Протекторы: Книга Судьбы. Книга III
- -
- 100%
- +
Роланд прикрыл глаза, и первое, что он представил, было прекрасное лицо девушки. Лицо с небесными глазами, полными боли и храбрости, и скромной, но самой доброй улыбкой на свете.
Дэстени сейчас далеко, она в опасности, в бегах. Единственное, что она знает точно, единственное, что он обещал ей, – это то, что он защитит ее, даже если это будет последним, что он сделает. Он готов был отдать за нее жизнь. Он готов был сделать все.
Но это обещание сложно будет сдержать, если его сейчас закроют в подвале его же Организации. Роланд не был уверен, что именно делают с непослушными Главами и существуют ли они вообще. Но если его до сих пор не арестовали за «предательство» и «побег» и в конце концов арестуют за грубость по отношению к Совету Эдогана, это будет просто глупостью с его стороны. Невероятной несправедливостью со стороны Совета – и все же невероятной глупостью.
– Прошу прощения, – собравшись, выдавил он кое-как. – Прошу простить меня за мой тон. Я всего лишь пытаюсь понять…
– Нечего тут понимать. Все и так понятно, – снова перебил его Дональд Райс, и Роланду даже показалось, что он был слегка расстроен его извинениями. Наверняка Райс надеялся, что Роланд начнет драку и будет все-таки наказан. – Медальоны – это дар, который каждый Протектор должен ценить, как свою жизнь. , чем свою жизнь. Мы не имеем права в них сомневаться. Больше
Опять те же слова, которые только что произнесла Патриция.
И тут до него дошло.
Их слова о медальоне… очень сильно походили на слова о религии. Совет реагировал так, как если бы верующему доказывали, что его оберег попросту не работает.
Но почему?
– Вернемся к Константину? – вдруг спросила Лэйлани Скай как ни в чем не бывало. Все тут же повернулись к ней, но девушка нисколько не смутилась. Ее лицо не покидала уверенность. Она обвела всех требовательным взглядом и продолжила: – Как нам всем известно, на Организацию было совершено два нападения со стороны Охотников. Три, если считать приход Адриана, – она не отрицала того, что это был действительно Адриан, как это делали остальные члены Совета. – Я уверена, что мы все думаем об одном, но почему-то ходим кругами и тратим время на то, чтобы отчитывать Роланда. Константин силен, и ему удалось подчинить себе большое количество Охотников. Они нападут на Организацию еще раз, это всего лишь вопрос времени. И так как Совет Эдогана будет находиться здесь, думаю, помимо расследования убийства Генерала Велинберга, нам стоит всерьез задуматься о безопасности этой Организации и всех ее Протекторов.
Патриция дождалась окончания речи и тут же обратилась к девушке.
– Ты права, Лэйла. Конечно же, мы думаем о безопасности этой Организации, – она говорила с вежливостью и уважением, но в ее голосе четко слышалась нотка нетерпения. – Я уверена, что Протекторы, находящиеся здесь, смогут справиться в случае атаки.
Роланд должен был вмешаться, хоть и решил избегать пока темы неработающих медальонов.
– К сожалению, я в этом не уверен.
– Что именно тебя беспокоит? – поинтересовалась Патриция.
– Велинберг отправил большую часть моих Протекторов на восток, и я боюсь, что оставшихся может быть недостаточно.
– Я уверен, – вмешался Джонатан Ховатт, – что у Велинберга были на это причины. Почему бы тебе не рассказать нам об этом? Генерала
Роланд встретил взгляд нового Генерала и понял, что ему явно не везет с начальством. Было очевидно, что Джонатан Ховатт разделяет мнение своего предшественника о Роланде. Это его не удивляло, но и не радовало. Роланд знал, что ничего не сможет сделать и ему придется терпеть нового Генерала так же, как он терпел Артура Велинберга.
– Генерал считал, что Протекторы не получают достаточное количество заданий.
– И это совершенно нормально. Любой Глава знает об этом.
– Роланд имеет в виду, – снова вмешалась Лэйлани, – что в связи с последними событиями можно предположить, что такой поступок был не совсем уместен.
Роланд благодарно посмотрел на девушку. Без ее вмешательства его снова загнали бы в угол. Некоторые члены Совета начали переводить взгляды на Лэйлани, потом снова на него, будто пытаясь уловить подозрительную связь.
– Я вынужден… – начал Джонатан, но его заявление было прервано.
За стеной кабинета Главы раздались звуки сирены.
Продолжительные громкие гудки ввели присутствующих в ступор. Члены Совета, не сразу сумевшие понять, откуда исходят звуки, растерянно завертели головами. Кто-то из них вздрогнул от неожиданности. Зато Роланд прекрасно знал, что происходит. В ту же секунду он вскочил на ноги, быстро пересек круг Совета и наклонился ко второму монитору на столе, вглядываясь в экран.
В этот момент в кабинет ворвалась Нилла. Она не посмела бы войти к Главе во время Высшего Орбиса, но девушка была в растерянности. Выражение ее лица заставило членов Совета уставиться на нее с непониманием.
Нилла быстро нашла глазами Роланда, который не отрывался от монитора. Казалось, что-то оборвалось у него внутри, как только он получил кодовое сообщение от Связных.
Они опоздали. опоздал. Он
– В чем дело? – наконец поднялся на ноги Генерал, строго глядя то на Роланда, то на Ниллу.
Роланду потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки. Он был совершенно вымотан морально и физически, и последняя новость могла бы окончательно сломать его. Он прикрыл глаза, собирая все оставшиеся силы и пытаясь привести свои мысли в порядок.
Ответила Генералу Нилла, каким-то образом догадавшаяся, что Роланд пока не в состоянии это сделать. Переведя взгляд на Джонатана, она дрожащим голосом произнесла:
– Нас атакуют.
Глава 3
Погода словно издевалась над ними. Яркое солнце подмигивало из-за редких облаков, а легкий ветерок игриво теребил верхушки деревьев.
Но отличное настроение погоды никому не передавалось. Дэстени не видела вокруг ни одной улыбки, а сама была уверена, что вообще никогда больше не сможет улыбаться.
Они ехали в длинной черной машине, внутри которой царила тяжелая тишина. Она сидела на заднем сиденье из черной кожи и смотрела на дорогу не отрываясь, почти не моргая. Когда ее посадили в машину, она посмотрела на водителя – мужчину, которого никогда раньше не видела. Он молча выруливал на главную дорогу. На переднем пассажирском сиденье так же молча сидел директор Подготовительного корпуса. Она не видела их лиц со своего места. Рядом с ней сидел мистер Леонард Волов, задумчиво глядя в окно. Ей казалось, что иногда он на нее поглядывал, как будто ожидал, что она разревется. Но Дэстени не собиралась реветь. Ей не хотелось. Она больше удивлялась тому, что мистер Волов вообще сопровождает ее на похороны родителей.
Да, он предложил ей учиться у него, что до сих пор не совсем укладывалось в ее маленькой голове, но она вовсе не ожидала, что он поедет с ней на похороны. Дэстени не знала, как ощущает себя по этому поводу. Она очень надеялась, что мистер Волов делает это не из жалости к ней. Все знали, что он не только самый лучший учитель в Подготовке, но и самый строгий. Этот добрый жест не совсем соответствовал его характеру…
Они ехали долго, и никто ничего не говорил. Даже когда они приехали на кладбище, водитель не объявил о том, что они прибыли. Все просто стали молча выходить из машины. Дэстени повернулась к двери и увидела, что мистер Волов уже стоит снаружи и, открыв дверь, протягивает ей свою большую ладонь.
Она подняла взгляд к его глазам. На солнце они казались еще ярче. Голубые, как светлое утреннее море. Даже ярче, чем ясное небо над их головами.
– Пойдем, Дэстени, – произнес он тихо, не опуская руки.
Она тут же опустила голову, ругая себя, что задерживает его. Она неловко подала свою руку, которая казалась совсем маленькой и тоненькой в его руке, и вылезла из машины.
Яркий свет тут же ударил ей в глаза и прицепился к ее черной одежде. На ней был коротенький сарафан, рубашка, пиджак и лакированные туфельки. Все черное, без единого яркого пятнышка. Дэстени увидела перед собой открытые ворота, на которых было красиво выведено «Кладбище святого Петра». Она никогда не была на кладбище раньше, никогда не видела его так близко. Было очень тихо. Спокойно и мирно.
Директор Подготовки – Мистер Сулливан – тоже вышел из машины и направился к воротам, кивнув мистеру Волову, словно давая ему понять, что нужно идти. Дэстени и сама это понимала. Ее руки автоматически поднялись к волосам и поправили и без того аккуратные косички. Потом опустились ниже и поправили воротник.
– Если ты не хочешь идти, Дэстени, мы можем остаться в машине, – сказал Леонард Волов так же мягко.
Она снова подняла на него взгляд, надеясь, что его не сильно раздражает ее заторможенность. Возможно, он еще передумает брать ее в ученики…
Ей хотелось сказать ему, что она в порядке и может идти. Но вместо этого лишь кивнула головой и посмотрела в сторону ворот.
Мистер Волов ничего не сказал и снова протянул свою руку. Дэстени опять удивилась так сильно, что взяла ее на автомате, но как только его большая ладонь обхватила ее маленькую, она вдруг почувствовала себя чуточку уверенней. Тепло его руки придавало ей сил, и когда они вместе зашагали вслед за директором, она точно знала, что не споткнется и не упадет.
Как только они вошли на территорию кладбища, Дэстени сразу поняла, куда они направляются. Казалось, небольшая группа людей в черном, собравшаяся неподалеку, у двух свежих могильных ям, была единственной группой на всем кладбище. Подходя ближе и крепко держа руку мистера Волова, Дэстени увидела, что все были уже на местах и смотрели в ее сторону с абсолютно одинаковым выражением лица – с тоскливым сочувствием и сожалением. Ей стало немного не по себе. По их лицам можно было предположить, что хоронят ее, а не ее родителей.
Она сглотнула и подала голос, впервые за долгое время:
– Все уже тут.
Леонард посмотрел на нее сверху и сказал:
– Я бы не хотел, чтобы ты проводила здесь много времени.
Она не сразу поняла, что это значит, но как только они подошли к небольшой толпе, она тут же пожалела, что отказалась остаться в машине. Но тогда бы ее посчитали трусихой. Она говорила себе, что справится. Ей нужно было справиться.
Дэстени посадили в первый ряд, и она с облегчением заметила, что мистер Волов сел рядом с ней. Он отпустил ее руку, но она чувствовала его присутствие совсем рядом. Несколько человек сочувственно дотрагивались до ее плеча, кто-то опустил ладонь на ее голову, отчего она тут же поспешила снова поправить косички. Ей хотелось рассмотреть присутствующих, возможно, узнать кого-нибудь, но ее голова словно была не в состоянии двигаться, и ее взгляд был прикован к двум гробам из блестящего светлого дерева.
Протекторов хоронили в закрытых гробах. Это все, что ей сказали. Она так и не знала, как именно погибли ее родители, в каком состоянии находятся их тела. Видимо, взрослые считали эту информацию не подходящей для девочки семи лет.
Дэстени понятия не имела, как проходят похороны, так как никогда раньше на них не бывала. Между гробами стоял высокий человек в форме Протектора, и она только теперь заметила, что большинство присутствующих тоже были Протекторами. Она слушала, как человек говорит. Но не понимала всего, что он сказал. Она не помнила, как он выглядит. Только некоторые его слова остались в памяти: «чистый Разум», «светлая, любящая Душа», «достойные Протекторы». Еще несколько человек произнесли речи. В какой-то момент Дэстени поняла, что все смотрят на нее. Видимо, в речи прозвучало ее имя. И снова этот сочувствующий и тяжелый взгляд. Она сжалась от такого внимания и заметила, что мистер Волов придвинулся к ней чуть ближе.
Потом гробы медленно опустили в землю со словами «Да покоится ваша Душа и ваш чистый Разум с миром». Некоторые повторили эти слова. Она не знала, нужно ли ей тоже сказать что-то подобное. Но к счастью, никто не попросил ее что-либо говорить.
Как только гробы опустили, мистер Волов поднялся на ноги и снова протянул ей руку. На этот раз она взяла ее с уверенностью, больше не удивляясь и не раздумывая.
Похороны явно еще не закончились, но мистер Волов, видимо, не собирался дожидаться их окончания. Она вспомнила его слова и совершенно не возражала. Казалось, она больше не может ощущать эти сочувствующие взгляды людей, большинство которых она видела впервые. Какая-то частичка внутри нее говорила, что ей нужно остаться до конца, но ей этого не хотелось.
– Мистер Волов, – снова подала голос Дэстени, неуверенно оглядываясь назад, – мне нужно было что-нибудь сказать?
Это немного беспокоило ее. Дэстени не хотелось ничего говорить, но у нее появилось странное чувство, что ей стоило тоже что-то подготовить, какие-нибудь прощальные слова, или, может, написать письмо, или принести цветы…
– Если только тебе хочется, – так же мягко произнес он, уверенно ведя ее обратно к машине. – И ты можешь называть меня Леонард.
Дэстени моментально смутилась, не представляя, как обращаться к легендарному учителю Подготовки, бывшему Протектору, просто по имени. Она до сих пор даже не могла поверить, что он взял ее в ученики…
– Я не знаю, что мне говорить… – произнесла она после паузы. – А теперь уже поздно.
Мистер Волов молчал, и она поняла, что для него эта тема была неловкой. Она уже почти пожалела, что начала говорить, как он вдруг остановился и, не выпуская ее руку, присел перед ней на колени так, чтобы их лица были на одном уровне. Дэстени смотрела в его глаза, вновь отмечая, какие они яркие и светлые.
– Никогда не поздно попрощаться с теми, кого уже нет с нами, Дэстени. Ты сможешь попрощаться с родителями тогда, когда будешь готова. Когда будешь знать, что сказать. Иногда для этого требуется время.
Дэстени открыла глаза и тут же заморгала от яркого света. Как будто она до сих пор находилась на кладбище, в лучах солнца. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это был сон.
Но не простой сон. Это было воспоминание. Дэстени никогда еще не видела что-то подобное во сне… Она попыталась вспомнить все в подробностях.
День похорон ее родителей. Леонард правда был рядом с ней. Но это все, что она помнила с того дня. Как странно… Теперь, с помощью сна, она словно увидела все в мельчайших деталях. Как будто перенеслась во времени.
Дэстени моргнула, внезапно почувствовав ноющую боль в шее. Она задремала в довольно неудобной позе, на переднем сиденье машины, прямо за рулем. Еще пара секунд, и она вернулась к реальности.
Они остановились, чтобы собраться с мыслями и, по возможности, поменять машину. Видимо, Дэстени моментально уснула, не успев ни с чем собраться и что-то поменять. Она знала, что это произойдет рано или поздно, и была рада, что уснула не в дороге.
Повернув голову вправо, она замерла.
Сиденье рядом было пустым.
– Ирина?
Дэстени осмотрела машину – она была одна. Паника начинала нарастать в ней, и первое, что она сделала, – это схватилась за внутренний карман куртки, проверяя, на месте ли Страница. Здесь. Слава богу.
– Ирина! – крикнула Дэстени громче, сама не понимая, почему паникует.
Если Ирина сбежала, к чему она была готова с самого начала, она не могла уйти далеко, и Дэстени всего лишь нужно собраться и двигаться дальше в одиночку, надеясь, что Охотники не успели…
– Что? – вдруг послышался отдаленный голос Ирины с улицы.
Дэстени сощурилась, глядя в окно. Ирина как ни в чем не бывало стояла посреди зеленой поляны у дороги. Она держала что-то в руках, и это немедленно заставило Дэстени проверить оружие. Оба ножа и медальон были при ней.
– ? – чуть громче спросила Ирина, не двигаясь. Что
Она явно была удивлена услышать свое имя из уст Дэстени, так как они почти не разговаривали. Вернее, молчала Дэстени, надеясь, что Ирина последует ее примеру. Но та и не думала брать с нее пример.
– Ничего, – буркнула Дэстени, прекрасно зная, что Ирина не услышит ее.
Она устало выдохнула, потерла глаза и повернула ключ. Ирина, поняв намек, тут же вернулась в машину, громко захлопнула дверь и повернулась к Дэстени всем телом, лучезарно улыбаясь и протягивая ей что-то.
– Земляника! – объявила она торжественно.
Дэстени без всякого интереса взглянула на небольшой кулек из бумаги, который был полон маленьких красных ягод, и снова отвернулась.
– Надо двигаться.
Улыбка Ирины угасла.
– Поешь, это я для тебя собрала. Сама я наелась на поляне. Там ее полно…
– Не голодна, – соврала Дэстени, выруливая на дорогу.
Она хмуро взглянула на топливный датчик, понимая, что, если они не поменяют машину, им придется останавливаться на заправке. А это означало возможность «засветиться», чего ей точно не хотелось. И конечно же, она умирала от голода, не помня, когда и что ела в последний раз.
– Ходячий бойкот, – раздраженно произнесла Ирина и демонстративно выбросила кулек с ягодами в окно. – Я потратила полчаса на то, чтобы собрать тебе эти ягоды.
Дэстени хотелось ответить ей что-нибудь резкое – голод, недостаток сна и сама ситуация, в которой она находилась, помогали ей подбирать превосходные реплики, – но ее внимание привлекло другое.
– Сколько я спала?
– Пару часов, – не глядя на нее, ответила Ирина, опустила окно полностью и наклонила голову, чтобы ветер раздувал волосы.
Целых два часа… За это время их могли выследить. Или хотя бы сесть на хвост машины, которую они недавно поменяли. Дэстени невольно посмотрела во все зеркала, убеждаясь, что никто не едет за ними. Никогда в жизни она не была так напряжена. Никогда в жизни она не чувствовала постоянную паранойю. Каждая машина, ехавшая за ними, каждый человек в черном, каждое движение Ирины приводили ее почти в паническое состояние. Это было хуже пыток. Ей приходилось постоянно успокаивать себя, делая глубокие вдохи и выдохи. Помогало это не всегда.
Кто бы мог подумать, что она когда-нибудь пожалеет о том, что уделяла недостаточно времени урокам медитации…
Прошло всего несколько дней с тех пор, как Ирина появилась на пороге секретной квартиры Роланда в Мексике. Они выехали на той машине, на которой приехала Ирина. Дэстени не спрашивала, где девушка ее взяла. Все равно им нельзя было оставаться в одной машине долгое время.
Они поменяли автомобили несколько раз и сумели пересечь границу без приключений. Дэстени ожидала, что схватят их именно там, но, видимо, Роланд сумел выиграть им немного времени, и представители закона еще реагировали на медальон Протектора.
Дэстени невольно прикрыла глаза. Она старалась не думать о Роланде слишком часто. От этих мыслей ее душа разрывалась на части. Самым тяжелым было желание снова быть рядом с ним. То, что им пришлось расстаться сразу после того, как они наконец сблизились, не давало ей покоя. Так же как и чувство жуткого беспокойства.
Что с ним? Арестовали ли его? Поверили ли ему? Смог ли он убедить всех в том, что он не предатель?
И наконец, она была до боли разочарована его поступком. О чем он думал? Отправить Ирину в Мексику, прямо к ней? После того как она убила Генерала? После того как он отдал Дэстени Страницу? После того как Ирина предала ее?
. После того как она убила Леонарда
– Дэс, – предостерегающий голос Ирины заставил ее вернуться в настоящее время.
Она резко выровняла руль, осознав, что постепенно съезжает с трассы. Машина, пролетевшая мимо них, громко просигналила.
– Дай мне сесть за руль, – сказала Ирина, наверное, в сотый раз. В ее голосе слышались укор и раздражение. – Мало того, что ты водишь как лопух, ты еще и засыпаешь за рулем!
– Нет, – бросила Дэстени, сама не понимая, на что именно отвечает «нет».
Она уже сама себя мысленно отругала. Нужно взять себя в руки.
– Пошевели ты уже мозгами, – не останавливалась Ирина. – Ты нас обеих угробишь!
Дэстени, которая снова начала глубоко вдыхать и выдыхать, ничего не ответила. Это разозлило Ирину еще больше, но она не могла ничего сделать и только отвернулась от нее, раздраженно помотав головой и пробормотав что-то вроде «хуже, чем баран».
Начинало темнеть. Дэстени то и дело бросала взгляды на стрелку датчика топлива. Нужно было заправляться. Или менять машину. Она предпочла бы второе.
Ирина повернула голову, когда они остановились за простенькой темной «Тойотой» рядом с трассой. За рулем виднелся одинокий силуэт, голова человека была слегка опущена к яркому экрану телефона. Возможно, он сбился с дороги и остановился, чтобы свериться с картой.
– Пойдем, – коротко произнесла Дэстени, заглушив двигатель и схватив в охапку свою сумку.
Ирина поняла ее без лишних слов – они делали это не впервые. Она вылезла из машины и потянулась, как кошка. Дэстени тоже хотелось размять тело. Она многое бы отдала сейчас за простую тренировку. Она беззвучно подошла к передней двери «Тойоты» и рывком открыла ее, заставив водителя, мужчину среднего возраста, вздрогнуть от неожиданности и выронить телефон из рук.
– Здравствуйте. Нам нужна ваша машина, – она устало показала медальон, заметив, как тут же расширились его глаза. – Заранее спасибо.
– Но… – мужчина запутался в собственных словах. Он начал искать телефон одной рукой, не отрывая глаз от медальона Дэстени. – Я…
– Давай, давай, давай, на выход! – Ирина открыла дверь с другой стороны и уже плюхнулась на соседнее сиденье, к полному ужасу мужчины. – Выходим, выходим, быстрее!
Мужчина выкатился из машины, бросив попытки найти телефон. Дэстени тут же опустилась на место водителя и быстро нащупала телефон под ногами. На какое-то мгновение она задумалась о том, чтобы оставить его себе. С тех пор как Роланд выбросил ее личный телефон в Мексике, она чувствовала себя неполноценной. Но решив, что все равно не сможет ни с кем связаться, она бросила телефон мужчине, который растерянно стоял на дороге и нервно крутил головой. Как ни странно, он все же поймал телефон двумя руками. Дэстени также бросила ему его кошелек, связку ключей (все, кроме ключа от машины) и куртку на тот случай, если у него в карманах есть что-то важное. Все это ей жутко не нравилось, но выбора у них не было.
Ирина же, наоборот, получала от этого огромное удовольствие.
– Можешь использовать нашу машину, но там нет бензина, – безмятежно сообщила она мужчине.
– Не сообщайте об угоне сразу, – серьезно сказала Дэстени, стараясь не обращать на нее внимания. – Найдете свою машину позже, в целости и сохранности, я обещаю.
Она надавила на газ, не дожидаясь его ответа. Только тогда она обратила внимание на датчик топлива. Половина бака.
«Великолепно», – хмуро подумала она, пока Ирина устраивалась поудобней и пристегивала ремень безопасности.
Сколько еще им удастся продержаться до того, как их настигнут Охотники? Или Протекторы? Что ей теперь делать? Как выбраться из этой передряги? Как связаться с Роландом?..
Дэстени чувствовала, как паника снова начинает сдавливать горло. Ей нужно было поесть, потому что на голодный желудок все казалось в несколько раз хуже. И поспать тоже не помешало бы. Ирина была права насчет того, что она может уснуть за рулем в любой момент и убить их обеих. Разумеется, она не собиралась признаваться ей в этом, но поспать ей правда было необходимо.
Она остановилась на окраине городка Минота, отыскав самое темное место у небольшой, заброшенной с виду фермы. Никого вокруг не было, и никто за ними не следил. Дэстени немного успокоилась и попыталась расслабиться.
Ирина, которая, по ее словам, не могла спать, «пока за рулем маньяк», с облегчением выдохнула.
– Ну что, меняемся, наконец?
Дэстени даже не взглянула на нее и лишь начала опускать сиденье, пытаясь привести его в удобное для сна положение. Она понимала: Ирина думает, что Дэстени все-таки сдалась и позволит ей сесть за руль.
Разумеется, этого ей не видать.
– Долго еще ты будешь играть в молчанку? – совсем другим тоном спросила Ирина, поняв, что они никуда не едут.
Дэстени закрыла глаза, устраиваясь поудобней. Она настолько устала, что ей было абсолютно плевать на Ирину, которая могла наброситься на нее в любой момент. Но девушка не двигалась. Какое-то время Дэстени чувствовала на себе ее напряженный взгляд, но Ирина тоже, видимо, решила вздремнуть, пока есть возможность.
Если бы совсем недавно кто-нибудь сказал Дэстени, что в скором времени ей придется скрываться от закона, да еще и в сопровождении главной преступницы Протекторов и убийцы Генерала Эдогана, она рассмеялась бы этому «сумасшедшему» в лицо.
Теперь ей было не до смеха.
Она понятия не имела, как правильно скрываться от закона. Да, она догадалась о смене машин, но что дальше? Их могут найти в любой момент. За ними наверняка началась самая настоящая охота. Уже несколько раз Дэстени задумывалась о том, чтобы просто вернуться в Организацию и хотя бы попытаться объяснить все, что произошло. Она Протектор. Она не преступник, в конце концов! Это просто смешно!