- -
- 100%
- +
Сказка из вселенной «Денежкиных сказок»
Денис и Полина Федотовы
Эта история происходит в том же лесу, где живёт уже знакомая нам по «Лотку Рыжика» белочка Соня и её соседи. На этот раз книга рассказывает не про мечту и не про дело, а про особый вид сбережений — те, что откладывают не «на что-то», а «на всякий случай», на целый трудный сезон, когда сам заработать не сможешь: из-за болезни, непогоды или просто потому, что пришла пора отдыхать после долгой жизни. Инстинкт белки, копящей орехи на зиму, становится здесь понятной метафорой для разговора о сбережениях «на чёрный день».
Глава 1. Осень в лесу
С самого первого прохладного утра, когда листья на клёнах начали желтеть по краям, а по утрам трава покрывалась тонким серебристым инеем, белочка Соня почувствовала внутри себя знакомое, почти неудержимое желание — собирать. Она не могла бы толком объяснить, откуда берётся это чувство, но с каждым днём оно становилось всё сильнее, будто кто-то невидимый нашёптывал ей на ухо: «Собирай, собирай, пока есть время, пока лес щедр».
С рассвета до заката Соня носилась по лесу, набивая защёчные мешки орехами, жёлудями и сушёными грибами, а после аккуратно раскладывала добычу по нескольким тайникам в своём уютном дупле — часть в старом дупле под самой крышей, часть в специальной нише за печной трубой, где всегда было сухо и тепло, а часть даже закапывала неподалёку под корнями старого дуба, на всякий случай, если основные запасы вдруг отсыреют или их обнаружит какой-нибудь чужак.
По пути она то и дело останавливалась, чтобы перепроверить старые тайники, оставленные ещё с прошлой осени, — не отсырели ли, не завелась ли плесень, не добрался ли кто посторонний. Привычка эта была настолько глубокой, что Соня выполняла её почти не задумываясь, точно так же, как дышала или моргала.
— Ты только погляди на неё, — посмеивался сосед-барсук, наблюдая, как Соня в очередной раз спешит мимо с полными защёчными мешками, едва не спотыкаясь от усталости, — работает так, будто от этого жизнь зависит, ни минутки покоя себе не даёт.
— А что, если и правда зависит? — весело откликнулась Соня, не останавливаясь ни на секунду и на ходу подхватывая ещё один упавший жёлудь.
Она и сама толком не задумывалась над этим вопросом, просто чувствовала: чем больше запасов, тем спокойнее становится на душе, будто с каждым новым орехом в дупле прибавляется немного уверенности в завтрашнем дне, будто сама тревога понемногу отступает вместе с растущими тайниками.
Иногда мимо пробегали другие бельчата, зовя её поиграть, покувыркаться в опавшей листве или устроить гонки по веткам, и Соне приходилось на мгновение бороться с искушением бросить всё и присоединиться — но привычная сила инстинкта неизменно брала верх, и она лишь на бегу махала лапой в ответ, обещая присоединиться попозже, когда управится с делами.
Однажды, разыскивая особенно крупные жёлуди у подножия старого дуба, Соня столкнулась с молодой белкой из соседнего околотка, тоже деловито шнырявшей между корнями с набитыми защёчными мешками.
— Ты тоже готовишься? — спросила Соня, останавливаясь перевести дух.
— А то как же, — фыркнула та, не прерывая работы. — У нас в семье все так делают, с самого детства приучены. Матушка говорит: пока лапы шустрые да глаза зоркие, грех не набрать побольше, раз лес щедрый.
Соня кивнула, невольно улыбнувшись — оказывается, не она одна во всём лесу чувствовала эту неодолимую осеннюю тягу к сбору запасов, и от этого почему-то становилось теплее на душе, будто она была частью какого-то большого, невидимого, но очень важного дела, которым испокон веков занимался едва ли не весь беличий род, поколение за поколением, из осени в осень.
Вечером, уставшая, но довольная проделанной за день работой, Соня присела на пороге своего дупла, разглядывая заметно потяжелевшие тайники, освещённые последними лучами закатного солнца, и подумала: «Вот бы понять, зачем я на самом деле это делаю — или так и буду всю жизнь бегать за орехами, просто потому что привыкла, не зная настоящей причины».
Что это значит?
Для детей: многие животные инстинктивно готовятся к трудным временам заранее, ещё до того, как эти времена наступят, — так природа заботится о том, чтобы у них хватило сил пережить холодный сезон.
Для родителей: эта глава задаёт тон всей книге через знакомый детям природный образ — инстинктивное накопление белкой запасов как естественная метафора для разговора о сбережениях на непредвиденный случай.
Задание: спросите ребёнка, каких животных он знает, которые заранее готовятся к зиме, — и как именно они это делают.
Глава 2. Зачем я вообще это делаю?
На следующий день, застав внучку за очередной вылазкой за орехами, к Соне заглянула бабушка Дуня — старая белка с поседевшей шёрсткой и удивительно ясными, внимательными глазами, повидавшая на своём веку не одну холодную зиму.
— Не устала ещё бегать туда-сюда? — спросила она, присаживаясь на пенёк у входа в дупло и с прищуром наблюдая за суетой внучки.
— Устала, — призналась Соня, останавливаясь наконец перевести дух, — но остановиться почему-то не получается. Знаешь, бабушка, я вот всё делаю и делаю, а толком не понимаю зачем. Наверное, просто такая привычка у нашего рода, передающаяся из поколения в поколение.
Бабушка Дуня тепло улыбнулась и похлопала лапой по пеньку рядом с собой, приглашая внучку присесть и отдохнуть хотя бы немного.
— Привычка, конечно, привычкой, — сказала она, — но за ней стоит очень простая и важная причина. Зимой, когда снег укроет весь лес, ты не сможешь найти ни одного свежего орешка, сколько ни ищи, хоть все лапы сотри в поисках. Все деревья спят, земля промёрзла на пол-локтя вглубь — найти себе еду в это время просто не получится, как бы ты ни старалась, как бы ни была ловка и проворна.
— И что тогда? — с любопытством спросила Соня, хотя, конечно, прекрасно знала ответ.
— А тогда как раз и пригодится всё то, что ты собрала заранее, пока была такая возможность, — пояснила бабушка. — Понимаешь, дело не только в обычной зиме. Иногда случается заболеть посреди холодов, или зима вдруг затягивается дольше обычного, или лапа подвернётся так, что неделю не сможешь толком бегать по деревьям. В такие моменты никакая охота за орехами уже не поможет — останется только то, что успел отложить заранее.
Соня задумчиво покрутила в лапах последний собранный орешек, разглядывая его так, будто видела впервые.
— Значит, я запасаюсь не просто на обычную зиму, а на тот случай, если что-то пойдёт не так во время этой самой зимы?
— Именно, — кивнула бабушка Дуня. — А бывает и по-другому: иногда трудности приходят не посреди зимы, а сразу после неё, когда все запасы уже на исходе, а свежих орехов ещё не появилось. Весна ведь тоже не сразу становится щедрой, сперва нужно подождать, пока распустятся первые почки. Вспомни хотя бы прошлую зиму: помнишь, как захромал старый ёж-сосед и целый месяц не мог выходить за припасами? Хорошо, что у него хватило запасов с прошлой осени, иначе пришлось бы туго. Хорошие запасы — это как обещание самой себе: что бы ни случилось, у тебя будет, чем продержаться, пока трудности не пройдут, кто бы и что ни случилось вокруг.
— А у тебя самой были такие случаи, бабушка? — с любопытством спросила Соня, устраиваясь поудобнее на пеньке.
Бабушка Дуня ненадолго задумалась, будто перебирая в памяти долгие прожитые годы.
— Был один такой год, — сказала она наконец, — когда я подвернула лапу почти сразу после первого снега. Думала, придётся туго — ведь запасы я только-только начала собирать в ту осень, замешкавшись из-за долгого тёплого лета. Хорошо ещё, кое-что успела отложить с прошлого раза, иначе не знаю, как бы протянула до весны. С тех пор я взяла за правило никогда не откладывать сбор запасов на последнюю неделю осени, сколько бы дел ни было.
Соня слушала внимательно, стараясь запомнить каждое слово, — истории бабушки всегда звучали убедительнее любых объяснений.
Что это значит?
Для детей: мы делаем запасы заранее не просто потому, что «так положено», а потому что бывают периоды, когда раздобыть новое станет невозможно — например, из-за болезни или очень долгой непогоды.
Для родителей: эта глава впервые явно формулирует цель «чёрного дня» — не абстрактную бережливость, а подготовку к конкретному периоду, когда обычный доход может прерваться независимо от желания и стараний человека.
Задание: обсудите с ребёнком своими словами, почему белки собирают орехов заведомо больше, чем нужно на один обычный зимний день.
Глава 3. А у монеток так же?
В тот же вечер, забежав в гости к Рыжику за свежим печеньем, Соня рассказала ему о разговоре с бабушкой, всё ещё немного взволнованная новым знанием.
— Так это же почти как монетки! — тут же воскликнул Рыжик, отставив в сторону противень и вытирая лапы о фартук. — Помнишь, я одалживал у Потапа Потапыча на новую печь? Так вот, это были деньги на мечту, на дело, которое должно было принести мне ещё больше пользы. А то, о чём говорит твоя бабушка, — это как будто совсем другой вид сбережений, с совсем другой целью.
— В смысле «другой»? — не поняла Соня, присаживаясь за низкий столик.
— Ну смотри, — принялся объяснять Рыжик, доставая свою верную тетрадь с расчётами и раскрывая её на чистой странице. — Одни деньги мы копим на что-то конкретное — на удочку, на новую печь, на подарок. А есть, получается, ещё и деньги, которые копят вовсе не на покупку, а просто на случай, если однажды не сможешь заработать: заболеешь, поранишься, или просто наступит такой трудный период, что дело временно не пойдёт, как случилось однажды с целительницей Аглаей, когда она сама слегла на несколько дней.
Соня задумчиво покивала, раскладывая на столе несколько орешков, будто монетки, выстраивая их в аккуратные ряды.
— Значит, — протянула она, — орехи на зиму — это как раз тот самый второй вид? Не мечта, а подстраховка?
— Похоже на то, — согласился Рыжик, придвигая к ней тетрадь, чтобы показать свои старые расчёты. — И знаешь, что интересно: даже Потап Потапыч, наверное, посоветовал бы каждому в лесу откладывать понемногу именно на такой случай — отдельно от денег на мечту, отдельно от денег в деле, в отдельный кармашек, который не трогаешь просто так по прихоти.
— А как понять, сколько именно нужно откладывать в этот особый кармашек? — спросила Соня, разглядывая свои орешки.
— Вот это как раз стоит спросить у твоей бабушки, — улыбнулся Рыжик. — Она-то явно знает толк в подобных расчётах, раз всю жизнь этим занимается.
— А ты сам откладываешь что-то подобное? — поинтересовалась Соня, вспомнив, как Рыжик когда-то одалживал у Потапа Потапыча на новую печь.
— Понемногу начал, — признался Рыжик, слегка смутившись. — После истории с долгом понял: хорошо, когда есть чем расплатиться по плану, но ещё лучше — иметь небольшую отдельную заначку на случай, если план вдруг нарушится, скажем, заболею и не смогу печь неделю. Соня, знаешь, я как раз давно хотел завести такой кармашек, да всё руки не доходили — теперь, глядя на тебя, точно возьмусь.
Соня, глядя на аккуратные ряды орешков перед собой, вдруг отчётливо поняла: то, чем она занималась всё это время инстинктивно, оказывается, применимо далеко не только к орехам, а к куда более широкому кругу вещей, чем она прежде могла себе представить.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.