Вперед, в Рио-де-Жанейро! или Реванш Остапа Бендера

— Помощь?

— Деньги. Но с процентами. И условиями.

Когда Бендер остался с последними десятью леями, к нему подошёл один из людей Драгоша.

— Господин заинтересован в вас, — сказал он. — Он предлагает пятьсот леев. Но с условием.

— Каким? — спросил Остап.

— Вы будете работать на него. Выполнять поручения. За это — деньги. И защита.

Бендер задумался. С одной стороны — это ловушка. С другой — шанс получить средства и время.

— Я согласен, — наконец сказал он. — Но мне нужно время. Чтобы завершить дела.

— Неделя, — ответил мужчина. — Потом — встреча с господином Драгошем.

В гостинице троица собралась за столом.

— Это опасно, — сказал Корейко. — Люди Драгоша — бандиты. Сам Драгош – никакой не румын, а русский эмигрант, которого разыскивает Интерпол. Это – мафия.

— Но у нас нет выбора, — ответил Бендер. — Нам нужны деньги. И время. Пока мы будем «работать» на него, мы сможем получить средства на билеты, найти способ обналичить деньги со счёта и подготовить побег.

Балаганов покачал головой:

— Вы уверены, что это сработает?

— Нет, — честно ответил Остап. — Но это лучше, чем сидеть и ждать, пока нас поймают.

За окном шумел Бухарест, а в номере гостиницы трое мужчин смотрели на карту Европы — на пунктирные линии маршрутов, на города, где их ждали не только опасности, но и шанс на новую жизнь.

Глава третья. Игра на грани: сделка с Драгошем

Утро в Бухаресте выдалось душным. В номере гостиницы «Карпаты» пахло остывшим кофе и тревожным ожиданием. На столе — раскрытый блокнот Бендера, исчёрканный расчётами, три стакана и наполовину пустая бутылка минеральной воды.

— Итак, — начал Остап, захлопывая блокнот. — Через два дня встреча с Драгошем. Нам нужно решить: идём на сделку или ищем другой путь.

Балаганов нервно провёл рукой по волосам:

— Другой путь? Какой? У нас ни денег, ни связей, ни…

— Есть мозги, — перебил Бендер. — И время — пока Думитреску ждёт «запроса из Москвы». Но время тает. Значит, надо действовать.

Корейко, разглядывая карту Европы, уточнил:

— А если попытаться связаться с банком в Цюрихе? Объяснить, что нам нужна небольшая сумма…

— Объяснить? — усмехнулся Остап. — Кому? Человеку, который видит перед собой троих подозрительных иностранцев с сомнительными документами? Нас либо пошлют подальше, либо… — он помолчал, — либо сообщат куда следует. Нет, это не вариант.

Троица разделила задачи. Бендер продумывал аргументы для встречи с Драгошем, составлял список «услуг», которые мог предложить, взвешивал риски. Корейко изучал местные законы, искал лазейки, проверял, можно ли легализовать хотя бы часть средств через подставные фирмы. А Балаганов обходил рынки и лавки, пытаясь найти способ заработать хоть немного наличными: предлагал услуги переводчика, посредничества, даже мелкой торговли.

К вечеру Шура вернулся с пустыми руками.

— Всё бесполезно, — сказал он, опускаясь на стул. — Никто не доверяет незнакомцам. А те, кто доверяет, платят гроши.

— Гроши — это тоже деньги, — заметил Остап. — Но нам нужно больше. Завтра — встреча с Драгошем. И мы должны быть готовы.

Подпольный клуб встретил их тем же тусклым светом, запахом табака и пота, гулом голосов. У входа — те же двое молчаливых мужчин. Один из них кивнул:

— Господин ждёт.

Драгош сидел в отдельном кабинете, за массивным столом из тёмного дерева. Перед ним — бокал с янтарной жидкостью, ваза с фруктами и пепельница с дымящейся сигарой. Он поднял глаза и медленно осмотрел троицу.

— Итак, — произнёс он низким, размеренным голосом на чистейшем русском языке. — Вы согласны работать на меня. Что вы можете предложить?

Бендер шагнул вперёд:

— Мы — специалисты по решению сложных задач. Можем найти людей, провести переговоры, организовать поставки. Всё — тихо, быстро и без следов.

Драгош усмехнулся:

— «Без следов»? В Бухаресте? Здесь всё оставляет следы. Но мне нужны люди, которые умеют их заметать.

Он достал из ящика стола лист бумаги и положил перед Остапом:

— Вот список задач. Если справитесь — получите деньги. И защиту. Если нет… — он затянулся сигарой, выпустил дым. — Тогда вы станете проблемой. А проблемы я решаю быстро.

Бендер пробежал глазами список: найти поставщика контрабандных сигарет из Болгарии; организовать встречу с представителем венгерской мафии и перевезти пакет через границу — без досмотра.

— Это… опасно, — пробормотал Корейко.

— Конечно, опасно, — кивнул Драгош. — Но если вы боитесь, то можете уйти. Сейчас.

Остап положил лист на стол:

— Мы согласны. Но нам нужны деньги. На расходы. И гарантии.

Драгош рассмеялся:

— Гарантии? Вы их получите. Когда докажете свою полезность. А деньги… — он достал из ящика пачку леев, бросил на стол. — Этого хватит на начало. Дальше — по результатам.

Троица вышла из клуба в сумрак бухарестских улиц.

— Ну что, — сказал Балаганов, сжимая в руке пачку леев. — Мы теперь — бандиты?

— Не бандиты, — возразил Бендер. — Контрагенты. Временные. Пока это даёт нам время и деньги.

Они разделили задачи. Остап отправился на поиски поставщика сигарет. Он знал, что на окраинах города есть склады, где хранят контрабанду. Корейко начал искать контакты венгерской мафии. В Бухаресте у них были свои люди, но их нужно было найти. А Балаганов взялся за организацию перевозки. Он понимал: без надёжного водителя и проверенной машины — провал неизбежен.

К вечеру Бендер вернулся с новостями:

— Поставщик найден. Но он требует предоплату. И гарантии, что товар не конфискуют.

Корейко покачал головой:

— Венгры… Они не доверяют незнакомцам. Нужны рекомендации. Или деньги.

Шура вздохнул:

— Машина есть. Но водитель просит двойную плату — боится, что его поймают.

Остап сел за стол, разложил деньги:

— Значит, делим. Часть — поставщику. Часть — водителю. Остальное — на «непредвиденные расходы». И начинаем.

На следующий день троица столкнулась с первыми трудностями: поставщик отказался принимать деньги без «поручителя»; венгры не отвечали на звонки — видимо, проверяли, кто их ищет; а водитель исчез, оставив записку: «Извините, но я не хочу в тюрьму».

В номере гостиницы царила гнетущая тишина.

— Всё, — сказал Шура, опуская голову. — Мы проиграли.

— Не проиграли, — возразил Остап. — Мы только начали.

Он достал блокнот и начал чертить схемы:

— У нас есть деньги. Есть время. Есть… идеи. Давайте думать.

Корейко поднял глаза:

— Что вы предлагаете?

— Переиграть правила. — Бендер улыбнулся. — Мы не будем искать поставщика. Мы сами создадим «товар». Не настоящие сигареты, а… имитацию. Это дешевле, быстрее, и риск меньше.

— А венгры? — спросил Шура.

— С ними поговорим лично. Без посредников. Я знаю, как их заинтересовать.

— А водитель? — уточнил Корейко.

— Найдём другого. Кто не боится. Или… — Остап задумался. — Или мы сами повезём.

Бендер нашёл мастерскую, где делали картонные коробки. За небольшую плату он заказал партию «пачек» — без сигарет, но с маркировкой.

— Это будет «образец», — объяснил он. — Покажем венграм — они заинтересуются. Потом — договоримся о поставке.

Корейко связался с венгерским представителем через знакомого торговца. Встреча была назначена на следующий день.

Балаганов нашёл водителя — бывшего гонщика, который нуждался в деньгах. Тот согласился:

— Если заплатите тройную цену — повезу. Но только один раз.

Встреча прошла в кафе на окраине города. Венгр, мужчина с холодными глазами и шрамом на щеке, осмотрел «образец», хмыкнул:

— Это не сигареты.

— Пока — нет, — согласился Бендер. — Но мы можем организовать поставку. Настоящих. Если договоримся.

Венгр задумался, потом кивнул:

— Хорошо. Но сначала — пробный рейс. Если всё пройдёт гладко — будем работать.

Он протянул руку:

— Договорились?

Остап пожал её:

— Договорились.

Ночь седьмая: обсуждение итогов

В гостинице троица собралась за столом. На нём — остатки ужина, бутылка вина и блокнот с расчётами.

— Мы сделали первый шаг, — сказал Бендер. — Теперь — перевозка. Если всё пройдёт хорошо, получим деньги. И сможем двигаться дальше.

Глава четвертая. Сделка с Драгошем (продолжение)

Шура посмотрел на карту Европы:

— Дальше‑то что? Даже если повезём эти «сигареты» и получим деньги — всё равно до Софии не доберёмся. А там — ещё граница, ещё расходы…

Бендер отложил блокнот, потянулся за бутылкой вина и наполнил стаканы:

— Давайте рассуждать трезво. У нас три задачи: выжить в Бухаресте, не привлекая внимания; заработать на билеты до Софии и взятки на границе и найти способ получить доступ к швейцарскому счёту — хотя бы к части средств.

Сейчас мы решаем первую и вторую. Третья — пока в тумане. Но без первых двух третья вообще не имеет смысла.

Корейко вздохнул:

— А если венгры поймут, что мы их обманываем? Если проверят груз?

— Не проверят, — спокойно ответил Остап. — Мы покажем «образец» — пачку с маркировкой. Скажем: партия идёт из Болгарии, но нужно сначала убедиться, что товар соответствует стандартам. Они захотят увидеть «настоящий» груз — мы организуем показ. Но не всей партии, а одной коробки. А в ней — настоящие сигареты. Купленные на последние деньги.

Балаганов покачал головой:

— То есть мы потратим всё, что есть, чтобы убедить их? А если они всё равно откажутся?

— Тогда, — усмехнулся Бендер, — мы предложим им скидку. Или рассрочку. Или — он сделал паузу, — скажем, что можем организовать поставки через другую границу. Где меньше контроля.

Троица разделила обязанности. Остап договаривался с венгром о «демонстрации товара». Он настаивал на встрече в нейтральном месте — в кафе на окраине, где меньше шансов на засаду. Корейко искал магазин, где можно купить партию настоящих сигарет. Нужно было найти качественный товар по минимальной цене — чтобы не потратить всё, что осталось. А Балаганов готовил «образец»: нашёл коробку, аккуратно вложил туда пачку сигарет и добавил несколько пустых пачек с той же маркировкой, чтобы создать впечатление объёма.

К вечеру все были на местах.

— Венгр согласился, — сказал Бендер. — Встреча завтра, в 16:00. Место — кафе «Букур».

— Сигареты купил, — сообщил Корейко. — Пятьдесят пачек, по цене ниже рыночной. Но это все наши деньги.

Шура поднял коробку:

— Готово. Выглядит как настоящая партия. Если не вскрывать, не отличишь.

Остап осмотрел «образец», кивнул:

— Хорошо. Теперь — план на случай, если что‑то пойдёт не так.

Он достал лист бумаги и начал чертить. Если венгры требуют всю партию — говорим, что она уже в пути, но нужна предоплата. Если хотят проверить упаковку — предлагаем открыть одну коробку (ту, что с настоящими сигаретами). Если начинают угрожать — ссылаемся на «партнёров в Болгарии», которые могут разорвать контракт. Если дело доходит до физической конфронтации — уходим через чёрный ход кафе. Там будет ждать машина.

— А где машина? — спросил Шура.

— Найдена, — ответил Остап. — Водитель — бывший гонщик, ему заплатили вперёд. Он ждёт за углом.

Кафе было полупустым. В углу — двое мужчин в тёмных костюмах, явно охрана. За центральным столиком — венгр, тот же, с шрамом. Он поднял глаза, когда троица вошла.

— Ну что, — сказал он, не здороваясь. — Где товар?

Бендер поставил на стол коробку:

— Вот образец. Партия уже в пути из Болгарии. Но мы хотим убедиться, что вы заинтересованы.

Венгр открыл коробку, достал пачку, осмотрел:

— Качество… приемлемое. Но почему так мало?

— Это только образец, — спокойно объяснил Остап. — Основная партия — тысяча коробок. Но нам нужно знать, что вы готовы платить.

— Платить? — усмехнулся венгр. — За что? За коробку с пустыми пачками?

Он резко открыл одну из «пустышек», ухмыльнулся:

— Обман?

В этот момент в кафе вошли ещё двое мужчин. Охрана венгра поднялась.

— Спокойно, — сказал Бендер, поднимая руки. — Это не обман. Вот настоящие сигареты. — Он достал из кармана пачку и положил на стол. — Мы хотели показать, что товар качественный. Но партия большая, и нам нужна уверенность.

Венгр задумался, потом кивнул:

— Хорошо. Давайте поговорим о цене.

Разговор длился два часа. Венгр требовал скидку, Остап настаивал на предоплате. Корейко вставлял реплики о «сложностях логистики», а Шура молча наблюдал за охраной.

Наконец, венгр сказал:

— Пять тысяч леев за партию. Предоплата — половина. Остальное — после доставки.

Бендер сделал вид, что колеблется:

— Этого мало. Но если вы гарантируете оплату второй части, мы согласны.

— Гарантии? — Венгр рассмеялся. — Здесь гарантии — это слово. И репутация.

— Тогда — договор, — кивнул Остап. — Письменный. С подписями.

Венгр нахмурился, но согласился.

Через час на столе лежал документ:

Продавец: «Компания „Балкан‑Трейд“» (представитель — Остап Бендер).

Покупатель: «Венгерская торговая ассоциация» (представитель — неизвестный).

Предмет сделки: 1 000 коробок сигарет (марка «Букур»).

Цена: 5 000 леев.

Предоплата: 2 500 леев (в течение 24 часов).

Остаток: после доставки (в течение 48 часов).

Венгр подписал, передал копию Бендеру.

— Деньги будут завтра, — сказал он. — Но если вы обманули…

— Мы не обманываем, — перебил Остап. — Мы — деловые люди.

В гостинице троица собралась за столом. На нём — копия договора, два стакана воды и остатки хлеба.

— Что дальше? — спросил Корейко.

— Завтра получим деньги, — ответил Бендер. — Часть — на билеты до Софии. Часть — на взятки на границе. Остальное — на «непредвиденные расходы».

Балаганов вздохнул:

— А если венгры всё равно нас обманут? Если после предоплаты исчезнут?

— Тогда, — улыбнулся Остап, — у нас будет документ. И мы знаем, где их найти.

Он свернул договор, положил в карман:

— Теперь главное — не торопиться. И не привлекать внимания.

За окном шумел Бухарест, а в номере гостиницы трое мужчин смотрели на карту Европы — на пунктирные линии маршрутов, на города, где их ждали не только опасности, но и шанс на новую жизнь.

Глава пятая. Последний рубеж: путь в Софию

Утро выдалось ясным и солнечным. В номере гостиницы «Карпаты» царила непривычная тишина. На столе — пустая бутылка вина, три стакана, стопка бумаг и паспорта́ с иностранными фамилиями.

— Итак, — произнёс Бендер, перекладывая документы. — Всё готово. Отчёты отправлены, «закупки» оформлены, новые личности утверждены.

Балаганов провёл рукой по обложке своего паспорта:

— Но как мы объясним пограничникам, что трое немцев едут в Софию?

— А зачем объяснять? — усмехнулся Остап. — Мы — коммерсанты. Едем на ярмарку. У нас есть визитки, письма‑приглашения, даже образцы товаров — пару рулонов ткани, купленных на рынке.

Корейко, разглядывая свой паспорт, уточнил:

— Но деньги… У нас осталось ровно на три билета до Софии. И ни гроша сверху.

— Зато у нас есть головы на плечах, — ответил Бендер. — А в Софии — новые возможности.

Троица разделила последние задачи. Бендер проверил билеты на поезд и убедился, что места в вагоне второго класса забронированы на новые имена. Корейко собрал вещи, упаковал документы и спрятал в потайной карман копию договора с венграми (на всякий случай). А Балаганов купил продукты в дорогу: хлеб, сыр, бутылку дешевого вина и несколько яблок — чтобы не тратить деньги в вагоне‑ресторане.

К полудню всё было готово. Оставалось только дождаться вечера — времени отправления поезда.

В маленьком ресторане у реки Дымбовицы троица заказала последнее «русское» блюдо — борщ, который здесь называли «суп по‑московски».

— Помните, как мы в Черноморске мечтали о Рио‑де‑Жанейро? — вдруг спросил Балаганов.

— Мечтали, — кивнул Бендер. — Но тогда у нас не было ни денег, ни плана. Теперь — есть. Пусть пока не всё, но…

— Но мы движемся вперёд, — закончил Корейко. — Это главное.

Они молча ели, каждый думая о своём. Остап вспоминал все аферы, которые привели их сюда — от «благотворительно лотереи» до сделки с Драгошем. Корейко мысленно пересчитывал оставшиеся леи, прикидывал, сколько их хватит в Софии. Шура думал о том, как изменится его жизнь, когда они пересекут границу.

Когда официант принёс счёт, Бендер достал последние деньги:

— Это наш последний ужин как советских граждан. Дальше — новые имена и новые правила.

На вокзале было шумно. Толпы пассажиров, крики носильщиков, свист паровозов. Троица прошла к своему вагону и предъявила билеты проводнику. Тот проверил билеты и документы и впустил их в вагон. Они вошли в купе. Узкое, с жёсткими сиденьями, но чистое. За окном — огни Бухареста, за спиной — прошлое. Поезд тронулся. Медленно, с лязгом колёс, затем — быстрее. За стеклом поплыли дома, улицы, фонари.

— Ну вот, — сказал Остап, глядя в окно. — Мы больше не Бендер, Корейко и Балаганов. Теперь мы — герры Шульц, Шпек и Шмидт.

Шура усмехнулся:

— И куда нас занесёт?

— В Рио‑де‑Жанейро, — ответил Бендер. — Рано или поздно. Но сначала — София. А там… посмотрим.

Он достал из кармана карту Европы, развернул:

— Вот наш маршрут: София, потом — Белград, Загреб и Триест. Оттуда — морем до Лиссабона. А в Лиссабоне — корабль до Нью‑Йорка.

Корейко покачал головой:

— Это… долго.

— Долго, — согласился Остап. — Но мы уже начали. И останавливаться не будем.

За окном мелькали огни, поезд набирал ход. В купе было тихо, только стук колёс да далёкие гудки паровоза. Трое мужчин сидели молча, глядя вперёд — туда, где их ждали не ответы, а новые вопросы.

Но теперь у них было главное — шанс.

Глава шестая. София: новые препятствия и неожиданные решения

Поезд плавно замедлил ход, и за окном проступили очертания софийских вокзальных строений — строгие линии, каменные колонны, толпа встречающих. Вагон дрогнул и остановился.

— Ну вот, — произнёс Бендер, поднимаясь. — София. Следующая остановка — Белград.

Балаганов потянулся за чемоданом:

— А как мы туда попадём? У нас даже билетов нет.

— Будут, — усмехнулся Остап. — Сначала — деньги. Без них мы никуда не уедем.

Троица направилась в центр города, где располагались крупнейшие банки. План был прост: найти отделение, работающее с международными переводами; предъявить документы (новые паспорта) и запросить доступ к счёту в швейцарском банке и получить хотя бы часть суммы — на билеты и текущие расходы.

Но всё пошло не так.

В первом банке служащий, изучив бумаги, покачал головой:

— Мы не можем провести операцию без подтверждения из Швейцарии. Это займёт… недели.

Во втором потребовали дополнительные справки — о происхождении средств, месте жительства, целях визита.

В третьем отказали вовсе, ссылаясь на «технические ограничения».

К вечеру троица собралась в дешёвой кофейне. На столе — три чашки остывшего кофе, пустые тарелки и потрёпанный блокнот Бендера.

— Итог: денег нет, — подытожил Корейко. — А в кармане — сто левов. Хватит на неделю, если экономить.

— Зато у нас есть головы, — возразил Остап. — И опыт. Значит, будем зарабатывать.

Бендер достал блокнот и начал чертить схемы.

— В Софии много торговцев. Многие ищут редкие товары — например, французские духи, немецкие часы, английские ткани. Мы можем найти покупателя, готового заплатить аванс; сказать, что товар уже в пути — из Вены или Будапешта; получить деньги, купить дешёвый аналог, продать и сбежать до того, как покупатель поймёт, что его обманули.

Шура вздохнул:

— Опять обман?

— Не обман, — поправил Остап. — Бизнес. Временный. Пока не найдём другой путь.

Корейко нахмурился:

— А если нас поймают? В чужой стране…

— Значит, не поймают, — улыбнулся Бендер. — Мы будем осторожны.

Троица разделила роли.

Бендер искал покупателей. Он заходил в дорогие магазины, представлялся агентом торговой фирмы, предлагал эксклюзивные поставки. Корейко вёл переговоры, составлял контракты, настаивал на предоплате (30–50 %). А Балаганов находил дешёвые аналоги товаров: на рынках, у мелких ремесленников, даже в лавках старьёвщиков.

К пятому дню они получили: 1 200 левов от ювелира, заказавшего «швейцарские часы»; 800 левов от владельца магазина парфюмерии, купившего «французские духи»; 500 левов от торговца тканями, заплатившего за «английское сукно». Всего — 2 500 левов.

— Этого хватит на билеты до Стамбула, — сказал Остап, пересчитывая деньги. — И на пару дней в дороге.

В ресторане с видом на собор Святой Недели троица заказала мясо, вино и свежие овощи.

— Мы сделали это, — произнёс Шура, поднимая бокал. — Снова.

— Но это не конец, — напомнил Корейко. — Впереди — Сербия. А там… кто знает?

— Там — новые возможности, — уверенно сказал Бендер. — Главное — не останавливаться.

Они молча ели, наблюдая, как за окном гаснут огни Софии.

Утром троица отправилась на вокзал. План был таков: купить билеты до Белграда (Сербия) — оттуда легче добраться до Триеста; а если не получится — попробовать Македонию (Салоники) или Грецию (Афины).

Но на вокзале их ждал сюрприз. Сербия требовала визы, которых нельзя было получить без консульской проверки (срок — две недели). Македония закрыла границу из‑за «эпидемических ограничений» (в городе ходили слухи о вспышке тифа). А Греция ввела временный запрет на въезд для граждан ряда стран, включая Румынию.

— Всё закрыто, — вздохнул Балаганов, вернувшись с вокзала. — Что теперь?

— Турция, — ответил Остап. — Через Стамбул мы сможем добраться до Афин. А дальше всё по плану.

— А деньги? — уточнил Корейко.

— На билеты до Стамбула хватит. А дальше… — Бендер улыбнулся. — Дальше придумаем.

На вокзале — шум, суета и крики носильщиков. Троица предъявила билеты проводнику и вошла в вагон. Места — в третьем классе, но это неважно. Они устроились у окна. За стеклом — софийские улицы, затем — поля, горы и граница.

— Итак, — сказал Бендер, глядя в окно. — Турция.

Корейко поморщился:

- На черта нам эта Турция? Получается, что мы пока едем не вперед в Европу, а назад в Азию. К чему такой крюк?

- Из Турции проще попасть в Грецию, - пояснил Остап. – А потом двинемся по намеченному маршруту.

Шура усмехнулся:

— И сколько ещё стран нам предстоит пересечь?

— Столько, сколько нужно, — ответил Остап. — Но мы доберёмся.

Глава седьмая. Турецкие приключения

Лето 1930 года выдалось в Стамбуле немилосердно жарким: раскалённый воздух дрожал над мостовыми, солнце палило с безоблачного неба, превращая мраморные фасады в ослепительные зеркала, а тенистые переулки — в ловушки духоты. Пахло морем, пряностями и разогретым асфальтом; где‑то вдали монотонно звучали призывы муэдзинов, смешиваясь с гомоном базара и стуком колёс арб. Поезд, пыхтя, вполз на перрон Сиркеджи, и троица — Шмидт, Шпек и Шульц — шагнула в этот пёстрый, шумный и пропитанный зноем мир.

В вокзальной суете они быстро нашли извозчика, договорились о цене и покатили по узким улицам к центру: мимо мечетей с устремлёнными ввысь минаретами, мимо лавок, где на верёвках сушились разноцветные ткани, мимо чайных, где мужчины в фесках неторопливо пили чай из грушевидных стаканчиков. Отель — скромный, но чистый, с балконами, выходящими на пролив, — встретил их прохладой тёмных комнат и запахом жасмина из сада. Заселившись, они сразу условились: день на осмотр города, потом — дела.

На следующий день, едва солнце поднялось над Босфором, одевшись в легкие рубашки и шорты, они отправились бродить. Прошлись по Галатскому мосту, где рыбаки вытягивали серебристых кефалей, заглянули в Айя‑Софию — под гигантский купол, где свет пробивался сквозь зарешёченные окна, окрашивая мрамор в золотистые тона. Посетили Гранд‑базар: лабиринт улочек, где торговали коврами, медными кувшинами, янтарными бусами и душистыми специями; в воздухе висел гул голосов, звон металла и терпкий аромат кофе. К полудню жара стала невыносимой, и они укрылись в тенистой кофейне у набережной, где заказали холодный айран и наблюдали, как мимо скользят парусники и пароходы.