Раунд навылет

Никита Валерьевич тем временем сосредоточенно смотрел в монитор и быстро что-то печатал. Я уже все просчитал: если нас будут делить на команды по списку как в прошлом году, то я окажусь в паре с Мельниковой с эконома или с Петровым с востоковедения. Я прошерстил страницы их образовательных программ и скачал учебные рейтинги за прошлый год: у обоих оказался отличный средний балл и не было ни одной низкой оценки за плечами. Оставалось только надеяться, что в этом году ничего не изменится и распределят нас в группы так же, как и всегда на этом курсе.

Кубик не собирался, поэтому я отложил его в сторону и посмотрел налево от себя. Аня продолжала делать вид, что слушает подругу, но мыслями была где-то на другой планете. Привычку отключаться я заметил ещё в лагере на первой нашей общей тренировке. Во время игр и зачитывания вопросов Аня держала фокус, но каждый перерыв покидала физическое тело и подключала голову к космической станции, чтобы дальше выдавать гениальные идеи. Сначала я завидовал этому, а потом научился восхищаться.

Общение с ней делало меня взрослее, даже несмотря на тот факт, что четыре года из пяти меня держали на расстоянии вытянутой руки и лишь на мгновение подпустили ближе. Пока я всё не испортил.

— Ну что, уважаемые, готовы? — Никита Валерьевич поднял голову и осмотрел аудиторию с еле заметной улыбкой. — Теоретическая часть закончилась, с сегодняшнего занятия вы будете работать над проектом в группе по трое. Вы, наверное, уже наслушались страшилок про то, что ваша финальная оценка будет зависеть от перфоманса команды? В реальной жизни результат в бизнесе выдает не один человек, а группа. Поэтому ваша задача — не просто показать себя, а создать эффективную рабочую динамику, благодаря которой каждый участник будет вовремя сдавать личные задания и с полной самоотдачей вкладываться в командный проект.

В аудитории стояла гробовая тишина. Мы знали, что будет учитываться вклад в группу, но нюанс про контроль личных заданий до сегодняшнего дня оставался за кулисами.

— В этом году я решил немного изменить систему распределения, — сказал преподаватель и сделал паузу, — и дать право случайности выбрать, кто с кем будет в одной тройке.

Я нервно сжал кулаки, переваривая поступившую информацию. Успокаивало лишь то, что на этот курс устраивали конкурс среди всех образовательных программ — безответственные студенты наверняка не прошли бы три этапа отбора. Ведь так?

— Я вписал ваши имена в программу, которую вы видите на экране, — всё внимание устремилось на проектор. — К сожалению, двадцать не делится на три, поэтому у нас будет шесть троек и одна пара. Однако сильно не рассчитывайте на то, чтобы вам досталась пара, потому что ей будет задан самый сложный проект из всех представленных.

Ребята молчали. У нас было одно желание на всех: поскорее услышать фамилии и понять, с кем мы будем плыть в одной лодке.

Никита Валерьевич спросил о готовности и, дождавшись нашего согласия, начал поочередно называть команды.

Каждая фамилия заставляла мой пульс ускоряться, а сердце — шуметь в ушах. Может быть, для кого-то оценка за факультатив не значила ровным счетом ничего, но для меня она была спасательным кругом из океана самобичевания.

В первую тройку я не вошел. Во вторую тоже. Дело дошло до пятой, а рандомайзер все ещё отказывался называть мое имя.

— Шестая тройка, — объявил Никита Валерьевич, продолжая смотреть в экран. Дыхание студентов смешалось с шипением электричества, а я тем временем не слышал ничего, кроме глухого биения сердца. — Адамович Лиза, Михайлов Дмитрий и Косенко Кирилл.

Опять без меня…

Я начал перебирать, чьи фамилии не назвали, но мои вычисления прервали:

— Ну, и наша пара, — впервые улыбка Никиты Валерьевича стала явной и выразительной. — Жданова Анна и Нестеров Михаил.

Я смотрел на две наших фамилии на доске и не верил, что случайность может сыграть в мою пользу. Аня подняла руку, но преподаватель не дал ей слово.

— Меняться нельзя, команды — окончательные. Сегодня на почту вам придет тема проекта, которую я выберу каждой команде, исходя из своих соображений. — Он прокашлялся и только теперь перевел взгляд на Аню: — У вас вопрос?

Она неуверенно спрятала ладонь под парту и покачала головой. Видимо, после его строгого тона она передумала просить о замене участников.

Я смотрел на неё, но Аня ни разу на меня не обернулась. Готов поспорить, что в ее голове разгоралось яростное пламя от осознания того, что нам придётся три месяца работать бок о бок без права на то, чтобы сдаться.

Похоже, утреннее обещание держаться от неё подальше, которое я решил выполнить, придётся забрать обратно.

И, честно говоря, не нахожу в себе сил, чтобы этому расстроить

Примечания