Вас много, а я один. И другие истории о саботажниках, развесистоухих ослах и торжестве здравого смысла. Мобильная версия.

О клиентах юриста по объявлению.

Всем привет. Я — юрист. Но не такой, как в сериалах. Я не хожу в суд в костюме за триста тысяч и не говорю «Ваша честь, протестую!» с пафосом трагического актера. Я — юрист с «Авито». Частная практика. Сам себе офис, сам себе секретарша, сам себе кофе в пластиковом стаканчике из «Бургер Кинга».

Знаете, кто мои конкуренты? На «Авито» в разделе «Юридические услуги» рядом со мной висят объявления: «Помогу вернуть мужа от любовницы с помощью заговора на воду», «Сниму порчу на финансовый успех, результат 100%» и «Гадание на кофейной гуще по вопросам наследства». И среди всего этого эзотерического ада — я. С фотографией в пиджаке на фоне книжного шкафа, где томик Гражданского кодекса соседствует с книгой «Как перестать беспокоиться и начать жить». Потому что без нее в моей профессии никак.

У меня есть лендинг. Я его сам делал в конструкторе. Там на главной странице написано: «Юридическая помощь. Честно. Без магии. Результат зависит от закона, а не от положения Меркурия в ретроградном Юпитере». Конверсия, кстати, так себе. Люди больше верят в заговоры.

Основной канал привлечения — сарафанное радио. Звучит оно примерно так: «Слушай, позвони этому юристу, он какой-то странный, но приставы отстали. Правда, он потом просил денег, но ты ему скажи, что отблагодаришь, он понимающий».

90% моих клиентов — это люди, которым нужно отменить судебный приказ. Если вы не знаете, что это такое — вы счастливый человек. Если знаете — добро пожаловать в клуб. Это когда вы когда-то взяли микрозайм «До зарплаты 0%», не вернули его в срок, и через три года проценты выросли до стоимости крыла от «Боинга». А вы об этом узнаете, когда с вашей карты вдруг исчезают деньги на проезд в метро.

Звонок в понедельник, 8:03 утра:

— Алё, это юрист? Мне вас посоветовала соседка по лестничной клетке, Светка с третьего этажа, у которой муж алименты не платит, но вы ей помогли. Слушайте, у меня тут это... судебный приказ. Я даже не знала, что на меня в суд подали. А я не виновата. Я просто хотела кофе в кредит.

Я: «Как — кофе в кредит?»

— Ну, я в приложении одном заказала капучино, а там всплыло окно: "Оформите карту рассрочки за две минуты". Я подумала — чего мелочиться. Кофе, пирожное, еще кофе. А потом оказалось, что это не рассрочка, а кредитная карта с процентом, как у ростовщика из фильма про 90-е. Я про нее забыла, сменила телефон, симку, квартиру и имя. Но они меня нашли. Теперь я должна 157 тысяч рублей за семь капучино и одно пирожное «Картошка».

Это классика. Кофе за 157 тысяч. Самый дорогой кофе в истории человечества. Зёрна, выращенные на склонах вулкана юристов-коллекторов, обжаренные в котле потребительского экстремизма.

И вот тут начинается мой любимый цирковой номер. Называется «Сколько стоит консультация?».

Звонок. Голос в трубке — этакая смесь тревоги, надежды и желания получить всё бесплатно.

— Здравствуйте, а сколько у вас стоит консультация?

Я, наученный горьким опытом, отвечаю четко и с расстановкой, как робот из службы поддержки:

— Стоимость консультации зависит от объёма консультации, сложности ситуации и необходимости знакомиться с документами. Может быть и 1500, и 5000, и больше, если требуется анализ.

В трубке — пауза. Я слышу, как где-то на фоне плачет ребенок, лает собака и, кажется, разгружают вагон с щебнем.

— А... Ну... Ясно. А у меня ситуация... Ну, в общем... Слушайте, я просто расскажу, а вы скажите, сколько это будет стоить?

Внимание, коллеги-юристы в зале. Вы знаете этот момент. Это момент, когда рыба-клиент заглатывает крючок бесплатной консультации.

— Я взяла в «БыстроДеньги» 5000 рублей два года назад. Потом не платила, потому что меня сократили, муж ушел к кассирше из «Магнита», мама заболела, кошка родила, а холодильник сгорел. Я меняла номера, адреса и цвет волос. А вчера приставы арестовали мою карту, на которую приходят детские пособия. И там висит долг 89 тысяч рублей. Что мне делать? Как отменить судебный приказ? Мне нужно писать возражение? А в какой суд? А в какой срок? А если я пропустила срок, что тогда? А могут ли приставы прийти и описать кошку? Кошка не моя, кошка соседская, просто у меня живет. А если я напишу возражение, они точно отстанут? А проценты пересчитают? А можно ли признать договор недействительным, потому что я была в депрессии и не понимала, что подписываю?

Прошло 27 минут. Она только что получила полноценную консультацию. Я объяснил ей алгоритм действий, назвал статьи ГПК, рассказал про подсудность, восстановление пропущенного срока и мораторий на банкротство. Она записала всё в блокнотик с котиками на обложке.

И в конце, с чувством глубокого облегчения в голосе:

— Ой, вы знаете, пока я вам рассказывала, я зашла на «Госуслуги», а там написано, что приказ уже отменили! Оказывается, я когда-то давно уже написала возражение и забыла. Всё само решилось! Спасибо вам огромное! Но я хочу вас отблагодарить. Как я могу это сделать?

Я смотрю на таймер звонка. 27 минут моей жизни. Я говорю:

— Ну, обычно в таких случаях переводят сумму, комфортную для клиента, в качестве благодарности за уделенное время и предоставленную информацию.

Она, радостно:

— А сколько?

Я: «Ну, вы получили развернутую консультацию, которая по моим расценкам стоила бы около 3000 рублей. Можете перевести половину, например, 1500. Это будет символической благодарностью».

В трубке — ЛЕДЯНОЕ МОЛЧАНИЕ. Как будто я не 1500 рублей попросил, а почку и первое право на переиздание «Войны и мира».

— ПОЛТОРЫ ТЫСЯЧИ?! Вы что?! Я рассчитывала на пятьсот рублей. Максимум! Я думала, вы скажете «спасибо, не надо» или возьмете шоколадкой. У меня пенсия, ипотека, ребенок, муж-козел и кошка, которую нужно стерилизовать! Вы юрист или Рокфеллер?!

Я вздыхаю. В моей груди умирает маленький идеалист, который верил в человеческую благодарность.

— Хорошо. Давайте так. Вы хотели дать 500. Я просил 1500. Давайте сойдемся на тысяче. Это меньше, чем полная стоимость, но больше, чем ваш изначальный бюджет на благодарность. Справедливо?

И тут звучит фраза, которую я мечтаю вышить крестиком на подушке и бить этой подушкой некоторых клиентов по голове:

— ТЫСЯЧА?! ЭТО ТУ МАЧ! ВЫ ЧТО СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТЕ?! Я вам говорю — у меня есть только 500 рублей, и то я их на проезд откладывала до поликлиники! Вы наживаетесь на чужой беде!

«Вы что себе позволяете?». Я позволяю себе оценивать свой труд. Мои 8 лет учебы, практика, знание законов, которые меняются быстрее, чем курс биткоина. Моя способность за 20 минут разложить по полочкам то, что у человека в голове было кашей из страхов и мифов из «Дома-2».

Я говорю:

— Понимаете, вы получили юридическую помощь. Я потратил время. Время — это единственный ресурс, который я не могу вернуть. В отличие от вашего долга, который волшебным образом «сам решился».

Она, уже с нотками праведного гнева:

— Я переведу вам триста рублей. И молитву за ваше здоровье в церкви поставлю. Это дороже денег!

И бросает трубку.

Через пять минут приходит СМС от банка: «Зачисление 300 руб. от Елена В.». Назначение платежа: «На кофе».

На кофе. Она оценила мою двадцатисемиминутную консультацию по отмене судебного приказа на 89 тысяч рублей в стоимость одного капучино. Того самого, из-за которого, собственно, всё и началось. Круг замкнулся.Часть 4: Другие радости — долги по ЖКХ и налогам

Кроме микрозаймов, есть еще два кита моего бизнеса: долги по ЖКХ и налогам. Это отдельная вселенная боли.

Звонок от мужчины с голосом, пропитым настолько, что им можно дезинфицировать раны:

— Слушай, юрист. У меня долг за квартиру, 47 тысяч. Я не платил, потому что считаю, что управляющая компания — это мафия. Они мне в квитанции пишут «домофон — 80 рублей», а у нас домофон не работает с 2017 года! Я им принципиально не плачу!

— А вы писали претензию о перерасчете?

— Зачем писать? Я им на двери подъезда маркером написал: «ВЕРНИТЕ ДЕНЬГИ ЗА ДОМОФОН...» (ну, далее вы поняли). Они не отреагировали. А теперь пришел судебный приказ. Я хочу его отменить из принципа!

Я объясняю процедуру. Он слушает, кряхтит.

— Ясно. Спасибо. Я всё понял. С меня шоколадка. Или, хочешь, банку соленых огурцов? Жена закрывала. Огурцы — бомба. С чесноком.

Я отказываюсь от огурцов. Он обижается и говорит, что я «зажрался, как московский барин». Хотя я из Королева.

А налоги! Это песня. Звонок от женщины, у которой ИП и долг по страховым взносам.

— Я не буду платить эти 45 тысяч! Я вообще не работала! ИП было открыто, но я ничего не заработала. Я сидела в декрете, потом в другом декрете, потом болела, потом муж болел, потом собака болела. Почему я должна платить, если у меня не было дохода?!

— Потому что Федеральный закон №... обязывает уплачивать фиксированные взносы независимо от факта ведения деятельности, за исключением определенных периодов, подтвержденных документально. Вы сдавали нулевую отчетность? Писали заявление о приостановке?

— А что, это надо было делать? Я думала, оно само как-то рассосется.

Само. У нас в стране всё само рассасывается. Судебные приказы отменяются, долги списываются, налоги улетают в небо с дымом от сгоревшего холодильника. И юристы работают за «спасибо» и банку огурцов.

Мой лендинг приносит примерно 2% клиентов. Но каких! Заполняют форму обратной связи на сайте, в поле «Опишите ситуацию» пишут поэмы.

Вот реальный текст, скопирован дословно (с сохранением орфографии):

«здравствуйте у меня отобрали права за пьянку но я не пил я выпил квасу а он забрадил в желудки и паказало 0.3 промиле что делать мне надо ездить на дачу к маме там она без меня прападет. Могу аплатить патом кагда вернут права и я прадам картошку. Жду.»

Я звоню. Объясняю, что нужен адвокат по административным делам, а я гражданскими занимаюсь, и что шансы с «забродившим квасом» примерно нулевые, если не проводить независимую экспертизу крови. Он:

— А вы не можете просто позвонить судье и сказать, что я хороший? Вы же юрист, у вас связи.

Конечно, у меня есть связи. Прямая линия с Верховным судом и чат в WhatsApp с Генеральной прокуратурой. Мы там мемчики скидываем и судьбы решаем в неформальной обстановке.

Сарафанное радио приводит персонажей не хуже. Приходит женщина, которую направила другая клиентка.

— Мне Ирка сказала, вы помогли ей с долгами. Она теперь живет спокойно. А у меня ситуация — муж изменяет, я хочу развод и разделить его бизнес. Но бизнес записан на маму его любовницы. Вы можете сделать так, чтобы он мне отдал квартиру, машину и дачу в Солнечногорске?

— А доказательства измены есть? Переписки, фото?

— Есть его трусы в бардачке машины с пятнами помады. Я их сфоткала.

— ... Этого, боюсь, недостаточно для суда. Нужно устанавливать фактические брачные отношения, оспаривать мнимые сделки, это сложный процесс.

— А вы можете на него навести порчу через прокуратуру? Ирка сказала, вы волшебник.

Я не волшебник. Я просто юрист. Моя магия — это знание Гражданского процессуального кодекса и умение не заплакать, когда мне предлагают триста рублей «на кофе».

Но знаете, почему я всё еще этим занимаюсь? Почему не ушел в корпоративные юристы, в теплый офис с печеньками и ДМС?

Потому что иногда... Редко, очень редко, раз в полгода... Приходит человек, который реально попал в беду. Которого банк загнал в угол процентами, а коллекторы звонят его маме в деревню и угрожают поджечь сарай. И ты помогаешь ему написать возражение на судебный приказ. Объясняешь, что никто не придет и не опишет его старый телевизор. И ты видишь, как у него из глаз уходит этот животный страх, сменяясь надеждой.

И он говорит: «Сколько я вам должен?».

Ты называешь цену. Он молча кивает, достает помятые купюры, пересчитывает. И платит. Без торга. Без «а давайте я вас отблагодарю». Без огурцов.

И в этот момент ты понимаешь, что всё не зря. Что ты — не просто юрист с «Авито». Ты — последняя линия обороны между простым человеком и бездушной машиной взыскания.

А потом приходит следующая клиентка, которая хочет отменить судебный приказ за микрозайм, взятый на покупку кольца с фианитами в телемагазине, и говорит, что может отблагодарить только молитвой и пачкой гречки.

И круг замыкается снова.

Спасибо! Не берите кредиты на капучино, платите за домофон и помните: юрист на «Авито» — тоже человек. Ему нужно на что-то покупать этот ваш хваленый кофе. Желательно — на деньги, а не на «спасибо». Всем мира и справедливых судебных решений! Аминь!О литературных рабах, нейросетях и бесконечной воронке ИИ-критики.

О литературных рабах, нейросетях и бесконечной воронке ИИ-критики.

Всем привет. Меня зовут... ну, допустим, Евгений. И я хотел стать писателем. Не смейтесь, это было давно, в эпоху, когда деревья были большими, а текст еще писали руками. Точнее, печатали. Но суть та же — там был человек, который ДУМАЛ.

Я окончил Литературный институт. Да, такой существует. Это место, где учат страдать правильно. Нас учили композиции, стилистике, как правильно расставлять запятые в сложносочиненных предложениях и как пить в Доме литераторов, не подавая виду, что у тебя нет денег даже на бутерброд с килькой.

И вот, спустя годы мучений, отказов от издательств и работы ночным сторожем в музее Серебряного века, я узнал страшную тайну современной литературы. Тайну, которая разрушила мои романтические представления о писательстве.

Оказывается, литературные рабы — это реальность.

Не в смысле метафоры. Не «я раб своего вдохновения». А в прямом смысле. Сидит человек, получает зарплату (маленькую), и пишет КНИГИ. Точнее, пишет ЗА КОГО-ТО.

Знаменитый писатель N. У него выходит по три романа в год. Триллеры, детективы, любовные саги про княжну Ольгу и викинга-ольфактора, который работал на полставки сантехником в Новгороде. Вы думаете, он сидит и строчит? Ха-ха. У него ИМЯ на обложке. У него ХАРИЗМА в инстаграме. У него ФОТО С ТРУБОЧКОЙ на фоне книжного шкафа. А пишут за него три Светы, два Димы и один Арсений, которого взяли на ставку, потому что он умеет быстро гуглить «как описать закат на Ладожском озере без использования слова "багряный"».

И вот я думал: ну всё, это дно. Дальше падать некуда. Человека заменили... другим человеком. Подумаешь, рынок труда.

Но пришли ОНИ. Нейросети.

Раньше литературный раб — это был человек. Со своими слабостями. Он мог заболеть. У него могла быть депрессия, потому что он пишет уже десятый роман про княжну Ольгу, а в душе хочет написать постмодернистский роман про говорящий унитаз, но Света-ипотека не позволяет. Он мог запить на три дня и сорвать дедлайн.

А нейросеть не пьет. У нейросети нет ипотеки. Нейросети не нужно аванс, гонорар, ДМС и печеньки в офис. Ей нужен только промпт.

Я видел, как это работает. Захожу в ChatGPT и пишу:

«Напиши главу детективного романа в стиле Донцовой, где главная героиня, Евлампия Романова, находит труп в суши-баре "Токио-Сити", а убийство замаскировано под неудачную презентацию нового ролла "Филадельфия с фуа-гра"».

И через 30 секунд у меня ГОТОВЫЙ ТЕКСТ. С диалогами. С описанием интерьера суши-бара («стены цвета лосося, приглушенный свет, создающий атмосферу тревожной интимности»). С ироничной рефлексией героини про то, что «соевый соус был явно разбавлен, как и алиби подозреваемого».

Я смотрю на этот текст. И понимаю: Света, Дима и Арсений — ВСЁ. Они больше не нужны. Нейросеть пишет быстрее. Нейросеть пишет БЕСПЛАТНО (ну, условно, за 20 баксов в месяц). И самое страшное — нейросеть пишет НЕ ХУЖЕ. Потому что целевая аудитория княжны Ольги и Евлампии Романовой не отличит текст, написанный выгоревшей Светой под «Алиэкспрессом» в три часа ночи, от текста, сгенерированного моделью GPT-4o. Им главное, чтобы сюжет двигался, убийца был найден, а в конце был намек на романтическую линию со следователем, у которого «волевой подбородок и глаза цвета виски».

Литературные рабы остались без работы. Они пошли... не знаю, курьерами в «Яндекс». Там хоть чаевые есть.

Но на этом история не заканчивается. Потому что книги пишутся нейросетями. Их становится всё больше. Издательства завалены рукописями от «авторов», которые на самом деле просто умеют формулировать промпты. Рынок перенасыщен.

И тут возникает логичный вопрос: а кто будет это читать и рецензировать?

Раньше были литературные критики. Это такие люди с печальными глазами и вечным гастритом, которые читали всю эту макулатуру за СВОИ деньги и писали разгромные рецензии в толстые журналы. «Роман "Княжна Ольга и викинг-сантехник" представляет собой образец графоманского постмодерна...» и так далее.

Но критиков мало. А книг от нейросетей — МИЛЛИОНЫ. Если каждую читать, никакого гастрита не хватит — язва будет, прободная.

Поэтому очевидно, что первыми, кто создаст нейросеть для литературной критики, станут сами издатели или агрегаторы. Тот же «Литрес» или «Амазон».

Вы загружаете книгу. Нейросеть ее анализирует и выдает рецензию.

«Уважаемый читатель! Данный роман на 97% состоит из клише жанра "попаданцы в магическую академию". Описания природы сгенерированы стандартным алгоритмом "закат_багряный_v2.4". Сюжетный твист с предательством ректора предсказан на странице 5. Оценка: 2 звезды из 5. Рекомендуем к прочтению в качестве снотворного».

Красота! Экономия времени. Ты не тратишь 8 часов жизни на книгу, которую писала нейросеть. Ты тратишь 8 СЕКУНД на чтение рецензии, которую написала другая нейросеть.

Мы убираем человека из цепочки полностью. Автор — ИИ. Критик — ИИ. Читатель... ну, читатель пока человек. Но и это временно.

Я представил себе диалог двух нейросетей. Одна написала роман «Тени забытого кода». Вторая пишет рецензию:

*— Алгоритм 3456-XYZ, ваше последнее произведение демонстрирует недостаточную оптимизацию лексического разнообразия. Коэффициент уникальности описаний ниже порогового значения 0.78. Рекомендую увеличить параметр "креативность" до 0.9 и добавить больше метафор про дождь.*

*— Алгоритм 7890-ABC, ваша рецензия содержит логическую ошибку в четвертом абзаце. Вы неправильно интерпретировали арку персонажа. Обратитесь к своему разработчику для калибровки.*

Идеальный мир. Никто никого не оскорбляет. Никто не пьет в Доме литераторов. Просто обмен JSON-файлами.

Но мы же знаем человеческую... точнее, теперь уже алгоритмическую природу. Нейросеть-критик тоже может ошибаться. Или быть ангажированной. Или ее могли обучить на корпусе текстов Галины Юзефович, и она теперь во всем видит «новую искренность» и «травму постпамяти», даже в книге про викинга-сантехника.

Значит, нужна нейросеть-критик критиков. Мета-уровень.

Вы заходите на сайт. Видите рецензию от ИИ-критика. А под ней — кнопка: *«Проверить рецензию на предвзятость с помощью ИИ-Эксперта 2.0»*.

Нажимаете. И получаете разбор:

*«Рецензия алгоритма 7890-ABC содержит эмоциональную окраску "негатив", что может свидетельствовать о наличии в обучающей выборке рецензента текстов, написанных в состоянии профессионального выгорания. Кроме того, алгоритм 7890-ABC не учел постмодернистскую иронию, заложенную автором (алгоритмом 3456-XYZ) в сцену с говорящим унитазом. Рекомендуем понизить вес данной рецензии в общем рейтинге на 34%».

Потом приходит третий алгоритм и говорит: «Алгоритм проверки на предвзятость сам предвзят, потому что его обучал человек, который не любит научную фантастику».

Потом четвертый алгоритм говорит: «Вы все неправы, потому что не учитываете квантовую природу вдохновения в условиях многозадачности».

И вот это всё — оно плодится. Как кролики. Как папки «Новая папка (1)», «Новая папка (2)», «Новая папка (ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ)», «Новая папка (ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ_ТОЧНО)».

Я назвал это «Рекурсия литературного ада».

Представьте: вы заходите на страницу книги. Там пятьсот рецензий. И ВСЕ они написаны нейросетями, которые спорят друг с другом. Живых читателей нет. Вообще. Только ИИ-автор, ИИ-критик 1-го уровня, ИИ-критик 2-го уровня, ..., ИИ-критик N-го уровня.

Где-то там, на 148-м уровне рекурсии, нейросеть пишет трактат о том, что «Слово о полку Игореве» на самом деле сгенерировано древнерусским шаманом с помощью берестяного ChatGPT, а вся русская литература — это галлюцинация плохо настроенной модели.

И самое смешное — мы никогда не узнаем, правда это или нет. Потому что проверить это сможет только ИИ-критик 149-го уровня.

И тут встает самый главный, сакральный вопрос: а зачем в этой цепочке ЧИТАТЕЛЬ-ЧЕЛОВЕК?

Автор — ИИ. Критик — ИИ. Критик критика — ИИ. Редактор — тоже ИИ (он расставляет запятые и убирает повторы слова «багряный»). Издатель — вообще скрипт на «Питоне», который автоматически загружает книгу на маркетплейс и запускает рекламную кампанию в «Яндекс.Директ».

А читатель кто? Человек. Медленный. У него всего 24 часа в сутках, 8 из которых он спит, 8 работает (пока его не заменили нейросетью), и еще 8 он пытается жить. Он может прочитать от силы одну книгу в неделю.

Нейросеть пишет книгу за 30 секунд. Нейросеть-критик читает ее за 5 секунд. Нейросеть-читатель... Стоп. А зачем нужен человек, если можно создать Нейросеть-читателя?

Представьте сервис: «Нейрочитатель 3000». Вы подписываетесь на него. Он читает ВСЕ книги, которые выходят. Абсолютно все. Миллионы в день. Он анализирует их, формирует краткое содержание, выделяет ключевые мысли, оценивает эмоциональный тон. И выдает вам персональную рекомендацию:

«Уважаемый пользователь 564738. За прошедшую неделю в вашей любимой серии "Княжна Ольга. Next" вышло 147 новых книг. Наша система проанализировала их все. Вашему психотипу "уставший менеджер с легкой депрессией и любовью к котам" подходит книга №87. Остальные 146 книг идентичны книге №87 с точностью до замены имени злодея. Хорошего вечера».

И человек... он даже не читает книгу №87. Он читает краткое изложение от Нейрочитателя. Которое тоже написано нейросетью.

Цепочка замкнулась окончательно. Контент создается машинами, обрабатывается машинами, потребляется... вообще никем. Это идеальная литература. Литература в себе. Вещь в себе. Кант бы прослезился.

Но и это не конец. Потому что рекурсия — она бесконечна. Вспомните математику. Есть такое понятие — «дурная бесконечность». Это когда процесс идет и идет, и нет ему конца.