я не матерюсь, как вы заметили, совсем. Маме пообещал, когда она ещё живая была, что не буду. Только её уже нет, не могу спросить, чтоб она разрешила. Так что приходится держать слово. И папа тогда тоже сказал, что не надо так говорить, когда я случайно ляпнул, услышал от кого-то в школе. Я же старший брат и не должен младших плохому учить. Меня не смущает, что вы используете такие слова, но сам не буду. И да, то слово, что я тебе сказал, Сокол, меня так называли, когда думали, что не слышу. Только в начале добавляли бесчувственный.

Смех стих. Ну вот, опять их расстроил.

— Всё в порядке. Так как на счёт легенды? — спросил у них.

— Пойдет, мне нравится, что хоть теперь прятаться не надо сильно, — сказал Сокол возвращая на лицо улыбку.

— Правдоподобно, — добавил Айсберг.

Гром и Молот просто кивнули, а я решил ещё продолжить. Была одна мысль, чтобы до конца не спалились перед отрядом. Хотя... У нас у каждого столько тайн, что можно уже не прятаться. Но не мне их выдавать. И так уже столько дел наделал. А расхлёбывать им придется.

— Кстати, имена нужны нормальные. А то у всех есть, хоть и не говорят пока, а у вас двоих нет. Например, Сохён и Минхо. Немного созвучно вашим прежним, — предложил я им, а дальше уже их выбор.

Они замерли и уставились на меня, как будто даже не думали, что так можно. А вот что их останавливало придумать-то раньше?

— Ну что, на меня так смотрите? — спросил я с усмешкой. — Тхэён меня зовут. На самом деле. Я не врал. В общем разбирайтесь с новой информацией, а я пойду чем-нибудь займусь. Вам надо обсудить всё.

Я вышел, и вслед услышал голос Грома:

— Спасибо, Тхэён.

— Не за что, — ответил, закрывая двери, — просто живите.

Глава 26 Уроки нормальной жизни

А сам решил пойти прогуляться возле ангара. Морозный воздух и снег, так легко дышится. В промзоне свои плюсы есть, тут можно спрятаться у всех на виду. Точнее можно спрятаться им, но не мне. Я же тут выделяют, в городе было проще. Да, там смотрят с интересом, некоторые фотографировались, принимая меня за кого-то другого. За того, кем я не являюсь. Было предложение прийти на прослушивание, визитку сохранил. Так, на всякий случай. Может и пойду, заниматься же чем-то надо будет потом. У всех моих коллег есть легальное прикрытие. Бизнес или официальная работа.

Кстати, агентство, визитка которого лежит у меня в комнате, знакомо мне по названию. Там тоже мой коллега работает, в совете директоров. Фантом. Пятнадцатый из нас. Я же не единственный со сбоем во внешности, раньше были и другие. Не так явно, как у меня, но общие черты прослеживаются. Хотя и явные тоже есть, но кто им мешает прятаться меняя цвет волос и глаз. Только они в семьях росли из списанных или тех, кто закончил свою работу на Систему. Почти закончил. Если потребуется, то они придут и помогут, как и я. Несколько человек видел, которые выступали на сцене, в группах, или снимались в кино. Их некоторые считают с другой планеты, некоторые издеваются над ними, спрашивая парень или девушка, но они живут. У них не было защиты, поэтому вернули в мирную жизнь. А я остался, вопреки своей внешности и благодаря соседям из комнаты.

Я так задумался, что забыл, где нахожусь, пока не врезался в кого-то.

— Извините, — сказал я тому, кого случайно задел, — я вас не заметил.

И попытался обойти, но мне не дали. Чья-то рука схватила за раненное плечо и развернув меня, отбросила к стене какого-то склада. Как плечо больно-то! Опять рана открылась. Я же после боевого режима медленнее восстанавливаюсь, регенерация запустила другие процессы, на мышцы и кожу пока не хватает её.

— И что тут делает такой интересный человек, — услышал я ехидный голос, поднимая глаза на говорящего, — не место для детей. Такого, как ты можно встретить на сцене или в каком-то кафе, но не там, где работать нужно.

Я поднял глаза. Четверо парней в рабочей робе с логотипом какой-то местной фирмы. Самый высокий, который держал меня за плечо, с коротким ёжиком тёмных волос и неприятной ухмылкой, тут был за главного. Остальные стояли полукругом, отрезая путь к ангару.

Боль в плече пульсировала, тёплая влага медленно пропитывала рукав. Рана открылась. Как все не вовремя, совсем не вовремя. Рука почти не слушается, оружия нет, по силе из-за этого чёртова режима, я сейчас почти как обычный подросток. У всего есть цена.

— Я к брату пришёл, — ответил я ровно, не дёргаясь. — Он здесь работает охранником на складе. Думал тоже устроиться.

— Охранником? — он хохотнул, оглядываясь на своих. — Слышали? Эта кукла хочет работать охранником. Может, ты нас неправильно понял? Мы тут уже месяц грузы возим, и никого из охраны не видели похожего на тебя. Поверь, мы бы заметили. А тут вдруг ты. Один. С лицом, как у девицы.

Он протянул руку и схватил меня за подбородок, поворачивая лицо к свету. Я не сопротивлялся, смысла не было, не справлюсь сейчас. Но надо оценить обстановку. Их четверо, физически сильные, но не профессионально обученные. Без оружия, кроме ножей на поясе у двоих. И запах перегара, как будто неделю пить не прекращали, хотя одежда чистая. Выпившие, скучающие, уверенные в безнаказанности.

— Симпатичный, — протянул он, разглядывая моё лицо. — Глаза странные, линзы, что ли? И волосы крашеные. Ты вообще парень или как?

— Парень, — ответил я спокойно. — Отпустите. Я просто гулял, пока брат занят.

— Гулял он, — фыркнул тот, что стоял слева. — Слышь, а может, проверим? А то врёт, наверное.

Рука на подбородке сжалась сильнее. Двое других обошли с двух сторон, перекрывая путь к отступлению. Боевой режим не включится, мало времени с последнего прошло. Если ударить, то боль не блокирует организм, значит есть риск, что просто отключусь опять. Заговорить их и бежать, а там дальше кто-нибудь поможет.

— Отпустите, пожалуйста, — повторил я, стараясь, чтобы голос звучал испуганно, пусть думают, что я жертва и расслабятся.

— Пожалуйста, — передразнил он. — Вежливый какой. А если не отпустим?

— Тогда у меня будут проблемы, — сказал я честно. — И у вас тоже.

Близко, сильно близко подошли, не проскользнуть между ними. Который меня держит просто крепкий, а вот слева боец. Если попытаюсь убежать, то подножку поставит, и я просто навернусь. Да за что мне это всё. Почему это сбой пошёл, мог бы быть нормальным. Силу почувствовали перед слабым внешне. Обычное быдло развлекается. Парням тут проще из отряда, их точно не тронули бы. Не рискнули бы. А меня значит можно чтоли? Нечестно!

— От тебя? — заржал державший меня, — пугать пытается.

Остальные его поддержали дружным смехом. И отряд, как назло, занят. Четверка разговаривает. Феникс обдумывает мои слова. Штурман с Клинком в гараже что-то ремонтируют. Шёпот в игре, как обычно. А вот Берсерк сейчас в таком состоянии, что на окружающее почти не реагирует, если угрозу не видит. Восемь лет назад, примерно в это время он потерял брата.

— Что вам от меня надо? — решил все-таки узнать, может просто попугать решили.

— Да бесите такие, как вы, — зло сказал мне в лицо их главарь, — чистый, аккуратный, одет с иголочки. Заботятся о таких, холят и лелеют, а потом тёплое место найдешь. Чтож ты сюда поперся устраиваться на работу, таких, как ты в других местах ждут.

— Да врёт он всё на счёт работы, — сказал тот, что стоял позади всех, — зубы заговаривает. Какой из него охранник. Зато на сцене и в рекламах полно таких. Белоручки.

— Может просто лицо попортим, чтоб больше никому не нравился, и спокойно будет работать. А то еще один, и так этих развелось много.

Нет, ну порежут лицо, будет больно, но не смертельно. Шрам регенерация затянет со временем. Но эти придурки же могут ещё что придумать. Я видел такие взгляды раньше, еще в приюте. Но там с командой Грома никто связываться не рисковал. Особенно с Клинком, тот вообще безбашенным считался.

— Отпустите, — еще раз попробовал я попросить их, может поможет, — я же вам ничего не сделал.

Они только рассмеялись. А потом завернули руку, чтоб не выбрался. Опять больную, я же сознание могу потерять снова. Я попытался вырваться, но куда там. Больно.

— А может всё-таки проверим, что не соврал, что ты парень. Внешность такая, до и кожа ровная. Косметикой пользуешься, чтоб загара не было, — сказал главарь и рванул за ворот футболки, заодно стянув худи с плеча.

Как же холодно. Зима же сейчас. А я не всесилен, что бы не рассказывали в страшилках для новичков в Системе про нас.

— Пустите, — прошептал я.

— Погоди, — сказал тот, что слева, и сдернул футболку дальше, смотря на рану, — огнестрел, видел такое раньше.

— Да какая разница, — огрызнулся главарь, — значит довел кого-то. Тем более жаловаться не будет.

Они загоготали, а я лихорадочно искал выход. Плечо горело, кровь уже пропитала рукав и начала капать на снег. Холод пробирал до костей, мышцы сводило. Я не мог ждать, но и сделать ничего не мог. Впервые за долгое время я был по-настоящему беспомощен. Не как в бою, где можно просчитать, ударить, обмануть, а просто кончились ресурсы. Моё тело меня предало.

Главарь снова схватил меня за подбородок, разворачивая лицом к себе.

— Ну что, кукла, теперь точно не убежишь, — он оскалился. — Давай проверим, что ты там прячешь.

Я закрыл глаза. Не от страха, а от отвращения. От бессилия. От того, что не могу защитить даже себя. Где-то там, в ангаре, сидят люди, которым я нужен, которые назвали меня по имени. А я тут, на снегу, в луже собственной крови, и не могу даже ударить.

— Отпустили его, быстро, — раздался спокойный голос Миража, — вам что заняться нечем? Так я найду ваше начальство, и вам быстро работу найдут.

Они развернулись. Точно Мираж. Вот он-то как раз на бойца похож, не то что я. Мало кто с ним связываться рискует. Он же обещал приехать сегодня и привезти препараты для Айсберга.

— Шёл бы ты своей дорогой, не твое дело,— процедил главарь.

— И не подумаю. Пошли вон отсюда, а то я за себя не ручаюсь. Мне начинать вас бить? — он смотрел совершенно серьёзно, — или вы всё-таки не все мозги пропили. Хотя, судя по глазам, не только алкоголь был. Быстро отпустили и свалили отсюда, — он повысил голос, — и чтоб я вас здесь больше не видел.

Меня отпустили и четверка быстро ретировалась. А Мираж подошел и накинул на меня свою куртку. Опять одевают.

— В порядке? — спросил он.

— Да, спасибо. Ты вовремя. Я что-то не подумал, что мне тут что-то угрожает, — ответил я ему, — но я же тебе куртку в крови испачкаю.

— Глупости, — фыркнул он, опять возвращаясь к своему нормальному состоянию, — отстираю или новую куплю. Проблем-то. Главное что тобой всё в порядке.

— А вот футболку они мне порвали, а худи всё в крови, не отстирается наверно, — я вздохнул.

— Призрак, болван ты малолетний. Ты о чём сейчас думаешь? Ты хоть представляешь, что с тобой могли сделать? И теперь переживаешь из-за худи. Да отстираю я его сам, лично, а футболку новую куплю.

— Да знаю я, — я поморщился, — в приюте просветили на словах, потом нашёл информацию. Но ты же помог и ничего не случилось.

— Гром сдался, пытаясь понять твою логику, — расхохотался Мираж, — я тоже сдаюсь. У тебя даже среди нас по другому мозги работают.

Мираж помог мне подняться. Ноги держали плохо — то ли от холода, то ли от потери крови, то ли от того, что тело до сих пор не отошло от боевого режима. Он это заметил и просто подхватил меня под здоровую руку.

— Сам дойду, — попытался я возразить.

— Ага, конечно, — он даже не замедлился. — Дойдёшь ты. До ближайшего сугроба. И упадешь. Мне потом тебя откапывать? Я лопату не взял.

— Не упаду.

— Призрак, хватит уже выпендриваться. Я знаю, что такое полный боевой режим, в отличии от остальных из твоих подопечных. И знаю, что потом происходит с телом, а ты еще и замерз.

Я замолчал. Крыть было нечем.

Мы дошли до ангара. Мираж толкнул дверь плечом, и я оказался в тепле.

— Феникс! — крикнул Мираж в глубину коридора, ну всё, сейчас начнется. — У тебя опять пациент!

Феникс появился почти сразу, видимо, был где-то рядом. Окинул меня взглядом, заметил кровь на рукаве, порванную футболку, синяк на подбородке.

— Опять? — только и спросил он.

— Опять, — подтвердил Мираж за меня. — Только в этот раз он никого не спасал. Просто гулял.

— Я просто гулял, — повторил я.

Феникс закатил глаза, но ничего не сказал. Просто взял меня за здоровое плечо и повёл в медблок.

Через пятнадцать минут рана была заново перевязана, на плече лежал холодный компресс, а я сидел на койке, завёрнутый в одеяло. Мираж сидел напротив, на стуле, и смотрел на меня с выражением, которое я не мог до конца распознать. Не злость. Не раздражение. Скорее... усталость. И что-то ещё.

— Кто это был? — спросил он наконец.

— Какие-то рабочие с соседнего склада. Пьяные.

— Они тебя узнали?

— Нет. Просто увидели того, кто не может дать сдачи.

Мираж откинулся на спинку стула.

— Ты понимаешь, что это и есть та самая «настоящая жизнь», о которой ты думал? — спросил он. — Вот это. Когда ты просто идёшь по улице и встречаешь людей, которым не нужна твоя репутация. Которым плевать, что ты SSS-ранг. Которые видят только то, что видят: мелкого пацана с белыми волосами и странными глазами.

Я молчал. Да и сказать было нечего, он прав. Понимаю я это.

— И ты не сможешь всё время ходить с охраной, — продолжил он. — Не сможешь всё время опираться на отряд или на меня. Когда-нибудь тебе придётся научиться справляться самому. Не в бою, а в этом. В обычной жизни.

— Научусь, — сказал я тихо, — не всё сразу. Просто не ожидал, тут всегда было тихо и мало людей. Откуда эти появились, я без понятия.

— Да понимаю я, — он вздохнул. — Но прекращай рисковать, думай иногда, как обычный подросток. Сейчас ты не в Системе, твою репутацию никто не знает.

Дверь медблока открылась. Вошли Гром, Айсберг, Сокол и Молот. Видимо, Феникс предупредил. Сокол, увидев моё состояние, сжал кулаки.

— Где они? — спросил он коротко.

— Уже ушли, — ответил Мираж. — Я их прогнал. Они не профессионалы, просто отморозки. Думаю, больше не сунутся.

— Ты уверен? — прищурился Гром.

— Завтра их начальство узнает о том, чем они занимаются, внепланово проведут обследование на следы алкоголя и наркотиков. А результат точно будет, — улыбка Миража стала хищной. — И им придётся искать новую работу. Далеко отсюда. Очень далеко. О наличии некоторых веществ в крови начальству этих отморозков придется сообщить в полицию. Ну а дальше сами знаете, что будет

— А ты чего такой спокойный? — спросил Сокол, глядя на меня.

— Он не спокойный, — ответил за меня Молот. — Он замёрз.

И взяв второе одеяло, просто завернул в него, оставив открытой только голову

— Грейся давай.

— Я не маленький, чтобы меня так укутывать, — попытался я возмутиться.

— А какой? — спросил он. — Ты себя со стороны видел?.

Я замолчал, по сравнению с ними точно. Увидел, как Сокол давится смехом, наблюдая за тем, как мы препираемся. Но быстро успокоившегося, когда получил подзатыльник от брата. Даже стал почти серьёзным, но всё-равно бросая ехидные взгляды на Молота. Будет ходить и подкалывать. Даже сочуствую немного

— Спасибо, — сказал я.

— Не за что, — Молот пожал плечами.

Мираж смотрел на эту сцену с лёгкой улыбкой.

— Знаешь, Призрак, — сказал он задумчиво, — я, кажется, понимаю, почему ты остался с ними. Они тоже ненормальные.

— Мы ненормальные? — переспросил Сокол. — Ты вообще себя со стороны видел?

— Видел, — Мираж усмехнулся. — И поэтому я здесь. Ненормальные должны держаться вместе, — теперь ты, — он указал на меня, — отдыхать, спать и никуда не лезть. А я сам поговорю с коллегой на счёт препаратов и дозировки. Потом просто проследишь, чтобы нормально всё пошло. Ну и по тестам прогонишь. Доступов сейчас, конечно, у Призрака нет, но у Ле...

— Понял, займусь, — перебил я его, пока не ляпнул лишнего, — позже, как отдохну. Я всё понял.

Мираж внимательно посмотрел на меня и кивнул. Не выдаст. Он же чуть второй мой позывной не назвал, а я пока не хочу признаваться. Большая вероятность, что они его знают, слышали где-то. Но для большинства это название группы людей, а не одного. И да, доступы никто не отменил. Разберемся с Айсбергом.

А потом они вышли, только Сокол сопротивлялся начал, но Мираж сцапал его за шиворот и потащил к выходу. Сопротивляться явно бесполезно. Если этот что-то решил, то переубедить сложно будет, а то потом ещё по рингу погоняет. Тем более, по моим подсчётам, рана у Сокола уже должна почти затянуться, так, небольшой шрам пока что. И очень чешется. Я то знаю.