Осколки Короля. Третий Сын

Конец осени 5056 года. Под охраной

Август познакомился с волком по имени Клифф. Он работал в соседней деревне, недалеко от их дома, продавая мясо. Волк всегда был честен с Августом и прямо говорил о свежести продукта, а вот с некоторыми другими посетителями волк был груб, и Августу, как частично волку, это нравилось. Клифф не боялся отстаивать своё мнение и в грубой форме посылал всех, кто был с ним не согласен. Несмотря на всё это, продажи в лавке были просто превосходными. Хозяин магазинчика прекрасно знал о причинах: внешность волка. Клифф обладал необычным каштановым цветом кожи и имел очень чёткие черты лица. Его взгляд был игривым и дерзким. Все местные девушки пытались охмурить волка, а он пользовался этим, продавая им товар. Именно по этой причине Клифф продолжал работать.

В один из дней в магазин с Августом пошёл Нобу, чтобы купить новых семян: петрушки, укропа и базилика. Также Амалис попросила купить макароны, яйца, бекон и сыр. Эльфийка вычитала рецепт: в натёртый сыр добавить три желтка, всё это выложить в сковороду к отваренным макаронам, а для Августа Амалис хотела добавить обжаренный бекон. Парни давали эльфийке свободу в готовке и поэтому покупали всё, что она просила.

Эльф быстро справился с покупками и пошёл искать друга. Нобу нашёл Августа как раз в лавке Клиффа. Он заметил много девчонок, что крутились около этого магазинчика, заглядывая в окно. Они тихо шептались:

– Там ещё один красавчик стоит, – говорила одна из девушек.

– Клифф симпатичнее, – недовольно сказала другая.

– А где наш волк? – уже третья пыталась разглядеть Клиффа.

– А у этого попка сочная, – четвёртая девушка чуть ли не пустила слюну, разглядывая Августа.

Нобу вошёл внутрь и, подойдя к Августу, тихо сказал:

– Я всё купил. Ты нашёл бекон?

– Да, – непринуждённо ответил Август. – Сейчас волк принесёт кусок получше.

– А есть разница? – удивился Нобу, не разбираясь в этом.

– Есть, – усмехнулся Август. – На прилавке вчерашний, а мне свежий дадут.

– Ясно, – Нобу повернулся и увидел, что девушек стало ещё больше. – Там девчонки о тебе говорили.

– Они по Клиффу с ума сходят, – Август посмотрел в окно и увидел, как девушки тут же присели и спрятались под окном. – Пфф. Все слишком тощие. Даже ухватиться не за что.

– О-у! Дружище! – Нобу заулыбался. – Так ты любитель пышечек.

– Аппетитных, – Август поправил друга.

Их разговор прервал Клифф, который вышел из подсобки и протянул кусок мяса, завёрнутый в бумагу. Нобу слегка улыбнулся, поняв, почему тут так много девушек. Клифф, увидев ухмылку эльфа, слегка рыкнул:

– Что смешного, ушастый?

– Бедные девушки! – с издёвкой сказал Нобу. – Если бы они только знали, что ты ими пользуешься.

– Хочешь жить – умей вертеться, – в тон ему ответил Клифф. – Девчули, наоборот, счастливы. Пару комплиментов – и они текут, а в таком состоянии красавицы готовы на всё.

Волк и эльф зацепились языками и проговорили несколько минут. Август удивился, как парни из противоположных рас с лёгкостью нашли общий язык. После этого дня Нобу сам ходил за мясом для Августа, чтобы тому не приходилось тратить время на покупки после работы.

Клифф даже пригласил эльфа посидеть в одной из таверн и пропустить пару кружек пива. Немного подвыпив, волк рассказал новому другу свою историю:

– Мой отец был оборотнем, а мать – ликаном, но она, родив, отказалась от меня, – Клифф слегка усмехнулся, но Нобу увидел боль в глазах волка. – Она понимала, что гибриду не место в волчьем обществе. Но отца это не испугало, и он воспитывал меня в одиночку. Он скрывал моё происхождение. В лагере я ни разу не принимал свой облик. Но на одном из набегов на другую волчью стаю отца смертельно ранили, и он умер у меня на руках. От горя я пришёл в бешенство и обратился перед всеми. Я убил всех волков из той стаи. Как и ожидалось, меня изгнали. – Клифф посмотрел на Нобу и снова усмехнулся.

– И где ты теперь живёшь? – с грустью спросил Нобу.

– Обещаешь не смеяться? – Клифф хитро посмотрел на эльфа, и тот также хитро улыбнулся в ответ. – В магазине, где и работаю. Я там место себе оборудовал. Видишь ли, я привык скитаться и понятия не имею, как приобрести жильё. Хотя меня всё устраивает. Деньги есть, крыша над головой есть. Ну, а если захочу потрахаться, то я просто соблазняю очередную девчонку и справляю желание в ближайшем тёмном углу.

Клифф и Нобу посидели ещё немного и разошлись. Эльф, вернувшись домой, поговорил с Августом, предлагая приютить волка. Они решили для начала познакомить Амалис с Клиффом, и если они подружатся, то уже тогда пригласят волка к себе. Амалис была истинной эльфийкой: вся уточнённая и воздушная. Волк же, напротив, был грубым и дерзким.

Через пару дней парни повели Амалис в деревушку. Она долго ходила по рынку и выбирала разные безделушки для дома, а Август с печалью наблюдал, как исчезают деньги из его кармана.

Спустя пару часов троица всё же подошла к Клиффу. Он обратил внимание на красивую девушку, а Амалис сразу поняла, что это тот волк, о котором говорили её друзья.

Эльфийка училась в высшем обществе, и в ней периодически проскакивали нотки надменности. Она без доли стеснения спросила:

– Это тухлым мясом воняет или тобой? – Нобу и Август встали как вкопанные, не ожидая такой прямоты от неё. – Если негде жить, приходи нам, а не тухни тут.

– А ты смелая, – прорычал Клифф. – Может, это потому, что рядом стоят твои друзья? Я в подачках не нуждаюсь!

– Слабак и трус! – высокомерно сказала Амалис. – Ты подтвердил, что все псы только в стае сильны. А поодиночке вы никто.

– Слышь! Ты кого трусом назвала? – Клифф начал скалиться.

– Давайте вы успокоитесь, – Нобу пытался упокоить волка и эльфийку. – На вас уже окружающие смотрят.

– Амалис! Ты чего добиваешься? – тихо спросил Август.

– Я ненавижу, когда кто-то из-за своей гордости выбирают подыхать в канаве, чем примять помощь, – голос эльфийки был высокомерен. – Я тебе от чистого сердца предлагаю кров. Мне жаль тебя!

Амалис развернулась и ушла прочь.

– Клифф! Ты не сердись. Она не со зла, – Нобу попытался успокоить волка. – Я пойду, а то мало ли, куда она забредёт.

– Если передумаешь, то мы живём на южном склоне в жёлтом домике, а рядом синий ангар, – невозмутимо сказал Август. – Я уверен, что она сейчас идёт и рыдает, потому что не смогла тебе помочь.

– Помочь? Назвав трусом? – Клифф с яростью посмотрел на Августа. – Свалил отсюда!

Август тяжело вздохнул и пошёл искать эльфов. Найдя их, он увидел, что Амалис действительно плакала и успокоилась только ближе к дому.

Эльфийка подготовила для волка комнату и весь оставшийся день сидела на крыльце, ожидая его.

Начал падать снег и тонким слоем покрыл землю, на улице стемнело и сильно похолодало. Амалис с тяжёлым сердцем зашла в дом, понимая, что Клифф не придёт.

Нобу развел огонь в камине, а Амалис с Августом сервировали стол. Чуть позже они начали ужинать. Эльфийка сильно грустила, а парни пытались её развеселить. Резко входная дверь распахнулась, и как ни в чём не бывало зашёл Клифф, словно он тут давно жил. В руках у него был букет цветов и два мешка. Волк отряхнулся от снега и направился на кухню. Клифф, отдав букет Амалис, поцеловал её в щёку, а Августу протянул мешки. Волк спокойно взял тарелку и, положив себе картошку с мясом, сел за стол и приступил к трапезе.

– Что принёс? – невозмутимо спросил Август и положил их в раковину.

– Овощи и фрукты для травоядных, а для нас с тобой говядина, – так же невозмутимо ответил Клифф.

– Твоя комната третья слева, – сквозь слёзы произнесла Амалис.

– Не реви, – немного замявшись, Клифф добавил: – И прости.

– Теперь наш дом под охраной грозного Пёселя! – радостно крикнул Нобу, а остальные засмеялись.

– Ты кого Пёселем назвал? – Клифф слегка оскалился. – Я вам не сторожевая собака!

Спустя пять дней Маркус познакомился с новым другом. Когда волк узнал, что это дом третьего сына, а Август – его брат, он пришёл в небольшое замешательство. Ведь по Верхосу уже ходили слухи, что в замке творился полный кошмар.

Мать услышала

Эдиорел на пять дней собирался уйти в Огненные горы и хотел взять с собой Кави, но шестая отказалась. Тогда Владыка взял с собой Розали, Гвен и Сарру. Из детей он захватил Вазира с Нади. Все жители замка выдохнули с облегчением и продолжили заниматься своими делами. Именно поэтому Маркус спокойно отправился к брату и друзьям на всю ночь.

Вечером в домик пришли Маркус с Роланом. Восьмой был в крайне плохом настроении. Он, проигнорировав всех, сразу поднялся наверх, в комнату Августа и, очень громко хлопнув дверью, лёг спать. Все переглянулись, но, решив не заострять внимание, сразу начали общаться и пить пиво. Август заметил, что брат практически не пьёт и тоже решил ограничить себя одним стаканом.

Эльфы с волком вливали в себя алкоголь в огромном количестве. Первая опьянела Амалис, перестав контролировать свою речь. Она начала достаточно агрессивно рассказывать о причинах изгнания:

– Мои родители – знатные эльфы из клана «золотых». Вдруг у них родилась дочь с ушами смертного. Сначала отец подумал на неверность матери, но какие-то маги выяснили, что именно по его линии в третьем поколении был смертный. – в глазах эльфийки появился гнев. – Чтобы скрыть это, они отправили меня в эту сраную Оторвию. Там я с пелёнок жила в дурацком общежитии для богачей, и меня тошнило от тех нянек, которые следили за мной. Я выучилась в академии, получила медицинское образование и стала медиком в Оторвии. Начала работать в больнице и быстро получила должность главного врача. Родители часто навещали меня, но запретили приходить в Великий лес. Ведь я их главное позорище! Мне не нравилось в Оторвии жить, там все такие высокомерные, мерзкие и надменные. Потом родители сообщили мне, что в 5053 году у них родился сын. У меня, оказывается, появился брат – На́врус. Они сказали, что он нормальный, – Амалис заплакала и закрыла лицо руками. Клифф сел рядом и обнял эльфийку. Сквозь слёзы девушка закричала: – Понимаете?! Нормальный! Именно в тот день я сказала им: «Так убили бы меня сразу! Идите и гордитесь своим сыном! Ненавижу вас и вашего урода!». После этих слов они перенесли меня к «изгоям». Я помню, как впервые увидела Баэллама и Эвали. Их лица были наполнены печалью, ведь они поняли, зачем меня притащили. Там ещё стояли другие эльфы и смотрели на меня. Все всё понимали, но не я!!! Потом, – Девушка ненадолго замолчала, а её взгляд стал пустым: – отец дал мне пощёчину... и сорвал семейный кулон. Это нечеловеческая боль. Словно все мои вены и сосуды стали горячими прутьями, выжигая всё нутро. А родители… они… просто исчезли, – девушка замолчала, потом резко схватила стакан и выпила остатки пива одним глотком. – Эвали помогла унять боль с помощью магии и усыпила меня. Когда я проснулась, то ощутила пустоту внутри себя, словно из меня вырвали огромную часть. Эвали сказала, что я спала шесть дней. Так что вот! Я эльфийский урод!

– Ты не урод, – тихо сказал Клифф. – Ты очень красивая девушка. Это я тебе как мужчина говорю.

– Я уверен, что ты найдёшь парня, – Нобу сел рядом и улыбнулся девушке. – И он заполнит твою пустоту, подарив тебе кулон.

– Мечтаю о прозрачном, в виде капельки и с ромашкой внутри, – чуть улыбнувшись, сказала Амалис и стала вытирать слёзы.

– О, Великая мать! – закричал Клифф. – Дай нашей девочке красавца эльфа, чтобы он женился на ней и подарил ей кулон с ромашкой.

Все рассмеялись из-за слов волка. Амалис немного взбодрилась и вновь заулыбалась.

Клифф решил спросить:

– А вы в прямом смысле пустоту чувствуете?

– Да, – с грустью ответил Нобу. – Наши кулоны наполнены магией, и они появляются на наших шеях сразу после рождения. Они связаны с нами напрямую. Как тебе объяснить... Как наши волосы, ногти или глаза. Часть нашего тела. У каждой семьи он свой. Если парень или девушка вступают в брак, то их кулоны меняются, образуя новый. Когда его срывают, это ощущается так, словно вырывают часть нашего тела. Эта пустота будет до тех пор, пока нас не примут обратно или кто-то из эльфов не решит создать с нами семью.

– А как быть, если вы влюбитесь не в эльфа? – озадачено спросил Клифф.

– Там сложнее, – Нобу слегка усмехнулся и крепче сжал стакан с пивом. – Тому, кто захочет создать семью с эльфом, необходимо самому сделать этот кулон, напитав его магией. Причём, даже цепочку он сам должен будет собрать. Но большинство не хотят заниматься чем-то подобным, а эльфы просто привыкают жить с пустотой внутри.

– А тебя за что выгнали? – Клифф посмотрел на Нобу.

– Я слишком трезв, чтобы говорить об этом, – эльф слегка улыбнулся.

Клифф пытался и у Нобу узнать причину его изгнания, но эльф продолжал молчать, хотя Маркус с Августом и Амалис уже догадались. Через пару часов, напившись, волк и эльфы ушли спать.

Август с Маркусом сидели на полу перед камином. Август заметил, как глаза брата стали блёклыми, да и поведение Ролана ему показалось очень странным. Обычно он бросался ему на шею, а сейчас просто прошёл мимо. Август посмотрел на Маркуса и тихо спросил:

– Что с тобой? Ты сам не свой.

Маркус продолжал молчать. Август заметил, что его дыхание участилось, и он начал нервно сжимать и разжимать кулак. Буквально через минуту Маркус всё же заговорил:

– Отец больной на всю голову. Мне иногда кажется, что у него раздвоение личности, и самая мерзкая всё чаще завладевает им.

– Он продолжает бить вас? – еле выговорил Август. Одна мысль, что его брат страдает, заставляла его сердце сжаться.

– Хуже. Он издевается над нами, – Маркус усмехнулся, а его брат увидел боль в его улыбке. – На днях мы стояли четверо суток без движения. Он выставил всех нас во внутренний двор и заставил принять стойку: ноги на ширине плеч, а руки надо было убрать за спину и сложить параллельно плечам. Мы стояли кругом и смотрели друг на друга.

– Зачем он вас так выставил? – Август пялился на огонь в камине и старался сохранять хладнокровие.

– Дисциплина или что-то вроде этого, – Маркус пожал плечами. – Мы бы меньше простояли, но когда проснулся Вильг, он не сразу понял, что происходит. Его отец до полусмерти избил, и нам всем влетело. Да и любое наше движение добавляло времени. Два дня подряд лил ледяной дождь, а ночью мы покрывались инеем. У младших губы чернели от холода. Отец ходил вокруг нас, а по ночам за нами следили его лорды. Одни не давали нам уснуть и палками били по икрам, а другие наоборот, позволяли немного расслабиться. Девчонки рыдали. Ещё эта тварь... Розали… Ходила около нас и попутно издевалась над Рыжиком. Он еле держался. Как же я её ненавижу!

– Ты хочешь сказать, что вы не ели, не пили и не спали четыре дня? – сухо спросил Август, но внутри у него всё скрутило от ярости.

– Да, – Маркус прикрыл глаза, стараясь сдержать свою боль. – Когда отец сказал, что мы свободны, Майт первая упала в обморок. Её поймал Вазир. Я еле схватил Рыжика. Он только сегодня проснулся, и то до сих пор спать хочет. Я и сам без сил.

– Есть менее печальные новости? – Август решил перевести тему.

– Я редко вижу маму из-за тренировок и обязанностей, – глаза Маркуса блеснули от слёз, которые он с трудом смог сдержать. – Только во время еды мы с ней пересекаемся. Она живёт у отца в комнате, и я не могу туда зайти. Он от мамы ни на шаг не отходит. Я жутко скучаю по ней. Она вроде рядом, но так далеко. Мне и так пятнадцать лет было запрещено с ней общаться, а тут вроде позволено, но постоянно что-то мешает.

– Она рассказала мне об этом, – едва сказал Август.

– Ты с ней общаешься? – Маркус удивился, услышав слова брата, и немного взбодрился.

– Да, – Август слегка улыбнулся. – Я сделал ей камень и напитал его магией. Когда она свободна, то вешает его на зеркало в своей комнате и выходит из этого, – Август показал на зеркало в гостиной, что стояло в углу комнаты.

– Расскажи, как она? – Маркус развернулся к брату.

– Она хорошо, – Август тоже повернулся. – Говорит, что гордится тобой и всеми твоими решениями. Она даже познакомилась со всеми в нашем доме. Ты бы видел, как Клифф замурлыкал, когда она его обняла.

– Что? – глаза Маркуса повеселели. – Я слышал, что волки издают странный звук, когда довольные, но не думал, что они как кошки мурлычут. Интересно! Если в нас обоих есть волчья кровь, то мы можем так сделать?

– Чтобы это проверить, – на лице Августа появилась улыбка, – нам с тобой надо влюбиться.

– Скажи, – Маркус снова напрягся. – Мама ничего не говорила про отца? Он её не бьёт?

– Про Эдиорела она вообще ничего плохого не говорит. Наоборот! – Август слегка нахмурился. – Она любит его. Я и про отношения между жёнами так ничего и не понял.

– У них всё странно, – Маркус потёр лицо руками. – Хотя мы прекрасно понимаем, что происходит между ними. Наши мамы прям трепещут перед друг другом и таким странным взглядом смотрят. У них даже голоса меняются. Да и с отцом они совершенно другими становятся. Мы пытались представить, что он с ними делает, чтобы они его так любили.

– Фу! Вам заняться больше нечем?! – Август слегка скорчился, а Маркус рассмеялся. – То есть вы на полном серьёзе сидите у себя в комнате и рассуждаете, как ваш отец удовлетворяет ваших матерей?

– Да, – сквозь смех сказал Маркус. – И ещё как мамы …

– Мерзость какая. Прошу, избавь меня от подробностей, – Август потёр переносицу.

– О-о! Учительский жест, – Маркус заметил непривычное движение у брата. – Такими темпами ты в зануду превратишься.

Август, не глядя на брата, показал ему средний палец.

Тут Маркус заметил, как по лестнице спускался сонный Ролан. Он подошёл к ним и лёг на пол, положив свою голову на Августа, а ноги на Маркуса.

– Кушать хочу, – Ролан посмотрел на Августа.

– Есть овощное рагу, – Август с нежностью посмотрел на малахитовые глаза Ролана. – Его Амалис делала.

– Бэ-а! Овощи! – Ролан сделал обиженный вид. – Если бы ты приготовил, то я бы поел. Мне не нравится чужая еда. Вкуснее тебя никто не готовит.

– Если подождёшь, то я тебе пожарю мясо с картошкой, – Август погладил восьмого по волосам.

– И золотых яблок! – Ролан с довольным лицом вскочил и побежал на кухню.

– На тебя делать? – Август посмотрел на брата, и тот с улыбкой кивнул в ответ.

Маркус пошёл за братом на кухню, где за столом уже сидел Ролан, ожидая, когда его покормят. Август начал готовить, а восьмой без умолку что-то рассказывал. Как же третьему наследнику хотелось остановить время и насладиться умиротворением, что кружило вокруг него.

В этот день Маркус впервые подумал о побеге из замка.

Конец весны 5057 года

Столица Оторвия была одним из самых крупных и густонаселенных городов в мире. На его окраинах поселились менее состоятельные жители, в то время, как весь город пестрил роскошью и богатством, в котором купалась знать. В центре города находилась самая элитная академия Верхоса, и попасть в неё хотели другие жители из других государств. Там можно получить светское образование и должность, а после устроиться на престижное место. Также центр был забит разными дорогими магазинами, закусочными и тавернами. Обычно около них крутились бедняки и просили милостыню. Их периодически разгоняла стража, но попрошайки всё равно возвращались.

Маркус наблюдал за попрошайками и не понимал, как они выживают и почему просто не покинут город. При этом все бедняки выглядели опрятно, да и вони от них не исходило. Маркусу стало интересно, где они обитают, и поэтому он решил последить за ними.

В один из дней Маркус с Роланом надели чёрные плащи с капюшонами и стали ждать ночи. Несмотря на то, что восьмому было двадцать восемь, он отказался оставаться один в замке, да и вообще не отходил от старшего брата ни на шаг. Именно поэтому Маркусу пришлось его взять с собой. Она надели чёрные плащи, а головы покрыли капюшонами, скрывая свои лица.

Дождавшись захода солнца, наследники заметили, как все бедняки стали стекаться к определённому месту. Маркус с Роланом смешались с толпой, и спустя двадцать минут ходьбы оказались в закоулке, что находился в самом заброшенном месте города. Пройдя его, наследники попали в небольшой двор квадратной формы, а по периметру двора возвышался дом в четыре этажа. В нём жили бедняки. Там было чисто, а по двору бегали дети. Маркус слышал от отца, что раньше это было общежитие для менее состоятельных учеников, но его забросили после множества жалоб на то, что оно слишком далеко от академии. После это место пустовало много лет, а всё вокруг стало заброшено.

При входе в общежитие стоял мужчина, похожий на местного стражника. Бедняки давали ему деньги и проходили дальше. Маркус, чтобы не привлекать лишнего внимания, положил на ладонь стражника три золотых десятчика.

Мужчина кивнул, и наследники прошли дальше, а стражник озадаченно проводил их взглядом. Они первые, кто дал такую сумму, ведь самое большее, что могли позволить себе местные жители – одна золотая монетка.

Третий с восьмым стали осматривать общежитие. Ролан прошептал Маркусу:

– Насколько я помню по рассказам отца, на первом этаже находятся прачечные, библиотека, столовая, кухня и комнаты отдыха.

– Ты хочешь сказать, что из двора они сразу попадают в комнату? – удивлённо спросил Маркус.

– Ага, – Ролан посмотрел вверх. – Они поднимаются по лестнице, расположенной на улице. Она служит им чем-то вроде коридора. На втором, третьем и четвёртом этажах жилые комнаты. Они размером четыре на три метра. Вроде.

– Совсем крохотные, – грустно произнёс Маркус. – Хотя, это лучше, чем жить на улице.

Во дворе стояла дружеская атмосфера, а из кухни доносился запах еды. Женщины выносили одежду из прачечной и развешивали её на улице. Проведя здесь около пятнадцати минут, наследники решили покинуть это место, но входная дверь уже закрылась. Резко раздался громки голос девушки:

– Приветствую новых жителей на нашей скромной улочке под названием «Второй шанс».