Умрешь, когда умрешь

Финнбоги с усилием отвел от них взгляд и увидел Сассу Губожуйку. Ее губы были перекошены, потому что она постоянно закусывала их. Любой другой на ее месте выглядел бы так себе, однако этот вечно перекошенный рот каким-то непостижимым образом лишь подчеркивал ее безупречную в остальном красоту. Во всяком случае, так считал Финнбоги. На ней было простенькое светлое платье с вышитыми цветами, которое, как догадался Финнбоги, она сшила специально для тинга. При виде того, как ткань облегает ее узкую талию, ему едва не сделалось дурно.

Сасса заметила Финнбоги и лучезарно улыбнулась.

Он в ответ вскинул руку. Бодил Гусыня, стоявшая рядом с ней, заулыбалась и замахала обеими руками, приглашая его подойти. Финнбоги поднял палец, давая знать, что подойдет через минуту, а потом снова уставился на Тайри. Титьки Тора, да что за мерзкий тип этот Гурд, он даже не скрывает вожделения! А Тайри попалась в сети. Ее рука уже на его груди!

Финнбоги сплюнул на утоптанную землю, поднял голову и увидел Гарта Наковальню, который стоял позади Тайри и Гурда в своей дурацкой кольчуге и ухмылялся, глядя прямо на него. Он все понял.

– Ты покойник!

Финнбоги подскочил на месте, когда кто-то жестко ткнул его в спину. Он развернулся. Перед ним стоял Киф Берсеркер, он прижимал к широкой груди свой топор на длинном черенке, Рассекатель Задниц, словно готовясь к смотру.

– Привет, Киф.

– На колени, смертный, целуй мой топор! Ты! – На последнем слове Киф выдвинул Рассекатель Задниц вперед, нацелив куда-то в живот Финнбоги.

– На колени!

– Э… – сумел промямлить Финнбоги.

Подбородок Кифа был решительно выдвинут вперед, небольшие сощуренные глазки сверкали обещанием боли. Он походил на героя из саги, пусть и со странно маленькой головой и очень длинными волосами. Если бы Финнбоги не знал Кифа, то испугался бы. Но и теперь его одолевали сомнения.

– Я сказал: на колени, собака! Это твой последний шанс!

Несколько человек подошли посмотреть, все улыбались. Финнбоги не собирался вставать на колени.

– С чего это мне стоять на коленях?

– Твой братишка сказал, на нас нападут. Ты похож на того, кто напал на нас.

– Он сказал, на нас нападут скрелинги. А я не скрелинг.

– Он не так сказал, твоя младшая сестренка прибавила это от себя, потому что так логичнее всего. Однако она не обладает умом бога войны. А вот я, Киф Берсеркер, – да. Я поразмыслил над разными вариантами, и ты больше всего похож на того, кто на нас напал. Так что на колени!

– Но я…

– НА КОЛЕНИ! – Киф прижал лезвие своего топора к голубой рубахе Финнбоги.

Рукава Локи, да он серьезно! Все-таки он свихнулся. Финнбоги медленно согнул колени.

– Ха! – Киф отскочил назад, на его физиономии расползлась безумная ухмылка. – Я же пошутил, дурак! Ха! – Он успокоился, снова став нормальным человеком, пришедшим на тинг. – Почему это у тебя в руке нет кружки? Пошли, все идем, давайте напьемся! – Киф хлопнул Финнбоги по спине широкой ладонью и повлек его в сторону выпивки.

Финнбоги выдохнул:

– Черт, нельзя же так!

– Как?

– Вот так пугать людей.

– Мне надо было проверить, ты это или демон.

– Ха-ха.

– Нет, в самом деле. На нас же вот-вот нападут.

– Ты веришь Оттару?

– Угу. Парнишка еще ни разу не ошибся. В прошлом году он сказал, что назавтра явится чудовище с алмазными боками, и самая огромная рыбина, какую я когда-либо видел, – самая огромная рыбина, какую вообще кто-либо видел, – лежала на берегу. А узор у нее на боках? Как алмазы.

Примечания