Хозяйка Кервельского замка, или Сказка для больших девочек №3

Глава 15. Четырнадцатое июня.

Все случилось, как я и предполагала.

– Что-то дымом тянет, – подозрительно потянул носом Актиус за завтраком, посматривая на хозяина таверны.

– Так происшествие сегодня на рассвете приключилось, – начал охотно рассказывать тот. – Вот их светлость к старой Шаритте давеча наведывалась, так после того знахарка-то с дочкой и повесились. Пастух на заре стадо мимо гнал, они свою Пеструшку не ведут. Заглянул, а они висят. Позвал народ, да только, как снимать стали, видно, кто-то случайно очаг задел, искры-то и посыпались. В одну секунду все вспыхнуло, там же трав-то сушеных сколько было! Еле выскочить успели, – делая обеспокоенное лицо, доложил он. – Всем миром тушили. Даром, что крайний дом, а вдруг на соседний бы перекинулось. А там Юлис со своими девчонками. Ой, я ж забыл совсем! Поднялась его Саланна. Проснулась утром, как ни в чем не бывало. Радости сколько было! – он, улыбаясь, показал в окно.

Во дворе собралось все семейство. Счастливые девочки жались к матери, будто, не веря в ее исцеление, муж положил ей руку на плечо, чтобы чувствовать ее рядом.

– Ребята, хотите, чудо покажу?! – заговорчески поманила я наемников руками, и они придвинулись поближе. – Про «Истинную любовь» когда-нибудь слышали?!

Парни заухмылялись. Актиус насмешливо фыркнул.

– «Половинки, разделенные Создателем, бродят по свету, но встретившись, уже не могут жить друг без друга. И посмевшему вторгнуться в это святое таинство не будет прощенья ни на земле, ни на небесах», – нараспев процитировал он. – Мелисса, это же детские сказки!

Я улыбалась, рассматривая воссоединившуюся семью во дворе. Вот Юлис что-то шепнул Саланне, и она густо покраснела, а девчонки захлопали в ладоши и принялись носиться вокруг родителей.

– Брось, не может быть, – догадался наконец командир отряда. – Они же…

– Да, не принц и не принцесса, – закончила я за него. – Но, видишь ли, Создателя мало волнует наш социальный статус. При рождении он всех наделяет чистыми душами, а вот сохранить их такими удается не всем.

Парни высыпали во двор вслед за мной, во все глаза рассматривая гостей.

– Доброго утра тебе, Целительница, – поклонился Юлис, Саланна улыбалась мне из-за мужнего плеча. – Вот, благодарить тебя пришли. Что платы не берешь, это всем известно. Но, может, помочь чем надо?! Ты вчера про переезд толковала. Это всех касается, или особо кого?!

Я посмотрела на Люка.

– Всех, – серьезно подтвердил он. – Приглашаем вас. Как с делами управитесь, так и приезжайте. Будем ждать.

Супруги удивленно переглянулись, кивнули и, поблагодарив еще раз, ушли.

Наемники ошеломленно смотрели им вслед.

– Вот так-то, ребята! – рассмеялась я. – Простые люди, крестьяне, а чисты, как горный родник. Зато другие во дворцах живут, а души песком не ототрешь. Ну, все, в дорогу пора.

Мы ехали легкой рысью, весело переговариваясь. Парни все поверить не могли, что столкнулись с чудом. Им, непривычным к проявлению чувств, все это казалось ненастоящим, надуманным, и они наперебой расспрашивали про то, как люди находят друг друга.

– Тут как повезет, – пожала я плечами. – Можно взглянуть один раз и понять: «это мой человек», а можно долгие годы смотреть и не видеть, – я покосилась на Люка, он мягко улыбнулся. – Вы Тимуса знаете?

– А-а, Лучника, – кивнул вечно хмурый Бувис, – знаем, конечно.

Я пожала плечами.

– Так вот, он как увидел свою Парэль, так больше глаз и не отводит, – усмехнулась я.

Фотиус скептически фыркнул.

– Ну, был я на той ярмарке. Видел полукровку его. Это я ей и рассказал, как Лучника найти, когда он сбежал. Ничего так из себя, хорошенькая, но не более.

Я снисходительно покачала головой.

– Ты на нее другими глазами смотрел. А для Тимуса – лучше не бывает. Да и не в красоте тут дело.

Парни переглянулись, и Фотиус жадно спросил:

– А в чем же?

Я развела руками.

– Ты или любишь человека, или нет. Быть беременной на три четверти не получится.

Актиус скептически скривился.

– Вот, к примеру, моих родителей никто насильно под венец не гнал. Но к тому времени, как мне стукнуло шестнадцать, они настолько ненавидели друг друга, что я из дома сбежал, в наемники подался.

Я вздохнула.

– Да, и такое бывает. У меня, конечно, в этом вопросе опыта маловато, но любовь мне представляется чем-то вроде вашего кодекса чести. Ты можешь быть одиночкой, сам себе господин, но, если вступил в отряд, значит, все тебе друзья. Ты, не опасаясь, повернешься к ним спиной, и они прикроют ее потому, что ты сделаешь это же для них. Если неважно дерешься на мечах, не беда, они научат. Ты не бросишь их в трудную минуту и не предашь потому, что это выгодно. Ты можешь уйти в другой отряд или уйти совсем, но, если ты был честен с товарищами, никто не скажет о тебе дурного слова. Подлецы и негодяи среди вас не задерживаются, первая же подстава и «волчий билет». Это нигде не зафиксировано, нет хартии или специального уложения, но эти неписанные правила знают все. Вот и любовь так же, каждодневная работа. Многие думают: влюбились-поженились и все. Ан, нет! Любовь – это Дар, а не подарок.

Наемники опять удивленно переглянулись.

– Оказывается, не все так просто, – сделал вывод их командир. – Типа, чтобы быть в форме, надо хотя бы раз в день вынимать меч из ножен.

Парни заухмылялись, а я поджала губы. Ох, уж мне эти двусмысленные фразки!

– Что-то вроде того, – фыркнула я.

С их терминологией и философией я познакомилась еще три года назад. Сначала каждая шуточка или скользкий намек повергали меня в смущение, потом привыкла и даже научилась ценить. Постоянно находясь на острие меча, эти парни смотрели на жизнь с сугубо практической точки зрения, не заморачиваясь, но быстро ухватывая суть нового. Без этого в их профессии – никуда.

– Мелисса, вот вы с Люком знакомы всю жизнь, – обратился ко мне Фотиус, самый молодой из команды, года на два старше моего волка. – А давно вы вместе?

Мы переглянулись, я взглядом спросила разрешения, и жених пожал плечами.

– Восемь дней, – ответила я. – Видишь ли, я настолько зациклилась на своих проблемах, что просто не видела ничего вокруг. Больше скажу, Люк мне никогда не нравился, я даже ревновала его к наставнику. Просто убедила себя, что Канус может принадлежать мне и только мне, в крайнем случае, отцу. Так что я, как слепая курица вокруг зерна, ходила и не замечала, – я виновато улыбнулась своему оборотню.

Парни заинтересованно повернулись к бодигарду.

– А ты?

Люк усмехнулся.

– А я четыре года глаз от нее отвести не могу. Только случая признаться все не было. А тут выпал шанс, я и открылся.

– А она? – жадно спросил Фотиус.

– А я его поцеловала, – рассмеялась я, и все головы повернулись ко мне. – Представляете, будто глаза распахнулись. Словно всю жизнь наощупь ходила, а тут прозрела, и мир увидела, весь и сразу. До сих пор удивляюсь: как я раньше жила.

Некоторое время мы ехали молча.

– Значит, у вас тоже «Истинная любовь»? – поинтересовался любопытный Фотиус.

Мы с Люком одновременно улыбнулись.

– Нет, – покачала я головой. – Такое чудо случается крайне редко. Мы просто любим друг друга, и этого нам хватает.

Наемники в который раз переглянулись, а Фотиус уважительно кивнул.

– О, кажется, мы приехали, – Актиус махнул рукой на показавшуюся деревню. – Сразу целительствовать будешь или после обеда?

– Сразу, не люблю откладывать, – решила я.

Мы сняли комнаты на постоялом дворе и по традиции ударили в рельс у колодца. Недоверчивые крестьяне сначала дичились, но потом все пошло по накатанной дорожке. Я никак не могла понять: в чем дело, но было что-то странное в их травмах. Порезы, ушибы, застарелые гематомы. Будто общая боль витала над ними. На мои расспросы селяне отшучивались или отмалчивались, так что ничего конкретного я не услышала. Через полтора часа мы уже сидели в трактире, с аппетитом уничтожая телячье рагу.

– Мне не нравится эта пятерка в углу, – слегка наклоняясь ко мне, прошептал Люк.

Я как бы невзначай взглянула туда. Пожалуй, я тоже не в восторге. Засаленные волосы, грязная одежда и масленые похотливые взгляды. Фу, мерзость! Что-то мало они походили на крестьян. Кроме того, все были изрядно навеселе.

– Эй, цыпочка, бросай своих кавалеров, иди к нам, – заметив мой взгляд, заорал один из них, и дружки поддержали его пьяным хохотом. – Мы тебе покажем, кто здесь настоящие мужики.

Я удержала за руку дернувшегося Люка и отрицательно покачала головой остальным.

– Мы здесь не за этим, – напомнила я. – Не обращайте внимания.

Но легко советовать, когда глупые выкрики и скабрезные шуточки становятся все оскорбительнее.

– Вы правы, ребята, – наконец согласилась я. – Пора заткнуть эти грязные глотки.

Фотиус и сидевший рядом с ним Гелис вскочили, разворачиваясь, и в этот миг я резко подхватила со стола доску с нарезанной ветчиной. Одной рукой я удержала ее перед лицом Люка, и деревяшка глухо застонала, принимая в себя два засапожных ножа. Куски ветчины разлетелись по столу. Я машинально среагировала на звук, и второй рукой вынула из воздуха нож прямо перед грудью Актиуса, сидевшего с другой стороны от меня. Участь негодяев была решена. Через секунду за столом я осталась одна. И еще через десять вся пятерка была скручена в бараний рог.

– Благодарю, – хрипло прокашлялся командир наемников, подходя ко мне. – Еще бы чуть, и тебе пришлось бы снова меня латать.

– Еще бы чуть, и ты бы обсуждал это с Создателем, – поправил его Люк, усаживаясь рядом со мной. – Спасибо, солнце, – он сжал мою руку, я в ответ подмигнула.

– Эй, трактирщик, иди сюда, – сурово позвал Актиус.

Пожилой коренастый мужик несмело приблизился.

– Это кто такие? – спросил наемник, кивком головы указывая на кучу у стены.

– Банда у нас завелась, сударь, с полгода как, – торопливым шепотом зачастил тот. – Эти вроде разведки. По окрестным деревням шарят, богатых путников присматривают, а потом главному доложат и грабят на тракте.

Актиус еще не успел скомандовать, а ребята уже тащили связанных разбойников во двор. Набрав ведро воды из лошадиной поилки, Гелис плеснул на одного бандита.

– Ты че?! Очумел?! – взревел тот, но парой тычков был тут же приведен в состояние внимать и отвечать на вопросы.

– Сколько человек в банде и где логово? – сквозь зубы процедил Актиус.

Негодяй оглянулся по сторонам, но видя, что помощи ждать неоткуда, заискивающее заскулил:

– Я ничего не знаю, господин. Я человек маленький. Велели в деревню идти, я пошел. Велели хмельное пить, я пил.

Актиуса передернуло от отвращения.

– Если мне придется повторить свой вопрос, его услышит только одно твое ухо, потому что второе будет в твоей поганой глотке, понимаешь?! – почти нежно прошептал он.

Разбойник судорожно кивнул и затараторил:

– Кроме нас еще шестнадцать человек. В лесу они. На старой заимке. Если надо, я проведу, мой господин.

Наемник брезгливо поморщился и подозвал трактирщика.

– Заимку эту знаешь?

Тот кивнул, с ненавистью глядя на скулящего негодяя.

– Сын проводит, – заверил мужик. – Гады эти, когда первый раз пришли, он за народ вступился. Гордый он у меня, не привык спину гнуть. Они его так отмутузили, что неделю кровью харкал. У него с этой мразью свои счеты имеются.

– А что же он сегодня лечиться не приходил? – удивилась я.

Мужчина перевел на меня печальные глаза.

– Так они ему добавили вчера, когда он дармовой выпивки наливать им отказался. Лицо все опухло, стыдно на люди показаться.

Я укоризненно вздохнула.

– Пойдем, покажешь своего героя.

Физиономия у парня, действительно, выглядела живописно. Но это были только цветочки. Восстанавливать неправильно сросшееся ребро и поврежденные легкие оказалось куда сложнее. Но через полчаса здоровяк вздохнул полной грудью и восторженно уставился на меня.

– Благодарствуй, Целительница, – неверяще похлопывая себя по груди, пробасил он.

Я кивнула.

– На здоровье. Как же они тебя заломали, ироды? – заинтересовалась я.

Детина насупился.

– Так со спины же зашли, – проворчал он. – Вам схорон их показать?! Так я проведу.

Затолкав связанных бандитов в холодный погреб, мы дружной командой отправились в лес. Было еще совсем светло, когда Шорис показал нам старый охотничий домик.

– Вот тут логово ихнее, – прошептал он. – Вы только меня обождите, я дубину себе найду.

Я удержала его за рукав.

– Нет, Шорис, – покачала я головой. – Убивать мы их не будем, тогда чем мы лучше?! Мы их будем судить.

Сын трактирщика недоверчиво уставился на меня.

– Так для этого человек от короля нужен, – поучительно просветил он.

– Королевская дочь тебе подойдет?! – усмехнулся Люк.

Оставив парня с открытым ртом, мы направились к дому. Разбойников повязали быстро и без особых хлопот. Подонки настолько охамели от безнаказанности, что даже не выставили часовых. Пять минут и все оказались связаны. Так гуськом с кляпами во рту мы и привели их в деревню.

Весь народ уже толпился у постоялого двора. Хозяин вывел слегка протрезвевшую пятерку и толкнул к подельникам.

Кажется, теперь мой выход, я вздохнула и шагнула вперед.

– Я – Мелисса, принцесса рода Ок’Мена – имея право вершить суд на этих землях, пользуюсь своей привилегией, – громко произнесла я веками освещенную фразу. – Эти… нелюди причинили вам боль и страдания. Кто хочет принести мне жалобу на них?

Крики послышались со всех сторон. Почти в каждом доме эти твари оставили своей грязный след. Они убивали мужчин, насиловали женщин, издевались над стариками и детьми.

– Хватит, – тихо сказала я, но меня услышали все. – Правом, данным мне при рождении, я приговариваю их к смерти. Последнего слова не даю. Такому – оправдания быть не может! У заимки растут вековые сосны, веток хватит на всех.

Бандиты замычали, стараясь что-то сказать, они падали на колени и пытались ползти ко мне. Меня чуть не стошнило. Люк подхватил меня под локоть и увел в дом. Проводив меня в комнату, он закрыл дверь и повернулся ко мне.

– Тихо-тихо, солнышко, – осторожно усаживая меня на кровать, произнес он. – Я знаю, как тебе плохо. Твое предназначение бороться за жизнь, а не лишать ее. Но! Ты правильно сказала, они «нелюди», и не достойны жизни. Ты спасла от унижения и смерти много хороших людей. Ты же Целительница и знаешь, что, когда рана гноится, надо сделать надрез и выдавить гной, только тогда начнется выздоровление.

Я удивленно подняла голову. Все это я уже слышала когда-то. От кого?! Но он был прав, и мне стало легче. Мы спустились вниз и от души подкрепились тем, что собрал на стол расторопный Шорис. Вернувшиеся наемники тут же присоединились к нам. Мы ни о чем их не расспрашивали, и они не делились подробностями своей «прогулки». Мы просто вычеркнули этот эпизод из своих жизней. Перешагнули и пошли дальше.

Глава 16. Пятнадцатое июня.

Я проснулась на заре. Люк спал, лицо его было спокойно, грудь мерно вздымалась. Я полюбовалась им и попробовала осторожно выползти из-под его руки.

– Далеко собралась? – не открывая глаз, поинтересовался он.

Я снова прижалась к нему.

– Да нет, тут рядом, – смущенно засопела я. – И потом, мне бы размяться не помешало. Чувствую себя сломанной куклой. Составишь компанию?!

Он, наконец, открыл глаза и улыбнулся.

– О, дама приглашает кавалера на тур вальса? – насмешливо напомнил он.

Мы рассмеялись и отправились во двор. За домом нашлось вполне приличное местечко. Было прекрасное солнечное утро, еще совсем не жаркое. Разминка заняла минут двадцать, затем мы встали напротив друг друга. Я чуть-чуть добавила скорости и славно порезвилась, кружа вокруг Люка. Он был чудо, как хорош. Большой, сильный, но подвижный, как ртуть. Мы бы и дальше развлекались, но тут послышались хлопки, и мы удивленно подняли головы. Наши спутники практически вывалились из окон, наблюдая за нами.

– Класс! – восхищенно оценил Фотиус.

– Нет слов! – поддержал друга Гелис.

– Впечатлен, – согласился Актиус.

Демис, Бувис и Жанис молча показали нам большие пальцы.

Мы с Люком переглянулись.

– Предлагаете билеты продавать?! – усмехнулся мой жених.

– Для большей зрелищности могли бы и нас в компанию позвать, – фыркнул командир наемников.

Люк вздохнул и сделал рукой приглашающий жест. Думаете, хоть один из них затруднил себя выходом через дверь?! Ага, как же! Сиганули из окон, как мальчишки. И пошла потеха, мы с Люком против шестерых вояк. С полчаса мы от души позвенели мечами, не устали, зато хорошо размялись. Потом дружной толпой повалили к реке. Люк увел меня подальше за поворот.

– Иди первая, я покараулю, – усаживаясь на песок и снимая сапоги, сказал жених.

– А, может, вместе?! – без задней мысли предложила я.

Люк вздохнул и покачал головой.

– Я не настолько себе доверяю, – признался он. – Я знаю, что ничего эдакого ты не имела ввиду, но лучше не буду вводить в искушение ни тебя, ни себя.

Я прижала ладони к щекам.

– Милый, я даже представить боюсь, что с нами будет в первую брачную ночь!

Люк молча вскочил и, добежав до реки, без всплеска ушел в воду. Вынырнул он метров через двадцать и, откинув мокрые волосы назад, горящими глазами уставился на меня.

– Мел, не хочешь искупаться? – хрипло позвал он.

Под его взглядом я почувствовала себя голой. Кажется, теперь пришла моя очередь спасать ситуацию. Он же себе не простит потом, если поддастся сейчас порыву.

– Это провокация?! – строго осведомилась я. – Стоит мне согласиться, как ты тут же найдешь повод увильнуть. И все это будет выглядеть так, будто я, сладострастием томимая, покушаюсь на тебя, стойкого ревнителя нравственности, – приняв театральную позу, я воздела руки вверх. – Так нет же, коварный искуситель, не поддамся я на твои посулы, ступай прочь с глаз моих!

Мое выступление было прервано дружными аплодисментами. Это наемники, услышав мой громкий голос, пришли узнать: что у нас происходит.

– Обезглавить соблазнителя! – патетически поддержал меня Актиус, и остальные тут же подключились.

– Утопить сластолюбца! – грозно предложил Жанис, потрясая мечом.

– Оскопить развратника! – вынес приговор суровый Бувис.

Я показала им кулак.

– Это перебор! – возмутилась я. – Особенно последнее.

Парни захохотали. Люк вышел из воды и прогнал их с берега.

– Иди, купайся, – добродушно фыркнул он. – Только не оборачивайся, я одежду выжимать буду.

Опасаясь рецидива, я быстренько разделась и нырнула в реку. Освежившись, я выскочила на берег, оделась и обнаружила Люка за кустом, сидящего спиной к реке.

– Милый, ты простудишься в мокрой одежде, – расстроено вздохнула я.

Оборотень удрученно на меня посмотрел.

– Мел, ты представляешь себе чихающего волка?! – насмешливо поинтересовался он. – Я никогда ничем не болел. Не волнуйся, солнце. Я высохну за полчаса.

Пришлось поверить ему на слово. Мы позавтракали дружной компанией и провожаемые всей деревней отправились в путь.

По дороге парни расспрашивали меня о том, как мне удается настолько быстро двигаться. Пришлось объяснить, что это не натренированный навык, а приложение к Дару.

– Мелисса, не хочу смущать тебя, но и промолчать не могу, – после минутной паузы, решился Актиус. – Я по жизни видел много высокородных господ. Спесивых, надменных, самовлюбленных, всяких, но таких, как ты, не встречал. Ты не играешь в «свойского парня», ты такая и есть, одна из нас. Ты не прячешься за наши спины, а наоборот, берешь на себя ответственность, которая не всякому мужчине по плечу, – он замолчал, подыскивая слова.

Мне было неловко слушать оду себе, любимой, поэтому я решила отшутиться.

– Предлагаешь вступить в отряд? – вопросительно изогнула я бровь.

Командир наемников хмыкнул.

– А что?! Я бы с удовольствием тебя принял. Вы как, ребята?!

Парни согласно загудели.

– Так что, надоест в замке сидеть, приходи, – улыбнулся Актиус.

Я покосилась на Люка, он закатил глаза.

– Если муж отпустит, – сладким голоском пропела я.

– Так с ним и приходи, – захохотал Фотиус, и друзья его поддержали.

Мы ехали, весело болтая обо всем на свете. Наемники делились со мной случаями из своей богатой на приключения жизни, я рассказывала им дворцовые анекдоты. Люк сначала напрягался, когда я обращалась к кому-то из ребят, но потом оттаял и включился в разговор. В следующую деревню мы въехали ближе к вечеру.

Трактир располагался где-то посередине селения и был сразу опознан бывалыми бродягами.

– Сразу лечить начнешь? – традиционно поинтересовался Актиус.

Я кивнула. За три дня у нас уже наработался определенный сценарий, поэтому все прошло, как нельзя лучше. Всех собрали на площади у колодца. Сначала Люк произнес вдохновенную речь о пустующем Кервельском графстве, ждущем новых обитателей, затем я представилась местному населению и предложила помощь, после чего настал мой «звездный час», поскольку страждущие потянулись за исцелением. Я уже закончила прием и направлялась к таверне в компании друзей, когда нас догнал шустрый мальчишка.