Филадельфийская история

Джордж стоял рядом и ждал, когда Декстер закончит разговор с девочкой. Он тоже ничего не сказал. По-разному, но оба они оказались за пределами маленького круга, который образовался без них.

Трейси взяла Джорджа под руку.

Его ладонь сразу легла поверх её пальцев. Тёплая, сухая, уверенная. Она немного ослабила хватку, о которой до этого не подозревала.

— Мы только что говорили о работе Джорджа, — сказала она. — Мистер Коннор, оказывается, хорошо знает, что там было сделано.

— Я читал, — поправил журналист. — Это не совсем то же самое.

— Не у всех достаёт скромности признать разницу.

Декстер посмотрел на неё.

— Мне разрешается считать это общим замечанием?

— Тебе разрешается присоединиться к разговору.

— С удовольствием. Киттредж, как идут дела на шахтах?

Джордж ответил коротко. Декстер задал ещё вопрос — уже без видимой насмешки, со знанием дела, которого Трейси не ожидала. Она помнила, что он ездил туда с её отцом, но до сих пор эта поездка представлялась ей одним из многочисленных занятий человека, умеющего заполнить день так, чтобы не чувствовать себя обязанным ничему всерьёз.

Оказалось, он кое-что запомнил.

Джордж тоже это заметил. Его ответы стали длиннее. Несколько минут мужчины говорили почти дружелюбно, и Трейси почувствовала, как напряжение в плечах понемногу отпускает.

Затем Декстер сказал:

— Вам предстоит управляться и с предприятием, и с Трейси. Надеюсь, рабочий день у вас достаточно длинный.

Джордж перестал улыбаться.

Трейси убрала руку с его локтя.

— Я не предприятие.

— Разумеется. С тобой значительно интереснее.

— И совершенно незачем управляться, — сказал Джордж.

Декстер повернулся к нему. В его взгляде на мгновение появилось что-то, что Трейси не успела определить: удивление, любопытство или желание отступить.

— Это хорошее начало, — ответил он наконец.

Ей не понравилось слово «начало». Оно оставляло за ним право знать, что будет дальше.

— Не беспокойся, Декстер. Мы не намерены повторять всё то, что тебе знакомо.

— Я и не беспокоюсь.

Он сказал это легко, но теперь посмотрел в сторону сада. Трейси вдруг захотелось спросить, зачем он всё-таки пришёл. Её приглашение не было объяснением. Они оба могли бы сделать вид, что оно прозвучало из вежливости, и позволить друг другу не воспользоваться им.

Но разговор при свидетелях уже заставлял её выбирать слова по тому, как они будут выглядеть, а не по тому, что хотелось узнать.

Томас появился в холле.

— Обед подан, мадам.

Маргарет с готовностью поднялась.

— Прекрасно. Прошу всех.

Дядя Вилли поставил пустой бокал.

— Я начинаю думать, что меня всё-таки любят в этом доме.

— Не делай преждевременных выводов, — сказала Маргарет.

Он посмотрел на неё с одобрением и предложил руку. Мать приняла её. В их нарочито семейном виде было столько веселья, что Дина снова чуть не рассмеялась.

Трейси увидела, как Лиз потянулась к камере и остановилась. Возможно, та решила, что всё ещё недостаточно хорошо знакома с хозяевами. Возможно, впервые почувствовала неправильность происходящего. Обе причины были бы разумны.