Орден Последователя. История Проклятого

– То есть предал своего короля, – грубо сказал Клаур. – ты можешь сколько угодно ругать великих лордов, называть их глупцами и ослами, но истина в другом. Мы дали им клятву в верности, и не имеем права менять порядок вещей оружием. Тем самым мы предаем не их, но себя.

– А как иначе меняется порядок вещей? Или проще его не менять? И ждать воли Создателя? Такие изменения случаются не часто.

–А я слышал другое, – голос Амита прозвучал мягко и насмешливо. – ведь тебя сподвиг на бунт конкретный человек, не так ли?

Гирион моргнул, и беспомощно улыбнулся:

– Да. Нерцис Айнос. Давайте… Если можно, о нем в другой раз. Слишком… Больная тема. Мне нужно подобрать слова. Завтра. Идти до твердыни все равно долго.

И Гирион чуть пошатываясь от заново пережитого волнения, отправился спать.

Следующую ночь они встретили в трактире, после длинного, дневного перехода. Этот трактир был одним из немногих на Имперском тракте. Лет двадцать назад, председатель тайного Совета лорд Рошер ввел огромный налог на расположенные рядом с трактом заведения. После него, лишь немногие смогли продолжить содержать свои питейные в очень выгодном месте. Трактир оказался совсем небольшим, крайне темным, без гостевых комнат. Трактирщик, увидев запыленного Гириона, потребовал несколько серебренных, и только тогда отправил всех вместе на сеновал. Гирион взбрыкнул и заявил:

-Я за такие деньги могу купить твою развалину. Дай хоть выпить, старый скупердяй.

Старик, владелец трактира, зло шамкая деснами дал на всех один кувшин прокисшего вина. Гирион оглянулся на сотоварищей и спросил:

– Кто хочет посидеть со мной и выпить?

Клаур и Марн сразу же демонстративно отправились на сеновал. Амит, Грифф, Оливия и Крер остались с Гирионом. Трактир внутри настолько мал, что в нем стояло лишь четыре стола. Один оказался занятым, что странно, за ним спал человек в черном плаще, спрятав голову в плащ.

– Смотри, как блестит, – вдруг произнес Крер. Спящий человек носил отдраенный нагрудник. Лицо странника трудно было разглядеть, как и герб на доспехе.

– Пусть спит. Видимо, плохое время. Так скажи мне Крер, что с тобой произошло после восстания?

–А нас под прощение королевское пустили. На этом настоял лорд Литанен. Он нуждался в  войсках для похода в степь. – Крер всегда говорил с Гирионом чересчур восторженно и громко.

– Ага. И как поход в степь? Удался?

– Я смог его пережить, – неожиданно грустно ответил Крер. – но большинство прощеных восставших герцог Литанен бросал в самое пекло.

– Но ты выжил. – отметил Грифф

– Да, малец. Выжил. Но Литанен…. Хоть он и герцог, но у него душа истинного дикаря. Девиз их дома «кровь превыше всего», вот только понимание у  фразы слишком прямое. Он сам рожден степняком и походы в степь лишь способ решения конфликта с родственниками. Литанен крайне жестокий и честный человек. Но своих солдат, не нас, он действительно ценит. И денег, что он раздал по окончанию похода мне хватило на собственную деревню. Так что, наверное грех жаловаться. Вот только…. После того похода, слыша клич степняков, я испытываю суеверный ужас. Они нападали отовсюду, казалось, что после каждого шага в нас летела стрела. Причем из-за странного оперения стрелы степняков омерзительного свистят. Ты слышишь мерзкий, чуть слышный свист, и понимаешь, что сейчас кто-то умрет. Возможно, ты. Ненавижу степь.

– Резонно. Так зачем вы идете на юг? Разумнее переждать кризис в собственной деревне.

– Оливия ведь приходится мне племянницей. Ее мать, моя сестра очень болеет, и племянница надеется успеть помочь. Или попрощаться, – Оливия кротко кивнула. Внутри она уже приняла оба исхода.

Гирион чуть пряча улыбку кивнул, и налил всем кислого вина. Особо много вдруг плеснул Гриффу.

– Малец, как ты относишься к выпивке?

–Я не люблю, когда моя голова в тумане и тошнит, – честно отметил Грифф.

– Иногда можно, – встрял до этого молчавший Амит, выпивший свое одним глотком. – человек любит уничтожать себя.

–А ты Амит? Почему ты так хочешь отомстить магам и натравить на них Френсиса?

– Ты был прав вчера, насчет короля Коннаса. Опасный глупец. Дурак. Вырожденец. Еще много плохих слов могу сказать. Вот только… – обычно веселый Амит вдруг стал серьезным – наследник и королева совсем другие. Наследнику Нуриану исполнилось всего семь лет, но он уже отличался как смелый и умный мальчик. Если старший Айнос ходил вечно угрюмый, то мальчик всегда улыбался и смеялся, внутренне искрясь. Весь в Дитрихов. Никто не имеет права убивать детей. Да и королева славилась своим умом и красотой по всей Алуе.

– Отчего же она не смирила Коннаса? – насмешливо улыбнувшись спросил Гирион.

– Дураков смирять весьма трудно. Тем не менее, это единственная женщина при дворе, у которой, при ходьбе не гремели золотые погремушки с драгоценными камнями. Все лишнее жертвовала в приюты. Так ее воспитал старый герцог Дитрих. В любом случае маги должны поплатиться за смерть таких людей.

Амит налил еще вина. Вдруг раздался хлопок двери, очень громкий и демонстративный.

В трактир вошло три рыцаря в черных латах. Гирион шепнул одними губами:

– Морроу.

Амит ухмыляясь, поправил мечи у себя на поясе. Он всегда носил два клинка, и Грифф, к примеру, плохо понимал, зачем.

– Трактирщик, подойди. – повелительно произнес первый из воинов Морроу.

Из старика испарилось все высокомерие, и он, чуть ли не кланяясь бросился к рыцарям.

Человек спавший за соседним столом приподнял лицо.

В воздух повисла напряженность.

– Мы ищем преступника, выступившего против короля. Его имя Коннор Алидо, наследник погибшего недавно барона Сторка Алидо. Мы хотим досмотреть всех посетителей твоей шарашки.

Амит ехидно заулыбался и чуть отодвинувшись от стола ослабил пояс с мечами.

– Постойте господа рыцари, – насмешливо начал гвардеец – именем какого короля? Король Коннас мертв.

– Это правда, – кивнул рыцарь. – вот только, вчера мой Лорд Орлан Морроу вошел в столицу и выдвинул требования на престол. Вопрос времени, когда примет королевский титул.

–И все же герцог Орлан Морроу пока не король. И не имеет права обвинять других.

Рыцарь поднял забрало. Под ним оказался усатый мужчина лет сорока:

– Скажи мне, путник, как получить право на престол? – распаренное лицо мужчины не выражало особых эмоций.

– Не знаю. Тебя должны выбрать?

– Нет. Ты должен иметь силу, – рыцарь резко нагнувшись ударил в щеку Амита. Тот с трудом удержался на стуле.

– Мне кажется, ты знаешь, где наследник Алидо, – сухо спросил рыцарь, пока два его товарища доставали клинки.

– Мне кажется, что ты сейчас умрешь, – скривившись от боли, Амит вскочил со стула и выдернул оба своих меча из ножен. Один из них, более короткий он держал в левой руке, более длинный в правой.

– Убить дурака. Остальных допросим потом.

Рыцари медленно двинулись к Амиту. На Гириона и остальных внимание они не обратили, заметив, что оружие есть только у Амита. Это стало роковой ошибкой.

Гирион, наблюдая как рыцари наступают на гвардейца, цинично заметил:

– Ведь вроде Орлан Морру славен своей хитростью. Но служат ему весьма прямолинейные ребята.

Ближайший к Гириону рыцарь замахнулся клинком в сторону Амита. Гирион схватил со стола нож и вонзил в подмышку, в стык лат. Рыцарь истошно закричал, и попытался зарубить Гириона. Бывший узник ушел в сторону, но, сидевшая за ним Оливия вскрикнула. Меч попал ей в плечо, и она рухнула со стула. Грифф, чувствуя дрожь от сраха, заметил, как полилась кровь и воздух вокруг словно бы стал более густым.

Мужчина сидевший за соседним столом стремительно встал. Несколько секунд он наблюдал за тем, как Амит обменивается ударами с двумя рыцарями, как Крер, с ненавистью крича, бросается на рыцаря ранившего его племянницу с голыми руками. Лицо мужчины прорезала мрачная ухмылка. Достав из-под плаща дорогой клинок, он подскочил к раненому Гирионом рыцарю и вогнал свой тонкий клинок ему в горло. Один удар, и латник Морроу, заливая кровью все вокруг, рухнул на пол. Трактирщик, несколько мгновений молча наблюдавший, юркнул под стол.

Амит легко обменивался ударами с рыцарями. Он был гораздо легче, и, как гвардеец, прекрасно владел двумя мечами одновременно. По искусству он превосходил своих соперников, но плотно подогнанные латы не позволяли сильно ранить рыцаря. Однако, ударивший по щеке Амита рыцарь зря откинул забрало, и в какой-то момент, меч Амита разрубил ему лицо. Солдат Морроу вскрикнул и грузно отошел в сторону, где получил точный удар клинком в горло от незнакомца.

Амит остался один на один с последним рыцарем Морроу. Крер зажимал помочь Оливии, Гирион демонстративно сел за стол и пил вино прямо из кувшина, незнакомец не мог вырвать свой меч из тела убитого.

– Такие вы «интересные ребята», – холодно скривил в улыбке губы Гирион. – вот поэтому рыцарство и вымирает. Из-за косности мыслей.

Гирион перехватил опустевший кувшин и кинул в голову рыцаря. Тот растерялся от сильного грохота и удара по голове, и нескольких мгновений хватило на то, чтобы Амит сократил дистанцию и вогнал меч под ворот доспеха.

Все закончилось. Рыцари Морроу лежали мертвыми, и взгляд Гириона холодно остановился на страннике. Теперь, без капюшона было заметно, насколько он молод, но смутило бывшего узника совсем другое. Нагрудник странника, дорогой, с инкрустированный кабаном ясно намекал на личность того, кто пришел им на помощь:

– Рад приветствовать барона Алидо. – подчеркнуто почтительно Гирион.

Коннор Алидо взглянул на Проклятого без удовольствия, продемонстрировав синяки под глазами.

– Боюсь, что наша встреча продлится недолго. Девушка сильно ранена?

– Нет, я вполне в порядке. Удар не коснулся кости, – слабым голосом произнесла Оливия все еще лежа на полу.

– Я рад, что смог вам помочь. Теперь мне нужно уйти.

– Постой, барон. Быть может, ты мне нужен, – Гирион протянул руку в сторону Алидо.

– Не обижайся дорогой друг, но боюсь, что я слишком знатен для такого брака, – ухмыльнулся Коннор.

– Оу. Нет, конечно нет. Позволь представиться. Барон Алидо, моё имя Гирион Арети или же Гирион Проклятый. Как тебе будет удобно.

Алидо чуть оторопел, а затем рассмеялся.

–А. Понятно. Видимо моя жизнь сильно пошла под откос, и теперь в окрестных трактирах я встречаю мертвецов и призраков. Мое имя Коннор, и теперь, видимо, я действительно Барон Алидо. Отец мой явно не жив. Что же нужно Гириону Проклятому, если это действительно ты, на юге страны, в период начала Гражданской войны?

–Я хочу отомстить убийцам короля.

–К несчастью, убийца короля уже объявляет себя монархом, –ухмыльнулся Коннор

– Ты думаешь, что Морроу убил короля.

– Уверен. – яростно кивнул Алидо. – короля убили маги. А затем маги выступали на стороне Морроу. До вас дошли слухи о битве у Имперского тракта?

– Совсем немного.

– Мы с отцом шли на столицу. У Имперского тракта нас встретило войско Морроу. Для победы над моим отцом Морроу использовал магов. Вряд ли это совпадение. Видимо род сынов шлюхи решил наконец получить свой престол.

– Сядь, барон Алидо. Я расскажу тебе кто мы и какая у нас миссия. Ты можешь очень помочь нам, –Гирион указал перстом на стоящим рядом с ним стул. – даю слово, если ты поможешь нам, мы поможем тебе в войне с Морроу. Будь уверен.

– Хорошо, – садясь, проговорил Алидо. – особо мне не из чего выбирать.

Клаур и Марн счастливо проспали не только драку, но и всю ночь. Выйдя утром в трактир и увидев три мертвых тела, Клаур сильно нахмурился и потребовал объяснений. Узнав же, что к отряду на время присоединился сам барон Алидо, гвардеец сильно растерялся.

– Стейша занята войсками Морроу. В том числе и наш родовой замок Орха, – с деланным спокойствием рассказывал Алидо – я узнавал новости в последние дни. Моя мать и брат в плену, в лучшем случае, может быть и мертвы, и все земли Алидо под властью Морроу. Полночи сегодня я говорил с вашим лидером, и хоть я все равно слабо верю в то, что мне встретился тот самый Гирион Арети, но идея попросить помощи у Френсиса и Дитрихов кажется хорошей. Потому что других у меня нет.

– Мы будем очень польщены если вы отправитесь с нами, барон.

Алидо криво улыбнулся:

– Да. Только это вам и остается. Дитрихи дружили с моим отцом, он часто ссужал им деньги. Буду надеяться, что они дадут мне отряд, и наши пути разойдутся. Просить что-то у Френсиса мне не хочется.

– Отего же? – чуть дрожащим от волнения голосом спросил Грифф.

–Френсис… Весьма странный человек. По сравнению с ним рыба – самое эмоциональное существо на свете. К тому же, он всегда себе на уме.

– Это правда. Но у него есть главное – могущество.

– А я ведь не спорю. Но Дитрихи мне нравятся в сотни раз больше, – честно признался Алидо.

– Мне тоже. Они хотя бы меня не пленяли, – кивнул Гирион.