Легенда о Светлом Клане

Художник: Вышеславцева Анастасия Сергеевна

– Ясно. Ты все тот же хладнокровный убийца, каким я тебя знал. И ты думаешь, после твоих слов у меня появится желание стать Слугой?

– Если ты им не станешь, ты умрешь.

– До тебя не достучаться, – Эней откинул назад волосы. – Значит, мы вновь будем сражаться.

– Да. Но… – воин замолчал и посмотрел куда-то в кусты.

– Что еще? – встрепенулся Эней.

– Я позаботился о том, чтобы ты не сбежал, как в те разы. Длинная русая девчонка – твоя легатка?

Венус испуганно посмотрела на Энея. Тот со злостью сжал кулаки и ничего не отвечал.

– Знаю, что твоя. Так вот. Попытаешься сбежать – и она рассыплется на миллионы снежинок. Ты видел уже это заклинание в действии и знаешь, что ледяной северный ветер тут же подхватывает эти снежинки и разносит их по всей северной земле. Даже ты не успеешь поймать их. А даже если поймаешь, то они растают у тебя в руках. У тебя же теплое сердце.

Совсем рядом вспыхнула молния, и тут же раздался гром. В ту же секунду тан побежал вперед, оттолкнул тело Рея под сень деревьев и напал на воина. Он двигался очень быстро и наносил удары один за другим, но Белый успевал отражать их. То и дело с их рук сыпались искры, они сцеплялись и вновь отпрыгивали друг от друга. А вокруг бушевала стихия. Небольшое одинокое облако, сопровождавшее легатов, пока они бежали на задание, превратилось в ужасную грозовую тучу, которая заволокла все небо. Молнии вспыхивали каждую минуту, и сразу же вслед за ними раздавались оглушительные удары грома.

Венус наконец удалось привести в чувство Инвера. Благо, он тут же смог выслушать девушку и начать думать.

– Ты понимаешь, что мы не можем уйти? – наконец спросил он. – То есть, ты, конечно, можешь идти, но я останусь.

Венус долго смотрела ему в глаза и с обидой ответила:

– Ты вообще думаешь, что говоришь?

– Ты не понимаешь? Анагон и Рей сейчас не в состоянии сражаться, и если этот белый победит, то вместе с таном он убьёт и их.

– Я все понимаю. Это ты не понял. Куда же уйду без тебя?

Инвер приоткрыл рот от удивления, потом благодарно кивнул и взял Венус за руку.

– Спасибо. За все, что ты сделала сегодня для меня.

Раздался крик Энея. Белому удалось приморозить его к земле, и он готовился нанести следующий удар, который, скорее всего, оказался бы смертельным для неподвижного тана. Инвер с силой ударил кулаком по земле, и перед белым воином возникла каменная стена, которая и встретила удар. Стена обрушилась, но пока воин готовился к следующей атаке, Эней успел освободиться и отпрыгнуть на другую сторону поляны, к легатам.

– Венус! Я что тебе сказал?! – заорал тан, перекрикивая шум взбесившегося дождя. – Бегите! – он выжидающе посмотрел на Инвера, но тот помотал головой.

– Мы можем помочь Вам!

– Вы очень поможете мне, если уберетесь отсюда, прихватив Рея!

Огромная глыба льда, упавшая откуда-то сверху, вдруг скрыла тана. Венус вскрикнула.

– Раздавил…

– Нет! – Эней вспрыгнул на глыбу сверху. Рядом с ним в землю вонзилась молния. Еще несколько сантиметров и она бы попала прямо в тана. «Черт! Я перестаю контролировать бурю».

Белый, воспользовавшись замешательством, призвал еще одну глыбу, но она упала где-то в лесу, лигах в пятнадцати. Он зарычал от досады. Тан заметил этот промах. «Он тоже слабеет. Скоро мы оба повалимся тут без сил». Он понял обе руки и закричал через бурю:

– Белый! Если мы продолжим так сражаться, то оба свалимся, но победителя так и не будет!

– Что же ты предлагаешь?

Тан заколебался, но взглянув на легатов, тихо шепнул:

– Дуэль.

По лицу его пробежал страх, когда он произнес это слово. Белый, прочитавший слово по губам, задумался на секунду, а затем расхохотался.

– Ты ведь понимаешь, что ты только что выбрал неизбежную смерть для себя и для твоих легатов?

– Кто знает.

Белый, распаляясь все больше, громко хмыкнул:

– Пф! У меня есть Имя. А что есть у тебя?

Эней зажмурился. Его длинные волосы совершенно вымокли и прилипали к лицу. Тяжелый от воды плащ тянул вниз, руки жгло от холода. Молнии больше не слушались его, и вонзались в землю то тут, то там. Стихия вышла из-под контроля. Сквозь шум бури он вдруг услышал, что его кто-то зовет.

– Эней…

Он обернулся и увидел легатов. Инвер лежал на земле, подтянув под себя то, что раньше было ногой. Венус сидела рядом с ним на коленях. Оба смотрели на тана.

– Эней, – волчица заговорила. – Ты до сих пор не понял, что есть у тебя?

Тан склонил голову.

– Я это понял совсем недавно, Эней. Девочки объяснили мне, – волк улыбнулся и еще крепче сжал руку Венус. Ту самую, на которой виднелись синяки от узкой ладони тана. Венус стиснула зубы, но даже не попыталась высвободиться. – С тех пор, как мы попали в Вашу группуу, мы больше не узники, не сбежавшие дети, не бездомные оборванцы. И Вы больше не одинокий воин, пытающийся забыть свое прошлое. Мы семья, и мы жизни друг за друуга положим.

Тан несколько раз моргнул. Он нервно кусал губы, которые уже превратились в окровавленный кусок мяса. Затем откашлялся и ледяным тоном ответил:

– Нет, Инвер. Мы с вами не семья и никогда ей не будем.

Венус сморщилась, как от удара и тихо заплакала. Инвер с глухим рычанием рванул когтями землю, оставив три глубокие борозды. Эней отвернулся от легатов, и на долю секунды его лицо выразило нечто, похожее на раскаяние. Но он тут же справился с собой и обернулся на врага.

Белый, казалось, только этого и ждал. Он прыгнул на месте, и от него по поляне стала расползаться волна холода, такого лютого, что его можно было видеть. Прибитая дождем к земле трава мгновенно жухла и покрывалась инеем. На стволах деревьев появился морозный узор, а листья превратились в льдинки, звенящие и бьющиеся друг о друга.

Но самое странное произошло с дождем. Капли заледенели прямо в полете, но не упали, а остались висеть в воздухе. Ветер перестал. Казалось, даже молнии оледенели и стали прозрачными, чуть светящимися сосульками.

Наступила тишина. Два врага стояли друг напротив друга и молчали. Никто не решался начать дуэль, этот обмен двумя сильнейшими атаками, которая обязательно унесет жизнь одного из них.

– Белый… – тан внезапно осип.

– Закончим, – так же глухо отозвался белый воин. – Правда, я так и не понял, что у тебя есть такого, что ты находишь в себе смелость идти в этот бой.

Тан не отвечал. Затем резко выдохнул и громко спросил:

– Ты сказал, что у тебя есть Имя! Так назови себя! – с этими словами он бросился вперед.

Застывшие капли дождя резали его по лицу и рукам, рвали одежду.

– Меня…

Тан с силой сжал кулаки и побежал еще быстрее.

– Зовут…

Последний рывок. «Лишь бы успеть».

–… – белый воин распахнул рот в страшном крике, но его не услышали. Две ярчайшие вспышки – на небе и на земле. Молния, разрезавшая небо на две части от горизонта до горизонта, и в то же мгновение – треск и оглушительный раскат грома, от которого, казалось, содрогнулся весь Алиот, и который заглушил слова Белого.

И Эней. Он превратился в блуждающий сгусток энергии, ослепительно белый искрящийся шар, пронзивший насквозь грудь Белого. Воин упал, бешено вращая глазами. Он не понял, что произошло.

Эней упал рядом, но смог подтянуться и подползти к Белому.

– Что…– голос был такой слабый, что тан с трудом различал слова.

– Ты проиграл, Белый.

– Но ты… – пробитая грудь практически не понималась. – Что тебе помогло… я чувствовал, там что-то… что-то забытое…

– Ты чувствовал тепло. А помогло мне то, что ты много лет назад отдал в обмен на Имя.

– Аахх, – воздуха не хватало.

– Венус еще может попытаться спасти тебя. Но захочешь ли ты жить теперь, узнав главную тайну Слуг?

Белый сморщился, из последних сил резко замотал головой и затих. Тут ливень вновь обрушился на землю, и засверкали молнии.

***

В двух соседних спальнях, за закрытыми дверями, боролись за жизнь Анагон и Инвер.

Рей мерил шагами коридор. Он вспомнил, как очнулся и увидел тана, склонившегося над трупом беловолосого мужчины, чуть неподалеку – Венус и Инвера. И как ужаснулся, поняв, что не видит Анагон. Ее нашли кварфхи, прокопавшие за ночь подземный туннель из сарая, где их заперли. Рей вспомнил, как не сдержал крика, когда увидел, что случилось с девушкой. Как на крик прибежал Эней и увел его. Кварфхи что-то говорили ему, благодарили за помощь, но Рей их не слышал, все его мысли были там, за деревьями, рядом с кошкой. Воин увидел, как на поляну вынесли тело какого-то кварфха, пронзенное острой как бритва и не тающей сосулькой, как прыгал вокруг тела маленький полузаяц, полуолень, но все это он видел будто во сне. В голове металась лишь одна мысль – что с Анагон?

Художник: Щербакова Милена Владиславовна

Из комнаты, где лежал Инвер, раздался нечеловеческий крик волка и тут же отчаянный шепот Венус, просящей того не плакать. Дар волка – быстрая регенерация – в этот раз обратился против него. Кость срослась неверно, и теперь Венус ломала ее заново, но ее сил явно было маловато. Рей, чтобы хоть как-то отвлечься от темных мыслей об Анагон, вошел в комнату к волкам.

Инвер лежал на измазанном кровью и потом дощатом полу, засыпанном разными травами, и тихо скулил, зажав в зубах деревянный брусок. Венус сидела рядом на коленях в окружении трав, баночек, тряпок, и, качаясь из стороны в сторону, терла запястье.

– Я… кажется, вывих. Нужно быстрее… – от усталости она не могла даже нормально говорить.

– Где? – Рей опустился на колени с другой стороны от волка и осторожно взял его за изломанную ногу. Тот тут же взвыл. – Прости, брат, но надо потерпеть.

Инвер уставил на него свои безумные закатывающиеся глаза, алые от полопавшихся капилляров. Венус справилась с болью и переставила руки Рея на нужные места.

– Три раза придется ломать. Готов?

Рей напряженно кивнул. Инвер задышал чаще и вновь заплакал.

– Давай! – скомандовала Венус. Раздался мерзкий хруст костей, и комнату наполнил крик волка. Венус тут же скинула руки Рея и приладила к ноге воина несколько деревяшек, крепко примотав их тряпкой.

– Теперь здесь. Нет, чуть ниже.

Снова хруст костей и душераздирающий вопль. Волк с силой сжал зубы и сломал зажатый во рту брусок. Венус тут же сунула ему другой и так же, как и в первый раз, перемотала ногу.

– Последний раз. Вот здесь.

Рей сломал ногу, но Инвер не закричал. Венус испуганно обернулась. Грудь воина еле поднималась, он был без сознания.

– Нет, Инвер, нет! Не уходи от меня! – волчица влила ему в рот жидкость из какой-то склянки, и парень, закашлявшись, очнулся, но глаза не открыл. – Инвер, ты меня слышишь? Ты здесь?

Волк чуть кивнул. Девушка выдохнула и вновь обратилась к ноге. Она ощупала ее сверху донизу, нахмурившись, но потом удовлетворенно кивнула.

– Можешь переложить его на кровать? Аккуратно!

Рей уложил внезапно полегчавшего Инвера и отошел к дверям. Венус еще немного повозилась с ногой, укладывая ее в нужное положение, вновь напоила парня какой-то жидкостью, и вслед за Реем вышла из комнаты, прошептав что-то напоследок. Медведю показалось, что это была молитва.

– Что с Анагон? – воины замерли у дверей, прислушиваясь. Там было тихо.

– Не знаю. Я не заходил.

Венус кивнула и приоткрыла дверь.

– Только не оба сразу! Венус, заходи.

Рыжая, закрыв дверь перед разочарованным Реем, увидела Анагон, лежащую на кровати, и, казалось, мирно спящую, но девушка с ужасом поняла, что не видит, чтобы грудь больной хоть немного поднималась и опадала. Эней сидел на полу возле нее, обхватив голову руками. Здесь тоже лежали лекарства, но гораздо меньше, и почти все они были незнакомы Венус.

Художник: Щербакова Милена Владиславовна

– Она умерла? – едва дыша спросила волчица.

Тут же в комнату ворвался Рей.

– ЧТО?! – он подбежал к кровати, споткнувшись по дороге о никак не отреагировавшего тана. – Анагон!

Судорожный долгий вдох был ему ответом, и девушка вновь замерла.

– Жива. Жива! – Рей упал на колени и ткнулся лбом в руку девушки.

– Потише, – шепотом попросил Эней. Венус поняла, что тан еле сидит от усталости. Она подошла поближе и заглянула через плечо Рея. Шея и нижняя часть лица девушки были прикрыты одеялом, но Венус помнила, в какой ужас пришла, когда увидела отвратительно разъеденную плоть вместо шеи и плеча Анагон.

– Яд. Вы вывели яд?

– Я влил в нее несколько литров дроновой воды. А рану протер жировиком, смешанным с триспером.

– Триспер! Он же жутко жжет!

– Она даже не плакала.

– Она вообще в сознании?

– Я не могу понять. У нее нет сил даже дышать. Венус… – тан поднял голову. Девушка подошла к нему. – Я понимаю, что ты устала, но все же попрошу остаться здесь. Ей может понадобиться твоя помощь.

– Конечно, тан-ректор. Я понимаю.

– Не уверен, что ты понимаешь, – тан быстро взглянул на Рея, по-прежнему уткнувшегося в бок кошки и, казалось, ничего не замечающего, и потянул Венус за один и браслетов. Та опустила глаза.

Браслет с черепом и скрещенными костями. Она помотала головой.

– Нет. Я не буду.

Рука тана безвольно упала, вновь опустил голову на грудь.

Художник: Щербакова Милена Владиславовна

– Тогда уходи. И ты тоже, Рей. Я послежу за ней.

– Но я не устал! Я могу сам…

– Уходи! – угрожающе просипел тан, искры осыпались с его волос.

Волчица потянула воина за шиворот, и они вышли из комнаты. В комнату через окно тут же влез рыжий воин и склонился над больной.

– Состояние тяжелое, но стабильное. Но мне кажется, пока рано утверждать, что она выживет.

– Когда ждать кризиса?

– Я думаю, через двое суток все решится. А сейчас спи, Эней. Я послежу за ней.

– Спаси… – и тан упал на пол, совершенно обессиленный.

***

Кризис наступил ночью вторых суток. Уже утром Анагон начала метаться в постели, не приходя в сознание, и срывать с шеи повязку. Венус весь день крутилась возле нее, протирая лоб и руки мокрыми тряпками. К вечеру у девушки начался жар.

Рей, ушедший утром на охоту, возвращаясь столкнулся в дверях с таном, который с обеспокоенным видом выбегал из него с двумя пустыми ведрами.

– Что?

– Анагон, – бросил тан и скрылся за калиткой. Рей откинул двух пойманных им зайцев в кусты и рванул на второй этаж. Он остановился у двери, не смея зайти. Наконец, он толкнул дверь и зашел и тут же поскользнулся на чем-то. Опустив глаза вниз, воин увидел тряпку, пропитанную кровью. Он обратился к кровати. Венус что-то ласково, но очень устало шептала, вливая в рот кошки жидкость из красного пузырька. Анагон давилась и никак не могла проглотить лекарство. Повязка с шеи слетела, и Рей сморщился от вида сожженного куска мяса, сочившегося кровью.

– Эней… – Венус обернулась и увидела, кто зашел в дверь. – А, Рей. Подойди!

Парень подбежал к кровати.

– Сейчас я затолкну ей в рот кое-какие травы. Ты подержи ей челюсть, чтобы она не выплюнула их.

Вблизи зрелище оказалось еще более пугающим. Анагон ежесекундно распахивала невидящие глаза, которые тут же закатывались, но Рей все же кивнул и с силой сжал челюсти девушки кошки, когда Венус ловко засунула ей в рот какие-то травки.

– Осторожнее, синяки останутся! – она вдруг помрачнела и начала мешать что-то в сосуде.

– Что случилось? – спросил парень, когда Анагон все-таки проглотила лекарство, безвольно растянувшись на кровати, и он смог освободить руки. – Почему ей стало хуже?

– Это не удивительно. При таких ранениях обязательно должен наступить переломный момент, после которого станет ясно, будет человек жить или умрет.

– Ты знала, что ей станет хуже?!

– Разумеется.

Рей был в ярости.

Художник: Щербакова Милена Владиславовна

– Ты знала и ничего не делала? Гуляла, болтала с Инвером, зная, что Анагон будет так мучиться?! Ты больная? – воин не выбирал выражений, и Венус даже немного отступила назад, не прекращая взбалтывать жидкость в сосуде.

– Во-первых… – Рей сжал кулаки, и девушка отступила еще на шаг назад. – Во-первых, выражайся приличнее. Во-вторых, Инвер тоже болен, и я была нужна ему. А в-третьих, я не гуляю просто так. Все эти травы, – лисица развела руками, показывая на усыпанный травинками, листиками и цветочками пол. – Я собрала специально для Анагон. А сейчас, будь добр…

Кошка захрипела и неестественно выгнулась дугой. Изо рта ее потекла пена, а руками с выпущенными когтями она начала расцарапывать покрытую тонкой корочкой рану на шее, из которой тут же брызнула кровь.

– Нет! Держи ее! – Венус толкнула дверь из комнаты, и поток свежего воздуха ворвался внутрь. – Где же…

– Я здесь, – оттолкнул ее Эней, поставив ведра, полные воды, на пол и, подойдя к кровати, схватившись Анагон за руки, не давая той раздирать кожу дальше. Рей пятился всё дальше и дальше, пока не натолкнулся спиной на стену. Тут он замер, не зная, что ему делать. Он чувствовал, что он тут лишний, но не мог уйти, поэтому просто стоял и трясся, наблюдая, как Венус носится по комнате, ища какую-то траву.

– Да где же ты! – воскликнула она, чуть не плача. Внезапно в голове парня возник образ маленького растения, с лиловым стеблем и длинными узенькими листьями. Он почуял его запах и, наклонившись, раскопал такое же растение среди трав, валявшихся на полу.

– Это оно?

Венус только облегченно с надрывом выдохнула и, выхватив травинку из рук парня, засунула ее в сосуд.

– Венус! – взревел Эней. Анагон вывернулась и вцепилась ему зубами в руку, но тан не отпускал ее, хотя из глубокой раны на руке текла темная кровь.

– Минуту… – девушка вылила содержимое сосуда, который взбалтывала все это время, в ведра, принесенные блондином, и подтащила их к кровати. – Сейчас!

Художник: Щербакова Милена Владиславовна

Тан запрыгнул на изголовье кровати, рывком поднимая Анагон и сажая ее себе на колени. Он заломил ей руки и раскрыл рот. Девушка рычала и брыкалась. Венус зачерпнула из ведра ставшую белой воду маленькой чашечкой и влила ее в рот Анагон. Та попыталась выплюнуть ее обратно, но тан задрал ей голову еще выше, так, что кошке пришлось проглотить. Венус зачерпнула еще и действие повторилось. Так, потихоньку, чашка за чашкой, он влила в нее оба ведра. Конечно, половина расплескалась, что-то девушке удалось выплюнуть, но в целом Венус была довольна.

– Отпускайте.

Тан спрыгнул с кровати, и в ту же минуту Анагон вырвало черной густой массой. Она хрипела и задыхалась, и никак не могла остановиться. Венус испугалась и сделала было шаг к девушке, но та вскинула голову, обвела всех безумным взглядом и, откинувшись на кровати, затихла.

Страшная тишина повисла в комнате. Воины перестали дышать, чтобы услышать дыхание Анагон. Но было тихо. Легатка стеклянными глазами смотрела в потолок и не шевелилась.

Тан несмело двинулся вперед. Он весь трясся, но наклонился над телом и ткнулся лбом в лоб кошки. И тут же почувствовал слабое, но теплое дыхание на своих губах. Он несмело улыбнулся. Венус завыла и, рыдая, хотела выбежать из комнаты, но врезалась в непонятно откуда взявшегося Инвера. Тот обхватил ее одной рукой и, придерживаясь другой за стену и прихрамывая, увел.

Рей медленно съехал по стене на пол и остался сидеть. Эней оторвался от мирно сопящей кошки и вышел в коридор, вернувшись через минуту с тряпкой и ведром. Он стал убираться, а Рей все сидел и сидел, глядя прямо перед собой.

В соседней комнате Венус, уже успокоившись, меняла повязку Инверу. Она была бледна, руки у нее тряслись, но девушка аккуратно, слой за слоем, наматывала белый бинт на ногу парня. Тот держал ее за плечо.

– Ты молодец. Ты спасла ее.

– Я так испугалась, когда не услышала ее дыхания.

– Я тоже испугался. Но теперь всё позади, так ведь?

– Да. Я думаю, теперь она пойдет на поправку, – она надорвала концы бинта и завязала их. – Готово. Тебе что-то еще нужно?

Инвер улыбнулся и помотал головой. Венус кивнула, и направилась к себе в комнату, где заснула тревожным, но таким долгожданным сном.

***

Анагон очнулась утром третьего дня.

Всё это время Рей не отходил от ее кровати ни на шаг, прекращая своё бдение лишь во время сна. Венус приносила ему еду дважды в день, меняла повязку на быстро заживающей, но все еще остающейся отвратительной ране Анагон, и тут же возвращалась к Инверу, который стал разрабатывать сломанную ногу. Эней уезжал и приезжал, но никто из легатов не спрашивал, куда и зачем.

Солнце уже обогнуло верхушку ели, закрывавшей половину окна спальни кошки, и заглянуло в комнату, осветив осунувшееся лицо спящего Рея. Тот сморщился и, чихнув, проснулся. Два черных глаза уставились на него с другого края кровати.

– Ан! – радостно воскликнул парень и неуклюже вскочил – ноги онемели от долгого сидения. Кошка слабо усмехнулась. – Ты вернулась.

Девушка согласно прикрыла глаза, но открыла их снова нескоро – она все еще была очень слаба. Взгляд ее снова подернулся пеленой и она уснула.

Вечером этого дня она еще раз ненадолго проснулась и даже отчиталась обрадованной Венус о своем самочувствии. На следующий день вернулся тан и полчаса о чем-то беседовал с кошкой, выдворив недовольного Рея из комнаты и закрыв дверь. Парень пытался было подслушать, но грозный окрик блондина заставил его отказаться от этой затеи и отправиться на охоту.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил тан, как только убедился, что их разговор никто не услышит.

– А Вы как думаете? – Анагон отвернулась и уставилась в стену. Она еще не видела своей раны – Венус не давала ей вставать или брать зеркало, – но по реакции Рея, который оставался в комнате, когда рыжая меняла повязки, она понимала, что выглядит ужасно. – Дайте мне зеркало.

Тан замялся, но все же кивнул. Кошка осторожно открепила повязку и посмотрела в зеркало. Глаза у нее тут же заблестели, она закусила губу и напряженно засопела.

– Тебе плохо? – обеспокоился тан. Девушка не ответила и отдала зеркало обратно. – Я понимаю, тебе больно это видеть. Но ты воительница и должна понимать, что ранения и шрамы неизбежны.

Кошка зло блеснула глазами, но ничего не сказала. Блондин продолжил.

– Думаю, тебе будет интересно узнать, с кем и почему мы сражались. Я уже рассказал об этом Венус и Инверу. Рей не захотел оставить тебя. Если он захочет, расскажешь ему потом сама. Задание я получил от галифаксов, как впрочем, и все остальные. Что было сказано в письме, ты знаешь. Вы отправились с квархфом в поселение, а я решил побродить неподалеку, для страховки, хотя и был уверен, что уж с бандой, избравшей своим противником гномов, вы справитесь. Но пока я бродил я нашел много того, что меня напугало. Замороженные на лету птицы, обледенелые стволы деревьев, пожухлая от мороза трава – и это в середине лета. Я поспешил к поселению, но все же припозднился, еле-еле успел спасти Рея, но тебя уже не было видно, а Инвер валялся с раздробленной ногой. Но я успел к появлению главаря, – тан замолчал.

– Кто он? – просипела кошка. – Я его не видела. Лишь чувствовала… холод. Ужасный холод, мне казалось, он замораживает даже моё сознание, мои мысли.

– Это был Слуга Зимы, – понимающе кивнул тан. – Возможно, ты слышала о них, ты же северянка.

Но Анагон отрицательно помотала головой.

– Слуги Зимы… как бы тебе объяснить, кто это. Инвер и Венус видели его, поэтому мне было проще объяснить им. Слуги – это особый клан воинов, который избрал своими покровителями Зиму и Холод. Это один из самых сильных кланов с жесткой внутренней дисциплиной. О них мало кто знает, еще меньше тех, кто их видел, а уж тех, кто знает, как их зовут, вовсе нет.

Девушка непонимающе склонила голову.

– Чтобы стать настоящим полноправным Слугой нужно совершить обмен. Ты отдаешь Зиме своё теплое сердце, а она в ответ дарит тебе Имя. Имя – сильное заклинание, благодаря которому ты можешь убить любого, стоит только назвать его. Единственное условие – тот, кого ты хочешь убить должен спросить, как тебя зовут. Просто так никто в здравом уме не станет этого делать, поэтому большинство Слуг учатся телепатии, силе Внушения, некоторые из них – Дельфиниумы. Вот с таким страшным воином нам пришлось сразиться.