Разбитые клятвы

Глава 7

Глава 7. Айла.

Тело дрожало так сильно, что я с трудом удерживала пальцы сцепленными перед собой. Мы входили в компанию, а я понятия не имела, чего ожидать. После вчерашнего я не могла предугадать реакцию Амира: уволит ли он меня, отстранит, устроит разбор при всех или просто сделает вид, будто меня не существует.

Последний вариант почему-то пугал сильнее остальных.

Рядом со мной шла Стефани. Она несколько раз бросала на меня обеспокоенный взгляд, но ничего не говорила. Наверное, боялась, что любое слово заставит меня окончательно потерять самообладание.

Мы едва успели пройти через холл, как к нам направилась Мира. В руках у нее была папка, а на лице застыло выражение человека, который заранее знает плохую новость, но пытается преподнести ее мягче.

— Не переживай, — тихо сказала она, остановившись передо мной. — Он ничего не говорил о твоем увольнении.

Я посмотрела на нее, пытаясь понять, действительно ли в ее голосе есть уверенность или она просто хочет меня успокоить.

— Не говорил? — переспросила я, и собственный голос показался мне слишком слабым.

— Не говорил, — Мира чуть заметно покачала головой. — Если бы собирался уволить, ты бы уже знала. Поверь.

Я кивнула, хотя внутри не стало легче. С Амиром нельзя было быть уверенной ни в чем. Он мог молчать до последней секунды, а потом одним холодным взглядом разрушить чью-то карьеру.

Я медленно вдохнула и заставила себя сделать шаг вперед.

— Тогда пойдем, — сказала Стефани, осторожно коснувшись моего локтя. — Не стой посреди холла.

Я вздрогнула от ее прикосновения, но позволила ей повести меня дальше. В груди все еще было тесно, будто кто-то затянул невидимую веревку вокруг ребер.

Мы прошли несколько метров, когда с другого конца холла раздался знакомый голос:

— Девочки!

Я обернулась и увидела Узая. Он шел к нам, улыбаясь так широко и искренне, что от одного его вида напряжение немного ослабло. Я давно его не видела, хотя мы работали в одной компании. В последнее время мне казалось, что я почти ни с кем здесь не пересекаюсь, кроме Амира, его кабинета и бесконечных документов.

— Привет, — первой поздоровалась Стефани.

— Привет, — ответил Узай, остановившись рядом. Его взгляд скользнул по нам, а затем задержался на мне. — Куда идете?

— Я на второй этаж, уже опаздываю, — объяснила Стефани, поправляя сумку на плече. — Господин Габриэль поручил мне кое-какие дела.

При упоминании имени Габриэля на ее лице мелькнула едва заметная улыбка. Я заметила это, но решила не комментировать.

Узай нахмурился, словно вспомнил что-то важное.

— Габриэль? Вы же в курсе, что он здесь не работает? У него своя компания.

Мы со Стефани одновременно кивнули, но я вдруг поняла, что никогда не задумывалась об этом. Габриэль действительно постоянно появлялся в нашей компании, участвовал в совещаниях, переговорах и собеседованиях, будто был частью руководства.

— А почему он тогда здесь? — спросила я, нахмурившись.

— Сейчас все директора сюда ходят, — ответил Узай, пожав плечами. — Почти каждый день совещания, собеседования, обсуждения проектов. Иногда кажется, что у этой компании вообще нет выходных.

Он говорил легко, но я знала: за его шутками скрывалась усталость. В последнее время в офисе действительно царило постоянное напряжение. Все старались не задерживаться в коридорах, не разговаривать слишком громко и не попадаться Амиру на глаза без необходимости.

— Ладно, вы разговаривайте, а я пойду, — сказала Стефани, уже делая шаг в сторону лестницы.

— Удачи, — пожелала я ей.

— Тебе она сегодня нужнее, — тихо ответила Стефани и подмигнула, пытаясь разрядить обстановку.

Она прошла между мной и Узаем, направляясь к лестнице. Я проводила ее взглядом, а затем снова посмотрела на него.

— Прекрасно выглядишь, — сказал Узай.

Его голос был теплым, без намека на притворство. Я впервые за утро улыбнулась по-настоящему.

— Разве твоя подруга может хоть один день выглядеть ужасно?

— Нет, — ответил он, и его улыбка стала мягче. — И это мне в тебе нравится.

От этих слов я почувствовала себя немного спокойнее. С Узайем было легко. Он не смотрел на меня так, будто я представляла собой проблему, которую нужно срочно устранить. Не взвешивал каждое мое движение и не заставлял угадывать, о чем думает.

Но спокойствие продлилось всего несколько секунд.

— Господин Узай, у вас нет никаких задач?

Голос Амира прозвучал сзади резко и холодно. Я сразу напряглась, а улыбка исчезла с моего лица.

Узай медленно повернулся. Амир стоял в нескольких шагах от нас. Его лицо было непроницаемым, взгляд — тяжелым. Он не смотрел на меня, словно намеренно игнорировал мое присутствие.

— У меня перерыв, — ответил Узай, стараясь говорить спокойно.

Амир перевел взгляд на него, и в его глазах появилось раздражение.

— Перерыв? — переспросил он так, будто это слово было оправданием, которое его не устраивало.

— Да, господин Амир, — Узай выпрямился. — Я закончил текущую задачу.

Амир несколько секунд молчал, затем посмотрел на меня.

— А у вас?

От этого короткого вопроса по спине прошел холод. Его голос был безжизненным, лишенным любых эмоций. Я почувствовала себя не человеком, а сотрудницей, которую вызвали для объяснений.

— Я собиралась подойти к вам, — сказала я, пытаясь не опустить взгляд.

— Не надо ко мне подходить, — перебил он.

В его тоне было столько окончательности, что я замолчала.

— Две недели отработаете в документационном отделе.

Я не сразу поняла смысл его слов. На мгновение показалось, что я ослышалась.

Амир повернул голову к Мире.

— Мира, скажи Лиане быть у меня в кабинете.

— Хорошо, — ответила Мира, быстро кивнув.

Я почувствовала, как лицо бледнеет. Он не уволил меня. Но лишил должности своей ассистентки. Лишил возможности находиться рядом с ним, сопровождать его, видеть его расписание и слышать его распоряжения.

Разум подсказывал, что это должно меня радовать. Я больше не буду каждый день находиться рядом с человеком, который способен одним взглядом заставить меня забыть, как дышать.

Но внутри стало тесно.

Словно вместе с должностью у меня забрали что-то, к чему я успела привыкнуть. Что-то, о чем я не хотела себе признаваться.

Амир прошел мимо меня, даже не взглянув. От него пахло холодным древесным парфюмом, и этот запах мгновенно вернул меня к вчерашнему вечеру — к его злому лицу, к разбитому окну его машины, к тому, как он смотрел на меня, будто сам не понимал, почему не может просто оставить меня в покое.

Я обернулась.

Он уже разговаривал с Мирой, полностью исключив меня из происходящего. Его профиль был напряженным, губы сжаты в тонкую линию.

— Пойдем? — спросил Узай, мягко возвращая меня в реальность. — Я тоже на том этаже, что и ты.

Я кивнула.

— Не обращай внимания на него, — сказал Узай, когда мы направились к лестнице. — Он бывает слишком строгим. Главное, тебя не уволили.

— Да, — пробормотала я.

Но слова звучали пусто. Я сама не могла понять, почему меня так задело его решение.

Мы поднялись на тридцать пятый этаж. Здесь не было отдельных кабинетов — только длинный зал с рядами рабочих столов, компьютерами и шкафами с документами. В воздухе стоял запах бумаги, кофе и офисной техники. Все выглядело привычно, но я чувствовала себя чужой.

Я направилась к свободному месту и села. Передо мной лежала стопка документов, которые необходимо было разобрать и систематизировать. Я открыла первый файл, но строки расплывались перед глазами.

Справа раздался тихий смешок.

— Мне даже ничего не пришлось делать, чтобы Амир избавился от нее.

Я узнала голос Марии. Она разговаривала со своей подругой, даже не пытаясь понизить тон. Ее черные волосы лежали идеально, одежда выглядела дорого и безупречно. Она сидела, откинувшись на спинку кресла, и наслаждалась каждой секундой.

— Я и не сомневалась, что господин Амир не захочет рядом с собой такую дрянь, как она, — ответила ее подруга.

У меня сжалась рука. Ногти впились в ладонь, но я не почувствовала боли.

Мария заметила мою реакцию и усмехнулась.

— Что такое? — спросила она с притворным удивлением. — Неужели тебе неприятно слышать правду?

Я подняла на нее глаза.

— Если бы мне хотелось услышать твое мнение, я бы его спросила.

Несколько сотрудников неподалеку замолчали. Мария приподняла брови, но промолчала.

Лейла за соседним столом наклонилась ко мне. Ее волосы были собраны в небрежный пучок, а зеленые глаза внимательно изучали мое лицо.

— Не обращай на них внимания, — прошептала она. — Они еще те стервы.

Я посмотрела на нее с благодарностью.

–Мария просто не может забыть, как ты ее уделала–сказала Лейла.— об этом целую неделю говорили только.

Я неловко улыбнулась и опустила взгляд на документы.

С Лейлой мы очень хорошо подружились. Мы были знакомы всего полторы недели, но за это время успели сблизиться. Вместе мы обсуждали проект, который господин Амир поручил ей.

— Это было давно. Отвечаю я ей

— Для Марии — нет, — тихо сказала Лейла. — Она до сих пор злится.

Я хотела ответить, но Лейла вдруг тяжело вздохнула. Ее пальцы нервно перебирали край листа.

— Господин Амир очень строгий, — сказала она. — Сегодня, если я не докажу свою правоту в проекте, он меня уволит.

В ее голосе появилась тревога. Не обычное волнение перед совещанием, а настоящий страх.

— Не переживай, все хорошо будет, — сказала я.

— Нет, — Лейла покачала головой. — Мария тоже будет там. Она задаст кучу вопросов, на которые я, возможно, даже не смогу ответить. Я, когда начинаю стрессовать, все забываю. Даже то, что знаю лучше всего.

Она сжала ладони, и я заметила, как побелели костяшки ее пальцев.

— Понимаю, — честно ответила я. — А когда будет собеседование?

— В четыре часа.

— Я могу присутствовать?

Лейла посмотрела на меня с надеждой, которая тут же сменилась сомнением.

— Я бы очень хотела, но это решает отдел. Если бы ты была ассистенткой Амира, то с легкостью вошла бы.

Я замолчала.

Перед глазами возникло лицо Лейлы — испуганное, растерянное, слишком молодое для того, чтобы спокойно выдержать давление Амира и Марии одновременно. Если она ошибется из-за стресса, Амир действительно может уволить ее. Я уже знала, что он не дает сотрудникам второго шанса.

Я отодвинула кресло и встала.

— Куда ты? — спросила Лейла.

— Поговорю с Амиром.

— Айла, ты уверена?

Я не была уверена. На самом деле я боялась заходить к нему даже в обычном настроении. Но мысль о том, что Лейла останется один на один с Марией, заставляла меня идти вперед.

— Попытаюсь, — ответила я.

Я направилась к лестнице и поднялась на сорок пятый этаж. Каждый шаг отдавался в ноге слабой болью. Но сейчас я почти не обращала на это внимания.

У двери кабинета Амира я услышала женский крик.

— Ты не можешь так со мной поступить, Амир! Я любила тебя!

Я остановилась.

Голос был незнакомым, но в нем звучала такая отчаянная боль, что я невольно подошла ближе.

— Наши отношения давно закончены, Айсу, — ответил Амир. Его голос был холодным, но под этой холодностью слышалось сильное раздражение. — Выйди из моего кабинета.

— Нет, Амир, нет! — всхлипнула девушка. — Ты не можешь вот так взять и просто закончить наши отношения. Ты даже не объяснил, почему все решил!

— Я тебе все объяснил.

— Ты просто исчез! — Она говорила сквозь слезы. — Перестал отвечать, перестал приезжать, а теперь ведешь себя так, будто между нами ничего не было!

Я стояла у двери, понимая, что поступаю неправильно, но не могла уйти. Внутри смешались любопытство, тревога и странное ощущение, похожее на ревность.

— Айсу, — голос Амира стал опасно низким, — выйди.

— Я не уйду, пока ты не скажешь, что разлюбил меня!

Наступила тяжелая пауза.

— Я больше ничего к тебе не чувствую.

Слова прозвучали жестоко. Даже слишком жестоко.

— Ты врешь, — прошептала Айсу. — Я знаю тебя. Ты не мог так быстро…

— Айсу! — рявкнул Амир.

Я вздрогнула. В его крике было столько ярости, что по коже побежали мурашки.

— Выйди вон.

Дверь резко распахнулась. На пороге появилась девушка с заплаканным лицом. Ее русые волосы растрепались, тушь размазалась под глазами. Она увидела меня и застыла.

— Ты еще кто такая? — выкрикнула она.

— Я здесь работаю, — тихо ответила я.

Ей было все равно. Она бросила на меня презрительный взгляд, прошла мимо и быстро направилась к лестнице.

Я осталась стоять в дверях.

В кабинете царил хаос. Амир был повернут ко мне спиной. Его плечи напряженно поднимались от тяжелого дыхания. На столе стояла открытая бутылка воды и несколько папок, сдвинутых в сторону.

— Я могу войти? — осторожно спросила я.

Он резко обернулся.

— Блять. Ты что здесь забыла?

Его лицо было искажено злостью. Я никогда не видела его настолько раздраженным.

— Я хотела поговорить…

— Я не просил тебя приходить.

Он схватил стакан со стола и с силой швырнул его в стену. Стекло разбилось с оглушительным звоном. Я вскрикнула и отступила, но было поздно — маленький осколок впился в мою ногу.

— Айла!

Амир мгновенно заметил кровь. Я сама опустила взгляд и увидела тонкую красную линию на коже.

Он быстро подошел ко мне.

— Стой.

— Все нормально, — попыталась сказать я.

— Я сказал, стой.

Он подхватил меня на руки прежде, чем я успела возразить. Я инстинктивно обвила руками его шею. Мое сердце забилось еще сильнее — уже не только от страха.

Амир прошел мимо осколков, осторожно переступая через них, и усадил меня на диван.

— Кто носит туфли с открытой поверхностью? — раздраженно спросил он, опускаясь передо мной на одно колено.

Я посмотрела на него с недоверием.

— Теперь я виновата в том, что ты бросил стакан?

— Замолчи, — отрезал он, даже не подняв головы. — Больше ни слова, Айла.

Я замолчала.

Он открыл небольшой шкаф, достал аптечку, щипцы и антисептик. Его движения были резкими, но осторожными. Когда он коснулся моей ноги, я невольно вздрогнула.

— Больно? — спросил он.

— Немного.

— Потерпи.

Он сжал челюсть и аккуратно извлек осколок. Я наблюдала за его лицом. Злость никуда не исчезла, но теперь в ней появилась тревога, которую он старательно скрывал.

Амир обработал ранку и наклеил пластырь.

— Рана несерьезная. Можешь ходить.

Он поднялся и отошел от меня, словно только что вспомнил, насколько близко находился. Затем сел в свое кресло и откинулся на спинку, закрыв глаза.

Я понимала, что сейчас не лучший момент, но другого шанса могло не быть.

— Я хочу присутствовать на сегодняшнем собеседовании.

Амир открыл глаза и посмотрел на меня.

— Нет.

— Почему?

— Задай этот чертов вопрос себе, Айла.

— Но Лейла…

— Все, — перебил он. — Иди работать.

— Она сильно волнуется. Мария будет давить на нее, и если Лейла растеряется…

— Меня не интересует, кто и как будет на нее давить, — холодно сказал Амир. — Если она не способна защитить свой проект, значит, она не способна работать над ним.

— Но она знает этот проект лучше всех.

— Тогда ей нечего бояться.

Я сжала пальцы.

— Ты не можешь оценивать человека только по тому, насколько хорошо он ведет себя под давлением.

Амир медленно поднялся с кресла. В его взгляде снова появилась угроза.

— Я могу оценивать сотрудника так, как считаю нужным.

Я понимала, что спорить опасно, но уже не могла отступить.

— А кто будет твоей новой ассистенткой?

Он посмотрел на меня чуть дольше, чем требовалось.

— На время — Лиана.

Внутри что-то неприятно сжалось. Я заставила себя улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.

— Значит, окончательно заменишь меня?

— Через время, когда я успокоюсь, ты вернешься на свое место.

Я подняла на него взгляд.

— Когда ты успокоишься?

Амир отвернулся к окну.

— Если бы я оставил тебя рядом сейчас, то задушил бы голыми руками.

Его слова прозвучали настолько яростно, что я перестала дышать.

Он говорил это не как угрозу. Скорее как признание собственной неспособности контролировать себя рядом со мной.

Я медленно встала с дивана.

— Тогда я пойду.

— Осколки, — резко сказал он.

Я остановилась.

— Что?

— Осторожно. Там еще стекло.

Он указал на пол, но не посмотрел на меня. Я прошла мимо осколков, стараясь не показать, как сильно меня задела эта короткая забота.

Неужели Амир переживал?

Я вышла из кабинета и закрыла дверь. Только оказавшись в коридоре, позволила себе глубоко вдохнуть.

Достав телефон, я написала Стефани:

«Габриэль рядом?»

Ответ пришел почти сразу:

«Да».

Я спустилась на второй этаж и увидела Габриэля возле окна. Стефани стояла рядом, а он почти повис на ней, опираясь локтем на ее плечо. Она пыталась отодвинуть его, но без особого успеха.

Между ними определенно что-то происходило.

Я решила не вмешиваться.

— Господин Габриэль, — позвала я.

Он поднял брови и повернулся ко мне.

— Айла? Что случилось?

— Мне нужна помощь.

Габриэль выпрямился, а Стефани быстро поправила волосы. На ее лице появилось смущение.

— Какого рода помощь? — спросил он, внимательно посмотрев на меня.

— Я хочу присутствовать на собеседовании.

— Ты же и так будешь там, — удивился Габриэль. — Ты ассистентка Амира.

— На время нет. Он отстранил меня.

— Что же ты сделала? — спросил он, и в его голосе появилась насмешливая заинтересованность.

Я уже открыла рот, но Стефани ответила за меня:

— Ничего серьезного. Всего лишь разбила его машину.

Габриэль несколько секунд молчал, а потом расхохотался. Он смеялся так громко, что несколько сотрудников обернулись.

— Не смейся, — возмутилась я.

— Прости, — сказал он, пытаясь взять себя в руки, но его плечи продолжали дрожать. — Поверь, мне очень весело.

— Ничего веселого. Он мог меня уволить.

— Но не уволил.

— Только потому, что решил мучить меня в другом отделе.

— Никогда не думал, что появится девушка, которая сведет Амира с ума, — сказал Габриэль, качая головой.

— Да уж, — протянула Стефани, скрывая улыбку.

Я посмотрела на них обоих.

— Так что? Я могу пойти на собеседование с тобой?

Габриэль задумался, затем щелкнул пальцами.

— Ты можешь на неделю стать моей ассистенткой.

— На неделю?

— У меня действительно есть дела в этой компании. А ты получишь доступ на собеседование.

Я почувствовала облегчение.

— Отлично.

— Только не разбей теперь мою машину, — добавил он.

— Ничего не обещаю.

Стефани тихо рассмеялась, но я заметила, как Габриэль посмотрел на нее. В этом взгляде было что-то мягкое и личное.

Через несколько часов мы вместе направились на собеседование. В руках у меня была папка Габриэля, но мысли постоянно возвращались к Амиру. Я пыталась убедить себя, что не обязана обращать на него внимание. Теперь я работала с Габриэлем и не зависела от его настроения.

Но стоило нам войти в зал, как я сразу встретилась с его взглядом.

Амир сидел во главе стола. Мария устроилась напротив, окруженная своими подругами.

Как только Амир увидел меня рядом с Габриэлем, его лицо изменилось.

Взгляд стал опасным. Зловещим. Он медленно провел глазами от папки в моих руках к Габриэлю, а затем снова посмотрел на меня.

Я сделала вид, что ничего не заметила, и села рядом с Габриэлем.

— Что она тут делает? — тут же язвительно спросила Мария.

Она скрестила руки на груди и усмехнулась, явно рассчитывая на поддержку Амира.

— Она пришла как моя ассистентка, — спокойно ответил Габриэль.

— Разве у вас не было своей ассистентки?

— Была. Теперь есть Айла.

Мария недовольно поджала губы.

Амир сделал вид, что вообще не слушает наш разговор. Он смотрел в документы перед собой, но пальцы его руки медленно сжимались в кулак.

Дверь открылась, и в комнату вошла Лейла. В руках она держала проект, а на лице отражалась тревога. Увидев меня, она на мгновение остановилась, будто не поверила, что я действительно пришла.

— Все хорошо, — беззвучно сказала я одними губами.

Лейла кивнула и заняла место напротив руководителей.

Следом вошел Джангир. Увидев меня, он широко улыбнулся.

— Цветочек, ты жива?

— Как видишь, — ответила я, улыбнувшись ему.

— Уже хорошо, — сказал он, садясь рядом с Амиром. — А то после истории с машиной я ожидал увидеть здесь только твой портрет.

— Джангир, — предупредил Амир.

Одного слова хватило, чтобы улыбка Джангира стала осторожнее.

— Молчу.

В комнату вошла Лиана и села рядом с Амиром. Она повернулась к нему с мягкой улыбкой и начала что-то рассказывать о документах, которые подготовила к собеседованию.

Я не слышала всего, что она говорила. Ее голос доносился до меня приглушенно, а внутри постепенно появлялось странное чувство тоски.

Еще вчера на ее месте сидела я.

Я заставила себя отвернуться.

Дверь снова открылась.

Внутрь вошел мужчина, с которым я раньше не была знакома. Он был высоким, с резкими чертами лица и тяжелым взглядом. В его внешности было что-то пугающее — словно он действительно вышел из сказки, где ему предназначена роль злодея.

Он остановился у стола и посмотрел на присутствующих. Когда его взгляд дошел до меня, он задержался.

Слишком надолго.

Я почувствовала, как напряглись плечи. Его взгляд был хищным, оценивающим, неприятно внимательным. Мне захотелось отвернуться, но сначала я не могла заставить себя пошевелиться.

— Господин Макар, добро пожаловать, — поприветствовал его Мустафа.

Макар едва заметно кивнул, но продолжал смотреть на меня.

Я отвела взгляд и сцепила пальцы на коленях.

Амир заметил это.

Он повернул голову в сторону Макара и увидел, как тот не сводит с меня глаз. В ту же секунду лицо Амира стало жестче. Его рука сжалась в кулак, а взгляд потемнел.

Он медленно закрыл глаза, будто пытался успокоиться.

Лиана, заметив его состояние, наклонилась к нему.

— Господин Амир, с вами все хорошо? — осторожно спросила она.