- -
- 100%
- +
– Сегодня было что-нибудь интересное? – спросила Лом, отправляя в рот бенье, перепачкав кончик носа сахарной пудрой.
– Нет, не то чтобы, – ответила Ама. – Но в кондитерской был один красавчик…
Щеки Лом надулись, как у бурундука, пока она жевала свое угощение.
– Ты дьяволица.
Ама обняла Лом.
– Делия, мужчины того не стоят.
Они обе с жалостью посмотрели на Мию, поджав губы, чтобы не расхохотаться.
– Эй, я не жалуюсь, – запротестовала Мия.
– Врунишка, – обвинила Лом, и Мия оскорбленно приоткрыла рот.
– Ну, ты знаешь мой вердикт. – Ама бросила на Мию многозначительный взгляд. – Он привлекательный, но несносный.
Лом цокнула:
– Думаю, он славный парень. И определенно приятной наружности.
Брови Мии и Амы взлетели вверх, когда они недоверчиво уставились на барменшу.
– Что? – Она пожала плечами. – Я не слепая.
– Только ему не говорите, – предупредила Ама, строго указав на каждую из подруг.
По бару разнесся дружный смех, от которого у Мии потеплело на душе. Она любила Лом и Аму. Они стали семьей – сестрами, а не только подругами.
– Как будто ему нужно об этом напоминать, – залилась хохотом Лом. – Ты просто не хочешь, чтобы он зазнался.
– От тебя не убудет, если иногда ты будешь любезна с ним. – Мия толкнула Аму локтем в плечо.
Белая волчица прищурилась:
– Не то чтобы он был очень любезен.
– Понимаю, это может кого-то удивить, – Лом насмешливо сжала руку подруги, – но он очень хорошо реагирует на искренность.
– Конечно, как только ты преодолеешь шесть футов язвительности и неокрепшей мужественности.
Присвистнув от удивления, Лом выжидающе уставилась на Мию.
Мия всплеснула руками:
– Я предвзята. Ты защищаешь его.
Лом прочистила горло и повернулась к Аме:
– Видела и похуже.
– О, хорошо, – невозмутимо ответила Ама.
Мия печально улыбнулась, выводя пальцем невидимые узоры на столешнице бара.
– Он над этим работает.
Лом потянулась за текилой, налила каждой по рюмке, затем подняла свою и произнесла тост:
– За двух самых лучших женщин в мире и за того горячего парня, который над этим работает.
Мия поморщилась, когда напиток обжег ее горло. Ни Ама, ни Лом не озаботились цитрусовыми или солью, поэтому она сглатывала слюну до тех пор, пока горечь не исчезла.
Янтарные глаза Амы остановились на недопитом коктейле Мии, который стоял на стойке.
– Как там новое барное меню?
Лом со стуком поставила свою рюмку на стол и ухмыльнулась.
– Почти готово. – Она подмигнула. – И я наконец-то создала напиток, названный в честь моей дорогой подруги: «Белая волчица».
Маска беззаботного безразличия Амы наконец-то треснула, и на ее лице промелькнул интерес.
– Что в нем?
– По сути, это праздничный торт в бокале, приготовленный специально для сладкоежки. – Лом перечислила ингредиенты, загибая пальцы: – Соленую карамель в ликере «Калуа», водку и жирные сливки взбить вместе, затем полить взбитыми сливками, карамельным соусом и посыпать кондитерской крошкой.
– Господи, ты самая лучшая, – с обожанием проворковала Ама. – Сделаешь мне?
Лом потянулась за водкой.
– Для тебя все что угодно, волчонок.
Мия представила, как бы Кай отреагировал на то, что его назвали волчонком, и подавила смешок. О его презрении к одомашненным животным ходили легенды, и хотя он, казалось, с завистью относился к прирученным диким кошкам, собаки возглавляли список промахов человечества.
Сидя плечом к плечу, Мия и Ама занялись напитками, которые выглядели слишком привлекательными, чтобы их употреблять. Лом сидела напротив подруг, скрестив руки на барной стойке и внимательно наблюдая за их реакцией.
– Итак, у нас больше нет зацепок в деле Кэлан? – спросила Ама, накладывая ложкой взбитые сливки в свой напиток.
Мия кивнула:
– У меня есть идея.
– Продолжай…
– Любой, кого коснулся мир грез, оставляет след в физическом мире. Букавац признался, что видел, как девушка, подходящая под описание Кэлан, прошла через мир грез в реальный. – Если мы добудем что-то из личных вещей из дома Кэлан, я, возможно, смогу отследить ее.
– Как именно это работает? – спросила Лом.
– Этот предмет похож на якорь, – объяснила Мия. – Если я подключусь к нему во время хождения по грезам, то, возможно, смогу уловить что-то вроде энергетического следа. Это не точная наука; иногда у меня возникают образы, воспоминания, и обычно они куда-то ведут. Надеюсь, мы найдем ключ к разгадке местонахождения Кэлан.
Ама кивнула, отхлебывая свой праздничный жидкий торт.
– Отличный план. Как нам попасть к ней домой?
Мия забарабанила ногтями по бокалу.
– Мы можем поговорить с ее родителями. Придумать историю о том, как мы расследуем исчезновения подростков, и…
– Или мы можем просто вломиться, пока их нет, и взять что-нибудь из спальни девушки, – вставила Ама, небрежно пожав плечами.
Лом фыркнула, но не предложила альтернативы, оставив выбор за Мией.
– Я думаю… главное, чтобы нас не поймали. – Она нахмурилась. – Жаль, что Кая здесь нет. Он самый подходящий кандидат на роль нарушителя закона.
Ама усмехнулась, допила остатки своего напитка и, поднявшись, перекинула волосы через плечо:
– Пожалуйста, Мия. Я тоже могу нарушать закон, и при этом буду выглядеть вдвое лучше.
Глава 12
Он все еще чувствовал запах их гниющей плоти. Смрад испорченного мяса не покидал его, омрачая его мысли о завтраке. В глазах жгло, а образ человека в поезде отпечатался в его памяти как клеймо.
Он чувствовал себя дерьмово. Не только из-за кошмара, но и из-за того, что последовало за ним. Мия пыталась ему помочь, а он словно выставил ее за воображаемую дверь. Она заслуживала большего. Она заслуживала лучшего, чем его дурацкая голова, но ему было нечего предложить. Единственное, что он мог сделать, – это разобраться со своим дерьмом. В конце-то концов. Сначала придется заняться другими просчетами.
Кай не стал распространяться о причине своего посещения «Исповедальни». Он ненавидел ложь, даже в форме умалчивания, и именно поэтому хотел, чтобы его долг перед Братвой был погашен к «счастливому часу». Не проронив ни слова приветствия, он опустился на барный стул перед Коннором.
– Порядок? – спросил бармен, натирая стакан и приподняв бровь.
Кай натянуто улыбнулся:
– Просто зализываю раны.
Здоровенный ирландец хмыкнул и поставил сухую посуду на стойку, а затем приготовил «Слезы писателя».
– За счет заведения, – сказал он, наливая на два пальца виски.
Кай поднял стакан в знак благодарности и залпом осушил его содержимое.
– У тебя ведь сегодня выходной?
Кай кивнул:
– Сегодня никаких боев.
– Рановато для визита, не считаешь? – Коннор взглянул на часы.
Кай задумчиво стиснул зубы. Он доверял Коннору, но чем меньше людей знало, тем лучше. Так было безопаснее. Его тело все еще было покрыто синяками, а сердце казалось открытой раной. Он хотел прижечь ее, запечатать, как бы сильно ни было больно.
– У меня встреча с Сергеем, – сказал он, изобразив равнодушие, когда Коннор нахмурился.
Он налил Каю еще на палец.
– У тебя какие-то дела с этим пронырой?
– Больше, чем мне хотелось бы в данный момент. – Кай поболтал в руке стакан с рыжевато-коричневой жидкостью. Захлебнуться в виски было заманчиво, но бежать от своих демонов было верным способом накормить их. Маленькие голодные ублюдки радовались, когда он сбрасывал с себя тяготы, и это словно рассыпало дорожку из хлебных крошек, и они всегда подходили, чтобы выблевать свой ужин к его ногам. В конце концов он все уладит, нравилось ему это или нет.
Дверь распахнулась, отчетливо взвизгнув, возвещая о прибытии Сергея. Он был одет в деловые брюки и кремовую рубашку на пуговицах, наполовину прикрытую твидовым шарфом, и темный пиджак, выглядевший слишком простым для своей цены. Сергей никогда не скупился на одежду, оценивая свою состоятельность по нарядам. Его образ очень контрастировал с армейскими ботинками Кая и его брюками карго с карманами размером с Пенсильванию. Серая футболка и поношенная кожаная куртка только подчеркивали их различия – на фоне безупречного внешнего вида Сергея виднелись зазубренные края.
– Дерьмовый видок, – бросил Сергей вместо приветствия. Он коротко кивнул Коннору, но бармен только усмехнулся и быстро исчез. – У него ко мне какие-то претензии?
– Ему не нравится, когда ты хамишь мне. – Кай отказался признавать замечание по поводу своего взъерошенного вида.
Сергей опустился на стул и снял пиджак.
– Полагаю, ты сейчас немного чувствительный, учитывая то, что случилось.
И дело было не только в поединке. Ночной кошмар Кая засел в глубине его сознания, как прилипшая к подошве ботинка жвачка. Он знал, что это его багаж – неизвестное прошлое, которое он носил с собой как испорченный сувенир. Трупы, развешанные по стенам вагона, солдат, забившийся в угол с тлеющим взглядом… что он пытался дать Каю?
Не помогло и то, что Мия попала в его личный ад. Скорее всего, она пыталась придумать, как расколоть его и вывернуть наизнанку. Возможно, ему это было нужно. Просто он не хотел.
– Эй, у меня есть чувства. – Кай насмешливо прижал руку к сердцу. Его слова сквозили желчью, а в улыбке, когда он показал Сергею зубы, сквозила угроза – дружелюбная уверенность и ощутимая опасность.
– Виноват, – пробормотал Сергей без тени искренности. Он вытащил из кармана свою зажигалку «Зиппо» и принялся постукивать ей по стойке, словно это могло как-то унять его жажду. – Чем я могу помочь?
Это уже прозвучало искренне. Кай понимал, что судьба Сергея в его руках; он должен был убедиться, что Кай выполнит свою часть работы.
– Мне нужно найти Ивана Зверева. – Сказать это оказалось труднее, чем Кай представлял.
«Зиппо» замерла в руке Сергея.
– Человека, который чуть не проломил тебе череп? Зачем?
– Я проиграл ему приз, не так ли? Он может что-то знать о его местонахождении.
– Это безрассудно, – отметил Сергей, швыряя зажигалку на стол.
Кай безразлично пожал плечами:
– Все, что я делаю, безрассудно, и это единственная зацепка, которая у нас есть.
Сергей поджал губы, его тон был ледяным.
– Почему ты думаешь, что он заговорит?
– У меня есть чуйка, – сказал Кай. – Называй это животным инстинктом. – Буквально.
Сергей потер переносицу и вздохнул:
– Хорошо, но если ты втянешь нас в еще большее дерьмо…
– Ты знаешь, что я этого не сделаю, – процедил Кай сквозь стиснутые зубы. – Мы бы не попали в эту переделку, если бы ты сразу обрисовал мне полную картину, так что заткнись и позволь мне делать то, что у меня получается лучше всего.
– Что у тебя получается лучше всего, так это создавать проблемы, – огрызнулся Сергей.
Это не должно было ранить, но ранило. Кай слишком часто причинял боль тем, кто был ему дорог. К счастью, Сергей был не из их числа.
– Я доведу дело до конца, – сказал он, а затем тихо добавил: – И я так просто не сдамся.
– Да, ты тот еще таракан. – Сергей провел пальцами по волосам, вена на его виске вздулась, пока он взвешивал варианты. Он знал, что Кай слишком упрям, чтобы соглашаться на чьи-либо условия. В конце концов он откинулся на спинку стула и продолжил играть со своей «Зиппо». – Тебе лучше не портить все еще больше. – Он посмотрел Каю в глаза: – В отличие от тебя, Ваня – невидимка. У тебя же здесь репутация человека, который бедокурит как дикий зверь, вырвавшийся из клетки.
Хорошо. Кай хотел, чтобы люди думали, что ему нечего терять, и, задействуя свою буйную натуру, добился именно этого. По иронии судьбы лучшим способом скрыть свои секреты было вести себя так, словно их нет.
– О чем ты говоришь?
– Я говорю, что Ваня знает, что нужно держаться в тени. Его трудно найти.
– Я просто ищу зацепку, – напомнил ему Кай.
Сергей прищелкнул языком:
– К счастью для тебя, я держу ухо востро. Ходят слухи, что он околачивается в цветочном магазине.
Кай наморщил нос:
– Это заведение называется «У О’Нила» – небольшая забегаловка в Чарльстоне, – пояснил Сергей. – Уверен, что ты и твоя… интуиция прекрасно там разберетесь.
Кай проигнорировал замечание и поднялся:
– Я проверю. А пока держи себя в руках, milyy.
– Да что у тебя за прикол с прозвищами? – Сергей вздохнул. Он ненавидел, когда его называли милым, больше, чем Мия ненавидела сороконожек.
Кай одарил его дьявольской ухмылкой.
– С ними легче терпеть людей. – Он попрощался с Коннором и исчез на улице, не сказав Сергею ни единой дежурной фразы.
Глава 13
Вклинившийся между ломбардом и страховым брокером цветочный магазин О’Нила выделялся как пиньята[9] на похоронах. Витрину обрамляли розовые и зеленые вывески, а полки внутри были заставлены цветами и растениями в горшках. Для сибирского танка, связанного с Братвой, Иван Зверев водил странную дружбу.
Осмотревшись, Кай приблизился к магазину и зашел внутрь, толкнув дверь. За прилавком сидел пожилой мужчина и срезал шипы со стебля розы. Цветок был темно-малинового цвета, каждый лепесток был пышным и шелковистым, как будто его специально выращивали для букета. От сладкого аромата у Кая защипало в носу и закружилась голова. Он так и не смог полностью привыкнуть к огромному количеству сенсорной информации, которую ему приходилось просеивать, и хотя годы научили его отфильтровывать большую ее часть, попадание в благоухающую газовую камеру по-прежнему дезориентировало его.
– Могу я вам чем-то помочь? – хрипло спросил старик, жуя жвачку, и в его вопросе послышались нотки ирландского акцента.
В его тоне слышалась настороженность. Кай полагал, что заведение О’Нила известно в основном завсегдатаям, так что новичку здесь рады, как дерьму на свежем асфальте.
– Я ищу Ивана Зверева. – Донован не стал ходить вокруг да около. Да, он находился на чужой территории, но старик дважды подумает, прежде чем начинать вражду с кем-то, кого не знает. Результат может быть не из приятных.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
Сленговое англоязычное прозвище, используемое для обозначения русских и выходцев из бывшего СССР. (Здесь и далее прим. пер.)
2
Примерно 188 см.
3
Созвучно со словом «corner» – угол (англ.).
4
Алкогольный коктейль на основе коньяка или виски.
5
193 см.
6
Маринованные овощи, обжаренные во фритюре. Традиционно подаются с соусом.
7
Хрустящие пончики из кукурузной муки.
8
Пончик квадратной формы без отверстия в середине, посыпанный сверху сахарной пудрой.
9
Игрушка довольно крупных размеров, латиноамериканская по происхождению и полая внутри. Своей формой пиньяты воспроизводят фигуры животных (обычно лошадей) или геометрические фигуры и наполняются различными угощениями или сюрпризами для детей (конфеты, хлопушки, игрушки, конфетти, орехи и т. п.).