Настоящий извращенец 3

Глава 5

– Поздно копаться! Срочно вызываем Владыку городка, мы тут бессильны! – выпалил мастер в сером.

Глава Секции торопливо закивал. Связной талисман вспыхнул искрой и растворился в небе. Не прошло и пары минут, как из выси камнем рухнула фигура.

На пустырь сошел сам городничий – мастер уровня Кристалл, державший в кулаке все Гадюкино. Мужик лет сорока в парчовом кафтане приземлился с крайне недовольной миной на лице. На кой черт его оторвали от дел?

– Владыка, тут проверщик лопнул! – подскочил мастер в сером.

– Лопнул – замените, велика беда. Ему сотня лет в обед, отживет свое и не такое.

– Да не отжил он, его разнесло в пыль!

Мастер уровня Кристалл поперхнулся воздухом:

– Разнесло?

Он смерил взглядом Игоря, который сжался в комок в углу помоста, посмотрел на горстку трухи на столе и нахмурился.

– У меня про запас получше имеется.

Он выудил из пространственного кольца новый Кристалл – размером с хорошую репку, сочного сочно-зеленого цвета и явно высшей пробы.

– А ну, пацан, подойди и приложи руку.

Игорь бочком-бочком приблизился к столу и несмело ткнул в зеленую гладь двумя пальцами.

Хлоп!

Разнесло и этот. Сочные зеленые осколки и мелкая крошка сплошным ковром усеяли физиономию городского Владыки. На пустыре встала такая тишина, что было слышно, как мухи летают.

Владыка уровня Кристалл замер истуканом, стряхивая пыль с бровей. Губы его беззвучно шевелились, но изо рта не вылетело ни звука.мНарод вокруг ахнул. Кто-то судорожно щипал себя за ляжки, а дед в толпе схватил соседа за грудки и запричитал: "Люди добрые, да что ж это делится-то, а?"

У Игоря подкосились колени:

– Дяденька… я не специально…

Владыка даже не взглянул на мальчишку. Он резко развернулся и сходу начал отбивать пальцами заклятие на связном талисмане:

– Старче, вы где?! Срочно дуйте в Гадюкино! Тут такое началось…

От прежней спеси не осталось и следа. Пока ждали подмоги, оба мастера уровня Основание и сам городничий обступили стол и принялись жарковато спорить над остатками разбитого добра.

– Да чтобы Кристалл в пыль разлетался – отродясь такого не бывало!

– Низшая жилка дает тусклый свет, средняя – поярче.

– А если жилка высшая?

– Да хоть распревысшая! Она дает вспышку, от которой глаза режет, но штука-то от этого не взрывается!

– Тогда что за дьявольщина перед нами?

Троица уставилась на горстку трухи, но труха молчала. Толпа гудела все громче и громче. Отец уволок Игоря назад в ряды, мать сгребла пацана в охапку и ревела не то от счастья, не то от дикого страха.

Лишь Лисицын молча сидел в своем кособоком кресле. Только он да пара мух вокруг понимали, отчего разлетелись эти деревяшки. Проверяющий шар уровня Основание тупо не выдержал дикого давления и дал дуба. Следующий шар – уровня Кристалл – захлебнулся ровно по той же причине.

А с неба уже валил плотный, как брус, дух высшей силы. Уровень Дух! На пустырь сошел дед – седой, как лунь, с длиннющей бородой, в потертом балахоне. Он стоял прямо на голой стали летящего меча. Стоило ему ступить на землю, как у народа в радиусе сорока шагов дух перехватило, а ноги сами собой подогнулись. Владыка уровня Кристалл подскочил к деду и бесцеремонно вытолкнул Игоря вперед.

Старец уровня Дух смерил мальца цепким взглядом и выудил из широкого рукава темно-золотой Кристалл. Никто из трех местных мастеров в жизни не видывал подобной роскоши.

– Приложи.

Игорь совладал с трясущимися поджилками и дотронулся до золотого бока.

Бабах!

Третий пошел. Вот только на этот раз, когда золотая крошка брызнула во все стороны, дед повел ладонью – и вся пыль застыла в воздухе, словно в смоле. Старец не мигая уставился на зависшую взвесь. Прошло добрых десять вздохов. В золотой пыли угадывались едва заметные сполохи энергии. И цвет у них был… Черный! Смоляной, непроглядный чернеющий дух.

У старца уровня Дух задрожали пальцы. Он метнулся к пазухе, выудил пожелтевший фолиант и начал судорожно листать его – с начала в конец, из конца в начало, бубня под нос проклятия. На какой-то странице его палец замер. Дед поднял глаза, и в них читался дикий ужас.

Он выхватил связной талисман:

– Старче! Старче, беда! Кажется, я нашел… Нашел дьявольскую жилку!

На том конце талисмана повисла гробовая тишина.

– Чего-чего?

– Жилка дьявольская! Точно вам говорю! В древних свитках так и писано: проверяющий Кристалл рвет в клочья, а в пыли остается черная энергия!

– Уже лечу!

Мастера уровня Дух перемещаются куда быстрее Кристаллов.

Не успел дед убрать талисман, как прямо посреди пустыря из воздуха соткалась женщина в глухом черном одеянии. Народ вокруг окончательно полег пластом на сухую землю. Родители Игоря уткнулись лбами в пыль и боялись даже дышать. В руках у прибывшей дамы уровня Дух покоился странный предмет – круглое черное зеркальце.

– Руку сюды.

Владыка уровня Кристалл сгреб Игоря за шкирку и буквально впечатал его ладонь в темное стекло.

Лисицын в своем кресле слегка прищурился. Игорь прижал ладонь. По зеркальной глади пошла легкая рябь.

Дама уровня Дух насупилась. Не то. Она перевернула руку, накрыла своей ладонью кисть пацана и качнула сквозь него собственную силу, пробивая зеркало насквозь.

И тут из зеркала как пыхнет! Густой, иссиня-черный столб дыма взвился в самое небо. Мощный луч темной энергии пробил облака и ушел в высь – его было видно за десятки верст кругом. У женщины расширились зрачки. Не теряя ни секунды, она с силой вдавила кулак в бляху на поясе.

А тем временем за тысячи верст от Гадюкино… За десятки тысяч верст. За сотни тысяч верст. Весть понеслась по цепочке со страшенной скоростью. Из рук мастеров уровня Дух – к повелителям уровня Сократ, от Сократов – к грандам Перерождения. И наконец достигла цели.

Дворец Императора. В величественном золотом зале выстроилась вся имперская знать. Звездчатые камни, вкрапленные в высокий свод, отливали холодным светом, освещая резные колонны с драконами. Между столбами застыли десятки фигур, и от каждой разило такой мощью, что дух захватывало.

Тишину нарушил один из вельмож:

– В Континенте Бессмертных нынче неспокойно.

По зале прошел глухой рокот.

Стоявший справа мужик степенного вида басом добавил:

– Трехтысячелетний договор вышел. Традиционалисты подтягивают войска к рубежам. Третьего дня разведка доложила: на дальних подступах к Восточному краю выросли еще двенадцать военных крепостей.

– Двенадцать штук?

– Какое там двенадцать! – Из толпы вышагнул хваткий мужик в зеленом кафтане, держа в руках свиток. – Из Северной Бездны и с Юга тоже ведут вести о странных выбросах энергии.

– Традиционалисты давят сразу с трех сторон. Это не просто разведка боем, они готовят большой поход.

Седая старуха в первом ряду прищурилась:

– Неужто решено порвать договор?

– Договор? Да это ж филькина грамота! – оскалился мужик в зеленом кафтане. – Три тысячи лет эти святоши копили силы ровно для этого дня. Страна Лимония хоть и сильна, да только эти ироды давно на наши земли слюни роняют. Настал их час. Зал погрузился в тяжелое молчание.

Старуха взмахнула рукавом и чеканно выкрикнула:

– Если сунутся – Страна Лимония встанет как один!

Собрание в едином порыве склонило головы, и от их клика задрожала крыша:

– Встанем как один!

И тут двери зала распахнулись.

В помещение буквально ввалился мастер уровня Сократа. Он полз на брюхе, задыхаясь от ужаса:

– Донесение! Срочное донесение, Великий Император!

Все присутствующие как по команде обернулись к дверям.

Посланец уткнулся лбом в плиты и во весь голос закричал, перекрывая гул:

– Дьявольская жилка… прорезалась!

На главном троне медленно открылись глаза.

– Дьявольская жилка…

Эти два слова вырвались из золотого сияния, накрывшего залу, и от них повеяло такой седой древностью, что у присутствующих перехватило дыхание. Густой золотой свет заливал пространство, скрывая сидящего на троне мастера. Проглядывал лишь смутный силуэт. Он восседал абсолютно неподвижно, и мало кому в этом мире посчастливилось видеть его истинный лик.

Знать дружно задрала головы. Никто не посмел вымолвить ни слова. Каждый в этом зале прекрасно понимал, чем пахнут эти слова.

Предание об этой жилке ходило по свету не одно тысячелетие. Древнее пророчество твердило: тот, в ком прорежется эта жилка, принесет гибель Семи Сферам, а потому любой народ обязан истребить такого смутьяна без суда и следствия. Откуда взялась эта притча – концы давным-давно затерялись во времени. Но каждый Владыка заучил ее с пеленок, передавая из уст в уста.

Из золотого марева раздался неспешный голос:

– И кто из вас готов спуститься и проверить?

В зале встала такая тишина, что было слышно, как шуршат шелковые полы кафтанов. Едва ли пару минут назад эти же самые лбы били себя кулаками в грудь и орали на весь дворец: "Встанем как один!". Теперь же каждый старался стать меньше травы, тише воды.

Мужик в фиолетовом кафтане низко опустил голову и сдал назад на полвершка. Если эта штука способна разнести все Семь Сфер, то что там делать его скромным силам? Ехать туда в качестве закуски?

Сосед с тем же уровнем силы заметил этот маневр крайним глазом, покрыл хитрована трехэтажным матом в душе и сам незаметно отступил на шаг. Нашлись дураки связываться с тем, что рушит миры! Пусть другие шею ломают!

Наконец мастер уровня Сократа, лежавший у дверей, не выдержал этой гробовой тишины и кашлянул в кулак:

– Э-э… Я тут забыл добавить. Эту жилку обнаружили во время обычной проверки.

Он судорожно сглотнул скопившуюся слюну и тихонько пролепетал:

– Хозяин-то этой жилки… обычный смертный пацан.

Зала замерла на три секунды. Затем сотня пар глаз скрестилась на несчастном посыльном. От таких взглядов у бедолаги спина мгновенно покрылась липким потом, и он еще сильнее вжался в каменные плиты. Мужик в фиолетовом кафтане аж желваками заиграл.

Смертный? Что ж ты, пень трухлявый, сразу-то молчал?! Из-за какого-то сопляка они тут струхнули прямо перед Великим Императором! Если кто узнает – позора потом вовек не отмоешь. Как минимум пятеро почтенных старцев в эту минуту мысленно материли предков этого мастера до десятого колена. Обстановка в зале мгновенно разрядилась.

Мужик в фиолетовом кафтане первым выскочил вперед и отвесил низкий поклон в сторону золотого свечения:

– Ваше Величество! Правда это или навет – я лично готов спуститься и разузнать все на месте!

– И я пойду!

– Разрешите мне, Владыка!

С десяток вельмож дружно рванули вперед. Те, кто мгновение назад отползал назад, теперь орали громче всех.

Седая старуха в первом ряду прокряхтела:

– Да и вообще, откуда взяться такой жилке? Шанс один на миллион. А ну как проверка просто сбоку дала течь? Если мы всей оравой привалим к смертным, нас же курам на смех поднимают.

– Не скажи, мать! – воспротивился другой мастер. – Дело серьезное, тут оплошать нельзя.

Он сделать паузу, прочистил горло и принял вид умудренного жизнью деда:

– Помните историю, как один мастер уровня Сократ вырезал весь род, а одного мальчонку пожалел? Из чистой жалости оставить ему жизнь. А через пару десятков лет тот сопляк набрал силу и пришел кромсать самого мастера…

– Да хорош тебе! – грубо оборвал его тощий старец. – Что ты нам тут "поэзию" разводишь? Данный сопляк – это ты и есть!

Застрявшее в горле слово заставило рассказчика поперхнуться.

– Ты эту байку уже в сотый раз травишь! – подал голос кто-то из толпы. – Не тошно самому-то? Кабы не встретил ты тогда нашего Императора, гнить бы тебе в канаве, а не месть вершить!

Рассказчик густо покраснел и взвился:

– Зато все чистая правда!

– Да знаем, знаем, восемьсот раз слыхали!

В зале поднялся такой гвалт, будто на базаре бабы не поделили горшки. От прежнего страха не осталось и следа – старики вовсю переругивались друг с другом.

Вдруг кто-то понизил голос и воровски огляделся:

– А что, братия… Может, нам этого пацана к себе прибрать? Кабы переманить его на нашу сторону да заставить служить народу, это ж какая сила в руках будет?

Шум мгновенно утих. Никто не обронил ни слова, но мысль запала в голову каждому. Если эта жилка и правда таит в себе дух, способный крушить миры, то тот, кто приберет мальца к рукам, станет хозяином этой силы…

Несколько вельмож пересеклись взглядами и тут же отвели глаза. Каждый все понял без лишних слов. В этот момент золотое сияние на троне шевельнулось.

– Я сам схожу и гляну.

Голос, доносившийся из марева, звучал сухо и глухо:

– Кабы малец оказался с добрым нравом, при должной выучке от него будет прок.

Он сделал паузу и добавил:

– Гниду из человека делает жизнь, а не рождение.

Свечение мгновенно растаяло. Главный трон остался пуст. Императорл отбыл. Народ в зале растерянно переглядывался, никак не в силах прийти в себя. Посыльный мастер тихонько утер пот со лба – пронесло.

…А в это время в Гадюкино…

Игорь стоял на коленях в самом начале шеренги. Он осторожно приподнял голову: мастера возле проверяющего помоста о чем-то жарковато шептались.

И тут прямо с неба рухнул золотой столб света. Без грома, без предупреждения. Он впечатался аккурат в середину площади, да так, что каменные плиты под ногами ходуном заходили. У народа сердца в пятки ушли.

Свет рассеялся, и перед людьми предстал старик. Шевелюра у него топорщилась во все стороны, будто из сена вылез, кафтан весь в латках, а рукава засалены. На левой ноге из дырявого лаптя торчал серый от пыли большой палец.

Но стоило этому оборванцу сделать шаг, как вся площадь оцепенела. Неважно, знал его кто или нет, разбирался ли в уровнях силы – люди разом повалились на колени, повинуясь какому-то внутреннему зову.

Игорь тоже плюхнулся брюхом на землю. Спина мгновенно стала мокрой от пота. От деда разило такой дикой, нечеловеческой мощью, что все прежние мастера казались на его фоне мелкой сошкой.

Даже почтенные старики, что проводили проверку, с маху грохнулись на колени, уткнувшись лбами в пыль. Их собственные энергетические каналы внутри тела завязались узлом от одного лишь присутствия этого деда.

Драненький дедок ткнул подбородком в сторону Игоря:

– Этого заберу.

Мастера переглянулись, но ни один не посмел вымолвить и слова против. Градоначальник, дослужившийся всего-то до Основания, учтиво поклонился, наспех сгреб остальных ребятишек с выявленными жилами и велел старшим из Секций убираться по добру по здорову.

Те двое мастеров уровня Кристалла и Духа тоже дали дёру. Уже уходя, они всё же не удержались и обернулись, чтобы последний раз мазнуть взглядом по оборванцу. А дед тем временем уже неспешно подгреб к Игорю, заложив руки за спину.

На площади почти никого не осталось. Старик присел на корточки:

– Протяни-ка руку, малец.

Игорь послушно вытянул кисть. Сухие, подсохшие пальцы старика легли на запястье. По энергетическим каналам пробежалась приятная волна тепла, сделала круг и растаяла.

Дед ненадолго задумался, а потом спросил:

– Пойдешь ко мне в ученики?

У Игоря в голове на мгновение встал туман.

В ученики? К этому деду? Да перед ним те мастера даже головы поднять бодались! Для любого мальчишки из Гадюкино подобный мастер – величина неимоверная, недосягаемая. Даже градоначальник, сам будучи на уровне Основание, стелился перед ними ковром. А уж перед этим дедком они и вовсе тряслись как осиновые листы.

Игорь-то раньше мечтал хотя бы до Основания дослужиться, как местный градоначальник. А тут под ногами вдруг открылась дорога совсем иного размаха.

Парень свалился с колен прямо в пыль и ото всей души отвесил земляной поклон:

– Согласен, учитель!

Но старик не спешил радоваться. Он медленно поднялся и отряхнул засаленные штаны.

– Увести я тебя хочу далеко-далеко, – неторопливо произнес он. – Сходи-ка сперва попрощайся с родителями. Как уйдем – больше ты их в этой жизни, считай, не увидишь.

Игорь опешил. Не увидит? Вообще никогда? В голове вихрем пронеслись воспоминания: как матушка встает засветло, чтобы сварганить ему горячей каши, как батя колет дрова во дворе и ворчит для порядка, какой из сына растет белоручка. И вчерашнее вареное яйцо вспомнилось – матушка отдала его вечерком. В доме их оставалось всего два штуки, и оба отдали ему, а сами опять давились пустой затирухой.

– Уважаемый… – у Игоря отнялся язык, а в горле пересохло. – А… нельзя ли батю с матушкой с собой забрать?

– Нельзя, – качнул головой дед. – На пути совершенствования голова должна быть чистой, а мирские привязанности надо резать под корень. Будешь постоянно думать о родителях – только попусту рассеешь внимание и ничего не добьешься.

Игорь промолчал. Опустил голову и долго размышлял. Он ведь с самого детства мечтал стать бессмертным мастером. Как увидит, бывало, как градоначальник по небу рассекает, так у него аж дух захватывает – сам таким стать хотел. Но зачем ему эта сила? Не для того ли, чтобы вытащить родителей из нищеты? Какой прок стать великим мастером, если батя с матерью к тому времени в земле сгниют?

– Тогда я не пойду, – твердо сказал Игорь.

Дед удивленно вскинул бровь.

– Не пойду, – повторил парень громче. – Лучше в обычную Секцию подамся. Она тут неподалеку, смогу хоть иногда домой наведываться.

– Уверен?

Игорь кивнул.

Драненький дед долго смотрел на него в упор, а потом вдруг хохотнул и хлопнул себя по ляжке:

– Ай да малец! Молодец, выдержал проверку!

Игорь только рот разинул.

– Это я тебя на вшивость проверял, – старик подмигнул и поднял палец вверх. – Забирай родителей, со мной поедут.

У Игоря снова перехватило дыхание:

– Прямо… прямо правду говорите?

– Хватит зубы заговаривать, беги за своими.

Игорь подскочил как ужаленный и рванул домой. Сделал пару шагов, но резко замер и обернулся к парню, что тихо сидел на краю площади.

– Брат Лисицын!

Игорь подбежал, схватил Лисицына за рукав и затараторил без остановки. Сказал, чтобы тот жил в его хате, пока окончательно не оклемается от ран. Не забывал поливать грядки у порога. Напоминал, что куры во дворе – соседские, дядины, путать их не надо. А саму хату он оставляет под присмотр соседям.

Лисицын не перебивал, лишь молча слушал этот поток слов.

Когда Игорь выдохся, Лисицын просто хлопнул его по плечу:

– Иди. Еще увидимся.

Игорь расплылся в улыбке и припустил во весь дух. О словах Лисицына он даже не задумался – все мысли уже занимала будущая учеба. Вскоре он привел родителей. Дед особо развозить сырость не стал – взмахнул рукавом, и всех четверых накрыло золотое марево. Столб света взмыл в небо и в мгновение ока растворился за горизонтом.

Народ на площади еще не успел опомниться от увиденного, как прямо с неба грохнулся второй золотой столб. Этот свет был куда ярче и гуще прежнего – всю площадь залило ослепительно-белым сиянием. Из него выступил силуэт. В отличие от драненького деда, этот был сплошь окутан золотым маревом: лица не разглядеть, лишь статная фигура проглядывает. И от каждого его шага каменные плиты под ногами едва заметно подрагивали. Золотой силуэт обвел площадь быстрым взглядом.

– М-м?

Он сверился с местом. Ошибки быть не могло. Тут проводили проверку жилок, и именно здесь, по всем вестям, прорезалась жилка дьяволистов. И где они? Силуэт резко замер, золотое марево вокруг него слегка заколыхалось. Он уловил в воздухе едва заметный дух. Слишком знакомый дух.

– Ах ты, старый хорек… – процедил он сквозь зубы и трижды отчеканил: – Хорош! Хорош! Хорош!

В этом голосе слышалась злоба, копившаяся не одно столетие. Направление и этот дух не спутаешь ни с чем. Раз все прояснилось, делать тут больше нечего. Он уже собрался развить пространство и шагнуть прочь, как вдруг золотое свечение под его ногами запнулось. Без видимых причин, просто по чутью. На его уровне силы чутье работало надежнее любых глаз.

Золотой силуэт резко повернул голову в самый неприметный угол площади. Там кое-кто сидел. Кособокое кресло на колесиках было сработано кое-как, на ободах еще не высохла грязь. А сидевший в нем парень вальяжно разглядывал прибывшего гостя.

– Это еще что за чудо? – процедил Великий Император.

Сила Императора дана ему на благо всего человеческого рода. На Континенте Бессмертных любого человека, если тот слабее его, Император видит насквозь. А если тот равен или сильнее – хотя бы различает общие контуры силы. Это право дано ему свыше. Но на этого парня в коляске эти правила почему-то не распространялись. Император не видел ровным счетом ничего.

Глава 6

Дело было даже не в том, что его заслонили или спрятали, – перед Императором предстало абсолютное, звенящее "ничего".

Чутье Великого Императора скользнуло по парню в коляске точно так же, как по придорожному булыжнику или трухлявому пню, – не подняв ни единой ряби. И ведь вот какая ирония: кровь-то в этом парне бурлила чистейшая, человеческая. Самый что ни ни на есть настоященький уроженец человеческого рода. Вся спесь с Императора слетела в ту же секунду.

Во всех Семи Небесных Доменах тех из людского племени, на кого не действовала его императорская властная сила, можно было по пальцам одной руки пересчитать. А уж этого, в кособоком кресле, он и подавно встречал впервые.