- -
- 100%
- +
Он представлял собой сложенную из камня, уходящую глубоко в землю трубу, а вытаскивать веревку нужно было перебирая руками, что не очень удобно.
Руки работали, методично перехватывая веревку с тяжелым ведром, а в голове уже проносились варианты решения этой проблемы. Самое очевидное — обычный колодезный ворот. Крутишь себе за ручку, а веревка наматывается на специальный вал. Нужно только подобрать что-нибудь подходящее. Интересно, здесь есть кузнец?
К колодцу пришлось ходить несколько раз. Сначала я подхватила сразу два ведра, но вскоре поняла, что погорячилась. Худенькое тело Софи для этого было слишком слабым, да и длинный подол платья ужасно мешался и вскоре намок от расплескиваемой из ведра воды.
А воды требовалось очень много, нам предстояла настоящая генеральная уборка. Понимая, что убрать все сразу мы не успеем, я предложила начать со спальни — хотя бы ночь проведем в чистой комнате. Первое время придется нам с бабулей спать на одной кровати, пока я не оборудую свой уголок в кабинете.
Мы вынесли на солнышко старый матрас, аккуратно сняли и вытрясли шторы, а также лежащий на полу старенький коврик.
— Все, передышка, — заявила я, опускаясь на стоящую возле крылечка лавочку.
Пот катился с меня градом, руки и одежду покрывал слой пыли, а ведь я надела сегодня один из лучших своих нарядов — хотела покрасоваться перед деревенскими. Так и знала, что нужно было сразу вещи с собой брать.
Словно прочитав мои мысли, на тропинке, ведущей от дома, показалась мужская фигура. Я сначала напряглась, но потом заметила у него в руках знакомые узлы и сразу успокоилась.
Помимо свертков с нашими вещами, молодой, очень похожий на старосту мужчина принес корзину с продуктами. Пшено, бутылка хлопкового масла, несколько пластинок вяленого мяса. Негусто, но на первое время нам хватит.
Парень с интересом посматривал на меня и неожиданно предложил свою помощь. А я и не отказалась.
Он быстро натаскал воды, которую мы выставили на солнышко — пусть греется. В доме был камин, а на кухне — небольшая узенькая печь, но мы с ней пока еще не разобрались. Да и чем ее топить — тоже вопрос, который разрешил все тот же наш добровольный помощник.
Григор оказался сыном старосты и был немного знаком с этой усадьбой. Он рассказал, что в деревне печи обычно топят кизяками, ведь дрова найти не так-то просто. Не так много деревьев растут на солончаках, разве что тамариск себя отлично чувствует и разрастается так густо, что не пройти. Чуть дальше, за топями, растут чинары, но рубить их никто не решается, ведь роща является собственностью хозяев поместья.
— Что за топи? — заинтересовалась я.
А вот тут мы узнали много интересного. Григор рассказал нам не то сказку, не то легенду.
Раньше этот край не был таким суровым, всюду росли деревья и зеленая трава. А еще было огромное озеро, очень глубокое, с чистой водой. Питали его подземные ключи, что прятались на самом дне. Озеро переполнялось, и тогда от его берегов в разные стороны пролегали лучи небольших ручьев.
Это место так понравилось предкам Сент-Муаров, что они заложили здесь башню, именно она стала основой будущего хозяйского дома. Вокруг усадьбы выросла деревня, для постройки которой использовалось платановое дерево. Очень прочное, ведь некоторые дома стоят до сих пор.
Но со временем стало происходить что-то нехорошее. Воды в озере становилось все меньше. Ручьи больше не питали окрестные земли, зеленая трава сменилась на серую и бурую. Жара и сухие ветра превратили этот благословенный край в безжизненную степь. А еще — вся вода стала очень соленой!
Когда хозяева усадьбы окончательно перебрались в город, то и деревня сильно поредела. Жить тут становилось все труднее.
— Видимо, предки разгневали богов и те наслали на нас такие напасти, — вздохнул Григор.
Но я-то отлично понимала, что всему виной жаркий климат и изменение водного баланса. Вероятно, один или несколько родников на дне озера закрылись, а оставшаяся вода из-за жары стала очень быстро испаряться, вытягивая на поверхность земли соли.
Какой-то из родников все же остался, пополняя чашу бывшего озера водой, что еще больше усугубляло эту ситуацию. А вокруг озера образовалось болото.
Все это было интересно и познавательно, но сейчас меня больше беспокоило, как растопить печь и приготовить обед. Время двигалось к полудню, пора и подкрепиться.
Тут Григору удалось в очередной раз удивить меня. В одном из сараев с рухнувшей крышей высилась огромная куча… угля!
— Уголь привозят из земель чуть севернее наших. Добывают в горах, — пояснил парень.
Из угольной кучи торчала совковая лопата, и Григор быстро набрал для нас целую корзину глянцево-черных угольных камешков. Он и печь помог растопить, и скоро над крышей домика потянулся сизый дымок.
— Ладно, пойду я, и так задержался. Я к вам еще завтра зайду, — пообещал он, махнув рукой на прощание.
Проводив парня, мы с бабулей занялись нашим обедом.
Бабушка довольно ловко управлялась на кухне, поэтому я решила не мешаться у нее под ногами и, быстренько переодевшись в платье попроще, занялась стиркой постельного белья. Ветерок и солнышко быстро его просушат, так что мы сегодня будем спать как настоящие королевы.
Вскоре аромат мясной похлебки заставил меня отложить все дела. Тут и бабуля вышла на крыльцо, приложила ладонь ко лбу, прикрывая глаза от яркого солнца.
— Софи, обедать! — позвала она.
Самый простой суп из пшена и вяленого мяса выглядел так аппетитно, что я поскорее уселась за стол.
— Ничего вкуснее не ела! Бабуля, ты просто волшебница!
— Софи, не разговаривай с набитым ртом, — сделала она замечание.
Но было видно, что моя похвала пришлась ей по душе. Бабушка все еще слишком переживала из-за резкой смены моего характера и каждый раз старалась показать, что она старше и несет за меня полную ответственность, хватаясь за самые тяжелые задания.
Так и получалось, что мы, оберегая друг друга, старались сделать побольше, чтобы другой досталось меньше работы. Поэтому, к нашему большому удивлению, уже вечером маленький домик управляющего сверкал чистотой, а мы с бабулей просто валились с ног.
Заперев дом изнутри на толстый засов, мы упали на кровать и моментально заснули.
Утро отозвалось болью в натруженных мышцах. Кажется, я вчера перестаралась.
Тихонько, чтобы не разбудить спящую бабушку, я поднялась с кровати и, чуть слышно постанывая, поплелась на кухню. Затопила печь, поставила на плиту чайник и достала узелок с ароматными травами. Их я собрала еще во время нашей первой стоянки за горами.
Все же фраза бабули «там даже трава не растет» крепко засела в моей голове. Зато теперь у нас имелся небольшой запас ромашки, душицы и перечной мяты, которую я нарвала у ручья. На какое-то время этого хватит, а потом уже успею познакомиться с местными растениями.
Помимо всего, еще вчера мы столкнулись с большой проблемой: вода в колодце оказалась соленой. Для супа и каши это вышло в самый раз, а вот просто попить водички или заварить чай — это совсем другое.
С вечера я вскипятила немного воды и поставила ее отстаиваться. Только это не помогло. На дне кувшина угадывался тонкий слой осадка, но на вкус вода по-прежнему оставалась слишком соленой.
Я знала, как опреснить воду: прогнать ее через дистиллятор. Моих инженерных знаний вполне хватало, чтобы соорудить самый простой аппарат. Главное — подобрать детали. Нужно как следует обследовать хозяйский дом, надеюсь, я найду там что-нибудь полезное.
Чайник вскипел, и я кинула в него щепотку сухих трав. Как раз вовремя — на кухне появилась полностью одетая и причесанная бабуля.
— Софи, — покачала она головой, — почему ты еще не одета?
Я опустила глаза на свою длинную, до самых пят, ночную сорочку. Рукава до запястья и воротничок под горлышко скрывали даже больше, чем обычное платье, но бабушка со всей строгостью выговорила мне, что ни одна уважающая себя дама не сядет за стол в неглиже.
Бросив на кружку с чаем грустный взгляд, я пошла переодеваться.
После завтрака решила, что сегодня никакой работы, тем более хоть бабуля и старалась держать ровную осанку, но я видела, как иногда кривятся ее губы, скрывая от меня беспокоящие боли в спине.
Впрочем, стоило только нам прибрать со стола, как в дверь постучали. Оказалось, пришел староста. В руках он держал свою довольно потрепанную тетрадь.
Вместе мы прошли в кабинет, я усадила бабушку за стол, на главное место, сама устроилась рядом с дядькой Тарасом. Так и бабуле спокойнее, и мне удобнее читать записи в его тетради.
Со слов старосты мы узнали, что владения Сент-Муаров очень обширны и все, что в них находится, принадлежит теперь мне. Даже деревенские дома. Именно за них селяне и платили подати, включая обязательный налог, отходящий государству. Вернее, королевству. Память Софи подсказывала, что в стране уже довольно продолжительное время правит одна и та же королевская династия.
Обычно налог платят по осени. Я старалась не пропустить ни единого слова, запоминая и сумму налога, и причитающуюся нам подать, жалея, что не приготовила заранее бумагу и карандаш.
По словам старосты, жители деревни обрабатывали немного земли и сажали там хлопок. Его и возили в ближайший городок на продажу.
А еще они собирали соль. Да-да — именно собирали!
Вокруг гиблых топей росли удивительные растения, у некоторых на листьях появлялись кристаллики соли. У других и вовсе время от времени листья словно взрывались изнутри, вытряхивая накопившуюся соль.
Селяне расстилали под ними ткань и встряхивали кустики, собирая драгоценные крупинки. Самим им соль ни к чему — вода в колодце и так слишком соленая, вот и возили ее на продажу, ведь в других местах соль очень ценилась, и выручить за нее удавалось намного больше, чем за хлопок.
Это еще больше укрепило меня в мысли изготовить дистиллятор — ведь так соль можно получать прямо из воды. Я уже с нетерпением ждала, когда староста уйдет, чтобы взяться за любимую работу.
Глава 13
Бабуля занялась приготовлением обеда, а я поспешила в хозяйский дом. Первым делом решила обследовать кухню и подсобные помещения, именно там я рассчитывала найти много интересного — и не прогадала.
Работа дистиллятора очень проста: нужно довести воду до кипения и, собрав пар в отдельную емкость, охладить его. На выходе получается чистейшая дистиллированная вода без каких-либо примесей, то, что мне и нужно.
С емкостями было проще всего, полки на кухне оказались забиты разнообразной кухонной утварью. Мне сразу приглянулся большой металлический бак с плотно прилегающей крышкой. Это будет основа моего дистиллятора.
В качестве охлаждающей емкости, куда будет заливаться обычная холодная вода, я приспособила дырявое ведро. Осталось только найти трубку, по которой пар будет выходить из бака. А вот с этим возникли некоторые сложности — ничего похожего тут попросту не было.
Я уже отчаялась, думая, что моя затея провалилась, и решила на всякий случай пробежаться по комнатам первого этажа.
Гостиные, будуары, спальни. Мебель, накрытая пыльными чехлами. Библиотека, несколько шкафов с книгами, будет что почитать на сон грядущий. На одной из стен развешано оружие: старые мечи, кинжалы, шлем и латы, два ружья. А еще горн.
Я замерла, не веря своим глазам, рассматривая потускневший от времени музыкальный инструмент. Возможно, этот горн поднимал в атаку военные дружины или просто играл побудку, но меня сейчас мало интересовала история этой славной реликвии. Сейчас я видела перед собой тонкую медную трубку, идеально подходящую для моей задумки.
Радости моей не было предела, осталось только решить, где установить этот аппарат. Кипятить воду в доме, особенно летом, в жару, я посчитала нецелесообразным. Мало того — для дистилляции требуется много холодной воды. Я не видела смысла таскать ее к домику управляющего. Проще всего установить аппарат неподалеку от колодца. Чем я и занялась.
Для начала требовалось сложить печь. Впрочем, хватило бы двух кирпичей и разведенного между ними костра, но я привыкла все делать основательно, на совесть.
Сходила к ограде и натаскала камней, которые вывалились из кладки. Было бы неплохо скрепить их при помощи глины, но чего нет, того нет. Я просто воспользовалась методом древних строителей, что возводили башню: выкладывала камни по кругу, оставив лишь небольшое отверстие, через которое буду засыпать уголь и убирать золу.
Доделать не успела — пришла бабуля и позвала меня обедать. Она с интересом рассматривала сваленные в кучу камни, и я снова уловила в ее взгляде нечто похожее на недоверие. Мало того, за обедом мне прочитали целую лекцию о том, как следует себя вести леди. Моя инициатива явно ее пугала.
— Ба, какие тут этикеты, нам бы просто выжить!
Бабуля поджала губы и замолчала. До самого вечера она так и не проронила ни слова, впрочем, мне было не до этого. Остаток дня я провела, сооружая печь и устанавливая на нее свой дистиллятор. К ужину у меня была целая кружка чистейшей воды!
Как же я радовалась!
Добежала до дома, сунула бабушке в руки кружку с водой.
— Пей!
Она сделала аккуратный глоток, отставила емкость на стол.
— Ну что?
— Обычная вода. — Бабуля пожала плечами.
— Вот именно — обычная, не соленая! У меня получилось!
Я схватила бабушку за руки и закружила по комнате, а потом чмокнула в щеку и радостно засмеялась.
— Ох! — Бабуля чуть покачнулась, прикладывая ладонь к голове. Я тут же помогла ей сесть на стул.
Судя по улыбке, она простила мне недавнюю несдержанность, хотя, думаю, еще до конца не понимала, какое важное дело я сотворила. Чистая питьевая вода — одна из самых больших ценностей.
— Умывайся и за стол. Переодеться не забудь! — велела бабуля.
Все-таки она неисправима, пытаясь соблюдать правила этикета даже в таких приземленных условиях.
Вечер прошел относительно спокойно. Пока было еще довольно светло, я принялась обследовать кабинет. К моему удивлению, на полках книжного шкафа обнаружились толстые амбарные книги. Все довольно потрепанные, а судя по датам на обложках, некоторым было больше ста лет!
Видимо, старый управляющий любил порядок, книги были аккуратно разложены по годам. Взяв верхнюю, я не без труда перетащила ее на стол, поближе к окну.
Пролистав несколько страниц, поняла, что в книгу записывалось все, что происходило в усадьбе и ее окрестностях. В основном тут велся учет приходам и расходам: сколько муки закуплено, сколько шерсти продано, сколько новых фартуков выдано служанкам, а лопат — садовнику.
Помимо хозяйственных записей, имелись отметки о рождении детей, свадьбах и других важных событиях. И не только в самой усадьбе, но и в деревне.
Можно сказать, передо мной лежала самая полная история рода Сент-Муар. Со времен расцвета и до полного увядания.
Я решила, что обязательно изучу эти записи. Благодаря почерпнутым из них сведениям можно понять, как давно началось засоление почвы и что еще можно предпринять. К тому же нелишним будет знать, чем жили мои предки, с чего имели доход. Вдруг пригодится.
За окном стремительно темнело, поэтому я закрыла амбарную книгу и взялась за ящики стола. В первом же обнаружила стопку чистой бумаги и несколько карандашей. Именно это мне и требовалось. Для чертежей, расчетов и иных записей.
Другой ящик был набит письмами, записками, квитанциями об уплате налогов и тому подобным. Посмотрю их после.
Самый нижний ящик оказался заперт. Подергав за ручку, поняла, что открыть его не смогу, а портить мебель и ломать замок не хотелось. Где-то в доме должен иметься ключ, нужно только поискать.
Поиски ключа я отложила на завтра. Уже совсем стемнело, а свечей у нас было так мало, что придется их экономить.
Я с грустью вспоминала технические достижения своего прежнего мира, когда горящая лампочка или вода из крана считались чем-то обыденным и привычным.
Но ведь я инженер, и все мои знания и умения по-прежнему со мной! Может, я попала сюда не случайно, а с особой миссией — нести технический прогресс? Эта мысль сильно меня взбодрила. Бабушка уже давно заснула, а я еще долго возилась в кровати, перебирая в памяти свои прежние знания.
А утром, приготовив завтрак, бабуля занялась чаем. Зачерпнула из ведра воды и, закинув в кипяток горсть ароматных травок, налила себе целую кружку. Сделала глоток, другой, едва уловимо поморщилась и поставила кружку на стол.
— Софи, а что там твоя кастрюля, много чистой воды может дать? — как бы невзначай спросила она.
— Мой дистиллятор? — уточнила я. — Ну, не знаю. Вчера на кружку ушел почти целый час. — Я пожала плечами.
Кажется, до нее все же дошла разница между питьевой и соленой водой. Последняя к тому же не очень полезна для здоровья, теперь я понимала, почему деревенские жители так болезненно выглядят.
— А еще нам нужно в торговую лавку, наших припасов надолго не хватит. Надо купить молока, яиц и масла, не сидеть же нам все время на одной каше.
— Хорошо, как освобожусь, схожу в деревню, — пообещала я.
Правда, денег у нас почти не осталось, так, мелочь одна. Есть золотая монета, но сомневаюсь, что я смогу ее здесь разменять. Даже в городе это было не так-то просто.
Ладно, что-нибудь придумаю. А пока нужно еще добыть чистой воды. Оставив бабулю заниматься домашними делами, я отправилась к колодцу. Наполнила емкость дистиллятора водой, развела огонь, проследила, чтобы он как следует разгорелся, и, чтобы не терять времени, решила продолжить обследование хозяйского дома.
Еще вчера я заметила в одной из кладовок набор инструментов: пилы, топоры, молотки. Думаю, стоит начать именно оттуда.
Инструмент оказался довольно примитивным и очень старым. Местами металл покрылся ржавчиной, а деревянные ручки топоров и молотков давно рассохлись. Но это дело поправимое: пилы можно снова наточить, а топоры опустить в воду. Меня больше беспокоило отсутствие привычных плоскогубцев, а про отвертки даже и вспоминать не стоило, кажется, их здесь еще не изобрели.
Я перебрала еще кучу хлама, о предназначении которого даже понятия не имела. Зато кухня неожиданно порадовала. В одном из шкафов обнаружились щипцы для колки сахара, пинцеты, ножницы. Один из наборов и вовсе оказался серебряным.
Но больше всего меня порадовал огромный вертел. Похоже, на нем поместится целый баран или поросенок. То что нужно для колодезного ворота. Осталось только найти толстое бревнышко и насадить его на вертел. Думаю, стоит проверить сараи.
Дойти до сарая я не успела. По тропинке со стороны деревни шел Григор. Заметив меня, парень широко улыбнулся.
— Доброго денечка, госпожа Софи!
— Доброго, доброго, — кивнула я.
— Я помочь пришел, — обрадовал он меня. — Говорите, что делать нужно.
Решив, что его прислал староста, я потащила парня к сараю. Лишние мужские руки мне сейчас будут очень кстати.
Объяснив ему, что мне требуется легкое, но прочное деревянное бревнышко примерно с полметра длиной, заглянула в первый сарай. Часть крыши еще была на месте, но опасно провисла, а в самом углу зияла огромная дыра.
Зато светло! Во всем нужно находить положительные стороны!
Здесь хранился различный сельскохозяйственный инвентарь. Я сразу узнала плуг и бороны. Все это крепилось к большим железным колесам и, судя по величине, работало на конной тяге. Мой наметанный глаз сразу оценил размер попавшего в мои руки богатства. Нужно только позаботиться о том, чтобы рухнувшая крыша не повредила эти механизмы.
Следующий сарай был забит разным хламом: какие-то бочки, ящики, корзины и части старой мебели. Пойдут в печь на растопку, решила я.
Подходящие бревна мы обнаружили рядом с угольным складом. Вероятно, они предназначались на дрова, и оставалось их совсем немного. Выбрав бревнышко поровней и потолще, я попробовала его приподнять. Не тут-то было, оно оказалось довольно тяжелым.
— А зачем вам это бревно? Тут ведь угля полно.
Григор не разделял моего энтузиазма. А когда я объяснила, что хочу отпилить от этого бревнышка небольшую часть и просверлить в нем отверстие, он заверил меня, что ничего не получится.
— Это же чинара, у нее древесина очень плотная. Чтобы проделать такое отверстие, не один день уйдет!
Обидно, но нет проблемы, которую нельзя было бы решить. Просто нужно найти другой путь, другой способ.
Если не получается использовать одно толстое бревно, значит, возьму несколько тонких и закреплю их вокруг вертела. Да, получится не так красиво, но главное — функционально. А мне важен результат.
Вернулась в дом за пилой, заодно проверила работу дистиллятора, подбросив угля и долив холодной воды. Вместе с Григором отобрали два бревнышка для столбов, на которых будет крепиться колодезный ворот.
Григор отпилил нужную длину. Судя по его напряженным рукам и пыхтению, дерево действительно было очень твердым. Потом вдвоем мы дотащили эти бревна до колодца, оставалось только выкопать ямки и установить их, но тут появилась бабуля.
Увидев Григора, она недовольно поджала губы. Чувствую, меня снова ждет лекция на тему, что не стоит незамужним девушкам оставаться наедине с мужчинами. Хорошо, что она не видела, как мы вместе бревна таскали!
Как бы там ни было, воспитание взяло верх, и бабушка пригласила парня отобедать с нами. Тот вымыл руки, пригладил ладонью волосы и широко улыбнулся.
Прихватив кувшин с чистой водой, мы все вместе пошли к дому. Бабуля, достав еще одну тарелку, усадила нас за уже накрытый стол. Часть принесенной воды она вылила в чайник, остальное разлила по стаканам, подав их нам.
Я с наслаждением сделала глоток, затем другой. К обеду стало совсем жарко, и очень хотелось пить.
Следом за мной стакан взял Григор, я с интересом наблюдала за его действиями.
— Что это? — нахмурился он. — Странный вкус…
— Это вода, просто вода.
— Нет, вода совсем другая, — качнул он головой.
Только сейчас до меня дошло, что он с детства пил лишь соленую воду, поэтому другой и не знает. Пришлось объяснять ему, что вода бывает разная. Он смотрел на меня с хитрым прищуром и, кажется, не верил ни одному моему слову.
— А ты из деревни куда-нибудь выезжал? — осторожно спросила я.
— Конечно! Батюшка несколько раз брал меня с собой на рынок в соседний город.
— Неужто ты там ничего не пил?
— Почему не пил? — обиделся он. — Очень даже пил, имбирный лимонад. Знаете, какой вкусный, у нас почему-то такой не получается!
— Ну да, ну да…
Все с ним ясно, сидя в этой глуши, он толком и жизни-то не видел.
Отобедав, бабуля принялась расспрашивать Григора насчет торговой лавки, тут-то и выяснилось, что в деревне ее попросту нет. Да и к чему она, если здесь всего десять домов. Если что нужно, друг у друга выменивают — масло на яйца, муку на пшено — или работой расплачиваются.
— А если нужно что-то такое, чего в деревне нет? Например, свечи.
— Тогда к бате моему идут, он раз в месяц в город ездит. Все, что надобно, оттуда привезет.
Кажется, снова нужно идти к старосте, узнать, когда он следующий раз на рынок ехать собирается. Может, там мне удастся разменять свой золотой.
Остаток дня мы с Григором копали ямки и устанавливали столбики. Жаль, нет цемента, пришлось укреплять их, насыпав в ямки мелких камней. Григор помог мне закрепить на столбах колодезный ворот и даже лично достал первое ведро воды.
— А так намного удобнее. — В его голосе слышалось искреннее удивление. Получается, он помогал мне, не веря в результат? Зато теперь в его взгляде проскакивало что-то вроде уважения.
День клонился к вечеру. Григор нехотя попрощался, пообещав, что снова придет, как только сможет, а я задумалась, что надо как-то отблагодарить парня за работу. Как только разменяю золотой, обязательно дам ему несколько монет.
Оставшись одна, я сама проверила, как работает колодезный ворот. Конструкция получилась немного кособокая и громоздкая, столбики чуть покачивались, вертел скрипел, но я добилась главного — доставать воду из колодца стало намного легче.