Между ней и тобой

Глава 11. Наставник

– Давайте я помою, – подхватилась Даша, видя, как Егор рассеянно, абсолютно автоматическими движениями собирает со стола грязные тарелки.

– Мы договорились на «ты», – напомнил он, хмуро включаясь в реальность.

Скользнул критическим взглядом по её рукам, задержался на безупречном маникюре. Хмыкнув, недоверчиво поинтересовался:

– Мыла когда-нибудь посуду в тазике?

– Нет... Но представляю, как это делается, – поспешила реабилитироваться Даша, проследив направление его взгляда.

Волей-неволей тоже проанализировала собственные ногти со стороны. Не нашла повода для критики: всё нормально – средняя длина, неяркий лак. Не той величины и формы, чтобы мешать заниматься домашними делами.

С некоторым беспокойством заглянула в лицо мужчины. Очень хотелось оставить о себе положительное впечатление, а не показаться неприспособленной к жизни неумехой, не умеющей выполнять элементарное.

– Хорошо, что представляешь, – он не сдержал язвительную ухмылку. Учительским тоном проинструктировал: – Сначала вымой тарелки в тазу, а потом ополосни под умывальником. Холодная вода в баке на тумбочке, а горячую набирай в большой кастрюле на плите. Черпай ковшом ту и другую, смешивай. Следи, чтобы ведро с грязной водой под умывальником не переполнилось, вовремя выливай. Можешь в туалет выносить.

Кивнула. Стало немного обидно за столь азбучные подсказки. Уж в этом-то она как-нибудь и сама разобралась.

С ехидством фыркнула про себя: «Наставник какой нашёлся. Думает, я совсем белоручка».

Но благоразумно не огласила мысли, предпочтя спросить с подчёркнуто доброжелательными интонациями:

– А где вы... ой, ты... Откуда воду берёшь? Здесь же, наверное, нет водопровода.

– Угу, нет. Но во дворе есть колодец.

– Настоящий колодец? – отложив ковш в сторону, восхитилась Даша. Глаза восторженно заблестели. – С ведром, верёвкой и срубом?

– С ведром, срубом и цепью. Верёвка – это ненадёжно, – поправил хозяин дома, с насмешливым недоверием задерживаясь взором на её воодушевлённой физиономии.

– А можно на него посмотреть? – она шагнула к выходу, готовая сию минуту бежать, дабы познакомиться с невиданной диковинкой.

Егор хмыкнул. Исподлобья несколько секунд задумчиво сверлил её изучающим взглядом, что-то решая для себя. Улыбнулся уже открыто и почти по-дружески:

– Посмотреть можно. А можно попробовать воду самостоятельно достать, раз это кажется тебе экзотикой. Сходим, но позже. Познакомишься с классическим сельским колодцем.

Несколько секунд разглядывал гостью по-новому – внимательно и с откровенным любопытством, будто обнаружил, что перед ним находится живая личность, способная испытывать эмоции и интересоваться чем-то.

Его лицо посветлело и перестало напоминать неподвижную маску, явно свидетельствуя, что в мужском мозгу рождается какая-то вдохновляющая идея. В глубине зрачков вспыхнули весёлые искорки.

– А хочешь, баню затоплю? Она в отличном состоянии. Мылась когда-нибудь в настоящей деревенской бане?

Даша смешалась, порозовела. Первые ассоциации, связанные с этим заведением, пришли не самые приличные, благодаря знакомству с ним по анекдотам.

Во-вторых, по собственному небогатому опыту знала, что туда ходят не по одному. По крайней мере, так было в тех современных городских саунах и банях, в которых она успела побывать. Обычно это были специально выделенные зоны при общественных бассейнах.

Но одно дело посещать подобные места на пару с подругой или в компании, и совсем другое – наедине с мужчиной. Как-то это пугающе интимно и двусмысленно.

Видения промелькнули, оставив уверенность: следует отказаться. Быстро и желательно нейтрально.

Отрицательно помотала головой:

– Не была. Но я не пойду, у меня нет купальника.

– Купальника? – удивлённо переспросил Егор. – Ты хочешь мыться в купальнике?

– А как иначе? Не буду же я мыться голой при тебе! – от души возмутилась она, забыв о дипломатии.

– При мне? – изумился хозяин. – Ты хочешь, чтобы мы вместе мылись?

– Нет? По отдельности пойдём? – сообразила Даша, заливаясь пунцовой краской. Позор, надо же так опростоволоситься!

Егор захрюкал, едва сдерживая смех:

– Я не против, даже очень рад. Можем и вместе сходить, если ты хочешь.

– Нет-нет! Я не знала... Если по очереди, то я согласна, – окончательно сконфузившись, оправдывалась она.

Отвернулась, пряча полыхающие щёки, схватила губку и принялась лихорадочно тереть тарелку.

– В общем, хозяйничай тут, а я пошёл во двор. Доделаю кое-какие дела, потом растоплю баньку, – подытожил не на шутку развеселившийся мужчина.

Хлопнула дверь. Даша быстро оглянулась, вздохнула с облегчением – ушёл. Хихикнула, неловко как получилось.

Мечтательно постояла, анализируя не столько разговор, сколько состояние блаженной лёгкости вперемешку с воодушевлением, которые почувствовала, находясь рядом со своим спасителем.

Хмыкнула: «Магнетический тип!»

Прикрыв глаза, с наслаждением втянула воздух, сохранивший аромат чужого парфюма. Запах был настолько влекущим, что хотелось впитывать его снова и снова.

Прокрутила в голове разговор, вспоминая неспешные, уверенные движения Егора, его мимику, слова. Скупая улыбка вкупе с породистыми чертами придавала ему не то чтобы красоты, а нечто другое, более сложное и труднообъяснимое. Наверное, очарование сильной энергетики или мужской харизмы.

Беспокойным зудом родилось ребячливое желание сделать что-нибудь этакое – необычное, восхитительное, дабы ещё раз обратить на себя внимание и увидеть новую улыбку на отрешённом лице.

Глава 12. Уборка

Даша иронично фыркнула: вот что ещё за морок? Никогда не западала на взрослых мужчин, а уж тем более на женатых. Сегодня-то что не так? Наваждение, не иначе. Видимо, вчерашний стресс так проявляется.

Ерунда... Пройдёт. Отчего бы не полюбоваться красивым человеком? Ничего плохого в этом нет. Правильно?

Аккуратно составила чистую посуду в шкафчик. Тщательно промыла и вытерла поверхности на кухне. Огляделась, отыскивая недостатки, которые можно было исправить без посторонней помощи.

Больше всего бесил загаженный плафон.

Потолкала табурет – надёжный? Вроде бы устойчивый. Взобралась, дотянулась до пыльного светильника, очистила и его, и лампочку от следов жизнедеятельности мух. Благо электричество отсутствовало и к приборам можно было прикасаться без опаски.

Перебралась в комнату. Оценив фронт работ, нахмурилась: непочатое поле, учитывая, что окно неизвестно сколько времени находилось распахнутым.

Половицы и всё вокруг было обильно усыпано сухими крошащимися листьями, обломанными кусками ветвей, трупиками насекомых, скатавшейся шерстью непонятно каких животных вперемешку с паутиной, пылью и прочим уличным мусором.

Металлическая кровать – наследие советского прошлого – сиротливо просвечивала голым остовом. Тронутые ржавчиной, растянутые пружины свисали чуть ли не до пола. А матрас Егор уже успел выкинуть.

Укоризненно качнув головой, Даша натянула найденные резиновые перчатки. Принесла с кухни веник и совок.

Перво-наперво подмела пол, смахнула тенёта с потолка и углов.

С особой тщательностью отскоблила непонятные засохшие лепёшки земляного цвета и, брезгливо морщась, вывалила всю гадость в старое ведро.

Протёрла подоконники, мебель и украшающие её безделушки.

Затем принесла замеченные в сенях самодельную швабру и тряпку. Несколько раз меняя грязную воду, вымыла пол.

Через пару часов помещение обрело приличный вид и стало похожим на обитаемое.

Холода не чувствовалось. Поначалу даже было жарко. Видимо, оттого, что Даша активно, до пота, двигалась: то нагибалась, чтобы дотянуться до труднодоступных мест, то залезала на стулья, дабы достать до верхних. Переставляла, толкала сподручную утварь. Время от времени опускала ладони в тёплую воду, мочила, выжимала тряпки.

Но всё-таки с каждым часом становилось заметно прохладнее.

Она в который раз подходила к печке, открывала визгливую дверцу. Морща нос, заглядывала внутрь. От малейшего движения в остывшей топке, щекоча ноздри своим специфическим запахом, взлетало облачко золы, грозя вывалиться наружу и запачкать отмытый пол.

Даша энергично тёрла переносицу, сдерживая чих. Грустно посматривала на горку дров: не мешало бы заново истопить сие чудесное сооружение. Но сдерживала порывы, не решаясь разжечь огонь самостоятельно.

Не хватало только дом спалить!

Егор не заходил.

Было слышно, как время от времени под его ногами скрипели половицы в сенях. Несколько раз брякал чем-то металлическим. Мелькал в палисаднике и возле уличных ворот.

Потом вышел на дорогу, рассматривая и исследовательски пиная обледеневшую поверхность какой-то забавной обувкой с высоким голенищем, которую Даша видела в старых фильмах. Кажется, сие изделие называлось кирзовые сапоги. Вероятно, Егор натянул их, оберегая свои дорогие ботинки.

Затем вернулся во двор и долго ходил взад-вперёд, перенося длинные доски.

Даша трепетной невидимкой замирала в глубине дома, когда мужчина появлялся в поле зрения. Ей до распирающего изнутри восторга нравилось разглядывать его.

В общем, время пролетело незаметно и даже интересно, несмотря на отсутствие привычных убивателей досуга в виде интернета, телефона или хотя бы телевизора.

– Ого! – Егор вскинул брови, переступая порог избы. – Ничего себе, какой ты тут порядок навела.

Быстро разулся. Тщательно вытер подошву старых кроссовок, которые служили ему домашней обувью, о расстеленную у входа влажную тряпку и неторопливо прокусировал по помещению, останавливаясь чуть ли не через шаг, с исследовательским интересом рассматривая работу. Время от времени бросал на гостью удивлённые взгляды.

Даша, прищурившись, следовала за ним и настороженно наблюдала за выражением мужского лица.

Она вдруг испугалась содеянного и засомневалась, правильно ли поступила, не согласовав преображение жилища с хозяином?

Встречаются ведь такие люди, которые вмешательство в личное пространство и любые передвижки на своей территории считают чуть ли не посягательством на их права и оскорбляются не по-детски.

Выдохнула: судя по поощрительному покачиванию головой и дрогнувшим в одобрительной улыбке губам, Егора всё устроило.

– Чем чистила? – поинтересовался он, проводя пальцем по сияющей раковине.

– Содой. Нашла несколько пачек в шкафу, – с некоторой тревогой и полувопросительной интонацией пояснила Даша, осознав, что вещество могло приберегаться для неведомой ей цели.

– Хорошо. Молодец, – безэмоционально обронил Егор, снимая с её сердца напряжение.

Глава 13. Колодец

Егор повесил курточку, которую, увлёкшись прогулкой по избе, забыл снять, и, намыливая руки над начищенной раковиной, монотонно отчитался:

– Что запланировал – сделал. Баню истопил. Воды наносил полные баки. Теперь надо подождать около часа, чтобы помещение выстоялось, и можно мыться, пока не стемнело. Сейчас печь растоплю, прохладно стало, – он зябко повёл плечами.

– А колодец? – обиженно пропищала Даша.

– Что колодец? – не понял мужчина.

– Обещал показать...

– Тьфу ты, точно! – невольно оживился и хохотнул Егор. Потеплевшими глазами скользнул по гостье. – Пойдём, прямо сейчас покажу. Как раз в дом воду надо принести. Одевайся, городская штучка.

Колодец прятался внутри старой прохудившейся будки.

Конструкция отличалась от той, какой рисовало воображение, представляя нечто уютное из народных сказок. Вместо бревенчатого сруба из земли торчало массивное бетонное кольцо, которое своим индустриальным видом контрастировало с придуманными картинками.

Но всё равно это был настоящий колодец! Со всеми своими колодезными атрибутами: ведро, вращающаяся часть с намотанной на неё цепью, тяжёлая ручка сбоку.

С необыкновенным эхом и жутковатым ощущением портала в иное измерение.

Едва хозяин успел убрать крышку, заслонявшую отверстие, Даша, не задумываясь ни секунды и не дожидаясь приглашения, шустро оперлась о край и наклонилась всем телом, заглядывая внутрь.

Мужчина среагировал молниеносно: с каким-то невнятным звуком, близким к рыку, схватил её за шиворот и грубо дёрнул, оттаскивая от дыры.

Встряхнул, как щенка, упёрся своим лбом в Дашин и, свирепо сдвинув брови, заорал прямо в лицо:

– Ненормальная! Куда полезла? Нельзя перевешиваться! Поскользнёшься и кувыркнёшься вниз.

Даша, неловко шмыгнув носом, подвигала плечами, ослабляя передавивший шею воротник, и виновато понурилась. Исподлобья покосилась на пол: действительно, он блестел из-за слоя льда, хотя для безопасности был присыпан песком. Оскорбляться передумала.

Поёжилась, представив, что могло произойти, если бы не мгновенная реакция Егора.

Тот бледный, зло сверкая глазами, отчитывал её. Даша, как китайский болванчик, быстро кивала, соглашаясь со всем.

За исключением сего инцидента всё остальное прошло гладко. Её любопытство было полностью удовлетворено.

Покорно выслушав затихающее бурчание Егора вперемешку с инструктажем, закусила губу, дабы не повизгивать от восторга, ухватилась за скрипучую, обжигающе холодную металлическую ручку и принялась вращать её, наблюдая, как виток за витком раскручивается и вздрагивает мокрая цепь, опуская в тёмную бездну ведро с привязанным к одному краю грузом.

Замерла, придержала дыхание, услышав далёкий всплеск достигшей цели посудины. Отпрянула от дыры, почувствовав промозглый холод, резко опахнувший из глубины.

Через несколько секунд ощутила, как дёрнуло и, словно живое, увесисто потянуло вниз наполнившееся доверху ведро.

Чем-то это напомнило то, как клюёт рыба, захватившая крючок. В детстве Даша обожала ходить с отцом на рыбалку.

Под одобрительный кивок Егора принялась крутить потяжелевшую железяку двумя руками, стараясь, по его совету, делать это аккуратно, без рывков, дабы не расплескать жидкость.

Всё-таки не удержалась от восторженного писка, когда из темноты, чуть наклонившаяся набок, показалась ёмкость с плещущейся через край ледяной влагой.

Пронзила такая откровенная радость, будто выудила из недр не обычную воду, а кувшин с волшебным содержимым.

Чистый звук падающих с высоты прерывистых струй и частых капель мистическим эхом отражались от стен колодца, вводя в завораживающее состояние, сродни гипнозу или магическому трансу.

Егор задумчиво, с потеплевшим лицом и угадывающейся в уголках рта улыбкой, наблюдал за откровенным ликованием и гаммой чувств, которые извергла подвижная мимика Даши.

Он успокоился и будто тоже заново переживал всё то, что впервые испытала его эмоциональная гостья.

Вынырнул из заторможенного созерцания, когда она перевела вопросительный взгляд с расплёскивающейся жидкости на него.

Встрепенулся, перехватил висящее над колодцем ведро, перелил содержимое в другое.

Соорудив свирепую гримасу, ещё раз предупредил:

– Унесу в дом. Не подходи к краю и не вздумай набирать воду без меня. Ясно?

Дождался подтверждающего кивка и ушёл. На посветлевшем лице сохранилось несколько растерянное выражение, будто он удивлялся своим мыслям.

Спустя полчаса все ёмкости на кухне были заполнены.

Надо сказать, Даша являлась истинным обитателем мегаполиса, и так получилось, что она не бывала в настоящей деревне. Наверное, в большей степени из-за того, что ни у неё самой, ни у родителей не было близких, живущих в сельской местности.

Нет, конечно, частный сектор она видела. Немного представляла этот непохожий на городской быт, но так... Мимоходом. А вот чтобы лично очутиться в его атмосфере, испытать всё своей кожей – ещё не доводилось.

Процесс добывания воды настолько впечатлил её, что, подзуживаемая любознательным характером, Даша пожелала продолжить экскурсию в прошлое.

Ироничное выражение на физиономии хозяина дома её мало смущало. Пусть себе лыбится. Главное – не отказал, позволил самостоятельно растопить печь. Разумеется, под его присмотром, но это не умалило ощущений.

Нащипала специальным ножом – толстым и острым – лучину. Подожгла её – спичками! – с одного конца.

Подержала вертикально, чтобы огонёк, охватывая всё большую площадь, побежал вверх и окреп.

Положила сухую чурку в топку, горкой прислонила разгоревшиеся щепки. Крест-накрест навалила оставшиеся поленья. Жгучие язычки мгновенно охватили всю кучу. Воздух загудел, устремляя дым в трубу.

Получилось!

Даша, восторженно всхлипнув, захлопнула дверцу, поднялась, скрестила руки на груди и замерла, самодовольно наблюдая, как сотворённое ею пламя жадно трещит в печи.

Перехватила смеющийся взгляд Егора, улыбнулась открыто, от души – благодарно и восхищённо.

Потом, испытывая всё тот же трепет созидателя, регулировала глубину открытия вьюшки, следила за огнём, мешала кочергой прогоревшие угли и вообще чувствовала себя путешественницей по времени.

Эмоции били через край.

Кстати, с лица Егора исчезло отрешённое выражение, он точно проснулся. Улыбался коротко, сдержанно, но всё чаще, будто забавная гостья заразила его своей энергетикой. Сейчас ему явно нравилась её компания.

Глава 14. Баня

– Ну что, надевай курточку, пойдём в баню, – перекидывая через плечо махровое полотенце, скомандовал Егор.

– К-куда? Разве мы вместе идём? – встрепенулась Даша, строго всматриваясь в подозрительно невозмутимое лицо.

Его губы дёрнулись в усмешке:

– Покажу, как там всё устроено. Что можно делать, что нельзя. Я первый помоюсь, а ты после меня пойдёшь.

– А-а... Понятно, – выдохнула она.

Ещё раз, прищурившись, более внимательно взглянула на мужчину. Хитрый огонёк в его глазах ещё не погас.

Ох и жук... Ну вот явно же специально сформулировал своё предложение так, чтобы оно звучало двусмысленно. Хотел понаблюдать за её реакцией?

Натянула пуховик. Ворча про себя, побрела следом: «Инструктор, ага. Что там мудрёного? То-то без него не разобралась».

Но в бане было классно!

Сухой жар прямо с порога охватил кожу от пяток до макушки так кайфово, что не хотелось уходить.

Внутри было уютно и по-солнечному светло из-за новеньких, ещё не успевших потемнеть брёвен. Блестящий бак из нержавейки, встроенный в белёную печь, зеркалил и создавал видимость дополнительного простора. Порции прогретого воздуха проникали в лёгкие благоуханием запаренного берёзового веника, каких-то вкусных трав, смолы, древесины. Яркие тазики, мочалки, наборы шампуней, гелей, кондиционеров добавляли приветливости помещению.

Пожалуй, это было самое новое и красивое местечко во всей усадьбе.

Дашу охватило гипнотическое состояние полной расслабленности. Егор что-то говорил, всё сильнее хмурился, тыкая пальцем то в дверь, то в печку, то в вёдра с водой. Недовольно зыркал на гостью.

А она отключилась и, не вникая в слова, заворожённо наблюдала, как двигаются мужские губы. Послушно поворачивала голову, следуя указкам. Кивала, угукала, но всё пропускала мимо ушей.

Очнулась после требовательного:

– Ты вообще меня слушаешь?

Ой... Кажется, он дважды повторил вопрос. Спохватилась:

– Да-да, я всё поняла. Горячая вода там, холодная тут, долго не сидеть, с непривычки могу угореть. Если слишком задержусь, то ты придёшь и проверишь... Ой! Проверишь? Придёшь ко мне в баню?

Егор несколько секунд буровил её сердитым взглядом. Цокнув, махнул рукой:

– Ладно, иди в дом. Жди меня. Готовься.

– К чему? – с испугом полюбопытствовала Даша.

Тот, округлив глаза, возмущённо крякнул.

– К помывке, естественно. К чему же ещё? Я остаюсь, париться буду. Потом ты пойдёшь.

– А-а... Ну да, конечно. Я пошла.

Развернулась и с грацией пингвина заскользила по тропинке. Перед входом в дом оглянулась. Егор, скрестив руки на груди, всё ещё стоял в проёме и, иронично поджав губы, следил за её передвижениями.

Зачем-то показала ему кончик языка и быстро захлопнула дверь. Через секунду устыдилась собственного поведения.

Что же такое? Ну чисто дурочка! Сама на себя непохожа. Ничего не слышит, не видит. Стоит разинув рот. Слюни на женатого мужика пускает. Гримасы непонятные корчит.

Наверное, присутствующие в воздухе микрочастицы угарного газа так по-идиотски действуют.

Егор, по её понятиям, отсутствовал слишком долго.

Даша уже начала нервно кружить по избе, едва сдерживая себя от желания сбегать до бани, постучать и спросить, всё ли в порядке. Два раза выходила в сени. Приоткрыв дверь, высовывала голову во двор и задерживала дыхание, прислушиваясь к каждому шороху и скрипу.

Воображение вовсю рисовало картины одну ужасней другой.

Почувствовала, что прямо-таки гора свалилась с плеч, когда заскрипели половицы в сенях и мужчина красный, распаренный, весь какой-то блестящий и чуть ли не похрустывающий от чистоты, перешагнул порог дома.

Первым делом припал к кружке с водой. Гулко утолив жажду, отдышался и, подмигнув, добродушно поторопил гостью:

– Шагай, Дашуля, а то скоро темнеть начнёт.

«Дашуля? Хм... Приятно», – притормозила она, переваривая ласковую вариацию своего имени. Губы расползлись в улыбке.

Бояться начала ещё в предбаннике.

Ей вдруг стало жутко в застывшей тишине замкнутого помещения, куда не доносился ни один посторонний звук, словно всё внешнее напрочь отсекла дверь. Слышалось только собственное дыхание и шлепки босыми ногами по влажному полу.

Близился вечер, и крошечное окно уже не справлялось с ролью осветительного прибора, а только контрастно сгущало мрачные тени в углах. В богатую на фантазии голову полезли разные страшилки и мифы. Воскресли совершенно первобытные страхи перед неизвестностью и темнотой.

Стиснув зубы и пугаясь производимого звука, Даша брякнула металлическим ковшом, набирая воду, и, стараясь не шуметь, смешала её в тазу.

Поочерёдно закрывая то один глаз, то второй – тупо трусила закрыть оба одновременно – всё-таки намочила волосы, торопливо нанесла шампунь, промыла несколько раз, затем прополоскала. Пару раз неуверенно шлёпнула себя веником и вернула его на место – звук показался слишком вызывающим для этого враждебного безмолвия.

В итоге в бане Даша находилась минут пятнадцать. Максимум двадцать. Ожидаемого удовольствия от помывки не испытала, но телу стало значительно лучше.

Вывалилась в предбанник, укутала волосы в полотенце, накинула курточку и, съёжившись, поскакала по предусмотрительно посыпанной дорожке в дом.

Быстрей, быстрей, быстрей! Ну её, эту баню. Не понравилось. Страшно, скучно и некомфортно. Уже пресытилась колоритом прошлого. Бесхитростные деревенские радости не для неё.

В избе значительно веселее с надёжным, чуток оттаявшим и научившимся улыбаться хозяином.

Глава 15. Откровенность

Раннее возвращение удивило Егора. Он отбросил мобильник, видимо, с кем-то переписывался, соскочил с дивана, в два прыжка приблизился к Даше.

– Что случилось? Ошпарилась? – тревожно пробежал глазами по лицу, рукам.

– Всё хорошо, – жизнерадостно успокоила она, распутывая замотанное вокруг головы полотенце.

– Забыла что-нибудь?

– Нет. Говорю же: всё в порядке.

– А почему вернулась?

– Я уже помылась, – вешая курточку на крючок, хихикнула Даша.

– Так быстро? – изумился он. – Не парилась?

– Не-а. Я не умею париться, – беззаботно помотала головой.

Тот цокнул. Разочарованно выдал:

– Ну ты даёшь! Что там уметь? Ладно, в следующий раз надень купальник, я сам похлещу тебя веником.

– В следующий раз? – повернулась она, удивлённо рассматривая недовольного мужчину.

– Ну... – смешался тот, осознав, что произнёс. – В том смысле, если вдруг... Когда-нибудь... – Поморщившись, прервал себя: – Чай будешь?

– Да, – озадаченно кивнула Даша.

Егор стремительно прошёл на кухню, забрякал посудой. Выудил из сумки непочатую коробку с вафельным тортом. Покрутил яркую упаковку и, не найдя зацепки, принялся шумно расковыривать и рвать шуршащую оболочку. Добрался до содержимого, со злым хрустом разрезал и поместил в центр стола.