Безмолвные жертвы

- -
- 100%
- +
– Как ты вообще живешь без музыки? – раздраженно проворчала она, не выдержав и десяти минут тишины.
– Я не люблю фоновый шум, – спокойно ответил Алик, даже не взглянув на нее.
– А телек? У тебя нет телека!
– Мне некогда его смотреть. А то, что мы заключили перемирие, не дает тебе право мне тыкать.
– Вы же мне тыкаете, хотя мы с вами на брудершафт не пили.
– Кто-то крадет строки из Булгакова? – чуть смягчился он и мельком взглянул на продолжающую недовольно сопеть Нину.
– Ух ты, читали Булгакова? — язвительно спросила она, решив, что раз уж она не может включить музыку, обязательно оторвется на классике.
Алик скривил уголок рта, обесценивая ее выпад.
– Ты так злишься, потому что я не дал тебе включить радио?
– Нет, – буркнула Нина.
– Обломил свидание?
Она недовольно посмотрела на него.
– Значит, угадал.
– Хотели сходить с подружкой в бар, – уточнила Нина. Она не понимала, зачем оправдывается. Вообще-то это не его дело, с кем и куда она ходит в свободное от работы время. Но ей хотелось, чтобы шеф знал, что это не какой-то парень. «Дура какая», – она мысленно закатила глаза. – Что ты пьешь? – вдруг спросила она.
Алик посмотрел на нее вопросительно.
– У тебя дома я нашла блистеры от таблеток. Вроде сильные обезболивающие, выписываются по рецепту.
– У меня часто бывают мигрени. Сильная головная боль, тошнота иногда даже рвота, – ответил он совершенно буднично, чем явно удивил Нину, которая решила, что он станет отнекиваться и, как всегда, орать, что она лезет не в свое дело.
– Наверное, неприятно, – поморщилась Нина. – Давно это у тебя?
Алик знал: она хочет перевести разговор на тему старого убийства. Он мог бы отмахнуться от нее, позволить ей включить радио, но решил, что этого разговора в любом случае не избежать. Так почему бы не поговорить сейчас?
– После того как меня признали невиновным, у меня началась депрессия. Жена ушла, коллеги отвернулись, я начал пить… – Он включил поворотник и притормозил у обочины.
– Считаешь, я это сделал? – он оперся рукой о руль и развернулся к ней.
– Не знаю, – честно ответила Нина. – Не думай, что я притащилась сюда, чтобы во что бы то ни стало доказать твою вину. Я хочу понять, что тогда произошло.
– Здесь наши желания сходятся, – он переключил скорость и снова выехал на дорогу.
Нине было интересно, зачем он остановился. Думал, что она вцепится в него, что начнет снова обвинять и боялся вспылить или просто хотел посмотреть ей в глаза?
– Я хочу помочь, – она, не отрываясь, смотрела на Алика. Он уверенно вел машину и больше не поворачивался к ней, будто услышал то, что хотел, а остальное его мало волновало.
– Ты таскалась за мной, как личный цербер, вырывая куски плоти, а теперь бац – я хочу помочь.
– Я могу помочь. Новый взгляд и все такое.
– Новый взгляд и все такое? Это моя жизнь, а не дурацкая статейка из желтой газетенки.
– Сейчас она именно так и выглядит.
– Может быть, ты и права.
– Можно вопрос?
– Валяй, раз уж мы все равно говорим об этом, – недовольно проговорил Алик.
– Браслет Ани, который нашли у тебя в кармане. Откуда он там взялся? Он же был чуть не основной уликой, доказывающей твою вину. Этот браслет был на ней в тот вечер. Убийца сорвал его, оставив на ее запястье след.
– Если ты внимательно читала дело, я и тогда сказал, что не знаю, и сейчас повторю ровно то же самое – я не знаю откуда, он взялся в моем кармане, – намеренно разделяя слова, произнес он с нажимом.
– Наверняка сделал кто-то свой. А может быть, убийца был чужак. Ты же в тот вечер зависал в баре? Если судить по медицинскому освидетельствованию, ты едва держался на ногах. Это мог быть кто-то, кому не нравился твой роман с сестрой жены?
– Эту версию тоже проверяли. У нее не было психованных поклонников или тех, кого она отшила из-за меня.
– Почему она? – тон Нины перестал быть деловым. Алик знал, что ее вопросы будут крайне неприятными, но не думал, что будет настолько раздражен. Прошло уже пять лет в старательных попытках забыть обо всем. С косыми взглядами он более или менее смирился, они лишь напоминали ему о том, что он виновен. Нет, не в смерти девочки, но в том, что со всеми ними тогда произошло. Это он все разрушил. На виске расчирикалась жилка, как предвестник скорой головной боли, он полез во внутренний карман пиджака за таблеткой.
– Дай воды. На заднем сиденье, – попросил он.
– Нина перегнулась через спинку, и нашарив пластиковую бутылку, протянула его Алику.
– Снова началось?
– Нормально, – бросил он и, не глядя, убрал бутылку в дверцу.
– Если не хочешь, можем поговорить потом, – сжалилась Нина.
– Спасибо, Шерлок, сразу полегчало.
– Ты любил ее или это был просто секс? – не удержалась Нина.
– По-моему, мы договорились, – вспылил Алик, вонзив в ее лицо недовольный взгляд.
Нина опустила глаза и отвернулась к окну.
Они ехали молча. Нина слушала музыку в наушниках, но все равно никак не могла избавиться от мыслей об Алике. Если, это был просто секс, можно было найти любую другую, зачем так рисковать и связываться с сестрой жены? Эта мысль посещала ее и раньше, а сейчас только укрепилась. Алик не похож на Казанову. Он мог измениться, но не настолько же. У Нины были мысли, куда еще можно копнуть, но ей было нужно, чтобы Алик ответил на несколько ее вопросов. Она успокаивала себя, что начало положено, и пусть не сразу, но она уверенно движется к своей цели. Закончился новый трек, и Нина взглянула на экран телефона. «Черт, – чуть не вырвалось у нее. – Сегодня двадцать девятое, значит, вчера было двадцать восьмое».
– Почему ты вчера не поехал на работу? – спросила она, вытащив из уха наушник.
Алик не ответил, но она знала, что он расслышал ее вопрос.
– Вчера была очередная годовщина смерти Ани. Ты из-за этого остался дома? – настаивала она.
Капитана начало раздражать ее любопытство.
– Осуждаешь? Думаешь, я не способен на эмоции?
– Я так не сказала.
– Но подумала.
– Вовсе нет, – вспыхнула она. – И что ты обычно делаешь в этот день?
– Обычно напиваюсь, но вчера ты спутала мне все карты.
В салоне автомобиля снова повисла тишина.
–Так что за подружка? – спросил он.
– Ты о чем?
– Та девушка из кадров?
– Теперь мы будем говорить обо мне?
– Почему нет? Мы же напарники, а напарники интересуются жизнью друг друга.
Нина состряпала гримасу.
– Что? Обычная беседа, должен же я знать, чем занимаются мои сотрудники в свободное время. Вдруг ты собачек по подворотням отстреливаешь?
– Я похожа на убийцу собак? – удивилась Нина.
– Да все мы немного монстры, немного люди, никто не выглядит как убийца.
– Спасибо, – фыркнула Нина и отвернулась.
Алик криво улыбнулся, глядя на ее недовольное лицо.
Глава 15
Иногда дорога пролегала вдоль побережья, порой заныривала в небольшие городки, похожие на Ильинск, а подчас и вовсе полузаброшенные деревеньки, такие же щербатые, как обдуваемые всеми ветрами утесы вдоль линии моря.
Нина хотела поговорить об убийстве Ани, но Алик не был расположен к откровениям. Его было сложно в этом винить, он пережил трудные времена, их отголоски до сих пор преследовали его. Не мудрено, что он не верил в ее благие намерения. Наверняка решил, что она пытается, как и другие, найти неопровержимые доказательства его вины. Нина слышала краем уха, что подобное уже пытались провернуть его бывшие коллеги еще там, в Уфе.
Она взглянула на Алика. Он давно молчал и казался совершенно отсутствующим.
– Что думаешь делать? – спросила она, устав от тишины. – Мы что, просто придем к ней домой и прижмем к стенке?
– Никого к стенке мы прижимать не будем, – ответил Алик. – Сегодня у нее тренировка в бассейне. Зайдем, поболтаем, а там уже видно будет. Надеюсь, ты не против, если нам придется остаться на ночь?
– Что? Блин! – сникла Нина. Она уже написала Викуле, что встреча переносится на завтра. «Она меня убьет».
– Проблемы?
– Нет, – поспешила ответить она. – И надолго это может затянуться? Я даже зубную щетку с собой не взяла.
– Надеюсь, до гостиницы не дойдет, – Алик припарковался возле почти такого же спортивного комплекса, как в Ильинске. Правда, этот назывался «Олимпийские резервы». Хоть какое-то разнообразие.
– Какой план? – решила уточнить Нина, когда, пройдя мимо поста охраны, они оказались у выхода в бассейн. До них доносились умноженные эхом голоса. Похоже тренировка в самом разгаре. – Разделимся?
– Нет, предлагаю командную работу, – ответил Алик, высматривая среди почти одинаковых девочек в купальниках и спортивных шапочках нужную.
– По-моему, наша, посмотри, – он сунул Нине под нос фото Алины, скачанное Кириллом из интернета.
– Вроде похожа, – неуверенно ответила Нина, присмотревшись.
– Наблюдательность у тебя, конечно, как у оловянной ложки, – бросил Алик, наблюдая, как Алина, накинув на плечи полотенце, разговаривает с тренером.
– Не спеши, пусть договорят, – остановил он Нину. – Нам сейчас не нужны лишние свидетели. Поговорим с обеими по отдельности. Посмотрим, что они расскажут про Шмелева. Как она тебе?
– Ну, такая себе, красотка. Слишком взрослая для нашего любителя поесть мороженого.
– Как бы все это ни было отвратительно, но надеюсь, что ты права, – без энтузиазма ответил Алик.
Наконец, женщины договорили. Тренер, на вид ей было пятьдесят с небольшим, резко свистнула в свисток разбаловавшимся в воде подопечным. Алик поморщился. Слишком много света и шума. Алина сняла шапочку и, на ходу вытирая волосы полотенцем, направилась в их сторону.
– Здравствуйте, мы из полиции, – Алик раскрыл удостоверение, когда девушка проходила мимо. – Задержитесь на пару минут, нам нужно задать вам несколько вопросов.
– Вопросов? – удивилась Алина. – Каких еще вопросов? Я ничего не делала.
– Примерно месяц назад, а именно, двадцатого апреля этого года вы отправили своему бывшему тренеру Шмелеву Игорю Борисовичу фотографию, – он достал из пластиковой папки распечатанное на листе бумаги фото и протянул Алине.
Та с опаской взяла его в руку и тут же посмотрела на полицейских.
– А при чем тут мое фото? И вообще, – вдруг добавила она, – с чего вы взяли, что оно мое? Лица-то нет.
– Фото было отправлено с вашего телефона, но вы не волнуйтесь, – поспешил заверить ее Алик. – Мы вас ни в чем не обвиняем. Вопрос касается вашего бывшего тренера Шмелева. В каких вы с ним отношениях?
– Ни в каких, — насторожилась Алина. – Иногда списываемся. А что?
– Списываетесь и отправляете ему интимные фотографии? – уставился на нее Алик.
– Какая вам-то разница? – тут же вспылила Алина. — Это не ваше дело, мне уже семнадцать, так что засуньте свою мораль… – она не договорила, видимо, решив, что перебор.
– Хорошо, задам вопрос по-другому: какие отношения связывали вас раньше? Видимо, они были, раз вы считаете нормальным присылать ему подобные снимки с подписью, – он прочитал по бумаге, – «Ты все еще помнишь это?» Расскажите, о каком «это» речь.
– Почему вдруг полиция интересуется Шмелем? – подбоченилась Алина.
– Проверяем слухи, – без запинки соврал Алик. – Одна из его учениц пожаловалась на домогательства со стороны тренера. Наша задача – все проверить.
– Ясно, – Алина казалась расстроенной и раздраженной одновременно. Переминалась с ноги на ногу, словно хотела побыстрее сбежать. – Ничего такого я не могу сказать.
–Уверены?
– Да, блин, уверена, – нервно бросила она. – Теперь я могу идти?
– Пожалуйста, подумайте, – попросил Алик. – Вы можете помочь другой девочке, попавшей в неприятную ситуацию.
– Послушайте, я ничего не могу сказать. Да, мы с Игорем встречались некоторое время назад, но он уехал, и мы разошлись. Это все! – она развернулась и буквально забежала в раздевалку.
Алик стоял задумчивый, продолжая смотреть на закрытую дверь, и пришел в себя только когда заговорила Нина.
– Что думаешь?
– Она явно чего-то не договаривает. Заметила, как она занервничала? – ответил он.
– Да-а, — довольно проговорила Нина. Алик посмотрел на нее, ожидая, что она подкрепит свое «да» какими-то выводами, но Нина молчала.
– «Да» – и все?
– Пока «да» – и все, но с ней нужно еще раз поговорить. Беру это на себя, — с готовностью сказала она. – Мне Алина может рассказать больше, чем чужому мужику.
– Резонно, – вздохнул Алик. – Ну, что, пошли поговорим с тренершей? На вид грозная женщина.
Он оказался прав: тренершей оказалась настоящая амазонка. Она тут же взяла полицейских в оборот, слишком громко объясняя, что никаких конфликтов, а тем более неуставных отношений, в ее команде не было и быть не могло.
– Вы же понимаете – это команда, один большой сплоченный коллектив. Я не позволю деморализовать моих девчонок. Да, Игорь пользовался вниманием у женского пола, но что-то из рук вон… Нет.
– А если не из рук вон? – подстраиваясь под ее тон, поинтересовался Алик. – Он же из-за чего-то уволился.
– Послушайте, у нас на носу областные соревнования, девочкам сейчас не нужны лишние волнения.
– А теперь, Ольга Геннадьевна, вы меня послушайте, – тон Алика стал непреклонным. – У нас убитая четырнадцатилетняя девочка – ученица вашего хорошего парня Игоря Шмелева. Мы хотим найти убийцу, нет, даже не смейте говорить, что он на такое не способен, – остановил ее жестом Алик. – Вы даже не представляете, на что способны люди в критической ситуации. Я еще раз задам вам вопрос: каким именно образом происходило его общение с ученицами вне тренировок? Помните, на вашей совести может остаться нераскрытой смерть маленькой не в чем не повинной девочки. Не спешите.
Женщина опустила глаза, ее левая рука нервно теребила тесемку, на которой висел свисток. «Похоже, очень хочет дисквалифицировать капитана», – подумала Нина, внимательно наблюдающая за диалогом.
Было видно, что она пытается решить какую-то сложную дилемму. Наконец она снова посмотрела на Алика, а потом и на Нину.
– Где-то год назад я увидела у Игоря в телефоне переписку с одной нашей ученицей. Сообщения показались мне слишком фривольными, хотя девочке на тот момент было уже шестнадцать, – добавила она. – А за несколько месяцев до этого из команды неожиданно ушла еще одна ученица. Я, конечно, пошла к ней домой, хотела выяснить, что произошло. Она мне объяснила, что больше не хочет посещать занятия. Я рассказала ей о найденной переписке и спросила напрямую, не из-за Шмелева ли она решила уйти. Она сказала – нет, но я, если честно, ей не поверила. Я не берусь сказать, что между ними произошло. Возможно, просто ревность, возможно… – она сделала паузу и не стала договаривать. – Мы поговорили со старшим тренером, Виктором Сергеевичем, и решили, что подобное поведение в любом случае неприемлемо. Игоря попросили уйти, он без проблем написал заявление, и больше я его не видела.
– И вы говорите, что никаких неуставных отношений в команде нет? – Алик выглядел довольным.
– Поймите, ничего такого он не сделал. Я потом поговорила с моими девчонками. Да, он многим нравился, они переписывались, возможно, даже присылали друг другу снимки, но ничего такого.
– Снимки, как этот? – Алик протянул Ольге Геннадьевне фото Алины.
– Боже, нет! – она схватилась за грудь и с ужасом посмотрела на капитана. – Это он, да?
– Это мы и хотим выяснить. Продиктуйте, пожалуйста, моей помощнице имена и адреса девочек, о которых вы только что нам рассказали.
Алик отошел подальше от воды, ее блеск начал его раздражать и перед глазами замелькали белые точки, а это значит, что через полчаса-час у него разболится голова. Пока Нина записывала контактные данные, он достал из кармана таблетку и запил ее водой из кулера.
– Опять голова? – спросила подошедшая Нина.
– Все записала?
– Да.
– Так, сейчас почти четыре. Давай где-нибудь перекусим, а потом попробуем опять поговорить с Алиной.
– Перекусим? – усмехнулась Нина. – Ты же не ешь.
– Не хочу, чтобы ты пала смертью храбрых. Покормлю тебя, а потом снова займемся Алиной. Нам нужно ее разговорить.
Глава 16
Игорь сидел в темноте перед светящимся монитором компьютера и методично уничтожал мегабайты данных. В основном это были фотографии. Несмотря на то, что в них, по мнению Игоря, не было ничего такого, они могли вылезти ему боком.
В комнату с чашкой чая в руке вошла Ирина.
– Чем занимаешься? – прихлебывая чай, поинтересовалась она.
– Да так, чищу комп от мусора. Как сходили?
– Врачи, процедурки, потом прогулялись по парку. Неужели мы тоже будем такими?
– Какими?
– Беспомощными, – Игорь успел свернуть все окна, и теперь на нее с заставки экрана смотрела смазливая блондинка в кружевном белье. – Опять бабы? Когда ты повзрослеешь? – Ирина сделала глоток чая.
После похода по врачам гудели ноги и спина. Но сейчас мама уже спит, а значит, и ее хлопоты на сегодня закончились. Ирина скучала по работе. К своим сорока она так и не обзавелась семьей, и единственное, что отделяло ее рабочие часы от личного времени, – ее женатый любовник, но сейчас он был далеко, и Ира захандрила. Она с удовольствием зацепилась за возможность немного поработать и перевернула интернет в поисках информации по капитану Ковалю. Похоже, судьба решила послать ей очередной подарок. Она видела – Игорь в последние дни напряжен, но сейчас у нее появился рычаг давления на следствие. Ирина считала себя сильной женщиной, в основном потому, что умела продумывать ходы на пару шагов вперед.
– Игореш, ты же ничего от меня не скрываешь?
– Нет, конечно! Так чего ты хотела? – Игорь обернулся. Его натянутая улыбка говорила, что она заявилась не вовремя и впустую тратит его время.
– Хотела убедиться, что ты не наделаешь глупостей.
– Я же сказал – у меня все пучком.
– Надеюсь, – она вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Ситуация ее немного волновала. Ирина была уверена, что полиция не оставит Игоря в покое. А значит, ей не помешает нарыть побольше информации о том старом деле, в котором был замешан Коваль. Она достала из кармана сотовый и набрала номер старого друга. Тот был ей должен, а должников Ирина любила. Дело даже не в том, что они снабжали ее необходимой информацией, чаще всего они делали это против воли, и Ирина ощущала свою власть. Вся ее жизнь была построена на взаимных одолжениях и расчетливых ходах. Это делало ее рутину яркой, заменяло личную жизнь и отсутствие детей.
Шаги сестры за дверью стихли. Игорь открыл очередную запароленную папку, клацнул мышкой и раскрыл альбом под названием «Сладкое». Разноцветные прямоугольники фото заняли весь экран. Даже не увеличивая, он помнил, что на каждом из них. Жаль, что придется удалить. Игорь навел курсор на последнюю, сделанную им совсем недавно, и тут же почувствовал, как им завладевает возбуждение, горячее и неконтролируемое. Он с трудом протолкнул его в горло, и сжал себя через прохладный шелк трико. Взгляд его скользнул по тонким раскинутым рукам и стыдливо сжатым бедрам. Он увеличил изображение. Теперь весь экран занимали маленькие розовые соски. Игорь сжал руку сильнее, страх поимки сладкой болью вонзился в грудь. Дверь не заперта и в нее запросто может войти мама или Ира, но это всегда дарило ему дополнительное удовольствие. Не было смысла сдерживаться, ему уже не двенадцать, и он больше не боялся криков матери или смешков сестры.
***
Кафешка в местной гостинице была уютной, и еда приличная. Нина с аппетитом наворачивала плов, пока Алик, откинувшись на спинку стула, неспешно потягивал кофе. Его жаркое стояло рядом почти не тронутое.
– Ты такой нелюдимый и злой, потому что все время голодный, – назидательно произнесла она. – Я так точно злая, как собака, если не поем вовремя.
– Запомню, – безразлично ответил Алик.
– О чем думаешь? – Нина отложила ложку и тоже облокотилась о спинку.
– Нужно договориться с Алиной о встрече. Ты права, возможно, тебе она скажет больше. А я возьму на себя вторую девочку, как там ее?
– Кира Стрижонок, – напомнила Нина. – Стрижонок, прикольная фамилия. Но, думаю, она тоже ничего тебе не скажет. Если, конечно, он реально что-то ей сделал.
– Это почему?
– Ну представь, что девчонку лапал взрослый мужик. Если она не заявила на него, значит, испытывает страх, или хуже того – дикий стыд и точно не станет откровенничать с другим взрослым мужиком.
– Почему стыд хуже страха?
– Если тебе страшно, можно спрятаться, а если стыдно – это всегда с тобой. Когда болтаешь с друзьями, ходишь на учебу или смотришь в зеркало.
– Изучала психологию жертвы?
– Типа того.
– А что прикажешь делать мне?
– Поработаешь моим личным водителем, – подмигнула ему Нина. – Давай так, – тут же вставила она, пока капитан не разорался. – Я поболтаю с Алиной, заодно расспрошу ее о Кире, может быть, она нам что-то и расскажет. А там решим. Как тебе план?
– Фиговый план, но звони.
Нина набрала номер Алины. Девочка ответила сразу, Нина прикрыла динамик рукой и поспешила на улицу. Алик не понимал, к чему такая скрытность, но продолжал сидеть за столом и наблюдать на ней через панорамное окно. Он реагировал на каждую смену выражения ее лица внутренней болью. Она начиналась где-то в груди и каждый раз, когда Нина устремляла на него полный безмолвного разочарования взгляд, пронзала насквозь и пульсировала уже в позвоночнике. Он ловил движения ее губ, стараясь распознать слова, но все равно оставался в неведении, пока Нина в бессилии не опустила телефон, виновато скривив рот.
Место надежды заняла злость. Зачем он позволил этой сопливой девчонке решать, как им поступить?
Алик не мог проиграть, только не сейчас.
– Что? – недовольно бросил он, уже зная, что ответит Нина.
– Она не собирается с нами разговаривать. Прости. Но это не значит, что все пропало, – тут же добавила она. Нина была уверена, что Алина согласится встретиться с ней без свидетелей. Она же была с ней предельно откровенна, каждое слово, произнесенное во время этого разговора, было продиктовано желанием помочь, а не тупой жаждой раздобыть побольше грязных фактов.
– У тебя была возможность проявить себя, ты ее упустила, – Алик поднялся из-за стола и направился к стойке администратора.
– Подожди! Куда ты так ломанулся?
– Нам нужно снять номер.
Двух номеров в этой гостинице не оказалось, но совершенно случайно им перепал один, но с королевской кроватью, как описала его администратор.
– Это вам еще повезло: у нас проходит бизнес-конференция, и все номера выкупили еще месяц назад, – девушка с интересом разглядывала странную парочку у стойки.
– Ладно, берем, – буркнул Алик.
– Эй! – возмутилась стоящая рядом Нина.
– Я думал, тебе не привыкать, – с мстительным безразличием ответил он.
– Это отвратительно, – прошипели Нина ему в ухо, и первая направилась к лифту.
Алик нагнал ее уже в кабине. Он знал, что ведет себя как козел, и Нина не виновата, что девчонка отказалась от встречи, но у него раскалывалась голова и ехать в другую гостиницу не было ни сил, ни желания.
– Прости, – даже не взглянув на напарницу, буркнул Алик. – Я попросил раскладушку.
Нина промолчала. Такие извинения не заслуживают ее ответа. Она скрестила руки на груди, глядя, как медленно сменяются цифры счетчика этажей.
Девушка на ресепшене не обманула, номер оказался просторным и действительно с огромной кроватью. Нина уселась на край и, раскинув руки в стороны, упала на спину.
– Я устала.
– Отдохни пока, – Алик бросил плащ на спинку кресла и заперся в ванной.
Нина в блаженстве закрыла глаза, но сразу открыла их снова и начала прислушиваться к монотонному бубнению, которое смешивалось со звуком льющейся воды, и ей пришлось подняться и приложить ухо к двери, чтобы разобрать слова.
– Да, сейчас, – послышалось из-за двери. – Неделю назад. Послушай, – перебил Алик. – Они нужны мне сейчас. Хорошо. Да, смогу. Все, пока. И… Прости.
Нина в один большой прыжок снова оказалась на кровати.
– Я скоро вернусь, – бросил Алик, взял плащ и вышел.
Нина не собиралась гадать, кому капитан звонил и что ему так срочно понадобилось. На ходу натягивая куртку, она воспользовалась лестницей. Отбарабанив четыре этажа, оказалась в вестибюле.
– Напарника моего не видели? – спросила она у девушки-администратора. Та кивнула в сторону выхода, и Нина поспешила на улицу. Золотистый внедорожник как раз выезжал с парковки, и она заметалась взглядом по округе, решая, как быть. Ни одного такси у гостиницы не было. «Чертовы онлайн-сервисы!» – ворчала она.
Нина выбежала на дорогу и тормознула первую попавшуюся машину.
– С ума сошла? – опустив стекло, выпалил водила. – Я тебя чуть не сбил!
Нина беспардонно шлепнулась на пассажирское сиденье.



