Записки по книге «Откровение». Обзор Грядущего

Следующая по списку идет церковь Филадельфийская, та самая, частью которой хотят стать многие, мало заботясь об описании ее прихожан как имеющих слово, сохранивших правду, и, конечно, что сил мало. Желать мало, стань! И первое условие: нужно выйти из системы, затем исповедовать то, что написано в Писании, а не следовать тому, чему учат старцы, отказаться от ритуалов и церковных традиций, не имеющих основы в Библии. Предания людские, избегая, человек простирается вперед к высшему званию во Христе, а то, что сил мало — это приобретение, нет тесной толпы на пасхальное воскресенье, нет удушливой копоти от печальных свечей, и гнетущий сумрак без дневного света не беспокоит. Тернист путь прихожан Филадельфии, и не все идут, узка дверь, и не все смогут протиснуться с багажом прошлого человечества.

Благодарна своим предкам, если бы не они, то не родиться бы мне, но это не значит, что мне уготовано жить по их лекалам и что их исповедание было лучше, а жизнь честнее. Говоря о моих родственниках в прошлом, то одна из бабушек варила кашку и приносила ее в лес к истуканам безмолвным, другая поклонялась иконам, стоящим в углу за занавеской. Не обязана я следовать верованиям ни одной из них, мне их устои и традиции ритуальные никто не сможет навязать, как я сама имею на все свое собственное мнение. Отец был прагматичным атеистом, мама не утруждалась в вопросах религии. Никто из них не имел Библию к прочтению, у них не было тех знаний, которыми обладаю я сегодня, не говоря уже о наличии интернета — самом быстром распространителе информации на этот момент времени. Не знали наши предки лучше, а верили они по шаблону для них придуманному, так клерки церковные поставили свой эталон символа веры с целью игнорирования Библии. Исходя из мировоззрения церкви, если кто-то уже всё интерпретировал и сочинил доктрину церковную, то нет нужды в изучении и понимании Священного Писания. Так как за прихожан уже всё решили, им отвели подневольную часть, исключительно следовать указаниям.

В каждой конфессии или деноминации свой символ веры, и сколько их, столько и символов, но Бог-то один. Все думают, что именно их символ веры правилен, а у других ошибочен. Резюмируя это, добавлю, из этого следует, ни один из них не исполняет полностью истину, потому как она одна.

Итак, символ веры представляет закостенелую и затемненную парадигму прежних веков и является устаревшей концепцией прошлого, не отвечающей современным реалиям.

Выходя из одной системы, не стоит входить в другую, но церкви домашние в тихом месте, без громкой музыки, без иерархии, проповедь не одного успешного оратора, но взаимообучение многих, кому открывает Дух Святой увещевать и дает слово сказать. Упоминая музыку, она хороша и прекрасна к месту и времени, но не перед богослужением, потому как звучание и тон настраивает слушателя на последующую проповедь, как бы усыпляя бдительность, и так прихожанин может поверить всему, чтобы ни говорил проповедник. Будьте бдительны с музыкальным сопровождением и песнопением, и воспеванием, они хороши, но в другой обстановке, не перед чтением Библии или словом рассказчика.

Филадельфийская церковь зарождается, о ней не слышно и ее не видно, но уже есть первые начатки тех домашних общин, без пафоса и роскоши, без колоколов и церковных скамей архаичных церквей, откуда веет холодом одиночества непонятных и не покаявшихся людей.

Появление этой церкви — предтеча сретения с Иисусом на небесах, так как только им обещан Новый Иерусалим, имеющий постоянное жительство в Поднебесной, и избавление от годины искушения, что грядет и не замедлит. Тут упоминается ключ Давидов, это напрямую связано с Первым Воскресением мертвых, но об этом будет подробно далее. Также вспоминаются недобрым словом иудеи. До этого упоминание о них было в Смирне как о сообществе сатанинском, а тут просто запись, что еще и лгут. Между этими двумя церквями пройдет более тысячи лет, и нет в описании других церквей и слова об иудеях, и вот мы слышим появление их на сцене вновь, с той только разницей, что они и не иудеи вовсе, а лгут.

Считаю, надо тут поподробнее разобрать, потому как мы и живем в это время, это наша эпоха, и то там, то тут слышим об иудеях, и называют их евреями, и их деяния у нас на слуху.

Евреем называли Авраама, Евер был его предок, от него и пошло обобщающее всех его потомков прозвище. Обратите внимание, как слово «еврейский» созвучно с «европейский», что-то не так с нашими знаниями, да и историю мира нам предстоит пересмотреть радикально. Иудеи же вышли из колена Иуды, иудаизм берет начало от секты фарисейской, напичканной идеологией вавилонской, и устная Тора у них авторитет. Глубина неимоверная всего скрытого и завуалированного, и даже отбрасываемые тени тщательно пытаются замаскировать ложью, усиленно рассовывая по шкафчикам тайное и сакральное, стараясь утаить и даже то, что отражается на поверхности перевернутого вверх дном мира.

Углубляя тему, продолжу свой рассказ о днях древних, событиях давно забытых, но не для изучающих Библию тщательно и досконально. Родоначальник племени Иуда имел двух жен, первая была жена из хананеев, что из клана Хама. Еще за преступление Хама был проклят Ханаан, позже, нисколько не стесняясь, потомки заняли чужие земли, плодородные, прибрежные, где течет молоко и мед, где ни жарко, ни холодно, но все равномерно. Занятая ими земля по жребию и праву наследования принадлежала сынам Арфаксада, предка Авраама. Арфаксад же был третьим сыном Сима.

Ханаан и его потомки были под проклятием, и, зная все это, Иуда взял себе в жену хананеянку, от которой у него было три сына. Исправляя ошибку, решил взять первому сыну жену от дальних родственников по линии Арама, пятого сына Сима. И звали ее Фамарь. По наущению матери первый сын не стал выполнять супружеский долг, вот он умер, та же участь постигла и второго сына. Третий сын был спрятан хананеянкой из-за страха, что и его постигнет та же участь, что логично вполне. Обиженная вдова решает хитростью стать матерью, она притворилась гулящей женщиной, сняв с себя покрывало вдовицы, села у ворот и завлекла того самого Иуду, одного из двенадцати патриархов. Тогда было другое время, вдовы оставались без попечения при потере кормильца, судьбы тех женщин незавидны, обычно их уже не брали замуж, и они умирали бездетными, если не успели, будучи замужем, родить. Мы живем в самое лучшее время в истории человечества, по крайней мере по отношению к женщине, поэтому спешить судить ее не стоит. Фамарь родила двойню, один из которых стал предком Марии, земной матери Иисуса, звали его Фарис.

Из этого рассказа, записанного в Библии, мы узнаем о двух течениях из клана Иуды, так они расходятся и по сей день, их борьба видна, они и не стараются скрыть свою неприязнь, их можно различить по внешним признакам, думаю, и по ДНК можно различить, но кто же предоставит ДНК Иуды, их патриарха и его двух жен? Одна ветвь от потомков Хама, которому в удел была дана жаркая страна, та, что на юг от срединной земли. Ханаан же был сын под проклятьем за грех отца. Потомки Хама имеют характерное телосложение для южных районов, они выносливы, и палящее солнце им не помеха. В их ареал распространения весь юг до конца, им свойственны различные оттенки смуглого цвета кожи.

Вторая ветвь, согласно 41-й главе книги Юбилеев, потомки Сима через линию Арана по матери, по отцу через Арфаксада, жители срединной земли, где жара и холод равномерно распределены. Им не нужно беречь себя от знойных лучей солнца, и блеск от снега им не грозит, соответственно, и внешние данные у них срединные. Давид, к слову, имел красивые глаза и белокурые волосы, он был по линии именно Фамари.

В Захарии, в последней главе, утверждается, что не будет хананея в доме господнем в Иерусалиме, тут речь идет о новом, небесном. Возможно, одна из причин отвержения Иисуса была в том, что Он не был из клана хананеев. Мария шла в веренице наследников от царя Давида, а тот потомок от Фамари. Иисус так гневно отзывался о новоявленных из клана иудейско-фарисейского, и, возможно, причина их лжи в том, что многие из них и были потомки Шилы, третьего сына от хананеянки. Выражение «порождения ехиднины» получает иной свет и другую интерпретацию. Разделение существует и сейчас, колено Иуды четко поделено на два: ашкенази и сефарды, они отличаются внешне, и один над другим возвышается.

В последние лет сто открылось некое популярное течение в угождение одной из иудейских сект, радеющих о восстановлении храма, но возникает два вопроса: какой по счету храм и в каком месте, как никто из людей и приблизительно не знает ни истинное место поклонения, ни расположение города. И не забываем, Бог срединную землю выдал Симу. Все по шаблону полагают, что локация в пустыне, а слова, где течет молоко и мед, игнорируют. Утверждение Христа, что они лгут, наводит на мысль, что они и в этом деле преуспели. В Филадельфийской церкви нет ни юдофобии, ни иудафилии, но выявление правды о них и их дел лживых.

Филадельфийская церковь — это собирательный образ общин, отлученных от других собраний или самоустранившихся от них. Главные условия: нравственная чистота и правда, изучение Библии регулярно, у собрания мало сил, и наконец, но не в последнюю очередь по значимости: обличение иудеев, что они лгут. О чем они лгут, познается эмпирически через поиск истины в Библии, посредством изучения публикаций и анализа новостных сводок.

Из всей Семиады Церквей только лишь им обещан и новый город, спускающийся от Бога, и участие в Первом Воскресении мертвых, и ключи, какие имеет Давид, причисленный к сообществу по чину Мельхиседека. Давид был царем, однако зачастую выполнял роль священника, он облачался в эфод и проводил служение, что разрешалось только колену Левия. По чину Мельхиседека священником можно стать не по статусу рождения, но исключительно по желанию и воле Всезнающего Бога. Удосуживаются этой привилегией особо избранные Богом, начиная от Адама, затем вымпел перешел Еноху, ходившему с Богом, и продолжилось с Ноем-праведником, выполнявшим функцию священника для своей семьи, после Аврам поднял эстафету.

Случилось приобщение Аврама, когда священник по статусу Мельхиседека вынес вино и хлеб, передав священство. Позже упоминается судья Израиля Самуил из колена Ефремова, который также служил и священником и приносил жертвы от народа. Илий, угодивший своей верой, по преданию был из колена Гадова, а подобравший его милоть Елисей был из колена Рувимово. Иисус был из колена Иуды, но предтеча Иоанн передал священство Ему, крестя Его в бурных водах Иордана, и в подтверждении был и голос с Небес, и Дух Святой тут же рядом свидетельствовал. Эту плеяду первенцев Богу пополнили ученики Иисуса, когда Христос предложил им вино и хлеб при передаче священства по чину Мельхиседека.

Сообщество по чину Мельхиседека — не закрытая община и не тайное собрание, однако войти туда возможно исключительно по откровению от Духа Святого, и всем искренне вопрошающим будет ответ, как Он милостив и добр. К сожалению, не все находят путь, страшась выйти из замкнутого круга архаичных религий уходящего ветхого века.

Третья часть или сказка на ночь для тех, кто уже закрыл глаза

Это церковь будущего, когда нет гонений, всё приобрели и успокоились, страдания остались в далеком прошлом, и думается, что путь в Вечность легок и приятен. Это Лаодикийская церковь сонных и ухоженных прихожан, но им совет купить глазную мазь, чтобы видеть. Отсылка к притче о двух группах девиц, одни разумные и продумали свое будущее, запланировав исход, другие не купили вовремя масло знаний и не заправили ими свои светильники. Это аллегория, безусловно, но суть в том, что расхолаживание многим будет стоить Вечности. Купите за малую сумму помазание, господа, Вечность намного дороже. Значение помазания в прохождении через лес дремучий, полный врагами человеческий душ, где духи нечистые, словно терны, встают в полный рост, где прелестные рощицы полны соблазнов, и всё это — гнусный рецепт для падения, а страх как отторжение от сонма святых.

Иисус представляет Себя как свидетель верный, это отсылка к двум Свидетелям, проповедующим в те далёкие грядущие времена, и вновь упоминается начало создания Божия и Аминь как конец. Это говорит нам, что Лаодикийская церковь будет существовать до самых последних дней земли и неба, то есть долго и не скоро наступит ее конец, и по факту собрание это еще даже и не в зачаточном состоянии. А откроет она свои двери после Первого Воскресения мертвых, события этого еще не было, но ожидается с века на век.

Обещание сесть на престоле стоит того, чтобы покаяться и следовать за Христом, но мыслят шаблонно, не включая рассуждения. Престол Бога будет воздвигнут после конца земли и неба для суда над мертвыми, так это еще одна отсылка к последним дням. Время церкви — поздняя земля и собирательный образ прихожан перед самым ее концом.

Общий вывод по церквям

Главное предназначение церквей — это изменение общества, ее обязанность находиться в авангарде нравственности, ее сущность — вести за собой в моральном отношении, показывая своим примером заповеди Бога. Воздвигая знамя сердоболия, кропотливо делать ежедневный труд. Стяг христианства, возвышая над низменными стяжательством и лихоимством, тем самым помогая людям выбирать добро, так милость в лоне церкви оказывается без обиняков, и добродетель в почете. Хорошо пишется на бумаге, но забыты овраги и оскомины на зубах от предков дают о себе знать.

Изменение в отношении к людям началось с первых христианских церквей, после креста Иисуса уже невозможно иное отношение к жизни, и церковь — это то место, где преобразование человеческого социума входит в обязанность, оттуда должен исходить рост нравственности и морали до возраста Христа.

Когда эта функция церкви выполняется, она позитивна в глазах Бога, в остальных случаях смысл предприятия отсутствует. Просто собираться по воскресным или субботним дням, выполнять ритуалы и обряды не нужны ни Богу, ни служат они и истине. Свадебные и похоронные ритуалы никогда не были прерогативой ни у левитов в храме, ни у первых христиан. Это наносное, и нет подтверждения в Библии, для храмовых священников не входило в обязанность ни отпевать, ни венчать. Крещение также не было в стенах за закрытыми дверями, но на открытом пространстве как раз не тайно, но открыто для показа всем своей веры. Хлебопреломление или причастие однозначно не указано совершать, используя вино в качестве имитации крови и хлебный замес в подобие тела, мысленно трансформируя. Но в собрании, имея общее участие в вечернем ужине, со всеми вкушать принесенную или приготовленную пищу.

К слову сказать, приносимая десятина во времена, скажем, Самуила — это пожертвованный барашек или другое чистое животное для вкушения всей общиной на холме, всем вместе, так что и бедный мог в удовольствие поесть. Денежная же десятина запрещалась, и если желающему принести дар Богу из своего годичного приобретения вести животных было далеко, то разрешалось продать их на месте. И уже у храма на эти деньги приобрести других чистых животных, а при отсутствии храма — на указанном Богом месте. После совершения покупки животных принести в пожертвование. Еще раз: не деньги жертвовать, но от прихода и прибытка за год из стад, а если не было барашка на заклание, то вот купи. Принесение в церковь денег может и развратить, и коррумпировать служков, так не давайте им соблазниться.

Во времена существования храма, указанное место был Иерусалимский холм и сакральное здание на нем. Жертвенных же животных не просто уничтожали, но готовили жаркое, предварительно сливая кровь, и всем обществом вкушали. Один раз в три года собирались и отделялись десятины в дар для левитов, вдов и сирот.

У Иисуса были недовольства и по другим статьям, особенно по иерархии, когда вот все равны, но некоторые первые среди равных, речь о Николаитах.

Упоминание только двух церквей, к которым нет претензий, настораживает: первая — это Смирнская, вторая — Филадельфийская. Тут присутствует некая корреляция при упоминании об иудеях, так как во время тех общин влияние иудейской секты на мировой социум на пике. В обоих случаях их называют сборищем сатанинским, во втором добавляют, что они лгуны, обе общины подвержены гонениям от них, потому как раскрывают всем их истинное лицо. То, что во времена Филадельфийской церкви, то есть в наше время, лгут, означает, что они не иудеи, но сорт притворный, их этнос иной.

У остальной семиады (семи церквей) нет проблем с ними. Тут надо сделать заметку для церквей Сардиса, там, где смертельная пустота и полуденная тишина. Последнее новшество тех церквей — в сплочении вокруг и около нынешнего в модерной растяжке Неоизраиля. Раболепское сплачивание в современной интерпретации, ушедшее в прошлое, фантом былой славы, не имеющее обоснования в Библии. Особенно этой ложью запачканы либеральные американские церкви евангельского толка. Их слепая вера и чуть ли не преклонение перед представителями того рода не просто настораживает, но наводит тоску и щемление в сердце, так как прихожане абсолютно игнорируют Писание касаемо этого вопроса и верят всему, что ведают те проходимцы. Сказали, что стена плача — остаток храма, и все верят, и нет и мысли о проверке, и в голову не придет, что это лишь веяние чужого пожелания, тлеющая надежда, эфемерная тоска о потерянном и горькое одиночество в отсутствии Бога в их рядах. Не суждено включить критическое мышление, научиться складывать факты, порассуждать, что Бог игнорирует тех, кто поклоняется идолам, недоволен целующими камень и отвергает преклонивших колена перед всем, кроме Него.

Все это ложь об избранном народе не возникла на пустом месте, но имеет свои корни и предназначение, великие манипуляторы прошлого века тонкой мистификацией пристегнули евангельского толка христиан, введя им прививку диспенсационализма о разделении времен на еврейский ветхозаветный период и церковный постветхозаветный. Проблема в том, что Бог-то един, вчера и сегодня, и завтра всё тот же, Он Сам не изменится, и мнения Его останутся теми же.

Иисус не изменил и не подправил закон Моисея, и даже ни на одну йоту не скорректировал. Учение Христа авраамическое, а постапостольское разделение Писания на Ветхий завет и Новый завет чисто условно, для легкого прочтения. И учитывая, что новый завет на стадии заключения, и живем мы все в ожидании этого грандиозного события, мы все под тем же старым законом без права на переделку.

Но дальше больше, оголтелая белиберда и возношение «обетованной земли» до идола, как если бы христианство не стояло у порога Нового Иерусалима и не ожидает города с небес.

Обещана земля была Аврааму, затем его сыну и внукам с правнуками, и это сделало свое дело: создало единый народ, сплотило братьев под одно знамя, дало цель к существованию, и как бонус у них еще был и Бог. Сто Моисеев иметь бессмысленно, если народа единого нет, никто не будет слушать с трепетом устав и свод законов Торы. Идея же Мессии и обнадеживала, и залечивала раны, и давало стремление к выходу из ежедневного, праздного и банального.

Время ожидания истекло давно, у них нет ныне лицензии на избранничество, они распяли своего Мессию. Обещание имело смысл в те далеко-давние времена, когда странники-евреи вели кочевой образ жизни, и их надо было заякорить и дать средство для пропитания, выделить обширные просторы, где течет молоко и мед. Фантомные боли о былом не утихают среди иудеев, свою горечь отзеркаливают остальному человечеству, но ты не ловись на нее, это их проблема. Задача была выполнена, а то, что у них утекло между пальцев, то, что имели — вина их предков, это не наше дело. И кто говорит, что кто-то другой избранный народ, то себя самого выкидывает на помойку, как никчемный хлам. Бог всех создал, в том числе и евреев. Будьте бдительны, друзья, завораживающая пустота обетованной земли губительна. Манипуляцией запугали верующих, околдовали их, применив тончайшую пропагандистскую рекламу о тленном, и люди, оглядываясь назад, боятся мысль свою пронести вперед и в новое и возвести очи свои в ожидании Небесного Иерусалима, опасаются.

Филадельфийская церковь же выступает против подобного новотечения в сардиских церквях, поэтому им поощрение от Бога и даже утверждение, что те, кто называют себя иудеями, к ним придут и поклонятся. Характерный признак филадельфийской церкви: мало сил, но сохранили слово, то есть проповедь Библии, и взяли на себя миссию искоренять ложь иудейскую, секту фарисейскую.

Выводы по церквям: главная цель не служение себе самим, но выход в народ. Изменение мира через слово, отстранение от гнусности секулярного мира, показывая пример собой, иногда жертвенный. Не бороться за правоту кредо, так как уникального символа веры не существует, у всех ошибки. Институт церковный — это объект, самоорганизованный людьми, Бог не учреждал его. Существование концепции церкви во времени и пространстве ограничено, как ничего нет вечного под луной, они все самоликвидируются под конец истории земли.

Четвертая глава или закрытые для нас небеса

То, что происходит на небесах, для нас закрыто, но не навсегда. Некоторые из нас, живущие ныне, увидят небесную сферу своими глазами, Сидящего на престоле Бога узрят те, кто сердцем чист. Иоанну еще при жизни было обещано узреть царство Бога, вот он и увидел, и остался жив, и записал увиденное, чтобы и нам донести свое видение.

Описан престол на небе, этот элемент сложно представить, если не знать космологию согласно Библии. Думаю, пришло время прописать эту тему. Как бы ни разглагольствовали по этому аспекту последнее время, описание земли в Библии расходится с общепринятым, и по факту невозможно объяснить и интерпретировать Священное Писание без согласования с библейской космогонией. И тут дилемма: либо верить всему, что написано в Библии, либо нет. Промежуточное звено отсутствует, и я выбираю верить Богу и Его Священной Книге, написанной специально для нас, землян.