Развод. Не прощу за "походную жену"

Глава 12

Не мог поверить, что мой сын мёртв. Что его больше нет. Всё во мне отказывалось это принять.

Боль сжигала изнутри, но вместе с ней формировалась цель.

Цель, которая держала меня в сознании. Добраться до сути. Узнать правду. Найти ответы, даже если придётся перевернуть ради этого всю империю.

Я встал, смыл кровь с рук. Пора было действовать.

Я осмотрел каждое окно. Оценил всё, что открывалось мне. Искал слепые зоны, дыры в охране надзорных.

Спустя три часа они ослабили бдительность.

Понимали: нет нужды сторожить чужого генерала. Я ведь не тварь из Бездны, чтобы рваться наружу и жрать своих.

Это была их ошибка. И я собирался ею воспользоваться. Ночь была безлунная. А костры уже не горели так ярко.

Я выбрал окно на втором этаже, ведущее из коридора. Распахнул его. Подтянулся на руках, мышцы вздулись и, оттолкнувшись, залез на крышу. Черепица тихо скрипнула под моим весом, но я лёг всем телом, погасив звук.

Редкие наблюдатели не заметили. Перекатился и, выбрав точку, где я не буду заметен, спрыгнул.

Я собирался сделать обход.

Мой приезд был не запланирован. Я не сообщал, что прибуду. Но мое поведение могли просчитать в этой ситуации. Не исключал, что старый лис Нормийский всё предусмотрел.

Но мне было интереснее другое.

Что он будет делать сейчас, когда знает, что я не уеду, пока не переговорю с сослуживцами своего сына.

Деревня стояла на возвышении. Узкие улочки петляли между приземистыми каменными домами. Заборы были невысокие. Ничего не утаишь. Полагаю, что местных тут почти не осталось.

Здесь всё было превращено в военный лагерь: склад оружия в бывшем амбаре, караулы у колодца, костры на перекрёстках. В воздухе пахло гарью и хвоей.

Я двинулся, обходя посты по краю. Я сливался с тенями, почти растворялся в них.

Активность заметил сразу.

Там, где должно было быть тихо, вспыхнули факелы.

Я подошёл ближе, прижался к стене. Тени укрывали меня, и я наблюдал.

В лекарскую, не таясь, вошли трое. Среди них адъютант генерала. Шёл уверенно, руки за спиной, шаг мерный, как будто всё происходило по чётко отлаженному порядку. По краям два воина, крепкие, в форме, лица каменные. У входа ещё двое стояли с факелами, не двигаясь, охраняя дверь.

Я замер, глядя сквозь приоткрытую створку.

Через мгновение троица вышла обратно, ведя между собой дракона.

На нём из военного обмундирования остались лишь форменные брюки. Рубахи не было. Грудь туго перебинтована. Длинные светлые волосы свисали по лицу. Адъютант перехватил один факел и пошел вперед.

Воина повели в сторону леса.

Парень едва переставлял ноги. Казалось, вот-вот рухнет. Светлые волосы липли к лицу, бинты на груди темнели от свежей крови. По возрасту он мог быть ровесником моего сына. Эта мысль больно полоснула по сердцу.

Я шёл следом, растворяясь в темноте. Двигался тихо, как хищник. Каждое движение было выверено.

То, что происходило на моих глазах, не нравилось мне всё больше. С каждым их шагом, с каждым моим вдохом тревога и злость нарастали внутри.

Куда вы его тащите, ублюдки?

Они шли довольно продолжительное время.

Я держался за ними тенью. Наступал мягко по валежнику, почти бесшумно, не оставляя следов в лесу. В темноте меня было едва различить — только глаза могли выдать, если бы я позволил им вспыхнуть.

Позволил дракону подобраться близко к поверхности. Напряжение било по мышцам и вискам. Деревня осталась позади. Лес окутал тишиной и поглотил нас. Здесь было сыро и темно. Треск веток под ногами воинов гулко отдавался в ночи. Один шаг за другим.

Они шли молча. Никто не переговаривался. Только мерцание факела впереди выхватывало из тьмы их силуэты.

Парень между ними стонал. Глухо, сдавленно. Ему было больно — я слышал это в каждом его шаге, в каждом обрывистом вдохе. Его волокли вперёд, и только руки воинов удерживали его на ногах.

Я смотрел и чувствовал, как в груди поднимается злость.

Что вы задумали? Но уже догадывался, что увижу.

И за это хотелось вырвать их никчёмные сердца.

Путь вывел их на поляну в чаще леса. Я замер в тени векового дерева.

В центре, между двумя деревьями, дрожало голубоватое марево.

Это был прорыв.

Вход в Бездну.

Но странный — из него никто не вылезал. Только пульсировала зыбкая рябь, искажающая воздух.

Портал был обнесён каменными глыбами, грубо выложенным кругом. Вокруг валялись изъеденные временем кости. Черепа нежити. Обломки когтей и рёбер тварей. Вонь стояла жуткая, затхлая, пропитанная смертью.

Воины остановились. Дракона, что еле держался на ногах, поставили на колени.

Его голову рванули за волосы вверх, заставили смотреть прямо в зыбь портала.

Адъютант склонился к его уху. Я видел, как шевелятся его губы. Слышал тихий вязкий шёпот угрозы. Парень дернулся, но не смог вырваться.

А потом адъютант выпрямился… и сплюнул ему под ноги.

— В Бездну его! — процедил он. — Сдохни, щенок.

Глава 13

Воины толкнули дракона коленом в спину. И парень полетел вперёд, прямо в марево. Мгновение — и его тело скрылось в голубой ряби. Портал содрогнулся, как желе, и снова успокоился.

Я остался в тени, сжимающий зубы до скрипа.

Так вот что вы делаете с бойцами?

Они ушли быстро, практически не задерживаясь.

Я опустил руку в нагрудный карман. В потайном отсеке лежал оберег, который больше двадцати лет назад всунула мне в ладонь старуха на улице.

«Однажды он спасёт тебе жизнь, дракон», — прохрипела она и пошла прочь, а у меня в голове, как у проклятого, вертелись эти слова.

Я не суеверный. Но не выбросил. Сохранил.

И он действительно спас мне жизнь. Год назад, когда тварь в бою вцепилась зубами в плечо, проткнула кожу и потянула меня в портал. Тогда была такая мешанина, такой ад вокруг, что никто не заметил, как я исчез. И никто не видел, как я полз обратно. Как рвался сквозь рябь марева.

Из-за той грани ещё никто никогда не возвращался. А я смог. Так меня и нашли лежащим у портала.

Многие решили, что меня просто не затащило окончательно. Что я чудом ускользнул. Но я один знал правду. Я там был. По ту сторону.

И первая мысль, что пришла мне тогда: «Именно оберег позволил вернуться».

Я вспомнил старуху. Её глаза. Её слова, что били в голову, как проклятие.

Я поспешил. У входа воняло так, что глаза слезились. Запах тухлой плоти, жжёных костей и пронизывающий холод дохнули в лицо.

Я вошёл в марево. Каждая секунда могла стать последней для парня, которого эти ублюдки толкнули в Бездну.

Меня пробрал озноб. Марево расступилось. И я оказался там.

На той стороне, как и тогда, царили вечные сумерки. Не светло и не темно. Небо, окрашенное в кровавые тона, иногда переходило в тёмно-фиолетовые тона. Редкие искорёженные деревья виднелись на горизонте, как и клочки травы. Каменистая, глинистая почва, серо-чёрная, будто сама земля тут давно сгнила. И туман. Тот самый спутник этих земель. Он скользил между камнями, вязкий, тяжёлый, с запахом плесени и разложения.

Парень лежал у самого марева. Я подхватил его под руки.

— Эй, ты дышишь? — дернул его за плечо.

Оставаться здесь было невозможно. Силы уходили слишком быстро. Этот мир жрал всё живое, а энергию драконов — особенно. Я помнил, как сам едва волочил ноги и уже почти без сознания падал обратно в портал. Правда, тогда я был ранен слишком серьёзно.

Но тут справа раздался звук. Жуткий, влажный, будто кто-то раскрыл огромную пасть. Дохнуло трупной гнилью.

Я обернулся. И увидел.

Из-за валуна с правой стороны выползала змееподобная тварь. Длинное тело в чешуе, но с короткими лапами сороконожки. Огромный багровый капюшон раздувался, как у чудовищной кобры. Пасть раскрылась, и я увидел два ряда зубов — тонких, игольчатых, загнутых внутрь. Глаза, светящиеся зелёным инфернальным светом, прожгли темноту.

Я понял: она прикормлена. Ждёт.

А за ней показалась ещё одна. И ещё. На горизонте в тумане двигались тени, и все они тянулись к порталу.

Сволочи. Они используют его как кормушку.

— Твою мать… — выдохнул я.

Клинка с собой не было. Только штык-нож в голенище сапога.

Первая тварь рванула. Я перехватил её под головой, вонзил короткий клинок, провернул, оттолкнул. Брызнула густая чёрная кровь с отвратительным тухлым запахом серы.

Я подхватил парня, завалил его на плечо и, не теряя времени, рванул к порталу. Спиной врезался в марево, сгруппировался, чтобы не придавить его весом.

Парень был без сознания. Пульс едва-едва бился. Его тело источало смесь запаха драконьей крови и той гнили, что тянулась из Бездны.

Я пробыл там всего пару минут. Этого хватило, чтобы резерв магии осел на половину. Силы уходили словно через сито. Даже при всём желании я бы не смог обернуться сейчас.

Мы рухнули обратно в наш мир. Прямо у подножия портала. Я сразу поднялся, взвалил бойца на плечо. Времени у меня было немного — чуть больше чем до рассвета. Утром за мной придут.

Я шёл сквозь лес, ощущая, как парень безвольно висит на плече.

— Держись, пацан, — выдохнул я.

Три часа я пробирался сквозь густую темноту. Радовался только одному — ночь была безлунной. Наконец резерв пополнился, дракон отозвался мощью. Я обернулся ящером на ближайшей поляне, подхватил его в когти и унёс к постоялому двору, где оставил своих людей.

Приземлился неподалёку, снова обратился. Подхватил его на себя, тащил, прячась от чужих глаз. Для всех я по-прежнему должен был оставаться на западном фронте.

Издал три коротких свиста.

Вскоре ко мне спустился Диант, мой офицер, и Этьен, мой личный адъютант.

— Генерал?

— Держите парня. Его надо скрытно провести на постоялый двор. Оказать помощь. И охранять его. На западный фронт не суйтесь. Будьте готовы к непредвиденным ситуациям. Пополните провизию и лекарства.

— Кто это? — спросил адъютант, проверяя пульс парня. Пока Диант придерживал бойца.

— Вот и доложите мне, когда он придёт в себя. Но никакого шума. И лекарей не привлекать. Справьтесь своими силами.

— Есть, генерал.

Я отдал его людям. Мне предстояла дорога обратно.

А в голове билось одно: «Неужели эти ублюдки могли также поступить и с моим сыном?»

Глава 14

Утро наступило слишком быстро. Я успел лишь почистить форму, сомкнуть глаза буквально на час, и вот уже в дверь постучал адъютант генерала.

Потом был завтрак, разделённый вместе с Нормийским. За столом царила показная вежливость, фразы были пустыми, ничего не значащими.

Чашка крепкого кофе хоть как-то отрезвила сознание.

После завтрака мы поднялись в кабинет. Нормийский отошёл к окну, долго молчал, а затем тяжело вздохнул. Я уже знал ответ, ещё до того, как он открыл рот.

— К сожалению, ты не сможешь переговорить с сослуживцами, — произнёс он, наконец, сухо, отрывисто, будто заранее приготовленную речь. — Дело в том, что как бы мне ни было прискорбно сообщать… но в течение этого месяца все парни погибли.

Я не шелохнулся.

Ничего не нашёл. Ничего не увидел. Он этот месяц просто тянул. Достаточно времени, чтобы стереть любые детали.

Он говорил, а я лишь сидел, сжимая зубы до скрипа.

Желание свернуть этому старику шею росло в геометрической прогрессии. И только самоконтроль удерживал меня от того, чтобы не исполнить это желание прямо сейчас.

Я ощущал себя не в стане имперских войск. А среди врагов.

— Отведи меня на место гибели сына.

Тот молча кивнул. Указал рукой в сторону двери. На конюшне нам быстро подготовили коней. Нас сопровождали лишь адъютант и один из тех, кто ночью тащил парня в портал.

Напрашивался ещё один вывод. Там, куда мы едем, безопасно. Вряд ли бы Нормийский рисковал собственной шкурой.

Каждый мой шаг оценивался, каждый взгляд ловился. Я видел, как продолжался негласный конвой за мной: будто издали, словно случайно, но за каждым моим движением следили. Даже тогда, когда генерал демонстративно оставлял меня одного.

Приходилось соблюдать осторожность. Нельзя было дать слабину.

Я должен был разобраться. Что здесь происходит на самом деле?

Прорыв не скроешь. На том месте действительно была бойня. Земля, напитанная ядовитой кровью нежити и тварей Бездны, не даст взойти ничему ещё долгие годы. Там всё было залито смертью.

Но какова вероятность, что Алекса пустили в расход? Что его просто столкнули в Бездну, как того юнца, которого я сам видел?

Эта вероятность была слишком реальной.

Он мог выжить… только если попал не к прикормленным тварям, а в другой портал.

Тогда да, шанс был. Небольшой, но был.

Выжить. Но как выжить в том мире?

Там, где сама земля пьёт силы дракона. Там, где магия тает час за часом, вытягивая из тебя жизнь.

Я должен проверить эту теорию.

Забрать оружие. Войти в портал. Понять, насколько долго смогу там продержаться. Узнать, что будет с телом, когда драконья энергия сгорит до конца. Смогу ли я выжить, став простым человеком? И способен ли обычный человек там выстоять?

Я поднял голову, нашёл глазами Нормийского. Тот как раз отослал своего адъютанта. Молодой дракон, прежде чем запрыгнуть на коня, бросил на меня взгляд — нечитаемый, колючий.

Генерал подошёл ко мне.

— Ну что, мой друг, — произнес он, осматривая место недавнего сражения, а потом смотря мне прямо в глаза: — Каковы твои дальнейшие действия?

Я выдержал его взгляд.

— Думаю, пора откланяться. Возможно, я ещё навещу тебя.

— Отдыхай лучше, генерал, — сказал он нарочито благодушно, постучал по плечу. — Никто не знает, когда случится очередной прорыв.

— На Восточном фронте спокойно. Никаких предпосылок к открытию портала нет, — холодно отрезал я.

— Ну… это сейчас нет, — протянул он и усмехнулся. — Сам знаешь, как оно бывает.

Намёк был более чем прозрачным.

Глава 15

Кьяра

Прошло четыре дня.

И сейчас я сидела в телеге с продуктами для гарнизона, которой управлял угрюмый и неулыбчивый господин по имени Бирмс. Колеса скрипели по дороге, оставляя за собой пыльный след.

Пожилой мужчина почти любезно согласился меня подвезти из конечного и самого ближайшего к западному фронту городка под названием Ракши. Мы ехали молча. Господин Бирмс не лез в душу, я не лезла в его.

Он был одет в чёрный походный плащ из брезента и весьма поношенный костюм.

Стоило только въехать в деревню, как телегу остановили. Бирмса сразу взяли в оборот и принялись проверять провизию. Пока сверяли бумаги, я тихо спрыгнула с повозки, подтянула к себе небольшую сумку.

Хотела осмотреться. Но… меня тут же перехватила девчонка. Совсем молодая. Ровесница моего сына… моего погибшего сына.

И снова удар от этой мысли внутри оказался таким, что я едва смогла говорить.

— Целительница? — спросила она, прищурившись на меня.

— Хм… травница, — ответила я.

— Это тоже сойдёт. А когда целительница прибудет для генерала?

— Не могу знать, — растерянно пробормотала я, отвела взгляд.

Сама не знаю, отчего решила пойти со светловолосой девчонкой и не сказала, что я к генералу.

Та сразу же повела меня в лекарскую, буквально через три одноэтажных дома. Так вцепилась в мой локоть, что не оторвать.

А я ведь и вправду травница. Смогу сварить любое зелье.

Если кому-то нужна помощь здесь, то я помогу.

Ведьмы всегда были хороши в зельеварении. Мы выбирали лучшие растения, интуитивно чувствовали это. Даже без капли магии наши отвары исцеляли куда лучше, чем те, что выходили из-под рук других магесс.

Мы дошли до каменного крыльца. Навстречу вышел воин и прошел дальше.

— А ты к какому офицеру прикреплена, м? — спросила вдруг девчонка с живым огоньком в глазах. И посмотрела на меня.

— Я не поняла.

— Ой, да ладно, не тушуйся! — прыснула она. — Я поняла уж, что не к генералу. Старовата ты для него, — а потом нахмурилась, как будто начала разгадывать головоломку, и тут же улыбнулась, словно ее осенило. — Наверное, к Бертрану! Он не такого высокого поста, как старшие офицеры, но тоже фигура важная. Я слышала, что недавно император наградил его повышением. Бертран уже в возрасте. Ты ему как раз подходишь.

Смесь непередаваемых чувств исказила моё лицо. Я не успела даже высказаться. Потеряла дар речи от слов девчонки.

— Так да? Да ладно тебе! Все мы тут сначала такие правильные были. А потом ничего, привыкаешь. Побудешь тут подольше — поймёшь. Романы у нас тут быстро крутятся. Тем более когда император издал указ снабдить все военные чины походно-полевыми жёнами. Чтобы не только следили за здоровьем мужчин, но и эмоционально и физически их разгружали. Хи-хи!

Я чуть не захлебнулась от возмущения.

Боги, да что за ересь тут творится?!

Первый раз я возненавидела императора, когда узнала, что его предки истребляли ведьм. Второй раз — когда услышала про этот грязный указ.

В голове не осталось ни одного цензурного слова.

— А как же истинные, что ждут дома? — выдохнула я, глядя прямо на девчонку.

— А это уж не моего ума дело, — беззаботно отмахнулась она. — Ой, чего ты так смотришь на меня? Не хочешь — не спи с Бертраном. Только всё же под крылом мужчины спокойнее и сытнее, чем так. А там, глядишь, и подарит чего.

Я стиснула зубы так, что заболела челюсть. То, что я услышала, всколыхнуло во мне бурю эмоций.

Пришлось усилием воли подавить их. Я заставила себя улыбнуться, хотя, если приглядеться внимательнее, моя улыбка походила скорее на оскал.

— Скажи… а ты знала Алекса? — спросила я у девчонки. Имя вырвалось шёпотом, но внутри всё дрогнуло. — Самергрина… — я вспомнила, что муж говорил: наш сын служил под моей фамилией.

Брови девушки удивлённо поползли вверх. Да, она знала его. Я видела это по её глазам. А потом тень печали легла на её лицо.

— Скажи… к нему тоже была представлена особая девушка? — я смотрела прямо в лицо, жадно ловя каждую реакцию. Что, если у него была девушка и она была беременна от него? У меня тогда будет внук. Продолжение моего Алекса.

— Ну… он же всего лишь младший офицер… был, так что не положено вроде как, но у него…

— Леди! — холодный властный голос оборвал девчонку на полуслове.

Я резко обернулась.

Глава 16

Я выпрямилась, будто меня ударили по спине.

Передо мной стоял генерал. Тот самый, Нормийский.

В возрасте, коротко стриженный, седеющий. Взгляд проницательный, суровый. Лицо словно высечено из камня. Чёрная строгая форма, ни одной лишней детали. Лишь нашивки и погоны говорили о высоком чине. И стать, конечно.

Типичный военный, для которого приказ всегда важнее чувств.

— Так это вы прибыли на телеге вместе с провизией? — сказал он, не отводя глаз.

— Да, — ответила я.

— Я так понимаю, раз вы интересуетесь Алексом Самергрином, то вы его мать.

— Да.

Генерал перевёл взгляд на девчонку.

— Мия, тебе заняться нечем? Слишком много треплешь языком. Вечером жди с проверкой.

Та пискнула, вытянулась стрункой, опустила глаза. И ретировалась, бочком-бочком, даже не смея поворачиваться к генералу спиной.

Мы остались вдвоём в коридоре.

— Леди Дрэдмор, — он произнёс мою фамилию чётко, — пройдёмте со мной в кабинет.

Он развернулся, указывая рукой направление. Я подчинилась.

Отметила про себя, что тот был в курсе настоящей личности Алекса. И сразу понял, кто я.

Мы вышли на улицу. Я внимательно рассматривала деревню. Раньше здесь наверняка кипела жизнь: жили семьи, дети бегали по дворам. Теперь это военный аванпост. Каменные дома, двухэтажные и одноэтажные. Простые, ничем не выделяющиеся. И ни одного гражданского лица. Только воины, оружейники, целительницы.

Генералу отдавали честь. Его приветствовали. Он держал руки за спиной, шагал размеренно, а я шла следом.

Мы дошли до самого лучшего здания в деревне. У каменного крыльца стоял караул. Совсем молодой парень. Ровесник моего сына.