Кофейня мисс Райт. Драконам вход запрещен!

Глава 6. О чести и приличиях

К полудню следующего дня кухня замка напоминала хорошо отлаженный часовой механизм.

Ангус оказался не только снобом, но и невероятным перфекционистом, и, признав во мне равную, минотавр превратился в идеального заместителя шеф-повара. Он рычал на гоблинов, виртуозно шинковал овощи тесаком размером с мою ногу и периодически подходил к кофемашине, благоговейно втягивая ноздрями аромат свежей обжарки.

Лиан расставлял фарфоровые чашки, а Джас сначала руководил разгрузкой бочек с солёной рыбой и солониной, а потом убежал осматриваться.

Я освоилась здесь быстро и ещё вчера познакомилась с кастеляном, который готовил апартаменты для расселения огромного количества гостей разных рас.

С моей стороны всё было отлично: готовые сладости и холодные закуски для первых гостей занимали уже половину кухни. И скоро начнётся настоящий аврал, когда прибудут вообще все и потребуют привычные блюда, весьма разные у той или иной расы.

Как раз продумывала все эти нюансы, заодно натирая до блеска запасной питчер, когда со стороны главного холла донесся грохот.

Затем раздался звон металла, гневный рев и высокий, звенящий от презрения голос, перекрывающий шум.

— Инквизиция сгнила на корню, если заставляет истинно благородных дышать одним воздухом с детьми подземелий! — вещал голос. — Я не сделаю ни шагу в этот склеп, пока здесь смердит немытой бородой и рудой!

Я отложила питчер и выглянула в коридор.

Секретные переговоры аристократии Торнвуда явно начались с феерического логистического ляпа: делегация Лесных Эльфов и представители Княжества Подгорных Гномов умудрились прибыть в замок секунда в секунду. Одни, видимо, вошли через парадные ворота, другие поднялись по пандусу со двора. И встретились ровно посередине мрачного, задрапированного старыми гобеленами холла.

Зрелище было весьма живописным.

Справа выстроились эльфы: высокие, стройные, затянутые в изумрудные камзолы с серебряным шитьем. Все как на подбор — отменные красавцы, словно сошедшие с обложек журналов. Впереди стоял явно их предводитель — надменный блондин с ледяными глазами и профилем аристократа в десятом поколении. Он брезгливо кривил идеальные губы, а за его спиной пятеро стражей уже вложили стрелы в изящные луки. Наконечники угрожающе светились зеленоватой магией.

Слева вскинули щиты гномы, закованные в тяжелую броню и похожие на ходячие сейфы. Возглавлял их, насколько я знала из рассказов инспектора, Зо́лгар Кулак — гном с рыжей бородой, заплетенной в толстые косы с вплетенными рубинами.

— Смердит?! — взревел Золгар, хватаясь за рукоять секиры. — Да от вас, остроухих ублюдков, несет цветочными духами так, что у моих парней слезятся глаза! Я прорублю просеку в твоей смазливой роже, Ло́риан!

Гномы дружно лязгнули щитами.

А между ними, возвышаясь над толпой, стоял Кальдегар Игнис.

Главный инспектор выглядел так, будто мечтал сжечь дотла и тех и других, его вертикальные зрачки пылали золотом.

— Господа, — голос Кальдегара прозвучал негромко, но услышали все. — Вы находитесь на закрытой территории под юрисдикцией Управления. Оружие в ножны. Немедленно.

— Инквизиция нам не указ в вопросах чести! — взвизгнул Лориан, вскидывая подбородок.

— Чести?! Да у кучи драконьего навоза больше чести, чем у тебя, неженка остроухая! — парировал Золгар, делая шаг вперед и поднимая секиру.

Эльфы натянули луки до скрипа, гномы сдвинули щиты. Кальдегар медленно поднял руку, и на его пальцах начали зарождаться багровые искры боевого заклинания, насколько я понимала, учитывая мои скудные и сугубо теоретические познания в магии.

Ещё секунда, и секретные переговоры превратятся в кровавую бойню с участием высшей аристократии. Замок разнесут по кирпичикам, контракт на обслуживание будет сорван. А я, как главный должник Управления, отправлюсь в подвалы отрабатывать долг в тридцать пять тысяч талеров до конца своих дней...

Ну уж нет!

Антикризисный менеджер внутри меня тяжело вздохнул и засучил рукава.

Я ринулась обратно на кухню.

— Ангус! Две порции, живо! — скомандовала я. — Гному — двойной ристретто из самых темных зерен. Эльфу — добавь каплю жасминового сиропа и взбей молоко в легкую пену!

Минотавр метнулся к стойке, и вскоре на моем серебряном подносе стояли два необходимых напитка. От первого разило бескомпромиссной горечью и чистой энергией, второй источал аромат утренней росы на изысканных цветах.

Я подхватила поднос и решительно вышла в холл.

Воздух там уже искрил от статического электричества. Золгар замахнулся секирой, Лориан презрительно сузил глаза, а Кальдегар явно приготовился ударить магией по всем сразу.

Я уверенно пошла вперед, мои каблуки звонко цокали по каменным плитам, когда я вклинилась ровно между сверкающим лезвием гномьей секиры и натянутой тетивой эльфийского лука. Аккуратно отодвинула локтем древко оружия Золгара и повернулась к обалдевшим послам с самой лучезарной улыбкой из своей корпоративной практики.

— Приветственные напитки от принимающей стороны, благородные господа, — громко и бодро возвестила я.

Холл замер: эльфы моргнули, гномы застыли с открытыми ртами. Кальдегар подавился незаконченным заклинанием и уставился на меня так, словно увидел перед собой танцующего кракена.

— Ты кто такая, женщина? — прохрипел Золгар, не опуская секиру. — Уйди с дороги, пока я тебя не разрубил пополам!

— Я — официальное гастрономическое сопровождение этого мероприятия, — невозмутимо ответила, подвигая поднос ближе к его бороде. — И если вы убьете друг друга до завтрака, у меня испортятся продукты. Прошу, господин Кулак, — особый темный шот лично для вас. Экстракт чистой горной породы и бодрости, выкован под давлением в девять секир.

Слово «выкован» сработало как волшебное слово: гном заинтересовался, подозрительно принюхался, его ноздри раздулись. Он перехватил секиру одной рукой, а второй сгреб чашку с ристретто. Уверенно влил в себя черную густую жидкость, довольно крякнул.

Я повернулась к Лориану.

— Нектар утренней звезды для уважаемого лорда из Прекрасного Леса. Эфирные масла, тончайшая фильтрация и ноты высокогорного жасмина. Идеально очищает рецепторы перед сложными дипломатическими беседами.

Лориан смерил меня брезгливым взглядом, но аромат жасмина и ванили сделал свое дело. В отличие от грубого гнома, эльф изящно взял фарфоровую чашку двумя длинными пальцами и сделал деликатный глоток.

Я затаила дыхание.

Секунда... Другая...

Есть!

Магия уюта сработала как тяжелый трaнквилизaтор, я прям физически ощутила, как упало напряжение в холле. Багровые искры на пальцах Кальдегара тоже погасли.

Золгар тем временем громко рыгнул, вытирая усы тыльной стороной перчатки.

— А забористое пойло, — прогудел он, и в его голосе уже не было жажды крови, только легкое удивление. — Как кувалдой по затылку. Мне нравится! Эй, парни, опустите топоры — порубим этих ушастых как-нибудь в другой раз.

Лориан опустил чашку. Жесткая складка между его бровей разгладилась, а глаза слегка затуманились от удовольствия.

— Достойный букет, — неохотно признал эльф, махнув рукой своей страже, и через миг луки опустились. — Пожалуй, я готов пройти в свои покои. Управление Инквизиции не смогло обеспечить нам изоляцию от этого сброда, но хотя бы наняло приличную прислугу.

Последняя фраза прозвучала без былого яда, скорее как привычное светское ворчание. Инцидент был исчерпан.

Я скромно опустила поднос, даже глазки потупила и сделала шаг назад, пропуская гостей.

Кальдегар Игнис медленно подошел ко мне вплотную. Он возвышался надо мной пугающей скалой, но в его глазах сейчас плескалась не ярость, а глубокое потрясение.

— Вы сумасшедшая, Райт, — тихо произнес он, наклонившись к моему уху. — Зачем вы шагнули прямо под стрелы и секиры с подносом кофе?

— Я защищала свой Подряд, господин инспектор, — так же тихо ответила я. — Если они умрут, кто мне заплатит? И вы забываете соблюдать приличия, — добавила я, ткнув указательным пальцем в грудь Кальдегарра и отодвигая его от себя. — Держите дистанцию, господин инспектор.

Тот хмыкнул и посмотрел на меня как-то странно.

— А если я не хочу соблюдать приличия? — низким глубоким голосом произнес он.

Не знаю, чем бы закончился наш разговор, но в этот момент в холл вбежал запыхавшийся распорядитель замка, кастелян Валтер, худенький, лысеющий человек в идеальном черном костюме, с кипой пергаментов в руках.

— Господин инспектор, катастрофа! Это катастрофа, — завыл он с порога. — Мой помощник перепутал списки! Посол гномов и лорд эльфов записаны на один этаж в восточном крыле, они же перережут друг другу глотки в коридоре! А потом прибывает графиня Моргана, и мой недопомощник забыл заказать для нее плотные шторы! А еще орки...

Кастелян схватился за голову и едва не зарыдал.

Кальдегар закрыл глаза, глубоко вдохнул. Его руки сжались в кулаки с такой силой, что побелели костяшки. Дракон явно был на грани нервного срыва.

Он резко открыл глаза, посмотрел на сжавшегося распорядителя, затем перевел тяжелый взгляд на меня.

— Мисс Райт...

— Я отвечаю только за еду и напитки, — быстро открестилась я, интуитивно чувствуя подвох.

— Вы только что предотвратили дипломатический скандал с помощью двух чашек каких-то напитков, — осторожно заметил Кальдегар. — У вас, определённо, талант. Раз вы разобрались с кухней, то точно способны взять на себя и расселение.

— Это не входит в мой договор!

— Мисс Райт, нам очень нужна ваша помощь!

Я тяжело вздохнула с видом «зачем я во всё это вписалась», немного подумала и уверенно сказала:

— Пять тысяч талеров.

— Что?!

— Ну что? Я требую доплату за свою работу, — сказала, скрестив руки на груди и с вызовом глядя на инспектора.

— Да это грабеж, Элис! — от шока инспектор аж назвал меня просто по имени.

— Будете экономить и сами пойдете разбираться с вашими гостями? — я поиграла бровями.

Кальдегар отчетливо скрипнул зубами и процедил:

— Ладно, согласен... Пять тысяч талеров поступят на ваш счет завтра.

— И еще пятьсот талеров — в качестве чаевых, — с улыбкой добавила я.

— Да где вы такие чаевые видели?!

— Ох, Инквизиция чрезвычайно щедра, служу на благо Торнвуда!.. Давайте списки, — я выхватила пергаменты из трясущихся рук распорядителя. — Ангус!

Минотавр вынырнул из коридора, преданно глядя на меня.

— Слушаю, хозяйка!

Кальдегар при этих словах вытаращился на минотавра дикими глазами, разве что рот не распахнул от шока.

— Господ гномов проведи в подвальные уровни западного крыла, — негромко скомандовала я, быстро сверяясь со списками.

— В подвалы?! — возмутился было распорядитель. — Это же сырые темницы!

— Это аутентичные укрепленные каменные чертоги с естественной терморегуляцией! — гаркнула я.

И добавила уже громче, обращаясь к стоящим в стороне гномам:

— Господин Золгар, вам ведь не нужны хлипкие деревянные балкончики? У нас в подвалах — настоящий монолит, своды трехметровой толщины и отличная акустика для застольных песен.

Золгар Кулак одобрительно крякнул.

— Вот это дело! Баба понимает толк в хорошем камне! Веди, рогатый!

Гномы с грохотом потопали вслед за Ангусом. Я вычеркнула их из списка.

— Благородный лорд Лориан, — я повернулась к эльфу. — Ваши покои на самом верхнем этаже южной башни. Высокие окна, балконы с эльфийской лепниной, прямой выход на крышу с оранжереей и никакой сырости.

— Там нет оранжереи, — с ужасом в голосе шепнул Валтер.

— Поставьте туда три огромных фикуса из большой гостиной — вот вам и оранжерея! — шикнула я.

— О-о-о!.. — в голосе Валтера зазвучало восхищение.

А я улыбнулась эльфу.

— Лиандриэль вас проводит!

Лориан снисходительно кивнул. Увидев сородича-бариста, он немного расслабился и плавной походкой направился к лестнице, уводя свою делегацию подальше от греха.

Я снова уткнулась в списки.

— Так, графиня Моргана. Её поселим в бывшую оружейную комнату в центре замка. Там вообще нет окон, толщина стен больше двух метров, никакие шторы не нужны. Идеальный склеп для уважаемой вампирши. Орков — на первый этаж, поближе к тренировочному двору и мясным складам, иначе они разнесут перекрытия. Демонов — в крыло с каменными полами, там нечему гореть...

Я раздавала указания, чиркала карандашом по пергаменту и перетасовывала элиту Торнвуда с легкостью опытного логиста. Распорядитель записывал за мной дрожащей рукой.

Через несколько минут холл был пуст, тишину нарушало только потрескивание факелов на стенах.

Я удовлетворенно выдохнула и свернула пергамент.

Кальдегар Игнис стоял, прислонившись плечом к каменной колонне. Он сложил руки на груди и внимательно, почти не мигая, смотрел на меня. В его взгляде больше не было снисхождения к мелкой должнице. Я увидела откровенный, даже какой-то хищный интерес.

— Пять тысяч талеров, шеф, — напомнила я, поправляя выбившуюся прядь рыжих волос из прически. — Можете занести в протокол.

— Занесу, Элис, — низким баритоном ответил инквизитор.

Моё имя прозвучало из его уст как-то особенно, от этого звука по спине пробежала странная дрожь.

— Идите на кухню, готовьте ужин. Завтра начинаются официальные заседания, и мне нужны ваши глаза и уши в рабочем состоянии.

Он развернулся и зашагал по коридору, чеканя шаг, а я смотрела в его широкую спину и понимала, что дело пахнет не только свежими кофейными зернами и звонкими золотыми монетами, но и очень, очень большими и осязаемыми неприятностями... Потому что иначе вблизи этого инспектора, кажется, не бывает!

Глава 7. Отставить панику

Прибывших гостей — делегации десятка разных рас, каждая из которых считала себя пупом земли, — я лично расселяла весь день и угощала сладостями. Никаких кровавых эксцессов не произошло, и я пометила в сервисном табеле этот день как «успешный»: потом стрясу ещё с дракона дополнительный гонорар на этом основании.

Следующее утро, вернее, первый официальный день дипломатических переговоров, начался не с пения птиц, а с глухого ритмичного стука, от которого мелко вибрировали каменные стены моей крошечной каморки рядом с кладовыми.

Я сбросила колючее казенное одеяло, накинула халат и спустилась на кухню.

Зрелище оказалось эпичным: огромный минотавр Ангус стоял посреди помещения и мерно бился рогатой головой о дубовый столб, поддерживающий свод. С каждым ударом с потолка сыпалась каменная крошка. Вокруг очага в панике носились гоблины-поварята, роняя кастрюли.

А за центральным столом сидел Лиан. Мой эльф был бледен как смерть и трясущимися руками сжимал длинный пергаментный свиток.

— Что происходит? — спросила я, завязывая пояс халата потуже и мысленно оценивая масштаб проблем. — Ангус, прекрати ломать несущие конструкции, у вас нет бюджета на ремонт.

Минотавр издал звук, средний между рыданием и ревом раненого медведя.

— Я резал мясо на королевских пирах! — прогудел он, поворачиваясь ко мне, и его налитые кровью глаза заблестели от подступающих слез отчаяния. — Я фаршировал левиафана для старого короля! Я знаю триста десять рецептов соусов! А эти... эти гости прислали заказы на обслуживание в номерах... Аа-а-а!

— Заказы, ну и что такого? — я подошла к Лиану и выдернула свиток из его пальцев.

— Они нас казнят, госпожа Элис, — загробным голосом сообщил бариста. — Инквизитор лично снесет нам головы на заднем дворе... Вы только почитайте, что они требуют на завтрак!..

Я пробежалась глазами по строчкам, написанным витиеватым каллиграфическим почерком, и почувствовала, как задергался правый глаз.

Делегация Лесных Эльфов во главе с лордом Лорианом категорически отказывалась употреблять обычную пищу. Они требовали подать им в покои «росу, собранную невинными девами на рассвете на восточном склоне Священной горы», а также пыльцу серебристых лилий.

Подгорные Гномы во главе с Золгаром Кулаком презрели каши и омлеты. Их заявка гласила: «Жидкий камень, настоянный на столетнем мхе, должен окропить кусок железной руды из Заброшенной Шахты, на которой надобно зажарить тридцатилетнего бизона с лугов Подгорья. Бизон должен быть выпотрошен, набит поросятами, утками и козлятами...»

Оборотни просили просто пригнать им в комнаты живого оленя, чтобы они могли поохотиться перед утренним заседанием.

А графиня Моргана скромно запросила кубок свежей крови человеческой двадцатилетней девственницы.

— Роса, собранная девственницами... Какая пошлость, — раздался с верхней полки философский голос Джаса, кот лежал на мешке с мукой и лениво вылизывал лапу. — На месте этих самых девственниц я бы брал двойной тариф за сбор кровавых осадков в антисанитарных условиях... И где вы вообще найдете хоть десяток двадцатилетних девственниц в этом городе? Тут один дух хаоса, и тот сомнительного поведения.

— Заткнись, животина блохастая! — взвыл Ангус, хватаясь за огромный тесак. — Где я возьму гномам жидкий камень и руду эту?! Я шеф-повар, а не камнедробилка! Я пойду и сдамся Инквизиции прямо сейчас!..

— Отставить панику! — рявкнула я так, что гоблины синхронно присели, закрыв головы руками.

На кухне повисла звенящая тишина. Я бросила дурацкий свиток на стол и решительно направилась к умывальнику. Сполоснула лицо ледяной водой, стряхивая остатки сна, и переключилась в режим тотального управления.

По жизни я видела многое: истерики акционеров, налоговые проверки, два обвала рынков... Меня нельзя напугать кучкой избалованных аристократов с завышенным чувством собственной важности.

— Клиентский сервис — это искусство иллюзии и грамотного позиционирования, — произнесла я, вытирая руки полотенцем. — Клиент никогда не знает, чего он хочет на самом деле, пока мы ему это не подадим в красивой упаковке. Они хотят пафоса? Мы дадим им такой пафос, что они забудут про свои дурацкие традиции.

— Это как? — тупо спросил минотавр.

Он из моих слов, кажется, ничего не понял.

Я насыпала на блюдо сахар, щедро полила сиропом и подошла к своей медной кофемашине, ласково погладила отполированный бок. Внутри бойлера одобрительно забулькал Шеф, поддерживая идеальную температуру. Сладости с блюда быстро испарились, при виде чего один из поварят упал в обморок.

— Ангус, оборотнями занимаешься ты, — я ткнула пальцем в минотавра. — Никаких живых оленей в номерах, они перепачкают кровью все ковры, а Кальдегар вычтет стоимость химчистки из моего гонорара. Сделай им брутальный тартар из лучшей говядины...

— Можешь филе вырезать из своей ляжки: ты всё равно жирный и тебе худеть надо, — вставил Джас, за что тут же получил от меня полотенцем по пушистому заду.

-...с сырым желтком, крупной солью и острыми специями, — продолжила я, пригрозив кулаком коту за неподобающее поведение. — Подай на деревянных досках со следами когтей. Пусть чувствуют себя хищниками.

Минотавр задумчиво почесал рог.

— Тартар на досках... Да, это брутально. Это я могу. А что делать с рудой и росой?

— А напитками займусь я. Лиандриэль, готовь лучшие фарфоровые сервизы и серебряные подносы!

Магия уюта уже пульсировала на кончиках пальцев, требуя выхода.

Я засыпала в кофемолку отборные зерна, жернова взревели, перемалывая содержимое в идеальную пудру.

Первыми в списке значились эльфы. Что там у нас... Ага, изысканность, легкость и понты. Сделаем!

Я взяла питчер, налила туда жирные сливки, добавила немного молока и щедрую порцию сиропа из горной лаванды, который мы сварили еще в моей таверне. Сформировала кофейную таблетку, включила пролив эспрессо прямо в питчер. Затем опустила туда паровик. Горячий пар с шипением ворвался в жидкость. Я взбивала напиток дольше обычного, добиваясь текстуры нежнейшего, невесомого облака.

Перелила лавандовый раф в тончайшую фарфоровую чашку, на поверхности образовалась безупречная пена. Сверху я бросила пару сушеных фиолетовых лепестков.

— Запоминай, Лиан, — я пододвинула поднос с кофейником и чашками моему бариста. — Это не кофе, а нектар «Цветочная нежность». Эликсир утреннего спокойствия, концептуальная замена девичьей росе и при этом гораздо лучше неё во всех отношениях. Неси этому вашему Лориану. Лицо сделай максимально надменным, спину держи прямо и ничего не бойся!

— А если они разгневаются на обман? — усомнился он.

— Будто ты своих соотечествекнников не знаешь. Больше понтов и пафоса, Лианчик! — я похлопала его по плечу.

— Я их слишком хорошо знаю, потому меня и изгнали... — он вздохнул. — Ладно, я готов!

— Я рядом, не дрейфь!

Эльф сглотнул, аккуратно взял поднос и на подкашивающихся ногах побрел к выходу. Я пошла следом.

Мы поднялись в башню, где я вчера разместила эльфов. Я спряталась за гобеленом в коридоре, оставив Лиана отдуваться перед стражей.

Двери покоев распахнулись, на пороге стоял сам лорд Лориан в роскошном шелковом зеленом халате. Он смерил моего бариста презрительным взглядом и уставился на чашку с лавандовым рафом.

— Это не роса, — холодно процедил эльф. — Что за самодеятельность?

— Это «Цветочная нежность», мой благородный лорд, — пролепетал Лиан, чудом удерживая равновесие подноса. — Эксклюзивный утренний эликсир лично для вас.

Лориан недоверчиво принюхался. Тонкий аромат лаванды и сливочной карамели явно коснулся его аристократического носа. Эльф брезгливо взял чашку, поднес к губам и сделал малюсенький глоток.

Я затаила дыхание, наблюдая из укрытия: сначала глаза Лориана расширились от удивления, кофейная магия явно мгновенно ударила по нервной системе эльфа, снимая утреннее раздражение и стресс от ночевки на чужой территории. Лицо лорда разгладилось, на губах появилась блаженная улыбка.

Он сделал еще один глоток, уже гораздо увереннее.

— Изумительно, — выдохнул Лориан. — Передай шефу, что это весьма сносно. Можешь идти.

Дверь закрылась. Я мысленно поставила галочку — клиент удовлетворен.

— Получилось! — сказал мне на лестнице потрясённый Лиан.

— Верь в меня, вместе мы справимся, — я хлопнул его по плечу. — Бежим на кухню — у нас таких, придурочных, ещё несколько...

Вернувшись на кухню, я тут же перенастроила помол, делая его мельче, и засыпала в кофемолку самые темные маслянистые зерна суровой обжарки.

Пришло время гномов: Золгару Кулаку требовалось нечто, способное пробить его броню. Я взяла массивную глиняную кружку и начала колдовать...

Сварила четыре порции ристретто подряд. Ристретто — это когда пролив воды через кофе останавливают раньше времени, забирая только самые плотные, густые эфирные масла и ядреную крепость. Напиток получился черным, как деготь и тягучим, как нефть.

Но этого было мало. Гномы просили камень и огонь с особо извращённым пафосом и роскошью. Ну уж нет, будут есть то, что я им дам!

Достала с полки баночку с сушеным красным перцем чили. Щедро сыпанула жгучую пудру прямо в горячий кофе. Добавила каплю темного, терпкого каштанового меда, чтобы связать горечь и остроту.

— «Дыхание Дракона», — констатировала я, принюхиваясь к обжигающему аромату, от которого аж слезились глаза. — Это им вместо жидкого камня со мхом. Ангус, брось на поднос пару своих самых твердых сухарей, пусть ломают об них зубы.

Оставались вампиры и их предводительница, графиня Моргана, моя постоянная клиентка. Как раз с ней было проще всего.