- -
- 100%
- +
Тут обалденно, к слову, — все такое новое: и большой экран на панели управления, и камера заднего вида. Машина — почти звездолет изнутри.
Арам будто бы не замечает, с каким восхищением я оглядываю его машину. С таким же восхищением оглядывает меня.
Я очень постаралась сегодня достойно выглядеть. Накрутила волосы, превратив их в пышную копну, пытаясь повторить прическу, которую мне сделали на день рождения. Влезла в туфли с каблуками, джинсовую юбку до середины бедра. Сверху надела синюю кофточку — четко под цвет глаз.
— Настя, ты очень красивая, — говорит Арам.
И я слышу какую-то особенную хрипотцу в его голосе. Никогда он так со мной не говорил.
— Арам, я…
Не знаю, что ему сказать.
Я ведь никогда не приглядывалась к Араму в романтическом смысле, мне всегда достаточно было его брата.
Но теперь, когда мы вдвоем, а Артур для меня больше не существует, я будто заново знакомлюсь с Арамом.
Надо признать, мне нравится это знакомство.
Арам… Он какой-то более настоящий, что ли.
У него чуть другой тембр голоса, он обалденно пахнет — морским бризом и нотами чайного дерева. Такой мужской и в то же время свежий парфюм.
А еще Арам очень озорно улыбается мне.
— Любишь танцевать, Настюш? — Сказав это, он наклоняется к моему лицу, будто хочет поцеловать.
Но не целует, только смотрит.
Чувствую в его дыхании аромат мяты. Жвачку пожевал? Или почистил зубы перед свиданием?
Кстати, когда-то на школьных дискотеках я была звездой танцпола.
— Очень люблю, — решаю не врать.
— Отлично, тогда поехали подвигаемся.
Он так и не целует меня, хотя на несколько секунд остается подозрительно близко к моему лицу. Это заставляет сердце биться чаще.
Из-за Арама? Чаще?
— А почему ты решил отвезти меня именно в клуб? — спрашиваю я, поправляя подол юбки.
— Я три года мечтал станцевать с тобой медленный танец.
Он мне подмигивает!
А потом тянется куда-то назад, достает букет роз и кладет мне на колени.
У меня захватывает дух от красоты, ведь это мои любимые чайные розы оттенка оранж. Откуда он узнал?
Отчего-то в эту секунду я уверяюсь в том, что судьба на свете все-таки есть. Пусть в моем случае ее перстом оказалась бутылочка из-под колы.
***
Настя
Мы с Арамом сидим за столиком на втором этаже огромного танцевального зала. Отсюда видно танцпол первого этажа и диджея, который старается вовсю.
Музыка так орет, что мы с Арамом даже не пытаемся говорить.
На столе ровно между нами стоит ваза, в которой находятся мои розы.
В руке у меня коктейль — вкусненький клубничный мохито. Пригубляю его, чувствую сладость на языке, а потом руку Арама у себя на плече.
Он наклоняется ко мне совсем близко, говорит на ухо:
— Пойдем, потанцуем?
Меня два раза просить не надо.
Ставлю бокал на стол, даю Араму руку.
Он нежно сжимает мои пальцы, помогает подняться. Потом приобнимает за талию и ведет вниз, где десятки людей извиваются на танцполе под заводную музыку.
Арам, кажется, родился в этом клубе. Пока мы двигаемся к танцполу, он здоровается с кучей народа, потом ведет меня в самый центр. Главное — нас пропускают! Как будто у него там забронировано вип-место для танцев.
И вот мы уже практически единый организм с остальными танцующими. Двигаемся в такт, играем с Арамом взглядами.
Это продолжается минуту или час, время будто растягивается или, наоборот, сжимается. Меняются лишь треки, а притяжение между нами возрастает.
И мне так хорошо, что хочется подпевать.
А потом Арам дает кому-то знак, и все разом замирает.
Музыка замолкает, огоньки останавливают движение.
Диджей делает объявление:
— Самый красивый медленный танец для бесподобной девушки Насти!
Чувствую, как сердце пропускает пару ударов, оглядываюсь на Арама. А он цветет улыбкой, смотрит на меня в упор.
Когда играют первые аккорды медленной композиции, я ощущаю его руки на своей талии. Он прижимает меня к себе, причем делает это вроде бы деликатно, но очень настойчиво. Я бы даже сказала, властно.
Такой Арам мне незнаком.
Он ведь обычно находится в тени своего брата, позволяя ему рулить.
Но не сегодня.
Сегодня мы только вдвоем.
Чарующие звуки музыки льются по всему залу, и по моей спине бегут мурашки. Я двигаюсь с Арамом в такт, кладу руки ему на плечи.
А позже случается это…
Он наклоняется ко мне посреди танца и прижимается губами к правому уголку рта. Его губы горячие, требовательные. Он полностью завладевает моим ртом, углубляет поцелуй.
Чувствую на языке привкус мяты.
И мне приятно… Пусть не так ярко, как это было с Артуром. Но не отталкивающе, даже колени немного подкашиваются.
Арам, конечно же, крепко меня держит и ни за что не позволит упасть.
Мне в его руках надежно, и это особенное ощущение.
Мы прижимаемся друг другу каждую секунду песни. Разомкнув губы, смотрим друг другу в глаза и, кажется, говорим взглядами. Чувствую идущие от него флюиды сексуальности и четко понимаю, что ему дорогого стоит сдерживаться со мной.
Когда песня заканчивается, я прошу Арама отпустить меня на минутку в дамскую комнату.
И позорно сбегаю, чтобы немножко прийти в себя.
Мочу горящие щеки холодной водой, всматриваюсь в свое раскрасневшееся лицо. Глаза кажутся пьяными от пережитого, хотя я выпила всего пару глотков мохито. И этот привкус мяты во рту…
Не слишком ли быстро развиваются события? Мы с Арамом ведь просто пришли потанцевать. Это какое-то безумие!
С другой стороны, мы свободные люди и никому ничем не обязаны. Если мне хорошо с ним целоваться, то почему бы и не продолжить делать это.
Стоит мне только выйти из туалета в полутемный коридор, как я снова оказываюсь во власти Арама. Он тут же прижимает меня к себе спиной, и я опять ощущаю свежий морской аромат его парфюма, чувствую за собой крепкое мужское тело.
Он отодвигает мои волосы, целует в шею, отчего я мгновенно покрываюсь мурашками.
Позволяю ему увести меня.
Поначалу даже не понимаю, что мы идем вовсе не на танцпол.
В первые секунды не соображаю, где мы в результате оказываемся. Какая-та полутемная комната, из мебели тут только стол и стулья. Вип-кабинка?
Главное — здесь нет никого, хотя снаружи ходят толпы народа и орет музыка. Мы словно отрезаны от остального мира! Но он нам и не нужен, ведь у нас здесь свой.
Все же меня немного напрягает, когда Арам, тянет руку к замку и запирает дверь. Зачем? И откуда у Арама ключи?
Задать эти вопросы я не успеваю, потому что он припечатывает меня собой к стенке и жадно целует.
— Арам, что ты делаешь? — стону я ему в губы.
А он буквально затыкает меня своим ртом. Снова чувствую привкус мяты, когда пускаю в себя его язык. Он таранит меня им, вобрав в себя полностью мои губы.
У меня горит рот, сладко ноет грудь и низ живота. Голова кружится, все как в тумане.
Мне так хорошо в его руках. Несмотря на дикость происходящего, так приятно и правильно…
Пожалуй, даже слишком приятно. Хотя еще недавно, когда мы целовались на танцполе, эмоции все же были другими. А сейчас такое ощущение, будто я целуюсь с…
— Артур? — болезненно охаю.
— Дошло наконец, — рычит он мне в губы и снова зажимает мне рот своим.
Глава 16. В его руках
Настя
Я не понимаю, как так происходит.
Артур подхватывает меня под попу и умудряется усадить на стол, при этом порядком задирает юбку. А потом и вовсе собирает мои волосы в кулак, заставляет держать голову прямо и смотреть ему в лицо.
— На глазах у всех с Арамом сосешься, — цедит он, буравя меня злым взглядом. — Не стыдно тебе?
— Что? — охаю я.
Ему ли мне предъявлять. Когда сам…
Артур продолжает изрыгать гнев:
— Типа такая вся скромница-отличница, правильная девочка, шаг влево ни-ни. Не троньте ее, целочку. А сама чуть из трусов на танцполе не выпрыгивала. Как ты могла сосаться с Арамом? Это мне назло? Скажи!
— Мы с Арамом встречаемся! — выплевываю это ему в лицо.
После моих слов Артур еще больше звереет. Наклоняет голову к моему лицу и буквально цедит в губы:
— Ты не будешь с ним! Ты — моя, и не ври, что не хочешь…
А потом он буквально набрасывается на мой рот, целует жадно, кусает мою нижнюю губу. Терзает меня своим ртом, и не жалко ему.
Что есть силы упираюсь ладонями ему в грудь и стараюсь отпихнуть.
Вот только у меня не получается, потому что Артур силен как черт и упрям как осел. Космическое сочетание.
Его не сдвинешь.
Тогда я иду на хитрость: якобы покоряюсь ему, позволяю полностью завладеть моими губами, ласкать, как он хочет. А потом втягиваю его нижнюю губу в рот и кусаю. Но не полунежно, как он это делал, а с силой.
— А-а! — рычит он.
И резко отстраняется, отпускает меня, смотрит волком.
— Алису свою целуй, кобелина! — кричу на него.
Приходит его черед удивляться:
— Чего? Какую Алису?
Идиота из себя корчит? Или даже имен своих подружек не запоминает?
— Ту, которой ты ребенка сделал, сволочь!
С этими словами я лезу в маленькую сумочку, которая все еще каким-то чудом висит у меня на боку, надетая через плечо. Достаю телефон, тычу им Артуру в лицо.
— Вот фото, видишь?
Он смотрит на снимок теста с двумя полосками.
Откровенно недоумевает:
— Настя, ты дура? Я не делал никакой Алисе ребенка. Я вообще никому никаких детей не делал!
В этот момент я и вправду чувствую себя дурой, но совсем немножко, самую малость.
— Я так и знала, что ты будешь все отрицать! — бросаю ему с чувством.
У Артура, похоже, нервный тик.
— Настя, я не делал твоей подруге никакого ребенка. Ты из-за этого Арама выбрала, что ли? Отвечай, ну?
А я из-за этого, да. Но ни за что не признаюсь. Потому что, если сказать — значит автоматом открыться в чувствах. Этого я не сделаю никогда.
Но и доказательств, кроме несчастного фото, у меня никаких.
Может, и правда нет у него с Алисой никакого ребенка?
Стоит мне представить такой вариант, и хочется выдохнуть с облегчением.
На миг мне от души хорошеет… Как если бы кто-то выдернул болючую занозу. Но лишь на миг.
Ведь Артур не сказал: «Я не спал с Алисой».
И вообще, он про ребенка может попросту еще не знать.
— Выпусти меня отсюда, — прошу жалобно.
— Чтоб ты к Араму побежала? — Он щурит глаза и часто дышит. — Ага, щас. Настя, ты моя будешь.
Последнее он в буквальном смысле мне обещает.
А потом снова прижимается ко мне губами.
Мой мир в очередной раз грозится улететь в стратосферу, потому что губы Артура — это что-то неземное. Но я все же остаюсь на земле, не позволяю чувствам задурманить мозг. Ведь понимаю же, что этот конкретный парень из себя представляет. Гад.
— Артур, не надо! — отворачиваю лицо.
Он злится, толкается носом мне в щеку.
— Почему, Настя? Почему не я?
— Не люблю, не нужен, не хочу тебя… — я говорю это в сторону, опускаю взгляд.
Потому что брехня ведь. Стоит в глаза сейчас взглянуть, и он поймет.
Но Артур больше не заставляет меня смотреть в глаза.
Наоборот, берет меня за талию и снимает со стола.
Наивная, я думаю, что это все, на секунду расслабляюсь.
И тут он поворачивает меня спиной, хватает за руки, сжимает запястья одной своей лапищей и жарко шепчет на ухо:
— А теперь давай проверим, как ты меня не любишь и не хочешь. Если сказала правду, отпущу. А если соврала, выебу…
Это как же он собрался проверять? Что проверять? Разве можно пощупать руками желание или любовь?
В моем мозгу эти вопросы пульсируют резкими вспышками.
От грубых слов Артура у меня на макушке, кажется, волосы встают дыбом и шея покрывается гусиной кожей — как раз в том месте, куда он дышит.
— Отпусти, — тихонько хнычу.
А Артур как будто не слышит. Он словно робот, ведомый какой-то встроенной программой.
Однако вскоре я понимаю, что он совсем даже не робот, потому что мне в попку упирается очень даже внушительное мужское достоинство, которого у роботов наверняка не бывает. И оно явно приподнялось в мою честь.
Пока я пытаюсь выкрутиться, Артур вдруг снова меня целует — на этот раз в шею.
Удивительное ощущение…
Я замираю, немного шокированная от испытываемых эмоций.
А Артур тем временем вытягивает мою блузку из юбки. Нагло лезет под тонкую ткань и сжимает грудь, обтянутую тонким белым кружевом лифчика.
Меня никто никогда не трогал.
Тем более так дерзко и провокационно!
— О-о…
Я издаю громкий стон, и тут Артур отпускает мои запястья. Однако он продолжает прижимать меня к себе спиной и левой рукой зажимает мне рот.
Делая это, он по-прежнему стискивает мою грудь, а потом и вовсе нагло оттопыривает пальцами чашечку бюстгальтера и накрывает мягкое полушарие. Он зажимает между пальцев сосок, и меня накрывает от обилия новых приятных ощущений.
Я даже сопротивляться ему не могу в тот момент!
Я не хочу ему сопротивляться!
Но скоро понимаю — это не конец, а лишь начало.
Вдоволь наигравшись с одной грудью, Артур делает то же самое со второй. Заставляет оба соска превратиться в сморщенные горошины. Они, кажется, скоро прорвут ткань блузки, такие острые!
— Сейчас проверим, как я тебе не нравлюсь, и как ты меня не хочешь, — хрипит он мне на ухо.
Ведет ладонью по моему животу, затем ниже. Нагло задирает юбку и сует руку в трусики…
А там был потоп еще в ту минуту, когда мы с ним просто целовались. Я чувствовала, что трусики насквозь промокли, и теперь Артур тоже это понимает.
Тут-то до меня и доходит, что это и есть его проверка — хочу ли его или не хочу.
Я пытаюсь дернуться, заставить его убрать руку, сжать бедра. Но Артур не дает. Он накрывает ладонью мою промежность. От жара его руки и ощущения того, где именно он меня трогает, буквально сносит крышу.
Это ни с чем не сравнимое удовольствие и предвкушение нового. Оно сводит с ума.
И мне уже совсем не хочется, чтобы он вытаскивал руку из моих трусиков. А потом он и вовсе ласкает меня пальцами там. Проводит средним пальцем по складочкам, находит мою дырочку и гладит, затем ведет пальцами выше и концентрирует внимание на бугорке, в котором сосредоточивается мое удовольствие.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.